Обреченные

      Молодой архигос занимал свою должность уже третью неделю, постепенно привыкая к новому перечню обязанностей и возможностей. Карог не испытывал особой гордыни, хотя то, через что он прошёл для получения этой власти, было достойно восхищения. Одно было ему не понраву — слишком много возни с бумажками. Разве воину и защитнику нужно все это? Почему он обязан заниматься всем этим? Белатор вполне мог бы попросить южанку заняться столь неинтересным делом, но что-то заставляло его стыдиться этой возможности. Да и напрягать свою женщину он не хотел. По крайней мере до определенного момента.       Ранним утром пришло известие о том, что двое дипломатов из левой части востока — Дайвоса, желают побеседовать с молодым вождем. Разумеется, в письме было пара скорбных строк о смерти Гарбала Фортиса, однако даже совершенно недалекий воин сумел догадаться, что слова «соболезнуем Вашей утрате» были чистым лицемерием. Разве можно верить кому-то из восточан? Даже в чертах их лиц виднеется хитрость: миндалевидные, словно прищуренные глаза, ухмыляющиеся тонкие губы — разве можно доверять человеку с такой мимикой? Мужчина понятия не имел, что от него требовали эти «падальщики», но прекрасно осознавал, что даром ведения переговоров он не обладал. Да и общаться с этими незваными гостями особого желания у молодого воина не было. С недовольством и стыдом, Белатор понимал, что ему будет трудно следить за ходом мыслей восточан, а это позволит им его легко одурачить. По сути был человек, который даже с удовольствием присутствовал бы на переговорах, сумел бы вычислить ложь среди нескончаемого потока предложений, но просить помощи у этой особы попросту стыдно и неприемлимо. Карог хмурился, смотрел на письмо и пытался обдумать свои действия. Мужчина всеми силами старался найти выход, который помог бы ему избежать прошения помощи у жены. Сам он не справится, с горем, это признать пришлось; среди северян, наверное, тоже не найдется кого-то, кто будет смыслить в дипломатии; отменить переговоры тоже нельзя, с его стороны это будет низко и глупо… Видимо, есть только один выход — переступить через свою гордыню и обратиться к Валоре… К женщине! К южанке! Карог смял письмо в кулаке и нахмурил лоб. Да что же это за наказание!       Ругаясь на судьбу, коря себя за «слабость» и обвиняя в нарушении своих же принципов, Белатор все же оказался у принцессы в покоях. Еще находясь на пороге, молодой архигос ощущал себя нелепо и виноватым перед своей мужской натурой, но застав южанку, развлекающуюся со своим питомцем, увидев ее веселую улыбку, он слегка расслабился. Разумеется, сомнения его все еще не разрешали попросить помощи напрямую, а потому Карог, недовольный и пристыженный, молча отодвинул стул от стола и уселся. Сама же Валора, стоящая около клетки сильно встрепенулась, завидев мужа. По его лицу было видно, что разговор предстоит серьезный, потому девушка насторожилась и несколько встревожилась. Сейчас, когда Карог сидел, а девушка стояла и при этом грациозно выпрямила плечи, она немного возвышалась над ним. Волнение принцессы проявилось румянцем, что подчеркивался розовато-малиновым цветом платья. Выглядела она прелестно, но более всего ей шёл тот насыщенный красный оттенок.       — Дала ему имя? — Спросил мужчина, не меняя выражения лица. Южанка замечала, что вовсе не об этом хочет пообщаться Белатор. Что-то случилось, и это «что-то» явно нехорошее. — Индиго. — Тихонько молвила девушка, неуверенно шагнув к мужу. Ей хотелось помочь или хотя бы узнать, что творится у него на душе. Он не опечален, а недоволен, но в его темных глазах таится замешательство.       — Неплохо. — Пожал плечами Карог, глядя в одну точку, не шевелясь, но отчего-то хмурясь. Принцесса забеспокоился еще больше — он даже не спросил, почему она назвала птенца именно так, или что обозначает это имя.       — Белатор, Вы не в порядке. — Проговорила Валора, видя, как муж лишь усмехнулся ее словам. Южанка мгновенно почувствовала его состояние, иначе и быть не могло.       Карог ничего не сказал, лишь протянул ей смятое в клочок письмо, но взгляда не поднял. Принцесса аккуратно приняла предмет, ненароком коснувшись холодными пальцами теплой ладони мужчины. Вернув письму часть прежнего вида, девушка быстро пробежалась по тексту глазами и отложила его на стол. Скрестив руки под грудью, а именно так она любила делать при глубоких раздумьях, девушка и сама сморщила нос. Этим «гостям» явно что-то нужно, и они, обладая развитым блефом, могут это получить. Приятно, что муж дал прочитать послание, адресованное лично ему. Раз он решил поделиться с ней такой информацией, значит, он считает ее не такой уж болтливой и глупой.       — Что скажешь? — Карог взглянул на свою юную жену, которая выглядела несколько забавно, будучи сосредоточенной. Девушка слегка удивилась тому, что ее мнением интересуются здесь на севере, однако вид сохранила достойный.       — Не знаю, что им нужно, но могу сказать одно — будьте внимательнее и бдительнее, иначе они Вас обманут и используют в своих целях. — Принцесса призадумалась: что же желают эти стервятники? Уж явно, они едут сюда не для того, чтобы высказать свое уважение новому вождю, и тем более не для того, чтобы поскорбить по старому.       — В этом-то и проблема. — Невесело заметил Белатор. Мужчина шумно вздохнул и добавил: — Я понятия не имею, как вести переговоры и оставаться спокойным.       — В этом нет ничего постыдного. — Девушка попыталась мягко улыбнуться, однако в глазах ее замечалась озадаченность. — Я могу рассказать Вам пару приемов ведения беседы и указать на главную угрозу, если хотите…       — Мне это не поможет. — Честно признался мужчина, стыдясь напрямую попросить южанку заняться проблемой. Да его же засмеют, обратись он к женщине! С другой стороны, он потеряет гораздо больше, если в ход пойдут его «знания и умения». Шумно вздохнув и сжав кулаки, он поговорил: — Ты нужна мне там. — Какой стыд! Какая нелепость! Карог чувствовал себя так неловко.       — Вы хотите, чтобы я присутствовала непосредственно на встрече? — Удивленно вскинула брови принцесса и чутка округлила глаза. Муж, словно и сам того не желая, кивнул, подтверждая ее слова. Девушка была польщена такому предложению, но ей было несколько волнительно. Да и неправильно это было. Даже на юге королева редко приглашалась на сбор совета и переговоры, а что говорить о севере? — Белатор, не думаю, что это верное решение. В письме просили личной встречи именно с Вами, а потому я буду там лишней. Да и Вы говорили, что женщина…       — Валора. — Мужчина поддался вперед и схватил ее за запястье, мгновенно заставляя замолчать. Южанка удивилась не столько его прикосновению, сколько тому, что муж впервые назвал ее по имени. На удивление с его уст оно прозвучало очень даже беззлобно и, кажется, самую малость нежно. — Я прошу у тебя помощи. — Кратко молвил молодой архигос. Принцесса смущенно покраснела, ее поразило то, что Белатор идет наперекор принципам и обращается к ней за советами. Она просто не имела права отказать.       — Тогда пообещайте, что будете слушать меня. — Не без гордости заявила девушка, сделав уверенный шажок к мужчине. Вновь южанка имела вид непоколебимый и стойкий, что так нравился Карогу. Он не сдержался и позволил себе оскалился. Просьба звучит забавно, хотя так противоречит его натуре воина.       — Будешь всеми командовать? — С иронией спросил молодой мужчина. Эта маленькая женщина заставляет его сердце сладостно сжиматься. Только это и заставляет его послушаться кого-то кроме себя. Какой еще женщине он бы позволил так разговаривать с ним? Странно, что она все еще не высвободила свою руку из цепкого захвата.       — Имею право — мой муж архигос. — Южанка хитро усмехнулась, ощущая непривычное тепло в груди. От чего-то ей хотелось, чтобы воин смотрел на нее и касался. — А они скоро познакомятся с севером. — В карих глазах вспыхнуло дикое пламя, и Белатор готов был вечно глядеть на это. Перед ним была вовсе не та пугливая и молчаливая девчонка, похожая на мертвеца, которую так ненавидят северные женщины, и над которой так насмехаются воины.       «Гордая, непокорная и до безумия красивая» — Подумал Карог, прежде чем поднялся на ноги и поглядел на жену с нескрытым одобрением.

***

      В день приезда гостей заграничных гостей Валора встала гораздо раньше, чем обычно. Девушке хотелось, чтобы все прошло идеально, а потому нужно было и самой соответствовать ожиданиям. Принцесса хотела угодить не только себе, но и мужу. Раз уж она наденет нечто «южное», то следует внести в свой образ и частичку Гросфельда. Она не раз замечала, как северянки по особому укладывают свои волосы — женщины никогда не позволяют себе их распускать, они то и дело плетут тугие косы или же подбирают их в пучок. Илайн говорила, что это нужно, чтобы волосы не мешались при работе, и Валора действительно хотела опробовать одну из причесок на себе. Ей понадобилось много времени, чтобы заплести свои длинные и густые волосы в замысловатые косы. Быть может, Карог оценит ее старания? Теперь разглядывая себя в зеркале, Валора поняла две вещи: первая — ей невероятно идет и прическа, и нежно-фиолетовое платье; вторая — Белатору просто не может не понравится ее вид. Принцесса не стала дожидаться приглашения и сама пошла навстречу мужу. Они встретились в коридоре, недалеко от покоев Валоры, и потрясение на лице Карога стоило всех потраченных усилий.       Молодой архигос уже хотел известить принцессу о том, что гости уже прибыли и желают сразу же приступить к переговорам, вместо того чтобы отдохнуть после долгой дороги, но вся информация забылась моментально. Валора была прекрасной. Она всегда выглядела замечательно, особенно в том красном платье на ритуале, но сейчас был из ряда вон выходящий случай. Ее черные волосы были аккуратно уложены, совсем как у северянок, но, вот же пекло, она их переплюнула. Ее бледное личико теперь было открыто, от чего девушка выглядела совсем юной и милой. Принцесса, как никогда, была похожа на ребенка, однако ей это только придавало изящества и прелести. Еще и смущенный румянец делал ее до невозможности прекрасной. Так трогательно, что она хотела быть подобной северным женщинам, однако ей это совершенно не нужно — она и без этого потрясающе выглядит.       — Твои волосы. Они лежат по-другому. — Молодой вождь постарался казаться безразличным, но неловкая усмешка выдала его настоящее чувство.       — Вам не нравится? — С наигранным огорчением спросила девушка, и личико ее сделалось точь в точь, как у обиженного ребенка, что вот-вот расплачется. Конечно же ему нравилось! Это очевидно, Валора прекрасно видела эмоции на грубом лице.       — Непривычно, но тебе хорошо. — Иного ответа и быть не могло, потому южанка заулыбалась. Карог ощутил, как по всему телу одним мощнейшим потоком распространилось тепло. Он даже задумался, правильно ли любить что-то столь юное и невинное? — Пойдем, от нас требуют скорейшего начала.- Архигос поспешил перевести тему, чтобы не выглядеть нелепо. Если он долго будет смотреть на свою жену, то точно потеряет бдительность и перестанет соображать. Словно по команде они двинулись в одном направлении.       — Видимо, наши гости хотят приступить к делу сию минуту. — Тут же отозвалась Валора, гордо шагая по правую руку своего мужа. Сейчас принцессе даже нравилось, что он так возвышается ней. Он выглядел величественно, могущественно и, если приглядеться, не таким уж и несимпатичным. В его огрубевших чертах было что-то притягательное, но южанка не разрешила себе долго засматриваться на него.       — Они сказали то же самое. — Оскалился Белатор, искоса поглядывая на жену. Красива до невозможности. Не так уж и важно то, что она южанка.       — Но разве мы проверим в эту демонстративную ответственность? — С хитростью и насмешкой в голосе поинтересовалась принцесса, не удержавшись от взгляда на Карога. Мужчина уже не стеснялся рассматривать ее, начиная с миловидного бледного личика и заканчивая широкими бедрами, что не мог скрыть даже крой платья. Он ощутил потребность, что ощущает любой мужчина, видя женщину, которой хочет обладать. Правильно ли это? — К слову, было бы лучше, если бы мы шли под руку. — В ее интонации слышалась настойчивость. — Вы ведь мне не откажете? — Белатор даже не собирался отказывать. Зачем лишать себя удовольствия? Молодой вождь остановился и подставил ей локоть. Дождавшись, пока девушка ухватится за его предплечье, он двинулся вперед. Принцесса держалась за него уверенно, не так, как при прогулке в саду Багрового Крыла. Теперь она делала это не против собственной воли.       Гостей из востока архигос и его жена ожидали в комнате переговоров. Залой это было назвать трудно, однако для севера каменный интерьер, лишенный всяких украшений, был вполне обыденным. Посреди стоял большой темный стол, сделанный из стали, а вокруг него располагалось несколько совершенно неудобных стульев. Принцесса уселась по правую сторону Белатора. Ей нужно быть рядом, чтобы в случае перепалки удержать его от рукоприкладства. Ждать им пришлось недолго, спустя пару минут на пороге появилось двое мужчин — один более молодой, другой же был в том возрасте, который принято называть преклонным, и имел густые поседевшие усы. Тот, что помоложе, был высоким, хорошо сложенным, достаточно красивым. Восточные очертания: широкие темные брови, миндалевидные карие глаза, кудрявые черные волосы, смуглая кожа — только добавляли ему шарма. Карог готов был поклясться, что видел, как этот напыщенный щенок заинтересовался миловидной южанкой. Он даже улыбался ей! Этого было достаточно, чтобы стереть его усмешку с лика земли. А вот мужчина, чьи темные волосы приукрасились серебром, был наоборот хмурым и ворчливым. Его морщинистое лицо излучало неприязнь, казалось, он не привык скрывать свои мысли.       — Лорд Гордон, Лорд Сирайн, Гросфельд приветствует вас. — Гостей принято встречать стоя и с улыбкой, потому Валора, приподнявшись одновременно с мужем, одарила каждого из мужчин теплым жестом.       — Мы с моей женой рады гостям. — С плохо скрываемым недовольством молвил Карог, состроив подобие усмешки. Другое дело улыбка, что он готов был дарить лишь своей жене.       — Благодарим Вас за гостеприимство, архигос. — Обратился к правителю севера молодой лорд Гордон, но смотрел только на хорошенькую девушку, что стояла рядом с этим огромным мужчиной. Он ей совершенно не подходит! — У Вашей жены восточная красота. Миледи, Вы одна из тех немногих женщин, черты которых воспевают в балладах и песнях. — И хотя комплимент был сделан искренне, их уст этого смазливого лорда он прозвучал слишком приторно и лестно.       — Благодарю, милорд. — Сдержанно отозвалась девушка. Как же она тосковала по этим красочным речам и поразительным высказываниям. На севере комплименты звучали скудно.       — Неужели новому вождю нравится, когда его ублажает этот ребенок? — Внезапно заговорил седовласый на восточном языке, зная, что его поймет лишь человек, прибывший с ним. Однако это было ошибочным мнением. Карог поморщился, ведь ему не нравилась эта скрытость, однако взглянув на Валору, что продолжала нежно улыбаться, слегка успокоился. А южанка все прекрасно понимала.       — Прошу простить моего друга, он привык говорить на родном языке. — Молодой житель Дайвоса постарался изобразить виноватую усмешку.       — Ничего страшного, если лорду Сирайну так угодно. — Пролепетала принцесса, игнорируя колкие слова мужчины. Ей же лучше от того, что они не осведомлены о ее знаниях. — Прошу, присаживайтесь, господа.       — Миледи, нам приятна компания столь прекрасной женщины, но мы бы хотели побеседовать наедине с архигосом. — Учтиво проговорил красавец, не отводя взгляда от маленькой принцессы. Карога начинало это злить.       — Мы упоминали об этом в своем письме. — Раздался хриплый голос лорда Сирайна. Его седые широкие брови слегка сдвинулись к переносице. — Хотя архигос, должно быть, не обучен чтению. — Он снова говорил не на общем языке. Валора забеспокоилась, ведь теперь была очередь Карога подать слово. Вряд ли он сумеет аргументировать присутствие южанки. Удивительно, что он все еще не высказал свое недовольство к восточанам.       — Я доверяю своей жене. — Достаточно громко и убедительно произнёс Белатор, и даже принцесса удивилась его высказыванию. Он говорил настолько правдоподобно и искренне, что южанка и сама в это поверила. К слову, он и не думал лгать. — Мы с ней близки.       — На востоке считают, что женщины слишком много болтают. И это сбивает с толку. — Как можно мягче промолвил лорд Гордон. — Да и потом, миледи, Вам будет скучна мужская болтовня. — Он был совершенно уверен, что держать такую красоту на севере нельзя.       — Вы не на востоке. — Грубо отрезал Белатор, злобно сверкая глазами. — Или же смеете обвинить мою жену в пустословии и назвать ее глупой? — Лицо мужчины сделалось враждебным и угрожающим, а кулаки сжались.       — Ни в коем случае. — Быстро проговорил молодой человек, игнорируя страх перед этим могущественным воином. — Если Вам угодно, чтобы принцесса была здесь, то пусть так.       — А этот северянин не так глуп, как кажется. — Хохотнул лорд Сирайн, усмехаясь. Несмотря на свой скверный характер этот человек был великим дипломатом и искусным лжецом. — Лицо его страшнее смерти, однако, гляди, какую милую женушку себе отхватил.       Карог взглянул на принцессу, ожидая ее реакции на такие выходки со стороны гостей, однако та была спокойной и не убирала с лица улыбку. Это внушало ему некую уверенность. Если Валора не подает признаков беспокойства, то и ему не стоит демонстрировать свой буйный нрав. Взять на переговоры южанку было замечательным решением. Не будь здесь ее, возможно, он бы уже стал участником драки, а лордам востока понадобился целитель.       — Раз уж все определились со своим местом, то предлагаю начать наш деловой разговор. — Голос южанки был мелодичным и ласковым, лишь она одна знала о присутствии в нем яда. — Милорды, прошу обойтись без официальных выступлений — Вы сами требовали скорейшего начала. — Ей было известно, как виртуозно могут запутать человека лирические отступления, однако она была не из тех людей, кто позволяет себе отвлекаться на всякие глупости.       — Ваша правда, миледи. — В спокойном голосе молодого лорда заскрежетало недовольство и обеспокоенность, что свидетельствовало о то, что его намерения были не так чисты, как он пытался изобразить. Валора обладала острым слухом, потому заметила это. — Нам действительно следует приступить к делу ежесекундно.       — С каких пор восточанин прислушивается ко мнению женщины? — Достаточно резко выбросил Криг Сирайн, хмуро посматривая на земляка. — Или Вам напомнить, из-за кого произошел раскол государства?       — Следите за словами — для вашего же блага. — Грозно молвил Карог, смиряя взглядом седовласого, что только что косвенно оскорбил принцессу. — Не стоит плохо говорить о моей жене, тем более, когда находитесь со мной рядом.       — Белатор, уверена, что у лорда и в мыслях не было говорить обо мне плохо. — Быстро одернула мужа Валора, предчувствуя завязку конфликта. Для большего влияния южанка положила ладонь на сжатый кулак Карога и, заглянув ему в глаза, медленно и успокаивающе объяснилась: — Позицию слов можно понять, ведь именно во время правления королевы Минервы восток раскололся на две независимые друг от друга части — Дайвос и Мортем. Это единственная женщина, что когда-либо правила целым государством, и некоторые ее ошибки привели к расколу и внутренней войне. — Белатор, хотя и пытался вникнуть в глубокую речь принцессы, слабо понимал, о чем она говорит, однако отвлечься от нарастающей ярости ему удалось.       — Женщины созданы для любви, а не для политики. — Приглушенно и мягко добавил Марл Гордон. Мужчина поразился тем, насколько умна эта прелестная девушка. Это еще она причина увести ее с севера — здесь до ее сообразительности никому нет дела. К слову, Валора была категорически не согласна с его высказыванием.       -Такую, как она, нельзя не любить. — Словно подливая масла в огонь, заметил Криг, вызывая ухмылку на устах товарища. — А Вы, миледи, хороши в истории. — Приторно скалясь, обратился он к южанке.       — Благодарю, однако есть вещи, в которых я разбираюсь куда лучше. — Принцесса и сама решила идти по пути искусного блефа. Как говорится: убить врага его же оружием. — Однако Ваш друг прав — женщины не созданы для политики. — Как же трудно давались ей эти слова, но на что ни пойдешь ради победы. Ей следует отвести от себя внимание, чтобы ее не заподозрили ни в чем плохом. Главный прием любой умной женщины — скрытие своего ума за кокетством. Валора осознала, что уже около трех минут они обсуждает совершенно не то, что нужно. Проклятие! Ей стоит быть внимательнее. — Милорды, прошу сосредоточится на цели вашего визита. — Едва ли не сквозь зубы процедила девушка. Ненароком глянув на Карога, она заметила гордость и восхищение в его выражении лица. Кажется, ему нравится то, как она себя преподносит. От этой мысли южанка ощутила прилив энергии.       — А девчонка не из простых: себя обмануть и отвлечь не даст. Будь осторожен в высказываниях. — Чуть тише, чтобы не раздражать вождя севера, кивнул Сирайн молодому мужчине. Вновь вернув гадкий и сладостный оскал, совершенно не такой, как у Карога, он вновь постарался усыпить бдительность принцессы: — Простите, не могу перестать восхищаться Вами. Вашему мужу повезло с такой партией.       — Однако не я являюсь причиной вашего приезда, потому перестаньте делать меня центром разговора. — Серьезно проговорила южанка, стараясь не показать своего недовольства. Смягчившись, она усмехнулась: — Меня учили скромности.       — Поразительно!— Воскликнул седовласый, и Валора узнала эту интонацию, с которой произносилось только это слово. Мать с такими же ироничными нотками в голосе выговаривала это «поразительно» на своем родном языке, когда, например, Лана не могла выучить простейшие элементы танца, или когда отец забывал о важной встрече.       — Ты слишком привлекаешь внимание, перестань.— Вмешался лорд Гордон, решившись стать инициатором, раз более опытный дипломат решил проверить внимательность южанки. — Вы упомянули о расколе востока, о правительнице, что это спровоцировала, последующей внутренней войне, но известна ли Вам нынешняя обстановка между правой и левой частями?       — Дайвос и Мортем с того времени ведут неофициальную войну, разве нет? — Нахмурилась принцесса, не понимая, почему столь серьезные вещи говорит тот, что помоложе.       — Это трудно назвать войной. Скорее, постоянные стычки, конфликты, которые иногда перерастают в серьезные сражения, но войной это называться не имеет права. — Принцесса вслушивалась в каждое слово, лишь бы не упустить уклонения от правды. Стоит отдать должное, молодой мужчина говорил складно и красиво. — Мортем пытается уничтожать нашу провизию, укрепляет позиции у границ, потому нам остается только давать отпор и защищать свои земли. В этом противостоянии нету смысла, как и конца. — Лорд зря демонстрировал такое изобилие слов, да и напрасно пытался выставить свою государство в чистом свете. Дайвос был далеко не невинен.       — В таком случае, почему бы Вам самим не прекратить это? — С легкой ноткой недоверия поинтересовалась Валора. К чему восточанин затеял эту исповедь? — Что мешает Дайвосу зарыть топор войны? — Девушка была осведомлена достаточно хорошо, потому прекрасно знала о многочисленных битвах, что провоцировала именно левая часть востока.       — Вы, верно, не осознаете того, что мы всего лишь защищаем свое государство. — Вмешался в беседу седовласый лорд, ощущая осторожность маленькой южанки. — Разве Ваш муж или отец разрешили бы ближнему врагу вторгаться на их земли?       — Это не ответ, лорд. — Раздался грубый голос Белатора, что вовсе не думал отвлекаться от хода переговоров. Его жена безусловно умна, однако отдавать ее на растерзание этим стервятникам он не собирался. Южанке стоит давать передышку на раздумья. — Серьезные сражения, как вы сказали, возникают только тогда, когда обе стороны хотят крови.       -Его речь примитивна до ужаса, однако и дураку ясно, что он кое-что соображает, пускай и с трудом.  — Марл взглянул на более опытного дипломата без эмоций, скрывая свое разочарование и настороженность. — Разумеется, мы желаем устранить своего врага… — Процедил сквозь зубы молодой брюнет, но на устах его была слащавая усмешка.       — В таком случае, это не просто защита своих земель, а явное противостояние. — Сдержанно произнесла принцесса, привлекая к себе внимание. — Вы не можете утверждать что агрессия видна только со стороны Мортема.       — Пусть будет по Вашему, однако мы хотим положить этому конец. — Откровенно проговорил Гордон. Валора даже не стала напоминать лорду о том, что он сам утверждал, что конфликту не достичь завершения. Принцесса не позволяла себя запутать, наоборот, она собиралась пусть пыль в глаза своим собеседникам.       — И что же Вы сделали для этого? Предложили королю Дейману объединить земли? Или, быть может, положили перед ним соглашение о перемирии? — Южанка говорила вовсе без напора, ее голос звучал ровно и спокойно, но Карог замечал, что девушка переполнена чувством уверенности и превосходства. Глядя на нее, молодой архигос непроизвольно усмехнулся. Кто бы мог подумать, что та маленькая, никчемная, слабая девчонка, на которой он женился, на самом деле окажется такой поразительной и непреклонной.       — Мы пытались выйти с ним на мирный путь, однако он не стал нас слушать. — В ход пошел блеф, который принцесса с легкостью распознала. Гордон врал недостаточно хорошо. — Он отверг наши предложения о заключении мира.       — На одном из вечеров в Калорфорне мне повезло вести беседу с принцем Мортема. Он поведал о том, что его отцу — королю, часто приходят письма с угрозами от правителя Дайвоса. Ни слова о перемирии, лишь требования сдать часть земель. — У Валоры было множество очагов информации, и сейчас ей это было крайне полезно. Принцесса нежно улыбнулась и добавила: — Видимо, я на самом деле слаба в политике, если не осознаю, как угрозами можно добиться мира.       — Восточане ищут самые извилистые пути, чтобы достичь своей цели. — Простой фразой Марл попытался отвлечь внимание. Валора с трудом сдержалась, чтобы не воскликнуть нечто едкое и колкое в сторону мужчины.       — Однако свою цель приезда вы, восточане, все еще не озвучили. — Громко подметил Белатор, сильно нахмурив брови. Девушка взглянула на мужа с приятным удивлением. Неужто он пытается держаться на плаву и вникать в суть? Карог заметил интерес жены, как и довольную усмешку на ее устах. — Если не хотите, чтобы переговоры завершились прежде, чем требуется, то говорите сейчас.       -Проклятье! Они слишком внимательны. Что прикажешь делать? — Резко обернулся к Сирайну молодой дипломат, но на лице того не дрогнула ни единая мышца. Он слабо ухмылялся и поглядывал на представителей севера с заинтересованностью, в нем словно появился азарт.       — Мы хотим мира на наших условиях. — В голосе Крига прекрасно слышалось подобие превосходства. Мужчина словно бросил вызов ахигосу этой простой фразой, от чего второй заметно напрягся и перевел взгляд на сосредоточенную до невозможности принцессу. — Хотим объединить восток, но оставить свою систему правления. Такой ответ вас устроит? — В отличие от седовласого, молодой лорд выглядел встревоженным, будто не понимал, что заставило товарища сказать часть правды. Марл старался выяснить, каков стратегический ход использовал лорд Сирайн.       — Объединение путем разгрома нынешнего Мортема? — Прищурилась Валора, удостоверяясь правильно ли она поняла слова дипломата. — Не совсем равноправные условия, не находите? Ваше перемирие основывается на порабощении целого государства, разве это позволено гуманным и искусным тактикам востока?       — Называйте это, как пожелаете, миледи, однако прежде, прошу, выслушайте меня. — Лорд Криг уже сумел разузнать, как обстоят дела с дипломатией в этом месте. Его не удивило, что вождь-варвар ничего не смыслит в политике, а потому и привел на переговоры более эрудированного человека. Но, вот досада, девушка, хотя и строила из себя обворожительную, кокетливую и легкомысленную леди, являлась весьма сообразительной и осторожной. Главное — повлиять на нее, а после все должно пойти на руку. Очевидно, что даже такой громоздкий и суровый воин, как Белатор Карог, не сможет устоять перед столь прелестным созданием. Он послушает ее. — Мортем, каким бы он не был описан Вашим добрым другом, куда более грязный, чем предполагаете. По столице разгуливают паршивые воры, которые грабят даже слепых, что просят медяки у мостовой. Между домами нередко находят, простите, остывшие тела, что гнили уже несколько суток. В Мортеме сама смерть стыдиться появляться в открытую. Там есть только гниль и грязь — Отчасти, лорд был искренен: другая часть востока действительно была паршивым местом, где господствовала сырость, грязь и людская чернота. Государство погубила алчность и безнаказанность, но и Дайвос был к этому несколько причастен. — Если земли Мортема станут нашими, то мы исправим это.       — Если Ваши слова являются правдой — что мешает вам сделать это? Мертвецы и воры плохо владеют оружием, а вот армия Змееносцев Дайвоса, я слышала держит свои копья уверенно. — Карог в который раз поразился знаниям жены. Откровенно говоря, он даже понятия не имел, о чем идет речь. Ему бы следовало знать, что Змееносцами называют воинов востока. — Как вы сражаетесь, если ваши противники — гниль и грязь, как Вы выразились?       — Наемники, миледи. — Вмешался лорд Гордон. — В Мортеме много местных наемников, а они на поле боя ведут себя достойно. К тому же, их люди превосходят нас числом в три раза. Всему виною жадность, миледи. Ради денег они готовы на все. — Марл на мгновение замолчал. Он не удержался и игриво усмехнулся глядя на принцессу, после чего добавил: — Мужчины востока особо жадные, когда речь идет о двух вещах: деньгах и внимании прекрасной девушки. — Валора впервые была рада тому, что ее муж очень туго соображает. Знал бы он, что гость востока флиртует с ней, то точно бы развязал драку. Этот пронзительный взгляд и довольная усмешка, которыми мужчины награждают женщин, что их интересуют, а теперь лорд Гордон одаряет и ее саму — все вызвало неприязнь и отвращение, оставило горький привкус во рту. Даже скудные комплименты Белатора казались ей более сладостными и приятными.       — Что же тогда вы не занимаетесь проблемой Мортема, а являетесь на земли севера? — Принцесса прекрасно знала, что именно потребует восток от архигоса, однако ей стоило убедиться в этом. Южанка была внимательна до предела, замечала каждый косой взгляд и движение губ мужчин Дайвоса. — Если ваши намерения действительно заключаются в сохранении традиций и благополучия востока, то вы не должны тратить время на столь далекие поездки.       — Наши люди истощены от постоянных битв. Змееносцы не успевают оправиться от предыдущего сражения, но их присутствия уже требуют на новом поле боя. — Лорд Сирайн говорил достаточно убедительно, однако Валору было трудно одурачить. У девушки было чутье на фальшивые утверждения. — Именно поэтому мы хотим попросить помощи у Гросфельда. Восток не понаслышке знает, какова мощь северных воинов. Еще будучи объединенным восток попытался оказать противостояние северу, что первым атаковал.       — И вы проиграли. — Не без самодовольства молвил Карог. Еще в первую встречу, Валора рассказала ему, что именно восток отдал северу остров Мортем. К слову, Белатору пришлось долго мыслить, чтобы осознать, что помимо острова с таким названием существует еще и целое государство.       — Это доказывает, что Вы и ваши воины невероятно сильны. — С наигранным восхищением проговорил Гордон. В отличии от жены, молодой архигос был не слишком бдительным, а потому словами лорда был польщен и доволен. Он гордо усмехнулся. Конечно, северные мужчины — лучшие воители. Марлу это было лишь на руку. Ему было крайне удобно от того, что Белатор повелся на эту лесть. — Мы нуждаемся в вашей поддержке, вождь. — И дураку было ясно, что стоит воспользоваться этой возможностью. Если не получилось убедить осторожную и внимательную принцессу — то стоит напрямую действовать на этого громадного дикаря.       — Иначе говоря, мы просим Гросфельд выступить на войне против Мортема. — Словно в заключение проговорил седовласый мужчина. Видя азарт в темных глазах Карога, что видимо желал отправиться на поле битвы сию-секунду, лорд подлил масла в огонь. — Если Вы направите силу против нашего врага, то Дайвос победит и будет благодарен Вам до конца его истории.       Валора взглянула на мужа и встрепенулась от испуга: на лице у него была яркая жажда крови и зрелищ. Разумеется! Белатор Карог не просто правитель, прежде всего он воин, что большую часть своей жизни сражается! Вид раненой плоти своих соперников, должно быть, приносил ему удовольствие, а значит он отправился бы в бой при первой же возможности. Восточане смогли использовать его воинственность и любовь к резне в своих целях. Они предложили не просто битву или сражение, речь идет о войне! Молодой архигос едва ли не скалился от перевозбуждения. Несомненно, он уже готов был дать согласие на оказание поддержки, однако у Валоры было несколько причин предотвратить это. И хотя иметь союзника, который будет тебе обязан своей победой, хорошо, нельзя допускать, чтобы им была какая-то из частей востока. Во-первых, у южанки были «близкие души» в Мортеме, а во-вторых, от слов восточан веет недосказанностью, а значит им нельзя просто так довериться. Кроме того, принцесса боролась с мыслью о то, что ей не хочется, чтобы Белатор отправился на бойню или даже возглавил ее: либо его постигнет безумие, либо с ним случится что-то ужасное.       — В чем выразится ваша благодарность? — Скептически поинтересовалась принцесса, прежде чем Карог огласил согласие на выручку. Северянин поглядел на жену с непониманием и недовольством. Чего греха таить, Карог готов был сделать ей замечание и приказать дать ему самому разобраться, но стоило южанке взглянуть на него в ответ, все намерения исчезли. Она просила его прислушаться к ней, да и потом вовсе не Валора нуждалась в помощи на переговорах. — Не думаю, что разумный правитель согласится жертвовать собой и своими людьми просто так. Какова будет выгода для севера?       — Огромный по территории остров Гардс будет присоединен к Гросфельду. — С готовностью заявил Криг, пронзительно глядя на принцессу. — К слову, это выгодно, ведь его почва пригодна для растений и плодов, в отличие от промерзлого льда. — Дочь короля Калорфорна заметила, как загорелись лихорадочным блеском глаза мужа — естественно, он считал, что получение такой земли является достойной наградой. Его желание ответить согласием лишь усилилось. Жаль, что он не был поставлен в известность обо всех нюансах. А вот Валора, что знала более, чем достаточно, готова была молнии метать, подобно южным Богам, и играть до последнего.       — Остров Гардс не принадлежит вам! Его территория числится за Мортемом. — Тоненький голос стал невероятно резким. Девушка практически впала в ярость — ее пытаются обмануть. — Считаю нужным уточнить, что на севере за ложь принято карать.       — Миледи, я вовсе и не пытался вам лгать. — Обеспокоенно произнес Сирайн, увидев, как враждебно исказилось лицо Карога после слов принцессы. — Более того, я бы даже не посмел говорить Вам и Вашему мужу — вождю севера, неправду. Я хотя и старый, но еще не полностью утратил рассудок.       — В Ваших интересах, милорд, объясниться. — Надменно отрезала южанка, не сводя глаз со старика. — И будет гораздо лучше, если сделаете это незамедлительно.       — Она явно не из тех, кого легко сбить с толку. Словно исключение из правила: «красивая голова является пустой.» — С каким-то разочарованием и горечью заметил Гордон. — В любом случае, нам нужно убедить их. Наши поцелованные огнем друзья будут расстроены, если нам не удастся убедить архигоса занять своих воинов нашими врагами. — Валора с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть или не ахнуть. Вот оно! То, что скрывалось, теперь стало ясным и известным. Дайвос в сговоре с западом, и, по всей видимости, от этого могут пострадать и север, и Мортем, и, вполне возможно, юг. Девушка не стала подавать вид своей осведомленности. Главное — не допустить северу ввязаться в эту войну.       -Они нам не друзья. Друзья не платят за услугу.— Отозвался лорд Сирайн, хмуря лоб, от чего лицо его сделалось морщинистым и слишком старческим. — Но это не столь важно, ведь мы все равно остаемся в выигрыше: Дайвос получит и земли, и плату за помощь.  — Миледи, я более чем уверен, что вместе с воинами севера мы одержим победу, а потому земли Мортема отойдут к нам и мы сможем распоряжаться ими. Вследствие, Гардс отойдет … — Валоре захотелось, чтобы эти лжецы получили по заслугам, однако мужу рано говорить об их мерзких намерениях. Это будет иметь последствия.       — В таком случае, это уже не будет наградой. — Возмутилась принцесса, и Белатор готов был поклясться, что видит, как из миниатюрной и невероятно милой принцессы вот-вот вырвется всепоглощающий огонь. Девушка обернулась к мужу, ощущая его потрясенный взгляд, после чего объяснила: — Выходит так, что мы сами завоевываем земли, которые нам обещают в дар. — Это была малейшая зацепка, но принцессе нужно было хоть как-то аргументировать отказ. Помимо этого, ей стоило убедить Карога, заставить его одуматься и не поддаваться своим порывам и зову сердца. Стоит поговорить с мужем после уезда гостей — иначе домой они больше никогда не вернуться. Валора ощутила дыхание севера, прежде чем ей в голову пришла причина идея для отказа. — Но дело даже не в этом, милорды. — Принцесса приложила усилия, чтобы состроить нежную улыбку, которая за собой таила презрение и неприязнь. Какими бы высокопоставленными и воспитанными эти лорды ни были, за весь разговор они не раз пытались обмануть ее и молодого архигоса. Пусть благодарят за милосердие, ведь она даст им время на уезд. — Поглядите вокруг, непроходимые сугробы, пронизывающий до костей холод, скользкие ледяные тропы — все это такое родное и привычное для мужчин севера. А вот попадая в другие условия, они становятся слабее, соответственно, их умения ухудшаются. — Девушка знала, что Карогу не понравится такая тактика, и он обязательно заверит и ее и гостей, что воины Гросфельда непобедимы и неутомимы, потому поспешила предотвратить это. Южанка с особой нежностью взяла его за руку, нарочно переплетая пальцы. Белатор вспомнил об обещании, потому решил потребовать объяснений позже, когда они останутся наедине. Мужчина легко сжал ладошку жены, что помогло ему успокоить себя. — Ни я, ни мой муж не хотим, чтобы воины севера были помехой на поле битвы, что из песка и под беспощадным солнцем.       — Думаю, вы и сами понимаете, что это отказ? — Спокойно проговорил молодой вождь, поглядывая на лордов с пренебрежением. В особенности неприязнь была адресована Марлу.       -Поразительно!— С какой-то двусмысленной обреченностью прошептал лорд с седыми волосами. В его лице виднелся страх, словно он узнал что-то, что ему не следовало. — Понимаем, архигос, и не смеем критиковать Ваше слово…       — Это Ваше окончательное решение? Вы уверены, что не передумаете? Что если вам предложат плату получше? — Гордон старался реабилитироваться, ведь не хотел допускать полнейшего краха. Ему раздражало то, что Сирайн так быстро опустил руки. Он же великий человек! Замечательный дипломат! Что с ним происходит?       — Пытаетесь уличить меня в том, что я не держу слово? — Вспыхнул Карог. — Что я легкомысленный и непостоянный? Какое мне дело до Вашей платы — золота или земель. Я воин. Мои потребности и жадность проявляются в другом. — Мужчина нахмурился и даже не заметил, как сжал руку принцессы сильнее. — Я повторю, север отказывает вам в помощи, и считает это обоснованным.       — Милорды, мы уверены, что у Дайвоса хватит сил и средств, чтобы одержать победу и без помощи посторонних. — Южанка попыталась состроить приветливую улыбку. — Вы будете наслаждаться своим триумфом вдвойне — ведь это будет только ваша заслуга.       — Несомненно. — Хмуро и обиженно отозвался Гордон. Все кончено, он упустил шанс доказать всем, что является достойным дипломатом. Что самое обидное, человек, к уровню которого он стремился, сдал позиции еще быстрее, чем он сам.       — Полагаю, на этом и закончим. Благодарим за предоставленное время и приносим извинения за беспокойство. — Лорд Сирайн взглянул на угрюмого напарника. Его красивое лицо не испортила ни мрачность, ни печаль. Криг нахмурился и, прежде чем встать из-за стола, шепнул ему: — Благодари Змееглавого, что нас отпустили в целости.С вашего позволения, господа, я отправлюсь в покои. Возраст берет свое. — Седовласый дождался, когда Валора встанет из-за своего места и, аккуратно попросив руку учтивым жестом, коснулся губами ее пальцев. — Миледи, Ваша красота греет север куда сильнее, чем солнце — восток.       — Благодарю милорд. — Девушка натянуто улыбнулась и смущенно покраснела. Карог, возвышающийся над всеми присутствующими, не стал кидать на старика небрежный взгляд, ибо понимал, что в их обществе такой контакт является обязательным. Лорд Сирайн покинул зал переговоров, в отличие от земляка, что задержался в дверях, наблюдая, как архигос и его миловидная женушка обмениваются перешептываниями. Его удивило выражение лица Белатора. Казалось, что столь неприятный, огромный и устрашающий человек не способен улыбаться, но то тепло, что исходило от его усмешки, когда он смотрел на жену было невероятным. К сожалению, разговора он не слышал.       — Вообще-то, северяне способны сражаться на любой земле и при любой погоде. — Незлобно хмурясь, приглушенно шепнул мужчина. — Будь это даже восток.       — Мне это известно, Белатор. Иначе остров Мортем и оставался бы при востоке. — Принцесса говорила нежно и тихо, а еще не могла сдержать трепетную улыбку. — Это был стратегический ход, и, как видите, он удался. Удивительно, что они сами не заметили, как их обвели вокруг пальца.       — Ты обманула их! — Потрясенно молвил Белатор. Ему не терпелось узнать, что заставило принцессу шагнуть в сторону отмены возможного союза, но он осознавал, что сейчас его маленькая женщина нуждается в отдыхе. Жаль только, что ему не удастся составить ей компанию. И все же помощь Валоры была незаменима, пускай он и не хотел этого признавать. — К слову, ты была хороша. Даже мне было интересно, когда ты говорила. — Простенький комплимент заставил девушку смущенно покраснеть.       — Должна заметить, что и Вы держались вполне достойно. — Чтобы отвлечь себя, произнесла южанка. — Я очень благодарна Вам за сдержанность и послушание. — Принцесса так не хотела покидать мужа, но эмоциональность и сосредоточенность, а еще и умственная работа измучили ее. Ей необходимо было отдохнуть и набраться сил, да и Карогу стоило дать передышку. Восточане должны уехать прежде, чем Белатор узнает о том, что они в сговоре с западом, что готовит наступление и, по всей видимости, на Калорфорн. Архигос будет в бешенстве, а потому пойдет на опрометчивые поступки. Стоит понимать, что расправляться с иностранными дипломатами — не самое лучшее поведение для новоиспеченного правителя. Да и выглядеть это будет жестоко: переговоры закончились убийством представителей Дайвоса… Жуть! — Я обязательно осведомлю Вас о подробностях, однако несколько позже.       — Твое дело, южанка. — Пожал плечами мужчина. Валора польстилась тому, что Карог не требовал и не приказывал, а предоставил ей возможность прийти в себя. Несомненно, этот громоздкий, дикий воин не совсем плохой. Дождавшись, пока миниатюрная принцесса зашагает к выходу, Карог громко промолвил ей вслед: — Спасибо.       Девушка обернулась на него с искренней улыбкой. На душе у нее было тепло, как летом в Багровом Крыле. Она будет думать о хорошем поведении Белатора весь оставшийся день и всю ночь. Что-то между ними налаживается. То ли они привыкли друг к другу, то ли наоборот только сейчас окончательно узнали. Проходя мимо лорда Гордона; что задержался в дверях девушка мастерски и без единой ошибки промолвила на чистейшей восточном:       -Вы выбрали себе не тех друзей. — В ее голосе не было ни яда, ни желчи, но лорд от ее выходки вздрогнул. Теперь ему стало ясно поведение Крига. Южанка знала все, что они говорили, что пытались скрыть. Гордон словно чувствовал, как его жизнь находится в чьей-то ладони… В маленькой бледной ладошке Валоры Грэнд. Стоит ей лишь чуток сжать кулачок — он и Сирайн погибнут. Они хотели обмануть, но сами оказались обманутыми.       Стоит ли объяснять, почему лорды востока покинули Гросфельд при первой возможности?