В любви и на войне не все средства хороши

Прим. переводчика: Эм, да, я обещала, что глава будет после 18 числа. Но я вчера немного увлеклась)) Где-то до часа ночи. Но надеюсь, что никто не будет против)) - Но я не хочу эту… Я хочу твою, - ныл Минхо, но даже это было как-то мужественно (если только вообще возможно ныть по-мужски). Кибом широко раскрытыми глазами уставился на парня. Как он это делает? Как харизматичный военный с пылающим взглядом превращается перед Кибомом в капризного ребёнка? Всего несколько минут назад этот мужчина пристально смотрел на Джинки, который пришёл в их комнату в мотеле вместе с Джонгхёном (солдат узнал от Кибома об их «дружелюбном» разговоре с Джинки). - Ты! Что ты сделал с Минхо? – спросил старший, указывая на военного пальчиком. Минхо выпрямился и впихнул майку, которую держал, обратно в руки Кибома. - Я только озвучил своё мнение о том, что этим новым майкам предпочту твои. Они намного более удобные. Да и восхитительный аромат тоже плюс, - сказал Минхо серьёзным тоном, который почти заставил Кибома поверить. Солдат наклонился, чтобы взять майку из аккуратно упакованного чемодана, в процессе перемешав всё содержимое. - Эй! Ты привёл всё в беспорядок! – воскликнул Кибом, размахивая руками над своей сумкой. - А ты на самом деле громкий. Мы закончили говорить очевидные вещи? – сказал Минхо с дьявольской улыбкой. Его улыбка померкла на краткий миг, когда он надевал майку поверх перевязанной спины, потому что действие, должно быть, вызвало какую-то боль. Кибому очень хотелось придушить второго, но он сдержался, вспоминая о ранении. Фермер молча продолжил паковать майки, которые он купил для Минхо, в свою сумку и, наконец, закончил, закинув внутрь свои туалетные принадлежности. Минхо, на удивление, всё это время хранил молчание. Должно быть, он быстро учится и запомнил, что молчащий Кибом – тикающая бомба, ожидающая момента, чтобы взорваться. К тому времени как старший закончил, его настроение значительно поднялось от мыслей, что он сегодня отправится домой. Его бабушку, наконец, выписали. После долгого ожидания (казалось, что пролетели месяцы, хотя на самом деле не прошло и одного) он забирал бабушку из больницы домой. Она тоже была очень взволнована, болтая об утреннем ветерке, по которому так скучала, пока Кибом упаковывал её вещи. Внук был так рад, что сейчас ей намного лучше. Минхо, напротив, только начинал восстанавливаться. После трёх дней пребывания в комнате над магазином традиционной медицины, парни предпочли уйти, потому что не хотели больше обременять пожилого мужчину. В любом случае, Кибом планировал ухаживать за Минхо сам. Поэтому они покинули магазин, держа сумки с лекарствами, травами и перевязочными материалами. Добрый пожилой мужчина рассказал много премудростей, так что Кибом мог лечить солдата самостоятельно. Теперь заботиться о Минхо не слишком тяжёлое задание, прошла критическая стадия, где был риск заражения инфекцией. Кибома научили менять перевязки и дезинфицировать рану, что нужно было делать каждый день. Как делать это, когда Минхо вернётся в свой лагерь? Ну, старший ещё не заглядывал так далеко. Но ему придётся. Раньше или позже. Похоже, что у Кибома будет полно забот, так как надо следить за двумя пациентами. Но он не возражал. Когда любишь кого-то, это нетрудно. А парень любил бабушку и Минхо всем своим сердцем. - С ней всё будет хорошо. Теперь пошли! – повторил Джонгхён, скрестив руки так, как это обычно делает Кибом. Внук взглянул на бабушку, которая очень оживлённо говорила с отцом Джонгхёна. Она так бурно жестикулировала, что казалась большим ребёнком. Фермер улыбнулся своим мыслям. - Я знаю. Только держи своего хёна подальше от неё. Он мне не нравится, - в заключение сказал Кибом, разворачиваясь, чтобы сесть в машину. Он был рад, что Джинки сейчас здесь не было, его присутствие заставляло давление Кибома подниматься к опасному уровню. - Да, да. Аккуратнее, хорошо? И, ради бога, пожалуйста, не ввязывайся больше с кем-нибудь в драку! – кричал Джонгхён, пока машина отъезжала. Кибом нахмурился и повернулся лицом к Минхо, который быстро заснул в очень неудобной позе на заднем сидении. Кибом сопровождал Минхо в его лагерь. Эту идею очень сильно не одобрял отец Джонгхёна, так как знал, как сильно парень ненавидит военных. Он также знал, что военные не думают долго, когда доходит до использования их винтовок. Поэтому, если сложите 2 и 2, итог не покажется очень радужным. Но простое «нет» не остановит Кибома. Это его шанс увидеть жизнь Минхо. Всё, что он видел до настоящего времени – всего лишь фрагменты, где Минхо не в своей форме и Кибому так легко забыть о том, кто он на самом деле. Ближайшее напоминание о настоящей жизни Минхо – происшествие, когда последний без каких-либо эмоций на лице перерезал горло кэмпэйтаю несколько ночей назад. Видеть Минхо на его месте, делающего то, что должен, ну, это будет трудно. Кибому просто придётся проглотить горчайшую таблетку реальности. - Дальше ехать мне запрещено. Специальный приказ мистера Ким, - сказал водитель, когда они достигли края леса, в котором прятался лагерь военных. Место, где они сейчас находились, было достаточно далеко от дома Кибома, на противоположном конце леса. Парень кивнул водителю и выбрался из машины. Он открыл заднюю дверь и мягко потряс Минхо, чтобы разбудить его. Отсюда им придётся идти, где бы ни находился лагерь. Это будет тяжело для солдата в его слабом состоянии, но ведь здесь Кибом, чтобы помочь ему добраться. - Я не хочу. Прижмись ко мне, Кибом… - пробормотал Минхо, притягивая старшего к себе за запястья. Фермер кинул взгляд на водителя через боковое зеркало, пока тот с любопытством смотрел на парней. - Болеутоляющие. Его сознание сейчас немного спутано, - сказал Кибом, смущённо улыбаясь. Всё. Раненый или нет, сейчас Минхо будет разбужен грубым способом. - Ауч, Кибом! – воскликнул военный, мгновенно садясь и держась за лоб, так как старший дал ему довольно сильный щелбан. - Пошли! Мы на месте, - сказал фермер, отодвигаясь, чтобы позволить более высокому парню вылезти из машины. Минхо сердито посмотрел на него, но Кибом проигнорировал это, так как говорил водителю уезжать. Он сам потом найдёт путь домой через лес, поэтому мужчине нет нужды оставаться. Парни не стали ждать, пока машина уедет, и начали своё путешествие. Прижимая к своему боку сумку с медикаментами для Минхо, Кибом пошёл в направлении, которое указал солдат. Ситуация похожа на ту, когда они шли вместе в Итэвон, но было не неловкое молчание, а тишина, наполненная эмоциями. Страх Кибома и нервозность от предстоящей встречи с военными, боль Минхо и дискомфорт от больших нагрузок, вдобавок было любопытство, которое они оба разделяли. Итак, Минхо признался Кибому, и фермер ответил тем же, хоть не в словесной форме, скорее, действиями (кто бы подумал, что 3 коротких слова будет так трудно произнести?). Однако главным вопросом было, что делать теперь, когда они открыли свои чувства друг другу. Они не могут прокричать это с крыши или объявить об этом. Они не могут рассказать друзьям и семье, что потеряли голову от любви. Они, определённо, не могут ходить на романтические свидания. Тогда что они могут делать? Могут украдкой ловить взгляд второго, когда находятся среди друзей или семьи, надеясь не вызвать подозрений. Могут притвориться перед всеми, будто они обычные друзья, когда, на самом деле, хочется прижать возлюбленного к стене и неистово поцеловать. Или могут просто позволить своим пальцам сплестись, пока они находятся в середине леса и точно знают, что их не поймают. - Что с нами будет, Минхо? – спросил Кибом, ему действительно было любопытно, что второй скажет на это, пока старший смотрел на длинные пальцы Минхо, сжимающие его руку. Фермеру нравилось видеть, как его маленькую руку держит эта большая тёплая ладонь. Он чувствовал защищённость, безопасность - всё это приносило одно простое действие. - Мы… Я не знаю, Кибом… - сказал Минхо, к большому разочарованию парня. Он надеялся, что у младшего будет ответ на вопрос. Они повернули на восток, изменяя направление своего пути. Из-за густых крон деревьев лес казался темным, хоть на небе и ярко светило солнце. - Раньше я не заглядывал так далеко, потому что всё, что вертелось в моём сознании: «Иди к Кибому. Извинись. Умоляй его принять тебя, даже если у него нет к тебе таких же чувств». Откровение военного резко изменило атмосферу. Кибом удивлённо посмотрел на него. Минхо действительно думал, что они не будут вместе после происшествия на пляже? - «Похить его, если он откажется простить тебя», - добавил солдат в шутку, очевидно, чтобы прикрыть чрезмерно сентиментальное признание. Минхо был сильным парнем, а сильные парни не говорят сентиментальностей. Кибом только сейчас осознал, что улыбается, и его улыбка стала ещё шире. - Ты действительно думал обо всём этом? Почему никогда не говорил мне? Это так романтично, - нарочно сказал Кибом, чтобы отомстить за все те разы, когда Минхо заставлял его краснеть. – Я так злился на тебя. Но если бы ты вернулся, сожалея, я бы простил тебя мгновенно. Потому что я так скучал по тебе, - отважно признал старший. Солдату необходимо это знать, потому что Кибом не сможет пережить такое ещё раз. - Не существует таких слов, чтобы действительно объяснить, как я сожалею, что оставил тебя тогда, Кибом, - искренне сказал Минхо. Фермер сжал его руку, чтобы показать, что теперь всё хорошо. - Сейчас ты здесь, Минхо, и это всё, что имеет значение. Солдат притянул их сцепленные руки к губам, оставив целомудренный поцелуй на тыльной стороне ладони Кибома, заставляя парня смущённо краснеть уже в миллионный раз. Через ещё несколько минут ходьбы фермер начал различать признаки цивилизации неподалёку. Он услышал разговоры и шаги, которые были довольно отчётливыми в сравнении с тишиной леса, который начал редеть, теперь кроны деревьев пропускали больше солнечного света. Кибом отпустил руку Минхо, как только различил первую человеческую фигуру на краю лагеря. Ряды палаток – первое, что увидел парень, когда ступил на открытое место. Как-то организованные в 2 прямые линии… 10 палаток, посчитал Кибом. Все одинаковые по размеру, за исключением последней в дальнем конце, которая выглядела намного больше остальных и другой, рядом, которая также выглядела довольно большой. Ещё старший заметил открытую палатку, которая больше была похожа на какой-то брезент, наброшенный на 4 столба, из палатки поднимался дым. Минхо провёл Кибома через толпу крепких мужчин, которые перестали делать свою работу, чтобы посмотреть на них. Фермер старался не встречаться ни с кем взглядом, на случай, если он без какой-либо причины нахмурится и в конце-концов разозлит кого-нибудь. Но он всё равно умудрился рассмотреть большинство лиц. Кто-то был серьёзным, кто-то просто любопытным, и один выглядел практически счастливым. Ещё Кибом увидел настоящего гиганта, который казался готовым оторвать кому-нибудь голову. Затем Кибом заметил вонь. Боже, эти люди никогда не принимали ванну? Ну, он полагал, что нет, потому что они, возможно, были слишком заняты и их ближайший источник воды – только маленький ручей, отделившийся от главной реки. Вряд ли этого достаточно, чтобы помыться. Также здесь присутствовал ржавый запах, запах крови, и Кибому стало интересно, естественно ли, что военные пахнут кровью. Пересиливал все остальные запахи, на удивление, запах из палатки с дымом. - Что это за вонь, Минхо? – шёпотом спросил Кибом, с трудом сдерживаясь, чтобы не зажать руками нос, дабы не оскорбить кого-нибудь. Минхо, у которого было бесстрастное выражение с тех пор, как они вышли на открытую местность, слегка улыбнулся. - Обед. Одно это слово заставило желудок Кибома скрутиться от отвращения. Теперь он действительно не смог ничего поделать и притянул руку к лицу. За что получил несколько хмурых взглядов от мужчин, которые следили за каждым движением парней. - Мы пришли, - сказал ему Минхо, прежде чем откинуть полог самой большой палатки и зайти внутрь. Кибом неуверенно последовал за ним. - Минхо! Где, скажи на милость, ты был? – были первые слова, которые произнёс рот высокого мускулистого мужчины со светлой кожей, сидящего за самодельным столом в палатке. У него было суровое выражение, а его тон не содержал и намёка на беспокойство. Кибом увидел кучу документов, разбросанных на столе. «Должно быть, он здесь какой-то лидер», - предположил парень. Минхо согнулся под прямым углом, несмотря на боль, которая очень чётко отразилась на его лице. - Тэ Джун-ши, простите мне моё отсутствие. Я должен был уйти, чтобы позаботиться о личных делах, - официально ответил ему Минхо. Кибом просто стоял сзади и наблюдал, что было легко, так как ни один из мужчин в палатке сейчас не обращал на него внимания. - Личных делах? Мы здесь на задании. Ты бросаешь миссию, чтобы позаботиться о личных делах! Ты осознаёшь, как дерзко говоришь? – воскликнул мужчина низким суровым голосом. Он поднялся, чтобы стать перед Минхо, пристально смотря на него. - Я знаю, сэр. Но это было действительно важно. Разве не Вы всегда говорили, что семья важнее всего? – сказал солдат, очевидно, точно зная, что делать в такой ситуации. Кажется, у них не впервые такой разговор. А то, что Минхо упомянул Кибома в качестве своей семьи, оставило у парня очень радостное чувство. - Минхо, только то, что ты племянник генерала, не означает, что ты можешь нарушать правила, когда захочется! В этот раз я не позволю тебе отделаться так легко. Кибом с беспокойством взглянул на военного. - Но, сэр, у меня есть ценная информация от информатора в городе. Я уходил по личным причинам, но я всё ещё выполнял свою работу, - сказал Минхо, вообще не выглядя напряжённым. - Работу, которую тебе НЕ говорили делать, Минхо! – мужчина сделал паузу, обдумывая что-то. – Но информация, говоришь. Что там, точнее? - Я не могу обсуждать это перед штатскими, сэр… Кибом надулся. - Какие штат… О, он. Кто ты? Что ты здесь делаешь? – и всё внимание мужчины переместилось на Кибома. Тот не знал точно, как объяснить причину, по которой он здесь, поэтому какое-то время молча смотрел на мужчину. - На самом деле, он здесь, чтобы позаботиться обо мне. Понимаете, я ранен и буду нуждаться в его помощи, - Минхо помог фермеру начать. - Да, меня зовут Ким Кибом, - он бы добавил: «Рад встрече», но это не было так, поэтому парень нарочно пропустил эту фразу. Сбитый с толку мужчина смотрел то на Минхо, то на Кибома. - Какое ранение? Ты выглядишь хорошо, - сказал он. Минхо рассказал всё о происшествии с кэмпэйтаем. Мужчина внимательно слушал и, где необходимо, задавал вопросы. - О, правда? Нужно отметить твою храбрость, парень. Для штатского сделать то, что совершил ты, чтобы спасти Минхо, достаточно впечатляюще, должен сказать, - произнёс мужчина, и Кибом лишь вежливо кивнул, вообще не польщённый комплиментом, хотя, кажется, человек был искренен. – Просто оставь лекарства у нашего доктора, и он позаботится о Минхо. И мужчина развернулся, чтобы просмотреть какие-то бумаги на столе. Конечно, в армии будет доктор, чтобы заботиться о здоровье солдат! Почему Кибом не осознал этого ранее? Возможно, потому что очень хотел остаться рядом с любимым ещё на какое-то время. Минхо выглядел так, будто усиленно о чём-то думал. - Сэр, вы имеете в виду семидесятилетнего начинающего, который знает, как наклеить пластырь на порез и легко забинтовать перелом? – спросил он. Мужчина приостановил свою деятельность и послал Минхо предупреждающий взгляд. - Для того, кто ожидает наказание за плохое исполнение своих обязанностей, у тебя слишком много жалоб, Минхо. Парню придётся уйти. Для нас небезопасно верить кому-то в таком деле. Он уже знает слишком много. Обещаю, ты будешь отвечать, если что-нибудь просочится за пределы лагеря, - сказал мужчина, его командирский тон вернулся. - Но, сэр, он уже давно о нас знает. Он поставлял нам рис, - снова попытался Минхо. - Ответ всё ещё «нет». Парень должен уйти. Кто-нибудь может помочь обработать твою рану. Минхо так же отчаянно, как и старший, искал причину, чтобы они смогли чаще видеть друг друга, даже если это всего лишь на какое-то время. Кибом только что получил любимого обратно и не был готов расставаться так скоро. Это единственное, что подвигло его сказать следующие слова, которые, он был уверен, сделают его жизнь очень беспокойной. Позор для принципа Кибома: никогда, никаким образом не иметь отношений с армией. Но, в любом случае, этот принцип сломался давно, с момента, как ему понравился Минхо. - Я могу готовить для солдат.