XV. Тьма всех ночей

       Кунцит       Посреди тронного зала мы опустились на колени напротив друг друга. Я коснулся ножа на полу, затем стащил левую перчатку и закатал рукав кителя, обнажив золотой браслет-якорь барьера Адаманта. С непроницаемым выражением темных глаз Демантоид следил за мной. Всем остальным мы приказали выйти, потому что, если что-то пойдет не так, то последствия будут… печальными.       Я подобрал нож, попробовал лезвие. Не настолько острое, чтобы порезать до крови от одного касания, но заточено хорошо. Я поднял взгляд на Демантоида, но заговаривать с ним не стал. Мы и так оба знали, что собираемся делать.       Я приставил острие к левой ладони, разрезал кожу. Одна капля крови сбежала по указательному пальцу на пол. Тут же я приложил ладонь поверх красного пятнышка и прошептал непонятное мне слово. Внезапно камень под рукой изменился, вместо холодного стал теплым, как живая плоть. Первичный канал установлен.       <Твоя очередь, — напомнил я спутнику. Его задача — создать и поддерживать связь, с помощью которой я проведу основную операцию. — Что такое? Странное у тебя выражение лица>.       <Наверно, да, ваше величество, — нахмурился Демантоид. — Я более чем уверен, что нам необходимо сделать все именно так, но также знаю, что ничем хорошим это не кончится>.       <Бессмыслица какая-то>, — возразил я.       <Знаю, но…>       Он замолк. Я уже заметил, что он не любит обсуждать со мной свои предполагаемые провидческие способности. Похоже, он считал, что я не верю в его дар. Но отчасти он ошибался. Я вполне допускал, что некоторые его предсказания оказывались точными, и он на самом деле способен предвидеть будущее. Но не факт, что сторонние силы не могут повлиять на результат, что Демантоиду просто не приходило в голову. Ему не хватало недоверчивости.       <Скорее всего, демон таким образом пытается остановить нас, — заявил я. — Начинай. Сейчас же. Это приказ>.       <Как пожелаете, ваше величество>.       Он сделал еще один вдох и опять мельком глянул на меня. Я сверлил его взглядом, пока он не затянул монотонную тираду.       -…хленно мробела ардапа таниз, ялуно мробела хешпа таниз…       Я различал только отдельные слова, а смысла уловил не больше, чем когда передавал Демантоиду инструкции Адаманта, но заклинание сработает независимо от того, понимает ли исполнитель его значение.       Пожалуй, у меня уже должен был выработаться иммунитет к творящимся вокруг странностям — я их уже насмотрелся вдоволь. Но ощущать, как твое сознание расширяется в материю Темного королевства — это аномалия другого уровня. Впоследствии я задумывался иногда, чувствовала ли то же самое Металлия в те времена, когда моя страна была ее телом, а мы все — внутренними паразитами. Но нечасто — не самый приятный предмет для размышлений. Я ощущал… все. Каждая молекула камня, каждое волоконце грибов стало частью меня. Пришлось зажмуриться, чтобы не видеть мир из сотен тысяч точек сразу, словно каждый выступ скалы между грибами превратился в дополнительную пару глаз. К счастью, стоило закрыть настоящие глаза, как тошнотворное видение исчезло. Но я не мог заткнуть уши или отменить осязание. Особенно мне мешало осязание, потому что как только связь с миром установилась, я ощутил и демона, вернее, его проявления. Как будто нечто холодное и больное глодало мне сердце. И прорывалось наружу, отдаваясь болью во всем теле…       Преодолевая отвращение, я заставил себя сконцентрироваться. Это всего лишь иллюзия. На боль не стоит обращать внимания, она не означает реальных повреждений — по крайней мере, повреждений моего тела. Другое дело, что творится с моим королевством. Эта тварь мне за все заплатит… Боль слабела по мере того, как рос гнев и самолюбие.       Первый этап — лишить демона источника питания. Вроде бы ничего сложного — сейчас я чувствовал малейшее движение энергии в Темном королевстве, но это как делать хирургическую операцию самому себе без анестезии.       Скрипя зубами, я потянулся к одному из потоков магической энергии и дергал его, пока он не вытянулся ко мне так, что я мог прижать его рукой. Потом еще один поток. И еще один. Я слышал, как демон ворочается, но внезапное исчезновение энергии сделало его неуклюжим. Когда он сумел обратить внимание на меня, я уже сдвинул дюжину магических потоков и создал новый узел. Похоже, набралась критическая масса, потому что вся картина потоков пришла в движение и стала собираться вокруг нового центра.       Сейчас. Пока она еще не сложилась.       Свободной рукой я начертил в воздухе рисунок. Глаз я так и не открывал, но это не имело значения. Символы пылали в моем сознании, и каждое наливалось ощутимой силой по мере завершения. Заклинание будет серьезное.       Три слова, переданные Адамантом. Они горели в гортани, эхом отдавались внутри черепа, гнали пульсацию энергии по руке к золотому браслету.       Я произнес первое слово, и мир вздрогнул.       Второе — на Темное королевство опустилась полная тишина, мое сердце пропустило удар. Я остановился, несмотря на давление чувства незавершенности. Оставалось еще кое-что, прежде чем можно будет закончить заклинание.       <Нефрит! Нефрит, где ты там?>       Ничего.       <Где тебя носит?> — я отправил зов по связи Цепи, но между мной и Нефритом встал барьер, тонкий, но гибкий, пропитанный обжигающе незапятнанной магией. — <Альмандин!>       <Да, ваше величество!>       Ну хоть одна отозвалась.       <Что творит твой муж? Скажи ему, что он должен завершить свою половину заклинания сейчас, иначе все рухнет>.       <Не могу. Он потерялся внутри барьера Фебы… а может, в сознании короля Синго. Я не могу достучаться до Нефрита>.       Я выругался, и совершенно зря — структура тщательно выстроенного заклинания задрожала и в любой момент могла развалиться. Сжав зубы, я старался продержаться еще немного.       Вечность необязательно измерять годами или тысячелетиями. Достаточно секунд. Или вдохов. Или ударов сердца. Незаконченное заклинание дергалось в моем сознании и стремилось завершить себя единственным известным ему способом — магическим коротким замыканием, отчего мощнейший взрыв уничтожил бы меня и Демантоида.       Не надо было соваться сюда. Я уже не мог отменить начатое — оно обрело собственную жизнь и питалось от узла энергий вокруг. Может, я и сильнейший маг из живущих, но фоновые магические поля даже такого маленького мира, как Темное королевство, намного превосходят мою мощность.       <Нефрит, чтоб тебя!>       В этот раз я, кажется, уловил отклик. Но ждать и проверять некогда, я и так чуть не терял сознание, и заклинание вырывалось из-под контроля. Я снова открыл глаза, но ничего не видел — все силы ушли на борьбу с энергией.       Я произнес последнее слово. Тишина. Затем… не знаю, как описать это ощущение. Словно я уронил камень в пруд, и по воде пошла рябь. Но здесь водой служила сама ткань Темного королевства, а значит, и мое тело и мозг. Со стоном я схватился за грудь руками — нечто словно прогрызало себе путь наружу (нет, не из меня — из мира). Глаза Демантоида сверкнули, и он ладонью рубанул воздух перед собой, обрывая связь между мной и моей землей.       Я упал на бок и какое-то время просто дышал. Честно говоря, так бы и остался полежать подольше, но Демантоид осмелился задать вопрос.       <Сработало?>       <Без понятия, — признался я. — Демона больше здесь нет, но где он — тоже не могу разобрать. Если он остался на Земле, то мы ничего не добились. Пожалуй, надо отправить кого-нибудь проверить. И даже если основная масса демона убралась, одержимые им люди пока не придут в норму. Может, вообще никогда. Придется проводить экзорцизм йом по одной…>       <Кунцит! Вы там?>       <Нефрит! — Если бы он был рядом лично, я бы схватил его за плечи и встряхнул как следует. — Что произошло? Где демон?>       На секунду Нефрит замялся.       <Ну, как вам сказать, ваше величество…>        Нефрит       Темнота. Я шарился в темноте, и вдруг…       Свет. И вода. Откуда, с какой стати?       Я как будто парил над поверхностью темного озера. Прямо видел, как на его поверхности всплывают обломки льда. Внезапно я порадовался, что не нахожусь здесь взаправду, физически. Вода выглядела очень холодной. Честно говоря, вряд ли я определил бы ее температуру, даже упав в озеро. Здесь я очутился без тела.       Ничего подобного, конечно. Я внутри чьего-то сознания. Я не отношусь к внутреннему миру носителя, вот у меня и нет воплощения. Немного неуютно не иметь даже иллюзорной материальности, но сейчас у меня были дела поважнее уюта.       И что делать теперь? Я огляделся, но видел только лед и темную воду. Разве что… там вдали не нечто вроде острова виднеется? Хоть какой-то ориентир, есть с чего начать.       Я поплыл к нему, ругаясь про себя — продвижения вперед почти не замечал. Да, в реальном мире времени прошло совсем мало, но все равно меня одолевало нетерпение. В Темном королевстве практически война, а я тут, развоплощенный, неспешно, величественно парю через сознание человека, который, если выживет, станет королем Хрустального Токио. Хотелось орать от бессилия.       Но подобие острова все-таки приближалось, и наконец я разглядел, что это оказался всего лишь очередной ледяной торос, пусть и крупнее остальных, но такой же голый и бессмысленный… Хотя в его середине просматривалось темное пятно, словно что-то вмерзло в лед. Что-то длиной метр-полтора, гуманоидной формы. Ребенок? Да, и смутно знакомый. А, так это сам Синго! Только моложе, как в том возрасте, когда я впервые встретил его — он чуть не попал под мою машину во время того неудачного инцидента с куклами в прежнем Токио.       Будь я материален, фыркнул бы. Ясно, он считает, что часть его застыла. А мне с того какая польза? Где барьер, будь он неладен? Местность вокруг не отличалась разнообразием: темная вода, лед, свет…       Свет? Я обозвал себя идиотом. Разумеется, вон и источник света — луна. Однако звезд не было. Означает ли это, что я здесь бессилен?       Я направил волю вверх, к белому светилу в небе. В этот раз я двигался быстрее, словно барьер притягивал меня. Возможно, так оно и было, если барьер хочет подключиться к моей энергии. --щелк--       От внезапного перехода я упал на колени. Заодно обнаружил, что у меня снова есть колени, а значит, местный заменитель реальности резко изменился. А потом понял, что местность, увы, мне более чем знакома.       Я был здесь уже дважды. В первый раз не успел полюбоваться видами — был занят тем, что разрушал все вокруг. Во второй раз тоже не сложилось, потому что я сопровождал на бал двух женщин, но смутно запомнил узор клумб и статую слева.       Лунное королевство. Но почему я?..       — Ты внутри нашего разума.       Я вскочил на ноги и развернулся к говорившей. Ее я видел только в учебниках истории — причем истории Серебряного тысячелетия. — но узнал сразу.       Не особо высокая, хотя, конечно, выше Нео-королевы Серенити, ее далекого потомка. Но, в отличие от изящной Серенити, она была мускулистой, а белые волосы заплетены в увесистую косу до пояса. Любой признал бы в ней воина, даже если бы она не носила стальные полированные доспехи вместо длинного белого платья, излюбленной одежды ее наследниц.       — Королева Феба, — приветствовал я ее.       — Лорд Нефрит, — вернула любезность она.       — Не стану спрашивать, откуда вам известное мое имя.       Раз она — плод воображения Синго, как и все остальное, то естественно, что она будет знать все, что знает он.       Но она мотнула головой.       — Сейчас это наш разум, — ответила она на мои мысли, а не слова. — Барьер хранит память всех, кто его поддерживал. Синго… пока не справляется. Но ты пришел сюда не за сведениями о нас. Ты просишь помощи.       — Я пришел, чтобы выполнить задание, — поправил ее я.       На миг она прикрыла ярко-синие глаза — хоть что-то общее с Нео-королевой Серенити.       — Пусть так. Но все равно тебе нужна наша помощь. Ты не смог бы даже коснуться барьера или разума его носителя, если бы мы не защищали тебя.       Я сощурился. Нет, она говорила правду, это точно, и все же…       — Почему?       — Потому что, отказав тебе, мы поможем демону, — ответила она. Что не отвечает целям барьера и его хранительниц — додумал я.       — И что вы предлагаете?       — Идем.       Она отвернулась и пошла, не глядя, следую ли я за ней.       Я лишь головой покачал в недоумении. Да уж, эта женщина явно привыкла добиваться своего. И я отправился за ней.       По пути через сад я обратил внимание на некую аномалию в пейзаже. Не угрозу в кои-то веки, просто странность. Формы клумб казались слишком правильными, и стояла полная тишина, хотя вода в фонтанах, мимо которых мы проходили, должна была тихо журчать. Как будто вокруг низкокачественная компьютерная анимация первых лет Хрустального Токио.       — Это все иллюзия, да? — спросил я молчаливую провожатую. — Вы создали ее для меня. Смотрится далеко не так реально, как ледяная вода.       — Если ты имеешь в виду, имеет ли это место скрытое психологическое значение для того, в чьем сознании мы находимся, то нет, не имеет.       — Угу.       Так дворец сотворен ею или даже самим барьером…       В Лунный дворец — или его отличную копию — мы вошли одновременно. Я задержался на долю секунды, когда понял, что мы направляемся в сторону частных покоев королевской семьи, но Феба проследовала дальше.       Мы спустились по одной лестнице, по другой, в подвал, которого, подозреваю, под настоящим дворцом не существовало. Узкие, темные проходы извивались лабиринтом, и я мог бы поклясться, что видел их раньше.       А потом мы остановились перед дверьми, и я понял, где мы. Настоящее место, которое изображала эта иллюзия, я видел не лично, а через глаза Циркона менее десяти дней назад. Сеть туннелей под цитаделью кристаллотворцев, а мы находились перед камерой, где нашли кристалл души Адаманта.       Здесь двери не были заперты. Они распахнулись под рукой Фебы, и она вошла внутрь. Я последовал за ней, хотя от смутного ощущения волосы вставали дыбом. В помещении была сосредоточена колоссальная сила, и я чуял, что ее хозяин обладает таким даром предвидения, что мои способности в сравнении с ним — игрушка. Но это существо невидимо, и меня больше занимал другой присутствующий, вполне заметный.       Он ждал нас у алтаря — стройный, с прямой осанкой человек, чье лицо почти полностью скрывали разноцветные волосы. На предплечьях — грубые золотые браслеты. По ним я бы точно догадался, кто передо мной, если бы не понял этого ранее.       <Адамант, — обратился я к нему. — Я думал, вы в разуме Кианита, а не здесь>.       <Это не совсем так. Перед тобой только тень, как и тот, другой экземпляр. Ни один из нас не обладает всей полнотой знаний или восприятием оригинала. Так что не очень-то доверяй нам>.       Я молча переварил услышанное, потом спросил:       <Что это за место? Или, скорее, для чего служил его оригинал?>       <Храм. Более того, именно здесь все и началось. Пять тысяч лет назад я стоял здесь на коленях и просил у богов силы победить демонов. И боги даровали мне силу — как это им свойственно, своеобразным образом>.       Он отвернулся от меня к алтарю. Там горели две свечи на примитивных медных подставках, и от курильницы поднимался завиток ароматного дыма. За его плечом я заметил на гранитном алтаре небольшой бронзовый квадрат с вырезанным на нем незнакомым символом.       Адамант, вернее, его образ, обернулся ко мне, улыбнулся мельком.       <Запомни его. Однажды он тебе пригодится>.       Я кивнул и ждал продолжения. Подозреваю, бесполезно напоминать ему о моей миссии, он не походил на тех, кто терпит понукания. Но мне надо выполнять задание.       Адамант склонил голову набок, улыбнулся кривовато.       <Возьми меня за руку>, — велел он, протягивая ладонь.       Я снова бросил на него долгий, внимательный взгляд и протянул руку. И отметил с изумлением, хватая его за пальцы, что манжета моего кителя голубая, а не серая. Оказывается, на мне была не униформа Темного королевства и даже не один из костюмов Масато Сандзёина, а старая тренировочная куртка времен Серебряного тысячелетия. И я даже не собирался гадать, что бы это могло означать.       Адамант сжал мою ладонь крепко, до боли. Я сжал зубы и не стал отдергивать руку. Но внезапно давление сменилось жжением.       Я мгновенно открыл глаза. Обжигала меня корона-ключ барьера Фебы. Я снова очутился в Хрустальном дворце — собственно, я и не покидал его, но переход все равно выбил меня из колеи. Поле зрения размывалось по краям. Я помотал головой, пытаясь навести резкость, но искажение сохранялось. Словно комнату заполняла еле уловимая серая дымка.       Следы демона — дошло до меня. Наверно, я подключен к барьеру. А в голове эхом отдавалось сообщение, направленное, наверно, по связи Цепи до того, как я вернулся в реальность.       <Нефрит, чтоб тебя!>       Я узнал Кунцита и понял, что он от меня хочет.       <Кианит! Что мне делать? Быстро!>       <Вызовите в памяти образ города. Представьте себе периметр и двигайтесь снаружи вовнутрь>.       …и надейся, что снаружи не осталось фрагментов демона, иначе придется начать все сначала.       Давненько я не видел карты Хрустального Токио, но приложил все усилия, обводя периметр километров на пятнадцать вокруг и надеясь, что магия сгладит любые возможные расхождения между образом в моей памяти и настоящим городом.       <Что теперь?>       <Повторяйте за мной…>       Я ничего не понимал из произнесенного, да и Кианит сам вряд ли понимал, но, к счастью, это было истинное заклинание, основанное на символических связях, а не моих попытках влиять на магическую энергию. Я почти слышал отчаяние Кунцита и понял, что произносить формулу вслух некогда, так что я прогнал слова в уме, сосредотачиваясь на каждом, чтобы они проявились как можно четче.       Сперва ничего не происходило. Затем слабое свечение пробилось между моими пальцами на лбу брата Усаги. Я отдернул руку, и тут же из полумесяца на его лбу вверх рванулся луч света. Выругавшись, я заслонил глаза рукой.       <Ты слишком близко, вот тебе и не видно, — подал голос Алекс. — А жаль. Вот, взгляни>.       Промелькнул образ, неподвижная картинка, видимая ему и остальным, но и того хватило. Столп света заполнил почти весь центр комнаты, в нем скрылась моя левая рука и часть плеча, а на вершине столпа стояло сотканное из света существо, похожее на человека, только с крыльями.       А потом реальность с грохотом раскололась и собралась воедино заново. Когда я осмелился открыть глаза, демон исчез. Но не погиб. Я был уверен, что почувствовал бы, если бы мы добили его. Но мы вытеснили его из этого мира и из Темного королевства. Куда он мог деться?