Сuil Eden

      Глорфиндел с трудом разлепил глаза. Гил ни свет ни заря умчался в сад к Арвен и её подружкам и утащил с собой своего ada. Арвен и Леголас быстро нашли точки соприкосновения. Леди Имладриса не были свойственны предрассудки её братьев. Вот и сегодня он застал эту парочку врасплох, когда они о чём-то шушукались. Глорфиндел мог бы по пальцам одной руки пересчитать со сколькими Нолдор Леголас был так же разговорчив, как с этой светлой девочкой, которую он знал с пелёнок.       — Скучал? — Глорфиндел обнял Леголаса за плечи, поцеловал его в висок и подбросил в воздух подбежавшего к нему сына. Обычно в такие моменты у Леголаса останавливалось сердце, в то время как его сын вопил от радости. Глорфиндел поцеловал малыша в лоб и спровадил к придворным дамам Арвен.       — Нет, — фыркнул Леголас. — Леди Арвен рассказывала мне, как вы стали сенешалем. Я-то думал, что в Имладрисе эта должность подразумевает некие иные обязанности, нежели в Эрин Гален, а выходит, что вы и вправду сенешаль и отвечаете за организацию пиров Владыки Элронда, закупку вина, тканей, вкусностей разных… То-то вы так помешаны на еде. Ай!       Глорфиндел ущипнул нахала за ягодицу и строго цокнул на него.       — Леди Арвен, я оставил моего принца в вашей компании всего на пару часов, а вы уже умудрились разрушить мой образ легендарного героя Гондолина, который я с таким трудом создавал.       — Ах, мой милый сенешаль! — озорные огоньки вспыхнули в серых глазах эльфийки. — Не моя вина, что вы навешали ему лапши на уши. Как только у вас язык повернулся сказать, что вы лорд-командующий Имладриса, ведь вы всего лишь скромный мажордом Владыки Элронда. Хотя нужно отдать вам должное, не многие камергеры могут похвастаться тем, что убили балрога или командуют войском.       — Чем вы так умудрились насолить Владыке Элронду, что он сделал легендарного лорда Золотого Цветка сенешалем? — поиграл бровями Леголас.       — Ох, roch-neth, ты просто напрашиваешься, чтобы тебя… — Леголас невольно вскрикнул, когда Глорфиндел резко подался в его сторону. — Защекотали.       Когда шутник начал умолять о пощаде, Глорфиндел выпустил его из когтей. Он сделал глоток из кубка Леголаса и брезгливо скривился. В нём оказался сладкий яблочный сидр — напиток для эльфят.       — Вы же сами запретили мне даже смотреть в сторону вин, господин сенешаль, а теперь корчите недовольную мину, — уколол его Леголас. — Вот где справедливость, леди Арвен? Мой возлюбленный сенешаль владеет одним из самых роскошных винных погребов, а я довольствуюсь яблочным сидром, водой и мерзким травяным чаем по старинному рецепту Владыки Элронда.       — К чему переводить хорошее вино на того, кто не может оценить его по достоинству? — парировал Глорфиндел. Леголас надулся и демонстративно повернулся к нему спиной, с преувеличенным наслаждением пригубив «божественный» яблочный сидр. — Хорошо. Я расскажу тебе эту душещипательную историю, но для этого мне нужно нечто покрепче, чем сидр. Налей-ка мне вина.       — Слушаюсь и повинуюсь, мой лорд, — осушив кубок до дна, Леголас наполнил его дорвинионским и преклонил одно колено, дабы преподнести своему лорду подношение. — Наслаждайтесь, Ваше Жаднейшество.       Горячие ладони Глорфиндела накрыли тонкие пальцы, принимая дар, а чувственные губы пригубили терпкое вино. Леголас невольно облизнулся, не в силах оторвать от них взгляд. И в этом был его просчёт. Он опомниться не успел, как оказался в плену этих наглых губ, разделяя на двоих поцелуй и вино.       — Мне для тебя ничего не жаль. Так я хоть буду точно знать, сколько ты выпил, негодник.       — Боюсь, так я быстро захмелею, мой лорд, — выдохнул Леголас, затерявшись в мире грёз.       — Но тогда ты не услышишь мою историю, — Глорфиндел поставил кубок на землю и положил принца спиной к себе на грудь. Пальцы влюблённых переплелись, рождая поводы для сплетен, а нити слов складывались в предложения, рассказывая историю давно минувших дней.       — Это случилось тогда, когда тебя, мой милый, ещё и в проекте не было. Видишь ли, когда я впервые ступил в долину Имладриса, у Владыки Элронда уже был лорд-командующий. У Элронда не поднялась рука сместить беднягу с должности. Но и оставить меня при дворе без должности было невозможно, поэтому, дабы не вносить смуту в головы подданных, мой дражайший друг временно — подчёркиваю, временно! — назначил меня на должность своего сенешаля.       — Та-а-к, стоп! Если это было временное назначение, — прервал его принц, — то почему в Имладрисе все до сих пор обращаются к вам сенешаль?       — Видишь ли, малыш, с тех пор, как Валар вернули меня из Чертогов Мандоса, прошло много веков. Я давно не держал меч в руках, а мои боевые навыки к моменту триумфального возвращения в Средиземье были, мягко говоря, архаичными. В каком-то смысле я был не лучше зелёного рекрута. Поэтому я был даже рад, что у Элронда был опытный главнокомандующий, но я тоже не сидел без дела. Я заново учился владеть мечом и стал частым гостем на Совете Элронда, что позволило мне обстоятельно ознакомиться с текущей политической ситуацией в Средиземье, изучал окрестности, которые очень изменились за столько веков. Спустя пару месяцев Элронд стал поручать мне какие-то простые отчёты и письма, а со временем я занялся укреплением обороны Имладриса, и лишь потом получил должность Советника. Лорд-командующий руководил тренировками воинов, отправлял отряды в патрули и готовил отчёты о ситуации на границах Имладриса. Этот тандем нас обоих вполне устраивал. Мы прекрасно дополняли друг друга. Поэтому за мной и осталась должность сенешаля, хотя то была лишь условность. В общем, всех всё устраивало. Всех, кроме Эрестора. Как оказалось, высушенная вобла метила на должность сенешаля, а я его подсидел.       — Неудивительно. Ведь вы сидите сразу на трёх стульях! — рассмеялся Леголас. — Сами посудите, вы занимаете должность сенешаля, хотя она вам даром не нужна, Советника и главнокомандующего. И вы ещё удивляетесь, что лорд Эрестор вас ненавидит?       — В то время он был всего лишь младшим советником, одним из многих. Я даже не помню, чем он занимался. Он был просто писарем с большими амбициями. Серой мышью. Собственно, с тех пор мало что изменилось, как по мне, — фыркнул Глорфиндел. — Если бы Эрестор вежливо попросил меня подвинуться, я бы с радостью уступил ему должность сенешаля, но он только пыхтел и плевался ядом.       — А охотники до сплетен уверяют, что вы сами немало поспособствовали тому, что он на вас взъелся! Эрестор был прекрасным и терпеливым учителем мне и моим братьям. Не понимаю, почему вы с ним ведёте себя как малые дети. Давно пора зарыть топор войны, — вздохнула Арвен.       — Но, моя дорогая, тогда я бы лишился ежедневной порции его плоских острот, а я не готов так просто взять и отказаться от этого, — расхохотался тот. — Мне нравится выводить его из себя, а ему нравится меня задирать. Мы друг друга обожаем, как кошка с собакой. Без высушенной воблы при дворе Элронда я бы от тоски зачах. А что до слухов, что я отбил у него некоего таинственного любовника, так это нонсенс! Мы с ним играем за разные команды. А свою ненаглядную блондинку он потерял потому, что так и не решился признаться ей в своих чувствах и молча наблюдал за тем, как её окучивает Трандуил. Так что я здесь совершенно ни при чём.       — Быть того не может! Эрестор и Эллериан? — ахнула Арвен.       — Гадость! — Леголас поперхнулся сидром.       — Не ревнуй, малыш, — похлопал его по спине Глорфиндел. — Все мои любовники уже в прошлом. Теперь есть только ты. И тебе принадлежит всё моё время и моя любовь без остатка.       — Я польщён, — Леголас спрятал лицо в ладонях. Всё-таки некоторые вещи лучше не знать. Как говорится, меньше знаешь — крепче спишь.       — Т-а-а-к, мой скромник, я тебе свою историю поведал, а теперь ты должен рассказать мне свою, — зелёные глаза опасно сощурились, явно затевая какую-то пакость.       — Историю? — встрепенулся Леголас. — Нет у меня никаких историй. В моей жизни нет ничего примечательного и хоть сколечко интересного.       — Интересные истории из жизни тёмной лошадки? Кажется, я пришёл вовремя! — промурлыкал низкий хриплый голос за его спиной, заставив Леголаса вздрогнуть.       — Халдир, — Леголас выдавил из себя дежурную улыбку, больше напоминавшую оскал, и покраснел до кончиков ушек.       — Соскучился по мне, принц? — бесцеремонно приземлившись прямо напротив влюблённой парочки, Халдир поцеловал руку Арвен и скривил губы в нахальной ухмылке. — Вообще-то, я хотел перекинуться парой слов с тобой, лорд Глорфиндел. Но если его Высочество собирается поведать нам историю из своего тёмного прошлого, я непременно останусь послушать.       — При условии, что ты расскажешь нам свою! — огрызнулся Леголас.       — Замётано, — равнодушно пожал плечами галад и налил себе вина, не испросив позволения у Арвен или Глорфиндела. — Я весь внимание.       — В самом деле, не томи нас. Ты задолжал мне историю, долг платежом красен. Я хочу, чтобы ты рассказал нам о… — Глорфиндел с минуту хранил молчание, выбирая каким вопросом огорошить то красневшего, то бледневшего Леголаса. — Рыжем недоразумении, которое ты зовёшь лошадью.       — Лайниэль? — недоумённо взглянул на него Леголас. — Да будет вам известно, отец Лайниэль — самый титулованный жеребец из конюшни Трандуила!       — Это патлатое пони? — скептически вздёрнул бровь Халдир.       — Может быть она проигрывает в стати вашим холёным иноходцам, от которых вы так тащитесь в Лориэне и Имладрисе, но в Эрин Гален совсем другие критерии красоты! — прошипел Леголас, смерив галад испепеляющим взглядом исподлобья. — В моём лесу лошади ценятся за силу и выносливость. Родители Лайниэль — самые выносливые и быстрые лошади в Эрин Гален. Она приходится родственницей самому Алагосу, притом как по материнской, так и по отцовской линии. Она принцесса среди лошадей! — не на шутку разошедшийся принц принялся эмоционально размахивать руками, переубеждая кучку ничего не смысливших в лошадях болванов. — Она манёвренная, гибкая, с широкой грудью и сильными ногами. Да, если сравнивать Асфалота и Лайниэль в беге на длинные дистанции, то моя кобылка ему не ровня, но в непроходимой чаще, где полно пауков и прочих опасных тварей, ей нет равных! А ваши тонконогие доходяги там и дня не продержатся, пойдут на корм паукам или кому похуже!       — И как же такое сокровище попало тебе в руки? Трандуил подарил? — спросил Глорфиндел, позабавленный его горячностью.       — Дочь Амлага, чистокровную правнучку самого Алагоса? Да он скорее бы руку себе отрезал, — на мгновение весёлое лицо омрачила горькая тень. — Нет, он никогда не дарил мне подарков. Лайниэль мне досталась по чистой случайности. Когда мне исполнилось тридцать пять, Келейдур пообещал подарить мне молодую необъезженную лошадку на день зачатия, чтобы я сам её тренировал. По уговору, я мог выбрать любого жеребёнка, какого пожелаю. Так случилось, что той ночью ожеребилась одна из самых породистых лошадок в королевской конюшне. Родились близнецы, представляете! Это большая редкость. Я лишь дважды видел подобное чудо. Жеребята — мальчик и девочка — появились на свет очень слабенькими, и к рассвету мальчик умер, а девочка — моя Лайниэль — выжила, но оказалась с дефектом. У неё задние ноги были деформированы, и она не могла стоять самостоятельно. Все говорили, что она не выживет или так и останется калекой на всю жизнь. От неё все отказались, даже родная мать. Но Лайниэль боролась за жизнь, покорностью она никогда не отличалась. И я попросил Кела отдать её мне. Он покрутил пальцем у виска и сказал, что я лишь потрачу желание впустую — жеребёнок всё равно не жилец, но я очень-очень сильно его попросил, и он отдал её мне, — Леголас улыбнулся и озорно подмигнул Глорфинделу. — Вот так мы и встретились. Два изгоя.       — Я даже не замечал, что она хромает, — удивился Глорфиндел.       — Она и не хромает, — хитро улыбнулся тот. — Скажем так, это было не просто, но мы справились. Конечно, мне пришлось на некоторое время перебраться в конюшню, потому что Лайниэль не могла пить и есть самостоятельно, но это того стоило. Моя девочка очень быстро пошла на поправку. А потом я нашёл в библиотеке записи одного целителя. Смертного. Он писал, что есть способ выпрямить ноги — палки крепятся к ноге и фиксируют кости. Так лечат смертных, но я решил, что терять особо нечего, и это сработало! Лайниэль подросла и кривые кости выпрямились, — гордо вздёрнул подбородок Леголас и заливисто рассмеялся. — Вот так, на зависть всем злопыхателям, я стал счастливым обладателем чистокровной кобылки королевских кровей. А Келу оставалось только локти кусать. У него было такое лицо, когда он вернулся из патруля и увидел моего «заморыша».       Глорфиндел с наслаждением наблюдал за этой стороной Леголаса, которая не так часто проявлялась на публике — живой и страстный мальчишка, готовый отстаивать своё мнение с пеной у рта. Он был бы не против, если бы его улитка почаще выползала из своей раковины.       — Жаль, что ты не можешь скрестить её с жеребцом из Эрин Гален. Может быть, когда-нибудь…       — Нет! — перебил его принц. — Трандуил не позволит своим чистокровным жеребцам покинуть пределы леса. Лайниэль прекрасная лошадь, лучшая, но, увы, ей не повезло с хозяином. Наверное, мне стоит вернуть её Келу. В родном лесу ей будет намного лучше, чем в Имладрисе… со мной.       — Ну пускай не чистокровного жеребца. Ты мог бы уговорить принца Келейдура отправить с гонцом в Имладрис молоденького перспективного жеребца. А там выпустим их попастись вместе на лугу, всякое ведь может случиться. Дело-то молодое, — хмыкнул Глорфиндел.       — Так, как прежде, уже никогда не будет, — хрипло прошептал принц-изгнанник. — Не разговаривайте со мной как с эльфёнком или умственно-отсталым, мой лорд. Я не идиот, чтобы не понимать очевидных вещей.       — Но ты всегда будешь эльфёнком для меня. Хотя бы потому, что я намного старше, — спокойно ответил Глорфиндел. Мудрые зелёные глаза смотрели на него с нежностью, и Леголас устыдился своих резких слов.       — Ты можешь потребовать историю у леди Арвен или Халдира.       Леголас нахмурился и смерил галад задумчивым взглядом. Удача сама шла ему в руки. Халдир беспощадно измывался над ним при любой возможности, и теперь он мог отплатить ему той же монетой. Его подмывало спросить, откуда он так много знает об игрушках из лавки сбруйщика. Или можно было спросить, как друзья Халдира восприняли его шутку. Был и ещё один вопрос. Но он не задал ни один из них.       — На самом деле есть кое-что, что я хотел у тебя спросить, Халдир, — пронзительные синие глаза уставились на галад. Тушеваться перед Арвен не имело смысла, учитывая, кем приходились ей Элрохир и Элладан. Да, она мило улыбалась ему и была настолько тактична, чтобы не задавать компрометирующих вопросов. Арвен дипломатично обходила острые углы его зыбких отношений с Глорфинделом. Но она знала. — В Эрин Гален меня знают в лицо немногие — доверенный круг Трандуила, несколько воинов моего старшего брата Келейдура и дворцовый лекарь. Как ты догадался, кто я, если никогда не видел меня, и на Трандуила я ни капельки не похож?       — Вообще-то, я тебя видел, — сощурился Халдир, склонив голову к плечу. — Это ты меня не видел. Впрочем, в противном случае из меня вышел бы плохой шпион, не так ли? На самом деле, я бы на тебя и внимания не обратил, если бы не одна деталь. Один из конюхов назвал невзрачного, нескладного, совершенно обычного с виду подростка «принц Леголас», и это меня заинтриговало. На твоё счастье мне нужно было срочно встретиться с доверенным лицом Элронда, а то, кто знает, что могло бы случиться.       Леголас побледнел, вспомнив, что случилось, когда кто-то другой обнаружил его в глухой чаще. Почувствовав, как он напрягся, Глорфиндел нежно обнял его за талию.       — Халдир несколько веков провёл в Имладрисе, — спокойно объяснил Глорфиндел, — поэтому мы так хорошо друг друга знаем. Думаю, для тебя не секрет, что он не питает нежных чувств к твоему отцу. По этой причине он предпочёл служить в армии Владыки и был одним из наших лучших разведчиков до недавнего времени, пока Владыка Келеборн не приказал ему вернуться в Лориэн. Скажу честно, мы все вздохнули с облегчением, избавившись от огромной занозы в заднице.       — Благодарю за комплимент. Но позволь поправить, я лучший разведчик из всех, что у вас были, если учесть, что только я смог распознать в тщедушном задохлике младшего сына Трандуила. Так что с тебя причитается, твоё Высочество. А то вместо шелков и бархата щеголял бы сейчас в рванье и чистил стойла.       — Почему же ты не убил меня, когда у тебя была такая возможность?! Ведь хотел же! — не удостоив колкость Халдира ответом, прорычал принц.       — Это против правил, принц. Если, конечно, ты не хочешь ответить на мой вопрос сначала, — парировал тот и расплылся в опасной улыбке, не предвещавшей Леголасу ничего хорошего.       — Я смотрю, тебе очень нравится твой новый плащ, страж? — угрожающе прорычал Глорфиндел и вперился в Халдира испепеляющим взглядом.       — Думаю, на сегодня хватит с нас историй, — одёрнула набычившихся мальчишек Арвен. — Леголас, пойдём посмотрим, как там Гил. А вы двое ведите себя как цивилизованные эльфы, а не как два лося во время гона!       — Прошу прощения, леди Арвен, — синхронно склонили головы два огромных воина перед хрупкой эльфийкой.       Холодные зелёные глаза схлестнулись с синими. Первым никто не желал уступать, Халдир и Глорфиндел перестали пялиться друг на друга и уставились на Леголаса. Юноша буквально светился от счастья. Он был так красив с эльфёнком на руках, что от него невозможно было отвести глаз.       — Вообще-то, я приметил эльфёнка раньше тебя. Так что скажи спасибо, что не тронул. Хотя, может быть, и стоило бы, эльфята у него получаются хорошенькие. На твоём месте я бы в срочном порядке заделал ему ещё одного. Ему идёт быть беременным. Он был таким красивым с этим огромным пузиком. Хотя он и так очень… красивый, — вздохнул Халдир. Глорфиндел смерил его мрачным взглядом, любой бы уже улепётывал, только бы пятки сверкали. Но не Халдир. Тот лишь невозмутимо пожал плечами:       — Сам посмотри. Красивый же.       Зелёные глаза потемнели от ярости.       — Дыру прожжёшь! — поднял руки в примирительном жесте Халдир, стоило Глорфинделу сделать шаг в его сторону. — Я уже извинился и перед тобой, и перед Келеборном с Галадриэль, и перед твоим жеребёнком. А сейчас, может быть, поболтаем с глазу на глаз, как взрослые эльфы? Это не займёт у тебя много времени.       — С превеликим удовольствием, — прорычал тот. — У меня к тебе накопилось очень много вопросов. Например, какого Моргота на шее моего принца красуется порез от кинжала? И почему я узнаю о том, что отморозки Трандуила едва не перерезали ему горло только сегодня и не от тебя?