Сuil Eden

      — Ada, ada, ada! — Гил бы скатился кубарем на землю, если бы стальная рука не придержала его. — Я тоже так хочу! Хочу, как ты!       Леголас засмеялся и соскользнул со спины кобылки, потрепав рыжую подружку по шее.       — Обещаю, когда ты станешь старше, я тебя научу.       — Халдир, ну скажи хоть ты ему, я уже взрослый! Мне уже два года! — надулся Гил и печально вздохнул. — Мне бы только пони. Я бы тоже так смог.       — Конечно, взрослый, — тепло улыбнулся ему Халдир, что ему было совершенно несвойственно. — Не сомневаюсь, что когда-нибудь ты сможешь превзойти победителя pâd e-gelaidh.       — Я не участвовал в pâd e-gelaidh, — покраснел Леголас. Странно было слышать похвалу из уст Халдира. — Если бы у Лайниэль был другой хозяин — воин, а не недопринц, — она бы стала самой быстрой лошадью в Эрин Гален и смогла бы занять место, которого достойна по праву.       — Почему-то я уверен, что патлатое пони не в обиде, — улыбнулся Халдир. — Похоже, пари я всё-таки продул.       — А значит, я могу потребовать мой приз. Хм, чего бы мне такого пожелать? — принц постучал пальчиками по губам. Столько каверзных вопросов вертелось на кончике языка.       — Не обольщайся, эльфёнок. Если бы ты проиграл, то обязан был бы меня поцеловать. Стало быть, теперь я задолжал тебе поцелуй, — Халдир поиграл бровями и рассмеялся, когда гримаса ужаса исказила лицо Леголаса. Воспользовавшись его растерянностью, Халдир прижал его к стене, чтобы вручить ему заслуженный приз.       — Ты верно шутишь?       — Конечно, он шутит, Файрион. Ну кто в здравом уме станет целовать эту жабу? Сколько не целуй, а в прекрасного принца не превратится.       Леголас обернулся. У него за спиной стояло с полдюжины воинов Глорфиндела.       — Хочешь проверить, Лайндир? — усмехнулся Халдир.       — Может, хочешь проверить насколько острый у меня меч? — парировал Файрион.       — Вы ещё членами померяйтесь, альфачи. Леголас, мы видели твой забег и эти трюки! Это просто потрясающе! — вклинился между двумя разъярёнными мужчинами Лайндир. — Я даже не знал, что ты так умеешь. В жизни ничего подобного не видел!       — Да я же ничего такого не сделал, — отмахнулся тот. — Разве в Имладрисе не учат таким трюкам?       Воины — все, как один — покачали головами. Леголас удивлённо захлопал ресницами.       — Стрельба с коня в карьере по чучелам из соломы? — изумлённые взгляды, — Нагибание направо и налево и поднимание с земли предметов? — Файрион почесал затылок и нервно улыбнулся, — Соскакивание и вскакивание на коня в карьере? Подъём пешего товарища на коня на скаку? Скачка стоя? — Лайндир растерянно пожал плечами, — Вы надо мной подшучиваете, да? Это же каждый эльфёнок умеет. Разве нет?       — Нет, — смутился Файрион и обвёл озадаченным взглядом друзей по оружию. На мгновение он задумался о чём-то, а затем просиял и обнял Леголаса за плечи. — А может, ну их эти уроки Таларона? Давай, ты лучше поднатаскаешь нас в верховой езде. Нечего такому великолепному наезднику прозябать среди желторотиков Таларона. А Глорфиндела мы возьмём на себя! — поспешил заверить его Файрион.       — Убери от него свои загребущие лапы. И не забивайте голову эльфёнку всякими глупостями! — рыкнул на него Халдир. — Ему учиться нужно, а не баловством маяться.       — Мы сами его всему научим: и из лука стрелять, и на мечах драться. Правда, ребята? — фыркнул Файрион и собственнически сжал плечо Леголаса. Воины Дома Золотого Цветка синхронно кивнули и приосанились, стараясь выглядеть более воинственно. Леголас же — святая простота — ничего не замечал. — Потенциал у него есть, судя по тому, как он себя проявил во время вашей так называемой «дуэли».       — Я готов стать твоим учителем по стрельбе, Леголас. И даже подходящую мишень уже присмотрел, — ухмылка на лице Лайндира не оставляла простора для воображения. Он так живо представил себе, как всадит в живую мишень в лице небезызвестного галад по меньшей мере дюжину стрел, что не заметил, как та шагнула в его направлении, угрожающе сощурившись.       Пока безобидная словесная перепалка не успела перерасти в выяснение отношений на мечах, Леголас преградил взбешённому галад дорогу к шее Лайндира.       — Халдир прав. Мне ещё многому нужно учиться и я не собираюсь бросать тренировки Таларона.       — Приходи завтра утром на тренировочное поле. Мы с тобой позанимаемся, — предложил Лайндир. — Если хочешь, конечно.       — И если твой лорд не будет возражать, — добавил рассудительный Файрион.       — Мы все с радостью тебе поможем, — заявил один из воинов Глорфиндела.       — А ты нас научишь своим трюкам, — подхватил другой.       — Так орать, как Таларон мы не сможем. А вот синяков наставим, не обессудь, — хлопнул его один из воинов по плечу, отчего Леголас едва не сложился пополам.       — Ох, я готов тренировать тебя хотя бы ради того, чтобы посмотреть, как эта белобрысая язва будет стоять на коленях с мечом у горла и умолять тебя о пощаде, — плотоядно промурлыкал Файрион. — Мне это доставит ни с чем несравнимое удовольствие.       — Мечты, мечты, — фыркнул Халдир и кивнул в сторону Леголаса. — Коленопреклонение — это по его части.       Файрион угрожающе зарычал. Лайндир закатил глаза и положил любовнику руку на плечо, успокаивая.       — Моргот с этой ядовитой жабой! — махнул на галад Лайндир, как на назойливую навозную муху, жужжащую над ухом, и тепло улыбнулся принцу. — Кажется, маленькому лорду не помешает искупаться. Пойдём с нами. Мы как раз собирались пойти в купальни. Это природные источники и вода в них скорее тёплая, чем горячая. Гилу там понравится.       — ДА! — радостно воскликнул Гил. — Я хочу купаться, ada!       Леголас диву давался, как быстро менялись желания сына. Всего минуту назад он ныл, что хочет покататься на Лайниэль, а сейчас был готов на всё, чтобы отправиться с воинами в купальни.       Казалось бы, что может быть проще, чем принять дружеское приглашение поплескаться в купальнях? Если бы не одно весомое но… У Леголаса не было друзей. Никто не приглашал его провести время вместе, потому что никому не нравилось его общество. Если его куда-то приглашали, то из жалости или в довесок к Глорфинделу. То, что для других было естественно как дышать, для юного Синда, привыкшего проводить всё время наедине с самим собой, было чем-то из ряда вон выходящим.       — Конечно, — выдавил из себя улыбку Леголас, пытаясь замаскировать своё замешательство. — Но мне нужно предупредить лорда Глорфиндела.       — Гурлос расскажет, где вас найти. Ему всё равно нужно доставить в город донесение, — заверил его Файрион и подмигнул Лайндиру, потирая затёкшие плечи. — Валар, как же у меня всё болит. Ты меня совсем загонял, изверг. Ни днём, ни ночью от тебя спасенья нет. Ты дождёшься, что я просто свалюсь замертво и испущу дух.       — Может, мне стоит найти кого-то повыносливее? — поддел его Лайндир и был вознаграждён смачным шлепком по заднице. — Ай! Ну я же просто пошутил, ревнивец.       — Я пойду с вами, — поставил из перед фактом Халдир с одной из этих своих ухмылочек, от которых Леголасу хотелось то ли бежать без оглядки, то ли выть на луну. А может и то, и другое. — Должен же кто-то защищать эту смазливую тушку от домогательств.       — Серьёзно? — нахмурился Файрион. Глаза воина потемнели от гнева. — Сделай милость, свали в закат! Без тебя как-нибудь обойдёмся, защитничек.       — Файрион, — вмешался Леголас, — Пусть идёт, если хочет. Я не возражаю.       Конечно же, он возражал. Он был категорически против этой затеи! Щеголять голышом перед Халдиром и выслушивать его пошлые шуточки — без этого ценного опыта он мог с легкостью обойтись. Но пути к отступлению были отрезаны.       — Ладно, — неохотно согласился Файрион, смерив галад испепеляющим взглядом. — Заодно обсудим компенсацию за выигранное пари. У ребят бурная фантазия и масса предложений. Так что не рассчитывай, что легко отделаешься в этот раз. Мы уж об этом позаботимся.       В подтверждение его слов каждый воин Глорфиндела счёл своим долгом злобно зыркнуть в сторону галад и недобро оскалиться. Леголас даже прикусил губу, чтобы не расхохотаться; Халдир чуть ли не шипел от ярости.       Вверив Гила заботам Файриона и Лайндира, принц отвёл рыжую кобылку в стойло и скормил ей ещё одно яблоко в качестве извинения, что не может уделить ей больше времени.       По дороге в купальни Халдир был на удивление молчалив, хотя Леголас затылком чувствовал на себе его тяжёлый взгляд. Гилрион возжелал, чтобы Файрион посадил его к себе на плечи, а тот так правдоподобно ржал и фыркал, изображая лошадку, что довёл Лайндира до слёз.       У купален они встретились с недостающей частью отряда. В руках одного из них — Гурлоса, как догадался Леголас, — был какой-то свиток. Файрион мельком взглянул на его содержимое, поставил подпись внизу документа и протянул его Гурлосу.       — Передай капитану, что принц и малыш Гил с нами. И не забудь про бочонок эля…       — Забудешь с вами! — ухмыльнулся тот и ушёл.       Воины улыбались, хлопали друг друга по плечам, каждый счёл своим долгом поздороваться с Гилом и поздравить Файриона с «продвижением по служебной лестнице». Леголас же со щемящей тоской смотрел, как комфортно Гил себя чувствует в окружении толпы незнакомцев, когда у него самого предательски сосало под ложечкой. Они пригласили его из жалости. Потому что, кроме сына и Глорфиндела, у него никого не было.       Изгой. Уродец. Выродок. Изгнанник… Он знал, что они думали о нём.       Вздёрнув подбородок, он распрямил плечи. Леголас решил, что не позволит клейму его позора лечь на Гила! У его сына будет всё, чего не было у него, и даже больше. Купальни с сотней голых воинов Лориэна и Имладриса, да хоть прогулка в Мордор с Назгулами и Сауроном под ручку, плевать! Ради сына он готов был наступить своим демонам на горло.       Решительно распахнув дверь в общественные купальни, Леголас оказался в царстве горячего пара и запаха ментола. Мазь для затёкших мышц, догадался Леголас, — воины частенько использовали её после спаррингов.       Первым делом принц расправился с леггинсами и туникой неугомонного малыша, что оказалось непростой задачей, ведь тому не сиделось на месте. Лишь когда голенький орчонок был передан на поруки Файриону, Леголас смог стянуть влажную одежду с себя. Робко оглядевшись по сторонам, он прижал тунику к груди. Его окружала голая плоть, воздух пропитался мускусным запахом потных мужских тел. Стараясь ни на кого не смотреть, Леголас аккуратно сложил их с Гилом вещи на полочке и принялся распутывать сложное плетение в волосах. Сложно было отделаться от мысли, что до сих пор обнажённым его видел только Глорфиндел.       «Не считая половины мужского населения Лориэна», — нахмурился Леголас, воюя с непослушной белоснежной прядью.       — Помощь нужна? — промурлыкал Халдир, окинув его оценивающим взглядом с головы до пят. Лишь усилием воли Леголас подавил желание прикрыть руками стратегически значимые места. Но он собирался стать воином, а значит, нужно было научиться не стесняться своего тела. Подумаешь, голый! Здесь все голые. Это купальни, Моргот бы его побрал!       Собрав остатки храбрости в кулак, Леголас заставил себя посмотреть на Халдира. Не просто мельком взглянуть, а действительно посмотреть! Обстоятельно изучить и рассмотреть тело ненавистного ему галад. Во всех мельчайших подробностях.       Взгляд Леголаса медленно продвигался вниз: широкие плечи, рельефные руки, мускулистая грудь, поджарый живот с проступающими кубиками пресса, член… Валар! Даже в спокойном состоянии эта часть тела Халдира была огромной.       «Толще, чем у Глорфиндела, но не такой длинный», — критически сравнил достоинства самцов принц и нервно сглотнул. Во рту была настоящая засуха. — «Даже яйца как у быка! Неужели у всех Нолдор такие большие? Чем их кормят?»       — Впечатлён?       — Не особенно, — хмыкнул Леголас. Возвращая ему его же насмешливую ухмылку, он язвительно протянул: — Я привык к лучшему.       Халдир опасно сощурился, но, к счастью Леголаса, на горизонте показался Лайндир, и принц был избавлен от дальнейших колкостей в свой адрес.       — Как же я тебе завидую. У тебя такие гладкие волосы, как зеркальная гладь. Просто чудо. Не то что мои космы. Это просто кошмар какой-то, а не волосы, — вздыхал по пути воин. — У Файриона уже сил нет с ними сражаться. Он сказал, что сейчас достанет кинжал и обкромсает их к едрене фене.       — Оу! Как жестоко, — сочувственно улыбнулся Леголас, глядя на влажные золотые пряди, на которых оседала мыльная пена. — Думаю, я мог бы попытаться распутать их.       Воины Дома Золотого Цветка оккупировали небольшую купальню. Файрион и парочка других воинов носились за хохочущим Гилом, пытаясь поймать голенького орчонка. Наконец маленькое чудовище было схвачено и вручено заботливому папаше.       — Всё, я купаться! Леголас, иди к нам, — Файрион плюхнулся в воду и с блаженством растянулся на каменном выступе. — Сегодня был просто зверский спарринг. У меня всё тело болит, каждая мышца. Лайндир, потри мне спинку, а?       Леголас грациозно скользнул в воду с Гилом на руках и осторожно опустился на краешек каменной скамьи рядом с Файрионом, тот чуть ли не мурлыкал от удовольствия в заботливых руках любовника. Невольно залюбовавшись этой красивой парой, Леголас испуганно вздрогнул, когда рядом с громким всплеском приземлилось скульптурное тело Халдира.       Вальяжно раскинувшись напротив принца, хищник уставился на свою жертву. Как удав на кролика. Леголас занервничал, не зная, куда деть руки-ноги, и радуясь тому, что следы воспитательных мер Глорфиндела, равно как и жуткие синяки, оставленные его портупеей, уже сошли, и его кожа снова была идеально белой.       — Как водичка? — оскалился Халдир.       — Потрясающая, — проворчал Леголас и переключился на сынишку. — Гил, детка, тебе не жарко? Если будет жарко, сразу же скажи мне.       — Хо-ро-шо! — проскандировал Гил и со всей силы шлёпнул ладошками по водной глади, окатив Халдира с головой. Леголас невинно улыбнулся фыркающему галад и пожал плечами. Эльфята есть эльфята, что с них взять.       — Я смастерил её для своего племянника, но мы ещё не меньше месяца здесь проторчим, поэтому Гил может взять её себе, — Файрион поставил на воду деревянную лодочку и легонько подтолкнул её пальцем, отправляя в плавание. Маленькое судно, подгоняемое волнами, которые услужливо создавал Файрион, направилось к маленькому капитану. — Делать в Лориэне всё равно нечего, при желании я могу вырезать хоть целый флот.       — Le hannon, — вежливо поблагодарил его Гил, следуя подсказке Леголаса, и со счастливой улыбкой прижал лодочку к груди.       Разговор плавно переключился с тренировки и достопримечательностей Лориэна на море. А потом как-то незаметно они затронули тему Исхода Нолдор из Валинора и переселение эльфов в Средиземье. Не обошли стороной и легендарное возвращение Глорфиндела в Смертные Земли из Амана.       — А мы можем поплавать на кораблике? — огромные синие глаза уставились на Леголаса.       — Прямо сейчас? — Гил оживлённо закивал. — Не думаю, детка. Возможно, когда-нибудь atto возьмёт тебя в Аман. Там живут твои дедушка с бабушкой. Родители atto, — Леголас инстинктивно сжал малыша в объятиях и поцеловал в золотую макушку. Он с ужасом думал о том дне, когда ему придётся отпустить эту кроху.       — А как же ты? — заглянул Леголасу в глаза малыш. — Ты сказал atto возьмёт меня с собой, а ты с нами не поплывёшь, что ли?       — Я… — растерялся Леголас. Малыш умел задавать такие вопросы, которые ставили его в тупик и заставляли краснеть похлеще колкостей Халдира. Где будет он? Если Глорфиндел не променяет его на новую пассию, то рядом с сыном, а если предпочтёт опостылевшему изгнаннику нового фаворита… Наверное, он мог бы остаться в Лориэне среди…       «Моего народа… Какого народа? Галадрим, Нолдор, Синдар, Нандор? Ты изгнанник, идиот», — вздохнул Леголас. — «Тебе здесь не место. Для тебя не сыщется лучшего места, чем гиблый лес возле Гондора. Я буду ждать тебя там, малыш. Всегда. Пока не угаснет, а мир не обратится в прах».       — Ada поплывёт с тобой и atto, конечно, — пришёл на помощь Халдир.       — Хорошо. Я без тебя никуда не поеду. Я никогда тебя не брошу, ada! — кивнул эльфёнок и нежно обнял Леголаса за шею, словно почувствовав его замешательство. Задумавшись о чём-то, малыш долго хмурил бровки, совсем как его грозный папаша, а затем огорошил его вопросом: — А где твои родители, ada?       Леголас едва не застонал. Малыш совершенно точно решил доконать его сегодня, как будто Халдира было недостаточно!       — Моя nana, твоя бабушка, умерла, когда я был меньше, чем ты сейчас. Я совсем её не помню. А мой... Твой daerada правит Эрин Гален вместе с моим старшим братом Келейдуром. Моего второго брата, дядю Галурона ты уже видел. Он теперь живёт здесь, в Лориэне, — тщательно взвешивая каждое слово, словно пробирался через Мёртвые топи, промычал принц-изгнанник.       — Галурон злой! — воскликнул эльфёнок и продолжил допрос с пристрастием. — А Эрин Гален очень далеко от Имладриса?       — Неделя пути верхом. Наверное, — ответил Леголас, пробуждая в памяти воспоминания о безумной поездке двухлетней давности. Он мало что помнил о том времени и с трудом понимал, как ему удалось пересечь Мглистые горы, кишащие орками. Живым.       — Неделя… — вздохнул эльфёнок и сосредоточенно уставился на свои ладошки. — Семь дней. Но Лориэн намного дальше. Они живут так близко и никогда не навещают тебя. Почему? Потому, что я у-у-ублюдок?       Леголас был готов сквозь землю от стыда провалиться. Он открывал рот, не издавая ни звука, как рыба, выброшенная на берег. То краснея, то бледнея.       Воины Глорфиндела зарычали как стая разъярённых львов, готовых растерзать невидимого обидчика, посмевшего оскорбить эльфёнка их лорда. Файрион застыл как статуя, уставившись на Лайндира. А тот нечаянно раздавил кусок мыла, которым старательно намыливал спину любовника.       — Кто так тебя назвал, малыш? — спокойно спросил Файрион. Слишком спокойно.       — Одни эльфы во дворце. Они меня не видели, но я их слышал. Они говорили об ada и обо мне. Я не хотел подслушивать, просто они говорили слишком громко, — смущённо пролепетал эльфёнок. — Они сказали, что мой daerada. Тран… Транду… — Гил тяжело вздохнул. Почему у взрослых такие сложные имена? Язык сломаешь. — Транди! — выпалил малыш, — Никогда не простит моего ada, потому что он родил ублюдка. Но ведь ada родил меня. А я Гил, а не ублюдок. Daerada просто нужно со мной познакомиться, он меня увидит и простит моего ada. И не будет больше на него злиться. Вот, — довольно выдохнул малыш.       — Гил. Это очень плохое слово, — скривился Халдир, как будто ему какашку под нос подсунули. Малыш непонимающе захлопал ресничками. — Никогда больше не произноси его вслух, а то Лайдир тебе рот с мылом прополощет. Смотри уже и кашицу из мыла сделал, — Гил с опаской взглянул на Лайндира. Тот скорчил серьёзную мину и строго кивнул. Малыш испуганно прижался к Леголасу; идея о том, что ему прополощут рот с мылом, ему пришлась не по вкусу. — А те эльфы из Имладриса очень невоспитанные и глупые взрослые.       — Конечно. Ведь всё было не так. В один прекрасный день в чаще Великого Леса твой ada повстречал твоего аtto и влюбился в него с первого взгляда. Твой atto был в королевстве Лесного Короля с официальным визитом и вскорости был вынужден вернуться в Имладрис. Но он обещал вернуться и попросить руки прекрасного принца у Короля. Принц ждал и ждал, а воин всё не возвращался и тогда он решил, что его благородный рыцарь задержался в пути. Принц украл у Короля его лучшую и самую быструю лошадь и отправился в опасное путешествие через горы, где его чуть не сожрали злобные монстры, — Халдир растолковывал эльфёнку запутанные хитросплетения семейных распрей семейки Эрин Гален простыми и понятными словами. Гил вытаращил на галад синие глазки и разинул рот. Впрочем, он был далеко не единственным благодарным слушателем. — Сотни голодных тварей окружили его со всех сторон. Они шипели и рычали, и непременно разорвали бы его на куски, если бы откуда ни возьмись не появился златокудрый рыцарь на белом коне и не спас его.       — Atto! Atto! — взвизгнул эльфёнок и захлопал в ладошки.       — Да, твой atto, — кивнул Халдир. — Он вырвал полуживого принца из когтей злобных тварей, отвёз его в Имладрис и не выпускал из постели, пока тот не поправился.       — А потом?       — А потом на свет появился ты, — щёлкнул любопытного эльфёнка по носу Халдир. — Твой daerada до сих злится на своего блудного сына, потому что тот покинул дом без его разрешения и увёл из его конюшни самую быструю кобылку во всём Эрин Гален. Король обещал строго наказать принца за своеволие, и теперь тот боится возвращаться домой.       — Я попрошу daerada тебя не слишком сильно наказывать, — вздохнул эльфёнок и сочувственно погладил Леголаса по руке. — Не бойся. Всё будет хорошо, ada.       — Давай я расплету тебе косы, Леголас, — предложил Файрион. Леголас повернулся к нему спиной, позволяя тому делать с ним всё, что ему вздумается. Растерянные синие глаза уставились на Халдира. Тот едва сдерживался, чтобы не рассмеяться во весь голос. Ещё бы! Душещипательная история его позорного побега из отчего дома в устах Халдира приобрела эпический размах.       — Тебе с распущенными волосами лучше. Мне так больше нравится, — промурлыкал Халдир, выводя его из транса.       — А ты мне больше нравишься без своего красного плаща, — огрызнулся Файрион.       Глаза галад опасно сощурились, тело напряглось как натянутая тетива лука. Ещё секунда и два самца с переизбытком тестостерона в крови вцепились бы друг другу в глотки.       — Вот! — Леголас, которому уже вконец осточертели склоки возбуждённых мужиков и какие-то придурки, оскорблявшие его сына, сунул улыбавшегося до ушей малыша Халдиру. На минуту тот утратил дар речи, ошалев от привалившего счастья. — Подержи Гила, пока я расплету волосы Лайндира. Кстати, я придумал, что попросить у тебя. Расскажи Гилу сказку! У тебя просто талант.       Халдир с опаской посмотрел на эльфёнка, по-хозяйски развалившегося у него на коленях. Малыш одарил самого опасного и непредсказуемого воина во всём Лориэне беззубой улыбкой, обворожительно хлопая ресничками.       — Про бабочку! — скомандовал Гил тоном, не терпящим возражений. Он привык получать то, что хотел.       Воины засмеялись, а Леголас поспешил повернуться к Лайндиру, дабы скрыть предательскую улыбку. Это был вовсе не провокационный вопрос или желание за гранью приличий, совершенно не то, что потребовал бы от него Халдир, выиграй он пари, но ухмылки на лицах солдат, которые те даже не пытались скрыть, подсказывали ему, что это было даже более унизительно.       Разве может быть что-то хуже, чем прослыть на весь Лориэн экспертом по сказкам?