Сuil Eden

      — Знал бы, что сегодня здесь намечается представление, да ещё с тобой в главной роли, пришёл бы пораньше и занял место в первом ряду, — Халдир стоял, подпирая спиной дверной косяк, и пожирал Леголаса взглядом.       Юноша инстинктивно скрестил руки на груди, пытаясь прикрыться. И о чём он только думал, называя этого свирепого хищника добрым и милым?       Халдир огладил взглядом каждый миллиметр обнажённой белоснежной кожи, особое внимание уделив той области, которую Леголаса так ревностно прикрывал руками.       — Только не говори, что я опять всё пропустил, — хищное выражение сменилось заискивающим, стоило ему встретиться взглядом с хмурым Глорфинделом. — Ты его пометил, что ли? Ни за что не поверю, пока не увижу собственными глазами!       — Я не тебя развлекать сюда пришёл, Халдир! — прорычал тот и притянул своё сокровище к груди: — Да. Я заклеймил его. И да. Ты опять всё пропустил.       Халдир просочился в чересчур тесную для такого количества народа комнатку, а за ним просеменил покорный тихий раб со склонённой долу головой. Вряд ли кто-то смог бы узнать в нём надменного и гордого Советника Элронда. Эллонур, любитель элегантных и вопиюще дорогих нарядов, сегодня был одет как ничтожный слуга — в простую и свободную одежду из хлопка. Леголас ощутимо напрягся, не заметить, что он возбуждён, а его лорд на взводе, было нереально.       Но Эллонура не волновало, какие эротические флюиды порхали в воздухе. Стоило ему поднять голову, и Леголас понял, что послужило тому причиной. Карие миндалевидные глаза сейчас были чёрными как непроглядная тьма. Леголас вспыхнул, представив, что Халдир вытворял с этим красивым эльфом, чтобы довести его до такого состояния. Одного взгляда на этого гордого красавца было достаточно, чтобы кончить. То, как Эллонур двигался, как реагировал на приказы своего Мастера, как ловил каждый его взгляд, как рвано дышал… Произведение искусства во плоти.       Не зная, куда себя деть от смущения, Леголас спрятал лицо на груди мужа. Тот нежно обнял его за талию и погладил по волосам, успокаивая.       — Я был немного занят, — промурлыкал Халдир с развратной улыбочкой на губах. — Хочешь посмотреть чем?       Леголас задрожал как листик на ветру, встретившись взглядом с Халдиром. Он тщетно пытался образумить себя, ведь это был всё тот же Халдир, который вчера успокаивал и смешил его, Халдир, который подарил ему лук и спас от своры свирепых лесных эльфов, Халдир, который подарил ему книгу сказок из детства, Халдир, который был его другом!       Повисшее в воздухе напряжение было почти осязаемым.       — Почему нет, — рассмеялся Глорфиндел.       Леголас бы с удовольствием провалился сквозь землю. Игривое настроение, в котором пребывал его лорд, ему ничего хорошего не сулило.       — Смотрю, ты быстро нашёл управу на моего строптивого жеребца, — усмехнулся Глорфиндел.       — Я умелый наездник, — согласился Халдир. Губы мужчины тронула мрачная холодная улыбка; Леголас забился мелкой дрожью в руках Глорфиндела.       Вместо того, чтобы защитить его от этого безжалостного хищника, тот отлепил от себя Леголаса и повернул лицом к зрителям. Хриплый низкий голос приказал опустить руки; мозг отказывался думать, всё происходящее одновременно и заводило, и пугало Леголаса. Он сделал глубокий вдох, задержал дыхание, как делал в детстве, когда под кровать забирался монстр и угрожал его сожрать, и зажмурился.       Не произнося ни слова, Халдир разглядывал художества Глорфиндела, а затем восхищённо цокнул языком и усмехнулся:       — Да ты оказывается полон сюрпризов, эльфёнок! Полагаю, это было потрясающее зрелище. Я бы многое отдал, чтобы это увидеть.       — Все свои сбережения?       Леголас не ожидал от себя такой дерзости. Но слово — не синица, вылетело — не воротишь.       — А ты сомневаешься? — ухмыльнулся оппонент и, не дожидаясь ответа, переключился на владельца лавки и хозяина питомца. —Я даже немного завидую тебе, Даэртон. Он плакал или беспрекословно позволил Глорфинделу это с ним сделать? Дай угадаю, молчал и терпел? Покорная, хорошо выдрессированная зверушка, которая никогда не осмеливается показать хозяину зубки. Ка-а-ак скучно.       — Завидуешь? —палец Глорфиндела аккуратно очертил налитый кровью сосок с митриловым колечком. Леголас сжал зубы, но не издал ни звука. — У него есть зубки. Очень острые зубки, смею тебя заверить. Порой Леголасу требуется небольшое напоминание, а порой — строгое внушение. Но сегодня он был паинькой.       Леголас с надеждой взглянул на своего лорда и застонал. Аллилуйя!!! Секс! У него-таки будет секс! ГРЕБИ НА ВЫХОД, ХАЛДИР, И ЛЮБОВНИЧКА СВОЕГО ПРИХВАТИ!!! Леголас будет показывать своему лорду, какой он хороший, покорный и ласковый. Очень-очень ласковый! В доказательство сего факта Леголас многозначительно потёрся мордочкой о руку Глорфиндела и заурчал, но следующие слова вернули его с небес на землю:       — Будь ты на моём месте, какую награду ты бы выбрал для него, Халдир?       Халдир плотоядно усмехнулся и подошёл ближе. Слишком близко. Леголас чувствовал его тяжёлое обжигающее дыхание на своём лице. Сердце пропустило удар. Он чувствовал себя ланью, угодившей в расставленную ловушку. Сзади — голодный лев, а впереди — тигр с острыми клыками. Каждый из хищников источал силу и власть, и каждый из них мог сожрать его с потрохами.       Глорфиндел и Халдир были так похожи. Но при пристальном наблюдении за опасными хищниками в опасной близости друг от друга выяснилось, что они различались как небо и земля.       — Какую награду я бы выбрал для твоего питомца, если бы его хозяином был я? Есть у меня парочка идей на сей счёт… Я бы расписал его белоснежную спинку плёткой. Багровые рубцы прекрасно гармонировали бы с его красивыми украшениями. Или позволил бы ему обслужить меня этим красивым ротиком. Он ведь любит это? Знаю, что любит… — задумчиво протянул Халдир, смакуя каждое слово. Ему даже не нужно было слышать ответ. Ему достаточно было просто взглянуть на Леголаса, один-единственный взгляд, и тот забывал, как дышать.       Леголас крупно вздрогнул и отвернулся: Халдир усмехнулся и отошёл в сторону.       — Вот только он не разделяет моих предпочтений. Давай-ка лучше спросим об этом моего питомца. Ему лучше знать, что хотел бы получить в награду твой маленький принц. Какую награду ты бы выбрал, Эллонур, будь ты на месте питомца лорда Глорфиндела?       Почувствовав на себе изучающий взгляд карих глаз, Леголас вжался в Глорфиндела всем телом, пытаясь слиться с его туникой. Она была серо-зелёного цвета, как и его тщедушная тушка. Он и раньше знал, что Эллонур не питает к нему тёплых чувств, а сейчас это знание переместилось в разряд чётких убеждений. Эллонур видел в нём лишь напуганного эльфёнка, который запутался в лабиринте своих чувств. Эльфёнка, который недостоин обожаемого и почитаемого им Глорфиндела.       Но тот удивил его. Во взгляде карих глаз не было неприязни, ни намёка на ненависть или презрение. Сейчас он выглядел совсем как…       «Как, должно быть, выгляжу я со стороны», — подумал Леголас. Эллонур был восхитительно красивым сейчас: потемневшие от похоти глаза, расширенные зрачки, распухшие влажные губы, как если бы Халдир целовал их перед тем, как они вошли сюда. Таким Эллонура Леголас ещё не видел, он как будто светился изнутри.       Леголас бессознательно облизал губы, умоляя о поцелуе, и покраснел до кончиков ушек, что не ускользнуло от проницательных карих глаз Эллонура. Он томно вздохнул и грациозно выплыл из-за спины Халдира.       — Вы уже подарили мне награду, о которой я мечтал, Мастер, — раболепно заглянул своему хозяину в глаза Эллонур. — Если бы я был на месте Леголаса, я бы умолял лорда Глорфиндела о поцелуе кнута, розги или плети. Но, боюсь, он не разделяет не только ваши предпочтения, мой Мастер, но и мои тоже. А жаль. Лорд Глорфиндел великолепно владеет кнутом. Багровые рубцы поверх этой белоснежной кожи смотрелись бы очень возбуждающе. Может, маленькому принцу просто нужно показать, чего он себя лишает? Говорят, аппетит приходит во время еды.       Эллонур смерил Глорфиндела долгим нечитаемым взглядом и промурлыкал:       — Вы так не думаете, мой бывший Мастер?       О, теперь Леголас понимал, что скрывалось под личиной сдержанного и рассудительного Советника. Коварная, обольстительная, сладкоголосая змея могла бы и мёртвого заставить кончить!       А тем временем Эллонур перешёл в наступление. Лёгким непринуждённым движением руки он расстегнул пуговицы на рубашке — одну за другой — и небрежно сбросил её с себя. Оливковая кожа, отливавшая золотом, была сплошь и поперёк испещрена ужасными кровавыми рубцами. Они покрывали всю спину мужчины и спускались ниже, прячась под тканью штанов.       Халдир сжал запястье Леголаса и положил его ладонь на исполосованную рубцами спину. Метки, оставленные кнутом, обжигали кончики пальцев; Леголас с нескрываемой жалостью смотрел на красивого эльфа, чью спину уродовали страшные отметины, тонкие пальчики очень невесомо погладили алый шрам, утешая и пытаясь облегчить боль. На длинных чёрных ресничках повисли солёные капельки, а пухлые губы подозрительно задрожали.       — Достаточно! — сильные тёплые руки нежно обвились вокруг его талии, а горячее дыхание опалило беззащитную шею. Леголас застонал, почувствовав, как большой твёрдый член упёрся ему между ягодиц. Шоу, которое устроил Эллонур, его бывшему хозяину пришлось по вкусу. — Леголас ещё слишком юн для таких игр. Он страшнее ремня ничего не пробовал, а ты ему такие ужасы показываешь.       Глорфиндел нежно поцеловал испуганного мальчишку в ушко и развернул к себе лицом.       — Не бойся, мой маленький. Я никогда не накажу тебя так ради моего удовольствия. Я обещаю.       — То есть самый искусный мастер кнута и плётки ни разу не порол своего roch-neth кнутом? Ты это сейчас серьёзно? — недоверчиво хмыкнул насмешливый хриплый баритон.       — Абсолютно. И не собираюсь этого делать. Есть другие способы оставить мои метки на его белоснежной шкурке. Может быть, я даже продемонстрирую тебе это завтра. А может, никогда не позволю тебе удовлетворить своё любопытство. Посмотрим на твоё поведение.       — Жадина, — фыркнул Халдир. — Я показал тебе своего питомца и даже дал твоему его потрогать. Это нечестно!       — Хочешь, чтобы я дал Эллонуру поиграть с ним? Ну даже не знаю… Твой питомец очень плохо воспитан. Впрочем, каков хозяин, таков и слуга, — усмехнулся Глорфиндел, накрыл ладонью бугор в штанах Леголаса и легонько сжал, заставляя того вызывающе извиваться и надрывно стонать.       — Иди сюда, ревнивая скотина, — Халдир поманил к себе пальцем Эллонура. Шёлковый ласковый тон таил в себе угрозу. Эллонур прошлёпал босыми ногами по полу и вскинул на него виноватые глаза. Халдир молниеносно выбросил руку вперёд, сжал волевой подбородок Эллонура и притянул к себе. Так близко, что их губы почти соприкоснулись. — Тебе совсем не стыдно за своё отвратительное поведение на свадьбе лорда Глорфиндела? Не помню, чтобы ты извинялся.       — Я прошу прощения, — пролепетал кареглазый красавец.       Халдир так крепко сжал пальцы на его щеках, что тот испуганно вскрикнул.       — Что ты там мямлишь? Сейчас же извинись перед лордом Глорфинделом и его мужем как полагается! — рявкнул на него Халдир и подтвердил серьёзность угрозы звонким шлепком по, должно быть, и так жестоко избитой и основательно оттраханной заднице, потому как Эллонур зашипел и опустился на колени.        От шока у Леголаса округлились глаза. Гордый и своенравный любовник его мужа стоял перед ними на коленях и виновато дырявил взглядом вовсе не Глорфиндела, а его. Леголаса!       — Прошу, простите мне моё недостойное поведение на вашем бракосочетании, принц Леголас. Мне жаль, если мои слова причинили вам боль. Я искренне сожалею об этом.       И он действительно говорил совершенно искренне. Наверное, в тот миг Леголас впервые увидел, насколько они с Эллонуром похожи. Наверное, в тот миг этот озлобленный на весь мир, гордый, красивый эльф перестал казаться ему таким пугающим и отталкивающим. Пока Эллонур не подался вперёд и не прижался губами к бугру в его леггинсах. В тот миг мир Леголаса перевернулся с ног на голову.       Дерзкий искусный язычок дразнил сквозь тонкую ткань, горячее дыхание обжигало, пухлые мягкие губы настойчиво продвигались вверх. Это было безумие!       Леголас задрожал как натянутая тетива лука и посмотрел на Глорфиндела широко распахнутыми, испуганными, ничего не понимающими глазами. Но Глорфиндел не возражал против этого вертепа, он ещё и завязки на леггинсах младшего мужа распустил, чтобы Эллонуру было удобнее играть с ним, крепче прижал его к груди, чтобы тот ненароком не взбрыкнул, и обхватил его член широкой ладонью.       Шокированный принц посмотрел вниз. Красная блестящая головка его члена была направлена прямо в губы Эллонура. Тот облизал новую пассию своего бывшего с ног до головы голодным взглядом и ровно то же самое сделал с его членом. Святая Элберет! Что Эллонур творил с ним там не передать словами! Глорфиндел был искусен в постельных утехах, но Эллонур… Эллонуру не было в этом равных.       Леголас откинул голову на плечо Глорфиндела и рвано застонал, в то время как мягкие нежные губы Эллонура сосали его член с таким удовольствием, как будто это был и не член вовсе, а сладкая конфетка, которую тот желал больше всего во всём огромном в своём разнообразии мире.