Strut on a Line, its Discord and Rhyme

Проходит неделя, и ничего не происходит. Ничего. Никакого келпи в поле зрения. Никаких кошмаров. Больше никаких частей тела, оставленных в шкафчиках. Никаких неясных сверхъестественных историй в новостях. Скотт высаживает Стайлза у дома Хейлов днем, и Патрик, как уже стало обычно, ждет их на крыльце в уже волчьей форме. Он приспособился ездить вместе со Скоттом в полицейский участок, а затем бежать обратно домой и, в отличие от Дерека, кажется, не беспокоится, если люди видят его. Во всяком случае, похоже, он наслаждается, когда люди таращатся. Что имеет смысл, как думает Стайлз, потому что волк Патрика великолепен. Он серый с белым животом и серебряным мехом с черными кончиками, и Скотт, чей волк рыжий, вероятно, будет смехотворно маленьким по сравнению с ним. Когда Стайлз слазит с пассажирского сиденья, Патрик делает рывок вперед, чтобы занять его место, закрыв дверь массивной лапой и высунув голову в открытое окно. Стайлз взваливает свой рюкзак на плечо и напоминает себе пропылесосить, в конце концов, машину, потому что объем происходящей линьки начинает становиться проблемой, а затем входит внутрь, чтобы найти Дерека. Однако, после того, как он закрыл дверь и бросил свои вещи в коридоре, он останавливается, потому что, судя по звукам, на кухне происходит битва. За лязгом металла он слышит тихие проклятия или скорее проклятия по версии Дерека, которые включают в себя много рычания и постоянно повторяющееся слово «глупо». Стайлз заходит на кухню с немалой долей трепета и ему приходится физически сдерживать себя от смеха, потому что комната является зоной бедствия. Там есть кусочки яичной скорлупы, разлитое молоко и тонкий слой белого на всем, включая Дерека. Похоже, что он провел несколько раундов с мешком муки и Стайлз не совсем уверен, кто стал победителем. - Это должен был быть сюрприз, - серьезно произносит Дерек с несколько безнадежным видом. И тогда Стайлз смеется, потому что он не может удержаться. Дерек снимает свои испачканные очки, пытаясь протереть их не менее грязной рубашкой, и вздыхает. - Я хотел сделать тебе кекс, - говорит он, сначала кидая взгляд на разбросанные по столешнице ингредиенты, а затем на свои очки. – В интернете это казалось просто. - Интернет лжет. Давай я помогу? – спрашивает Стайлз. - Это должен был быть сюрприз. Выпекание своего собственного кекса-сюрприза противоречит цели. - Уверен, что цель выпекания кекса – это последующая возможность съесть его, - говорит Стайлз, сбрасывая обувь. – Расслабься, я просто счастлив, что ты хотел что-то сделать для меня. Он забирает очки Дерека и, используя подол своей рубашки, вытирает их, прежде чем вернуть их на заляпанный мукой нос Дерека. - А теперь прекрати дуться. Ты можешь компенсировать мне это в пятницу. - А что будет в пятницу? – спрашивает Дерек, продолжая дуться. - Доильный день! Брови Дерека, уже нахмуренные, опускаются еще ниже: - Что такое доильный день? - Счастливое ежемесячное событие, при котором я извлекаю яд из одиннадцати разных ядовитых змей за один день, не умирая. И на этот раз вы, сэр, имеете честь быть допущенным для оказания мне помощи. Стайлз делает джазовые пальцы (раскрытые вытянутые руки, направленные ладонями к зрителю с активным подергиванием всех пальцев). Дерек смотрит в ужасе. - Нет. Стайлз отталкивает его в сторону, изучая рецепт в ноутбуке Патрика, и вздыхает: - Хорошо. Но вы с Патриком еще должны отвезти меня домой после школы. И один из вас должен ждать меня, пока я делаю это. На всякий случай. Меня раньше никогда не кусали, но все когда-нибудь случается в первый раз. - Что произойдет, если тебя укусят? – спрашивает Дерек, вручая Стайлзу коробку с яйцами, на которую тот указывает. - У меня есть противоядие от всех видов, с которыми я работаю. Я введу себе первую дозу, а затем как можно быстрее отправлюсь в больницу. - И ты делаешь это каждый месяц?! - Ага. На самом деле, это хорошие деньги. Половину яда я продаю онлайн людям, делающим противоядие, другую половину я использую сам или продаю фэйри или людям вроде меня, которым нужна помощь в сверхъестественном мире. Он начинает разбивать яйца в миску и Дерек приносит ему венчик, продолжая выглядеть шокированным. - Как давно ты этим занимаешься? - Раньше это было делом моей тети. Она научила меня. Я начал собирать своих собственных змей, когда мне было тринадцать, а после ее смерти я забрал ее животных, а также ее клиентов. Можешь передать мне молоко? Дерек перестает задавать вопросы, наверное, потому, что ему не нравятся ответы. Они засовывают тесто для кекса в духовку, когда задняя дверь распахивается и Патрик кричит: «Стайлз?!», - таким образом, что становится понятно, что что-то происходит, и это не учебная тревога, повторяю, это не учебная тревога. Духовка захлопывается, и они вместе скользят за угол в гостиную, теряя носки, которые цепляются за деревянный пол. Патрик одет в джинсы и клетчатую рубашку, которые он оставляет на крыльце на момент возвращения домой, его ноги босые, а волосы в беспорядке. Он мгновение таращится на Стайлза тем напряженным и пугающим взглядом, которым он смотрит на популяционные диаграммы исчезающих видов птиц. - Стайлз, - произносит он чуть спокойней. – Что ты знаешь о своих биологических родителях? - Моих… ничего, - отвечает Стайлз, сбитый с толку. – Они погибли в автокатастрофе, когда мне было пару месяцев. Вот и все. - Ты… - Патрик делает вдох. – Ты уверен, что они были людьми? У Стайлза отвисает челюсть: - Ну, да. Совершенно уверен. А что? - Потому что, - Патрик указывает на другую сторону дома. – Растения в саду распускаются. - Что? - Почти на всех овощах и фруктах на этом участке есть новые ростки, которых там не было еще час назад. И их сезон длился уже на месяц дольше, чем ожидалось. Летние сады не цветут второй раз в сентябре, Стайлз, только если им не помогают. - Помогают, - повторяет Дерек. – Как помогают? - Чем-то нечеловеческим. - Но… - Стайлз качает головой. – Я имею в виду, я ничего не делал! Откуда вы знаете, что это из-за меня? Патрик поднимает бровь: - Я увидел разницу в саду через три дня после того, как ты начал работать в нем. И помнишь грозу с градом на прошлой неделе? Как загадочно она обошла один конкретный участок земли? Земля даже не размокла. - Ну да, но это не… - Кроме того, - продолжает Патрик, выглядя слегка раздраженным, - распускаются все растения, кроме окры. Окра, что интересно, вся мертва. - О, - говорит Стайлз. – Вот дерьмо. *** - Я не понимаю, - говорит Дерек через несколько минут. Они все сидят в гостиной, и волки таращатся на Стайлза, как на головоломку, которую нужно разгадать. - Он пахнет человеком, - продолжает Дерек. – Разве мы не можем определить, если он не человек? - Нет, - отвечает Патрик. – Фэйри ничем не отличаются от людей до полового созревания или пока они как-нибудь себя не проявят. - Вот кем, по вашему мнению, я являюсь? – немного истерично спрашивает Стайлз, - фэйри? - Это все объясняет, - отвечает Патрик. – Они достигают физической зрелости в более позднем возрасте по сравнению с людьми, как правило, около шестнадцати или семнадцати лет, что объясняет твою внешность. - Моя внешн… Эй. - Кроме того, - продолжает Патрик, игнорируя его. – Все фэйри элементали, но каждый из них обычно имеет особую силу. Как, например, земли, - он кивает в общем направлении сада. - Отлично. Так что моя супер сила – это выращивание помидоров. Как раз то, что я всегда хотел. Глаза Патрика становятся желтыми от раздражения, и Стайлз прикусывает губу. - Что касается того факта, что ты не проявился таким образом, чтобы это было наглядно доступно, все же ты уже демонстрируешь значительное влияние на две разных стихии. Что имеет опасные последствия. - Я не уверен, что понимаю, о чем вы. - Мы можем сказать, что ты кто угодно, но только не человек, - говорит Патрик, - и ты уже способен делать вещи, с которыми многие взрослые фэйри не справились бы без использования рун. Это означает, что ты, скорее всего, будешь весьма сильным. - Хорошо. Тогда значит не только выращивание помидоров? - Однозначно нет. - Ну, я на самом деле не вижу здесь минусов. Патрик вздыхает: - Если бы я попросил тебя отвести еще одну грозу с градом, или еще хуже, создать одну, ты бы смог это сделать? - Нет? Я имею в виду. Я даже не знал, что делал это. Тем более, как я это делал. - Точно. И теперь, когда ты начинаешь проявляться, у тебя будет в двадцать раз больше влияния, которое ты сейчас демонстрируешь, и в равной степени неспособность управлять этим. Видишь, в чем проблема? - О. Вот черт. Ладно. Это плохо. Стайлз таращится на свои руки, сведя ладони вместе, и пытается дышать. У него грязь под ногтями. Наверное, грязь из сада, в котором он вчера работал. Сада, который сейчас расцветает вне сезона. Который, видимо, является наименьшей из его проблем. Дерьмо. - Я думаю… - он внезапно встает. – Мне нужно… я скоро вернусь. Он бежит вверх по лестнице, рассматривает возможность использование кровати Дерека и выбирает вместо нее ванную комнату, где садится на краю ванной, упираясь локтями в колени, и запуская пальцы в волосы. Дыхание становится все более затрудненным. - Стайлз? Он слышит, как Дерек поднимается по лестнице. Он знает, что это он, потому что знает звук шагов Дерека, что на самом деле странно, если он действительно думает об этом. - Стайлз?! Голос Дерека внезапно становится громче, и Стайлз не может вспомнить, закрыл ли он дверь ванной или нет. Когда он поднимает взгляд, чтобы проверить, все идет наперекосяк. Он сползает с края ванной на пол, когда его периферийное зрение начинает становиться размытым. - Стайлз, - говорит Дерек, и после очередного моргания Дерек вдруг оказывается присевшим перед ним. - У тебя паническая атака, - произносит Дерек. - Да неужели, Шерлок? – отвечает он. Это звучит неправильно, когда его рот двигается. - Эй. Стайлз чувствует, как Дерек берет одну его руку. Чувствует, как Дерек прижимает его ладонь к своей груди. - Эй, ты чувствуешь мое дыхание? – спрашивает Дерек. – Постарайся дышать вместе со мной, хорошо? Стайлз пытается. - Это было хорошо, сделай это снова, ладно? Со мной, - Дерек делает медленный ровный вдох, и он пытается повторить его. - Превосходно. Отлично. Снова. Он с трудом делает еще один вдох и тяжесть в груди начинает ослабевать. - Хорошо, еще раз. Готов? Он закрывает глаза и сосредотачивается на дыхании с Дереком, а не на ужасном прерывистом собственном дыхании. Через несколько минут он клонится вперед и Дерек позволяет ему. Дерек был осторожен, не прикасаясь ни к чему, кроме руки Стайлза, лежащей у него на груди до этого момента, а теперь, с разрешения, он притягивает его в мягкие объятия. - Лучше? – спрашивает Дерек. - Ага. Извини. Вечность прошла с тех пор, как у меня была паническая атака. - Это был не первый раз? - Не-а. У меня они были, когда я был маленьким. Опасность нахождения в семье оборотней, будучи хилым человеком. Постоянное беспокойство о ком-то или о чем-то. Стайлз замолкает. - Ну. Видимо не человеком. - Эй. У нас есть время, чтобы выяснить это. Мой папа позвонил Скотту. Он на пути сюда. - Хорошо. - Устал? – спрашивает Дерек. Стайлз кивает ему в шею. - Понял. Ты хочешь вздремнуть? - Ага. Стайлз отстраняется от Дерека, но не возражает, когда он помогает ему подняться, удерживая твердой рукой, обхватив за локоть, пока он благополучно не оказывается на кровати. - Ты хочешь, чтобы я остался? – спрашивает Дерек и Стайлз отвечает «нет», слишком быстро, чтобы поверить. - Ну, - говорит Дерек, после недолгого его изучения. – Не повезло. Дыхание Стайлза постепенно замедляется, но он так и не засыпает, и когда они слышат хруст машины Скотта на подъездной дорожке из гравия, Стайлз перекатывается лицом к Дереку. - Кого ты знаешь, у кого есть панические атаки? – спрашивает Стайлз. - Что-что? Стайлз кивает в сторону ванной: - Это была идеальная реакция, как по учебнику. Ты не испугался. Ты не пытался прикасаться ко мне или перемещать меня. Ты просто заставил меня дышать вместе с собой. А затем забрал меня в безопасное и тихое место, чтобы восстановиться. Ты уже делал это раньше. - На самом деле, нет, - признается Дерек. – Первый раз на этой стороне уравнения. Стайлзу требуется мгновение, чтобы понять. - О, но… подожди… у оборотней могут быть панические атаки? - Очевидно. Я просто сделал то, что мой папа делает для меня. - Хах. Ну, отличная работа, я думаю. Как часто они у тебя? Дерек поправляет очки на переносице и перекатывается на спину. - Теперь редко. Но когда я вернулся домой, после того, как меня похитили, я не… любые мелочи лишали меня равновесия. Я действительно не мог функционировать. Я просто всегда находился в такой стадии, когда ты чувствуешь, - он прижимает одну руку к груди, вцепляясь пальцами в ткань футболки. – У меня было от четырех до пяти атак в день. А потом я ложился спать, и они начинались из ночных кошмаров. Вот почему мой папа перевез нас сюда. Я думаю, что это была его последняя надежда. Пальцы Дерека расслабляются, и Стайлз наблюдает, как его рука соскальзывает с груди обратно на кровать. - Хотя сработало. Прошло два месяца с тех пор, как у меня было подобное. - И шесть дней со времени последнего ночного кошмара. - И это тоже. Хотя я думаю, что это, возможно, больше связано с компанией, чем с месторасположением, - признает он. Стайлз улыбается в потолок, и они слушают шаги на крыльце, затем тихий гул голосов внизу, когда Патрик приветствует Скотта. - Дерек, - произносит Стайлз, - ты можешь пообещать мне кое-что? Дерек поворачивается к нему лицом, снова поправляя очки: - Что? - Если я… если твой папа прав и я начинаю… - он молча жестикулирует, прежде чем издать расстроенный звук. Он пытается подойти к проблеме с другой стороны. - Моя тетя была фэйри, и у нее был почти идеальный контроль, ясно? Похоже, она действительно знала, что делает. Но даже она иногда ошибалась, когда она была действительно счастлива, грустна или сердита. Один раз она ужасно поссорилась с моей мамой и случайно погасила все лампочки в доме. Начался пожар от электропроводки, который сжег половину столовой, прежде чем она смогла потушить его. А у нее был контроль. Стайлз рассеянно трет левое запястье, впиваясь большим пальцем в сухожилия. - Если я потеряю его, ты должен помешать мне сделать что-то плохое, подобное этому, хорошо? Я никому не хочу навредить. - Эй. Перестань. Дерек отрывает пальцы Стайлза от его руки. - Мы разберемся с этим. Мы найдем кого-то, кто поможет научить тебя быть… тем кто ты есть. - Чувак, в мире осталось всего три тысячи фэйри. И насколько я знаю, они весьма не любят покидать ту территорию, на которой они поселились. И у них есть проблемы с доверием. И им не нравится общаться с незнакомыми людьми. Особенно с незнакомцами нечеловеческих рас. - Мы разберемся с этим, - повторяет Дерек. – В худшем случае мы отправимся в Александрийскую библиотеку, сделаем копии всей информации, которую сможем найти, и выясним, как обучать тебя самим. У нас обоих интеллект выше среднего. Это не должно быть так уж сложно. - Конечно. Два сверхъестественных подростка копающиеся в архаичной магии. Ничего особенного. - Точно. Он вздыхает: - Хотя бы пообещай мне, хорошо? На всякий случай. - Я не… - Пожалуйста. Дерек теребит нижнюю губу зубами: - Хорошо. Стайлз торжественно протягивает одну руку к нему с оттопыренным мизинцем. Дерек без смеха делает ответный жест. - Обещаешь? – говорит Стайлз. - Обещаю, - соглашается Дерек. *** Через несколько минут они спускаются вниз и Скотт обнимает Стайлза так долго, что тот начинает ерзать. - Да ладно, Скотт, - бормочет он ему в плечо, - это не так важно. - Это не ерунда, - говорит он, щекой прижимаясь к макушке Стайлза. – Мой младший брат волшебник. Стайлз вырывается из сокрушительной хватки Скотта и пытается пригладить волосы в некое подобие порядка. - Волшебники не существуют. По словам тети К, «шаман» более точное определение, если называть вещи своими именами. Кстати, как ты думаешь… Стайлз сводит ладони вместе, Дерек незаметно придвигается ближе, не прикасаясь, но достаточно близко к спине Стайлза так, что он чувствует его тепло. - Как ты думаешь, она могла быть моей биологической матерью? – спрашивает Стайлз и Скотт обменивается кратким осторожным взглядом с Патриком. - Я не знаю. Это была моя первая мысль тоже… я имею в виду, это возможно. Она всегда относилась к тебе по-другому, чем ко всем нам. И когда тебе было двенадцать, ты помнишь ту ссору, которая была между ней и мамой, когда она подожгла половину дома? Стайлз кидает взгляд через плечо на Дерека: - Да, на самом деле, мы как раз об этом говорили. - Они спорили о тебе той ночью. О том, чему она тебя учила. Мама считала, что ты еще слишком молод, а тетя К говорила, что это ей решать. Пожар начался, когда мама сказала, что ты ее ребенок, а не тети К. Стайлз не осознает, что прислонился спиной к Дереку, пока рука Дерека не приходит в движение, чтобы поддержать его. - Ладно. Ладно, тетя К, наверное, была моей биологической мамой. Отлично. Однако зачем они лгали? Зачем… это не имеет никакого смысла. Хватка Дерека на его руке усиливается, и он делает осознанный вдох. - Дети фэйри особенно уязвимы, - говорит Патрик, - усыновление стаей оборотней, рассказывающей всем, что ты человек, вероятно, было самым безопасным способом, благодаря которому ты смог вырасти. - Ага. Супер безопасный. Учитывая то, что они все теперь мертвы. - Стайлз, - резко произносит Скотт. - Извини, - бормочет он. Скотт вздыхает: - Я уже позвонил семье папы в Нью-Мексико. Сестра-близнец тети К, Тиган, маг их Зубастой стаи. Альфа обещал связаться с ней завтра и узнать, готова ли она говорить с нами. - Я… - Стайлз замолкает, наклоняя голову набок. – Мы встречались с ней однажды, помнишь? В том году, когда шесть разных стай собрались в Таосе на нейтральной земле на Рождество. Мы катались на лыжах. Стайлз изучает тыльные стороны своих рук, затем свои раскрытые ладони: - У нее были кольца татуировок вокруг всех ее пальцев. Она могла поймать снежинки, и они не таяли у нее в руках. - Да, - говорит Скотт, выглядя потерянным. – Помню. - Ты думаешь, она… - Стайлз молча жестикулирует. – «Поможет, - думает он, - ты думаешь, она позаботится». - Я не знаю, - Скотт двигается к стойке для завтраков, потирая костяшками пальцев один глаз. – Нет смысла беспокоиться об этом сейчас. Завтра узнаем. Стайлз рассматривает усталые опущенные плечи Скотта и на мгновение желает, чтобы он обнимал его дольше. Скотт похож на ребенка, который нарядился в полицейскую форму. - Ты опоздаешь на свою смену, - говорит Стайлз, кивая на часы над духовкой. - Я не пойду. - Скотт. Да ладно. Ты только что сказал, что мы в любом случае сейчас не можем ничего сделать. Патрик ловит его взгляд и слегка качает головой. - Возможно, - произносит старший мужчина, - прогулять сегодня будет лучшим решением для всех. Мы все можем провести спокойный тихий вечер. Ужин, хорошая компания и полноценный ночной сон. - В духовке есть кекс, - предлагает Дерек. - Я… да. Это было бы здорово. У нас есть еще что-нибудь из еды? – спрашивает Стайлз. При этом Патрик выглядит озадаченным. - Мы со Скоттом съездим за гамбургерами, - решает он. - Двойная картошка фри спиральками, - говорит Дерек и Стайлз ухмыляется. - Круто, - Скотт начинает двигаться вперед, как будто хочет что-то сказать или снова обнять Стайлза, но не делает этого. Вместо этого он останавливается, на мгновение встречаясь взглядом с Патриком. - Ну, - произносит он. – Гамбургеры. Точно. Я думаю, мы скоро вернемся, - Скотт смотрит на Стайлза так, что у того болит от этого живот. – Люблю тебя. - Люблю тебя тоже. Стайлз с Дереком наблюдают, как взрослые обмениваются еще одним взглядом, а затем идут в коридор. - Тебе нравится монополия? – спрашивает Патрик, собирая свои ключи. – Мы все можем поиграть после ужина, если хочешь. - Ни в коем случае, - говорит Скотт. – Стайлз жульничает.