Богатенький Билли / Billi Rich

Pov Tom Весь день мне не давала покоя мысль о моем легкомысленном утреннем поступке. Представляю лицо Каулитца, когда он прочитал мое «чистосердечное раскаяние». Какой черт меня дернул написать ему это? Он, наверное, подумает, что я идиот конченный, и возненавидит еще больше. Теперь весь день меня это грызть будет. И опять все из-за этого Каулитца! Ну, теперь мне ничего не остается, кроме как ждать от него адекватной реакции и понимания. Надеюсь, он не станет меня избегать еще больше. *** Сегодняшний день тянулся невыносимо долго. Хоть я и не горел желанием возвращаться домой и столкнуться с Биллом, но интерес к его реакции был сильнее, чем страх. Не выдержав, я ушел с последней пары, ссылаясь на плохое самочувствие, и поехал в общагу. Всю дорогу мои мысли были заняты исключительно Биллом и неизбежным с ним разговором. Остается надеяться, что он дома и не сбежит, как только меня увидит. И главное, самому не сбежать… Перед дверью я топтался минут десять, не решаясь войти внутрь. Вся моя самоуверенность мигом исчезла. Такое чувство, будто бы от этого разговора вся моя жизнь зависит. А мне всего-то осталось поговорить с брюнетом и выпросить окончательно его прощение. Что может быть проще для такого как я? Ничего… Но почему тогда я так нервничаю? Даже ладони вспотели… Черт, Томас, возьми себя в руки! Все, вставляю в замок ключ, два щелчка направо и…захожу. Господи, хоть бы его дома не было… Сняв обувь, я на цыпочках прошел до нашей комнаты, опять же не решаясь зайти. Полное отсутствие каких-либо звуков давало надежду на то, что дома никого нет. Набравшись храбрости, я все-таки повернул ручку двери и заглянул в комнату. Я сразу увидел Билла, беззаботно лежащего на кровати и болтающего ногами. Он увлеченно что-то печатал на небольшом ноутбуке, лежащем перед ним, и, видимо, меня даже не заметил. Выждав пару секунд, я все же решил заявить о своем присутствии. — Кхм-кхм, — прозвучало даже громче, чем я рассчитывал, отзываясь эхом в комнате. От неожиданности брюнет дернулся, испуганно обернувшись в мою сторону. Он напряженно смотрел на меня, не произнося ни звука. — Эээм привет, — неуверенно выпалил я, проходя в комнату и устало плюхаясь на свою кровать так, чтобы боковым зрением было видно брюнета. — Привет, Том, — как-то осторожно проговорил Билл, вновь утыкаясь в свой ноут. Снова над комнатой повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов и постукиванием по клавишам на клавиатуре. Меня это вовсе не радовало, но и, как назло, в голову не лезли темы для разговоров. — Спасибо за кофе, — низко, на грани слышимости, вдруг сказал Билл. — Понравилось хоть? – насмешливо спросил я. Не ожидал, что дождусь от него "спасибо". — Да, — опять неуверенный тон. — Билл, — зову я, бросив взгляд на брюнета. — А? – не поворачиваясь, Каулитц что-то увлеченно продолжал печатать. — Прости меня, Билл, — тихо говорю я, мысленно начиная злиться от того, что черноволосый даже не соизволил повернуться ко мне. — Что? Я подошел почти вплотную к его кровати и присел рядом, заглядывая на экран, отчего Каулитц мгновенно захлопнул машину. Смотрит на меня не моргая с какой-то опаской. — Прости меня, — повышаю тон. — Я уже давно тебя простил, — говорит очень быстро, отворачиваясь. — Точно? – за подбородок разворачиваю его лицо к себе. — Да, — громко сглотнув, брюнет убрал мою руку с лица, слегка краснея. Ага, попался, голубочек! Засмущался, значит? — Ну, раз ты меня простил, может, сходим куда-нибудь? Отметим? – вставая, говорю я, а душа просто ликует. Он почти мой. — Тебе есть куда меня пригласить? – усмехается брюнет. Главное, сейчас сдержаться и не врезать ему снова. — Ты бы лучше не язвил, а предложил какое-нибудь хорошее место, — как можно спокойнее отвечаю я. — Ну, я знаю одно неплохое местечко тут неподалеку, — начал брюнет, но я его перебил: — Вот и отлично! Едем туда. Жду тебя на улице через 15 минут. Я направился к выходу, размышляя, о каком же месте говорил Билл. Зная его, сегодняшний вечер может влететь мне в копеечку. Но что же поделать, я сам на это подписался. — Мне нужно минут сорок, чтобы собраться! — вслед мне крикнул Билл. *** Такси остановилось у небольшого красивого здания. Поначалу оно напоминало своеобразный мини-дворец. Огромные белые окна, слегка прикрытые кружевными занавесками. Черная как смоль крыша, украшенная сине-голубыми огоньками, которые красиво сверкали в темноте. Само здание было в светло-желтых приятных тонах. Внешний вид говорил сам за себя. Это по-любому местечко для олигархов и их избалованных детишек, каким, собственно, и являлся Билл. Сто раз пожалев, что предоставил ему право выбора места, мы двинулись внутрь. Черт, чувствую, попал ты, Трюмпер. [Включаем: J.S. Bach – Air on The G String From Orchestral Suite] только не органную версию. Внутри было не хуже, чем снаружи. Играла очень приятная на слух музыка. Наверное, это что-то из классики. Все блестело и сверкало. Множество столов с красивыми резными узорами, покрытые белоснежными скатертями. На каждом столе стояли свечи, что прибавляло им изысканности. В таком месте я был впервые и, если честно, чувствовал себя очень неуютно. Я уже сомневаюсь, кто кому мстит. Может, брюнет специально притащил меня сюда, дабы выставить посмешищем? — Эй, ты чего завис? – вывел меня из мыслей Каулитц. — А? Что? — Говорю, ты не против вон за тот дальний столик сесть? А то знакомых тут уйма, — Билл указал пальчиком куда-то в конец помещения, и я согласно кивнул, даже не посмотрев куда именно. Каулитц сидел и как-то хитро улыбался, изредка кидая на меня взгляды. Ладони вспотели, и я, пока никто не видит, обтер их об край скатерти. Не понимаю почему, но я заметно нервничал. И Билл, видимо, это прекрасно понимал. В следующий раз поведу его в какой-нибудь дешевый кабак. Посмотрим тогда, как он запоет! Все было хорошо до тех пор, пока не принесли меню. Глянув внутрь, я просто опешил: цены почти как на квартиры в каком-нибудь провинциальном городке. Чтобы съесть здесь хотя бы одно блюдо, мне потом долгое время придется во всем себе отказывать. Но помимо цен в ступор ввели и названия. Ни одного знакомого слова. Ужас! — Помочь? — обратился ко мне Билл, видимо заметив мое замешательство. — Да, наверное. Сделай мне заказ на свое усмотрение, а то в этих непонятных закорючках я буду до утра разбираться, — отложив меню в сторону, я старался отогнать от себя мысли о том, сколько мне потом придется вкалывать, чтобы отработать сегодняшний вечер. Но ударять в грязь лицом перед этим нахалом очень не хотелось. — Как скажешь, — брюнет изобразил некое подобие улыбки и сказал что-то официанту, как мне показалось, на другом языке. Тот записал что-то в свой блокнотик и удалился. — Почему ты вдруг поменял мнение относительно меня? – спросил Билл, постукивая ноготками по столу. — Мне кажется, ты неплохой парень, — недолго думая, ответил я. — И что же тебя натолкнуло на подобные мысли? – прыснул брюнет, и мне вдруг захотелось сильно пихнуть его под столом. Какое-то время я задумчиво молчал, придумывая, что бы ответить. От необходимости отвечать меня избавил очередной подошедший официант. Он зажег свечи на нашем столе и поставил перед нами бутылку импортного шампанского. Билл вежливо поблагодарил юношу, обворожительно ему улыбнувшись. А я, наблюдая за этим, не мог поверить, что передо мной сидит тот самый Билл, наглый и самовлюбленный олигаршонок. Он, оказывается, умеет строить из себя «милашку-обаяшку». Не успел я отойти от шока, как к нам подскочил еще один официант. — Ваши Moules à la portugaise, — сказал он, опуская передо мной и Биллом две тарелки с… думаю, описать ЭТО будет очень сложно. Надо было быть последним кретином, чтобы доверить выбор блюда брюнету. — Я решил сегодня по-скромному посидеть, — сказал Билл, вынимая вилку и нож из салфеток. – Нальешь шампанского? Я кивнул, и, привстав, дрожащей рукой налил шампанского сначала Биллу, потом себе. — Спасибо, — сказал Каулитц, подхватив одной рукой красиво сложенную салфетку с тарелки. Он изящно развернул и положил ее себе на колени. Я, как завороженный, наблюдал за ним. Может, чтобы не показаться идиотом, повторять все действия за брюнетом? — Ты смущаешь меня тем, что так пристально разглядываешь, — произнес Каулитц. — Прости. Просто ни разу не был в таких местах, поэтому не знаю, как себя вести, — честно сказал я, подозрительно поглядывая на множество столовых приборов, лежащих передо мной. — Я уже даже не надеялся услышать это чистосердечное признание от тебя, — рассмеялся Билл, и мне на минуту показалось, будто он специально притащил меня сюда, чтобы вдоволь поиздеваться. – Не пугайся такого количества приборов. Из них тебе понадобятся только вилка и нож. Это всего лишь сервировка. Не обязательно пользоваться всем сразу. — Ты издеваешься? Тут же несколько вилок, — вскрикнул я. Еще чуть-чуть и я не выдержу и сорвусь. — Не кричи. Вот, тебе нужна такая вилка, — Каулитц продемонстрировал мне свою вилку, и я тут же отыскал такую же рядом со своей тарелкой, освобождая ее от салфетки. – И такой нож. Но, думаю, он вряд ли тебе понадобится. — Спасибо, что проинформировал, — фыркнул я. – Может, выпьем для начала? — Давай, — он ловко подхватил длинными пальцами свой фужер. — За то, чтобы между нами больше не было недопонимания, — предложил я тост, легко звякнув своим фужером о фужер брюнета. — О дааа, — протянул Билл, делая небольшой глоток игристого вина. Я же, напротив, осушил сразу половину, чем вызвал удивление Билла. Ну, вот, что опять не так? — Ничего себе! Ты монстр! — сказал Билл. – Учти, я не потащу тебя до общаги, если ты напьешься. Он сделал еще один небольшой глоток и опустил фужер на место. — Смотри, как бы мне не пришлось тебя тащить, — улыбнулся я, вспомнив, как вчера нес до кровати это пьяное чудо. — Не придется, — заверил он меня, взяв в руки вилку и нож. Я недоверчиво наблюдал, как он разделывал ножом очень странную желто-коричневую штуковину, подозрительной формы. Он аккуратно подцепил на вилку отрезанный кусочек и, как мне показалось, очень эротично отправил в рот. Я сглотнул и заставил себя какое-то время не смотреть в сторону брюнета. Теперь я сомнительно поглядывал в свою тарелку. Ее содержимое было весьма странным. Напоминало красно-зеленую кашу, с этими оранжевыми странными штуками. Я подавленно разглядывал все это, и есть мигом перехотелось. Единственное в моей тарелке, что не вызывало сомнений – это помидоры. Я почувствовал на себе чей-то заинтересованный взгляд и, подняв глаза, увидел, что брюнет следит за каждым моим движением. — Что-то не так? – спросил он. — Нет, нет. Все так, — я натянуто улыбнулся и подцепил на вилку эту оранжевую странную штуковину. Мало того, что выглядела она подозрительно, так еще и пахла не очень приятно. Каулитц по-прежнему не сводил с меня глаз. Не хотелось перед ним опозориться, и, сделав глубокий вдох, я отправил эту штуку в рот. На вкус я бы не сказал, что очень неприятно, просто необычно. Отдаленно напоминает по вкусу креветки. Я немного поморщился, запивая только что съеденное шампанским. Каулитц негромко хихикнул. — Что это такое? – спросил я, делая еще глоток. — Мидии, — буднично ответил брюнет, подхватывая со стола свой фужер с шампанским. — Ммм, — протянул я. – До этого дня не пробовал их. Каулитц что-то съязвил себе под нос, я не расслышал. А затем одарил меня своей обворожительной улыбкой и предложил еще выпить. Если не учитывать некоторые казусы, вечер проходил в более-менее дружеской обстановке, и, к моему большому удивлению, Каулитц действительно оказался неплохим парнем. Мы вели непринужденную беседу, будто были друзьями всю жизнь. Поначалу он мялся и скромничал, но после нескольких бокалов шампанского осмелел и уже вовсю смеялся над моими шутками и рассказывал всякие бредовые истории. — Знаешь, а ты не такой гадкий, каким я тебя считал, — пьяно проговорил Билл, допивая очередной бокал шампанского и жестом прося налить ему еще. Это была коронная фраза вечера. И могу с уверенностью сказать, что сегодня я стал на шаг ближе к брюнету.