Богатенький Билли / Billi Rich

Pov Tom Следующие три дня, как мне показалось, были самыми худшими в моей жизни. История словно повторялась: Каулитц опять меня избегал и игнорировал. Но раньше мы хотя бы изредка сталкивались, а теперь же он появлялся в общаге только глубокой ночью, когда я спал. А утром, когда я уходил на пары, он сваливал в неизвестном направлении. Ни тебе привета, ни ответа. Я совсем не понимаю этого человека… Вчера, когда мы случайно столкнулись у кафешки неподалеку от общаги, Билл сделал вид, что не видит меня или не знает. Он кинул на меня презрительный взгляд, после чего демонстративно сморщив носик, прошествовал мимо. Сердце неприятно сжалось, и я не выдержал, окликнув его… - Билл, куда ты? – крикнул я, не сводя с брюнета пристального взгляда. - Я не домой, - задрав подбородок, надменно сказал Билл. - А куда? – прозвучало как-то по-детски жалобно. - Трюмпер, а тебе не кажется, что это не твое дело? – удивился брюнет, и легонько задев меня плечом, прошел вперед. Такое ощущение, как будто меня ледяной водой окатили с головы до ног. Повернув голову в сторону, куда пошел брюнет, я увидел, как черная макушка скрылась в такси, и машина тронулась… «Ну, а чего еще я ожидал? Это же Билл», - мрачно подумал я и побрел в общагу, пиная по пути пустые банки и прочий мусор, встречающийся на пути. В своих раздумьях я не заметил, как положил слишком много сахара в кофе и налил лишнего молока. Вот какой черт меня дернул влюбиться в такого мудака, как этот Каулитц!? – ругал я самого себя, кусая до крови губы. Влюбиться?.. Кажется, да. Иначе никак не объяснить мое поведение в последнее время. Даже гер Циммерманн в тот раз заметил это… Неужели это так видно? Разумеется, все это довольно-таки неожиданно, как неожиданны все чудеса в жизни. Но это так. Я влюбился в чертового накрашенного самовлюбленного индюка! Билл – крепкий орешек, его "защитный слой" мне ни за что не пробить... Он, словно ювелирное изделие, сделанное искусным мастером. И мне он не по зубам, как не прискорбно это осознавать. А тот поцелуй, в принципе, ничего и не значил дня него… Обидно, что я так поздно осознаю это. Он не мой человек. Мы совершенно разные, несовместимые. Интересно, на что только я рассчитывал? Думал, что тот поцелуй что-то поменяет между нами? Только теперь я начинаю понимать всю суть поговорки «От ненависти до любви один шаг». Действительно, один… Это случилось так быстро и неожиданно… Есть ли теперь путь назад?.. Разозлившись на самого себя, я ударил кулаком по кухонному столу, так, что чуть не пролил кофе. От своих же мыслей и размышлений стало противно и как-то мерзко на душе. Последние дни я только и делаю, что бесконечно думаю об этом Билле и о том, что он меня не замечает. Осталось только начать плакать в подушку по ночам, и меня можно будет смело записывать в «клуб брошенных девиц» или же в «сообщество разбитых сердец». С этим нужно что-то делать… Во всей этой ситуации радует только то, что мои друзья ни о чем не догадываются. Перед ними у меня есть отличная отмазка. Они до сих пор думают, что я страдаю по Катрин. - Ты чего кислый такой? – на кухню зашли Дэн и Роберт. Вспомнишь, кхм-кхм, как говорится, вот и оно. Это не про них, конечно, но сейчас они и, правда, немного не вовремя. Настроение разговаривать с кем-либо совершенно отсутствует. - Не выспался, - отрезаю я, уставившись в чашку с уже остывшим кофе. - А зря! Посмотри в окно – погода прелесть! – сказал Роберт, наливая себе в чашку кипятка и заваривая пакетик с чаем. - Ага, видел, - делаю глоток остывшего напитка. Бессмысленная обыденная болтовня только сегодня показалась такой тошнотворной. - Уже придумал, где днюху отмечать будешь? – вдруг спрашивает Дэн, проделывая ту же процедуру, что и Роберт. - Какую днюху? – непонимающе поднимаю взгляд. - Как это какую? Трюмпер, ты не заболел, случайно? Твою, конечно! – воскликнул Дэн. - Мою? - Ну не мою же, в конце концов! Или ты передумал отмечать? - Какое сегодня число? - Восьмое, - хором ответили друзья, удивленно уставившись на меня. Вот дьявол! Я совсем забыл о своем дне рождения! Из-за этого Каулитца я все на свете позабыл, даже такое важное событие! А ведь еще совсем недавно я грезил о том, что соберу весь город и, как следует, отмечу. - Ой, точно! Извините, ребят, учеба весь мозг съела. Я совсем забыл, - потупив взгляд, ответил я. Какой же я идиот! Забыть о том, что через два дня мне исполняется двадцать лет… Это просто верх идиотизма. Если в таком темпе пойдет и дальше, то я совсем деградирую. - Странный ты, - рассмеялся Дэн, протягивая мне какой-то листок. - Вот смотри, здесь мы накидали несколько вариантов хороших мест, где можно отметить, а главное недорогих. - Спасибо, ребят! Если бы не вы, я, возможно, так и не вспомнил бы об этом. - На то мы и друзья, чтобы вовремя возвращать тебя с небес на землю, - похлопав меня по плечу, Дэн положил чашку в раковину и ушел. - Только долго не затягивай с выбором. Все приготовления мы возьмем на себя, раз уж ты такой «рассеянный» последнее время, - сказал Роберт, вставая. - И допивай скорее, а то в универ опоздаем. Pov Bill Я всегда знал, что алкоголь до добра не доведет. Особенно в таких количествах и в «такой компании». Почему я не понял этого раньше? Нельзя было доверять такому, как этот напыщенный Трюмпер. Я не должен был верить в его якобы «дружбу», не должен был вестись на эти, казалось бы, искренние глаза, улыбку. Я должен был послать его еще после тех домоганий на дискотеке. Но почему-то тогда я не придал этому должного значения. Вот и получил теперь… Сам виноват. Получил то, чего так боялся, то, чего пытался избегать всю жизнь. Тот поцелуй, нежные прикосновения… растопили лед в моем сердце. Он заставил мое сердце биться сильнее, заставил ПОЧУВСТВОВАТЬ. Снова… Какой же ты дурак, Билл. Неужели прошлый раз тебя ничему не научил?.. Зачем я позволил ему поцеловать себя? А что еще хуже: зачем я ему отвечал?! Ненавижу себя за это. За то, что хотел целовать его тогда. Он словно снял с меня маску безразличия и ненависти. Как будто чувствовал и видел меня изнутри. Пять лет я был неприступен. Старался избегать даже намеков в свою сторону. Меня тошнило оттого, что меня любили. Потому что я никого не любил. На какое-то время я даже подумал, что разучился чувствовать. Разучился любить. А этот Том… ну зачем он появился в моей жизни? Зачем поселил в сердце это непонятное ощущение? Я не хочу снова почувствовать ту боль, что ощутил однажды. Не хочу, чтобы мое сердце снова разбили. Не хочу, чтобы мои чувства втоптали в грязь. И я ни в коем случае не позволю этому случиться. Я просто постараюсь избегать его, не смотреть в глаза и не находиться рядом. Я остановлю это безумие, пока оно не переросло во что-то большее. Убью в корне. Я не должен влюбиться в него… Это меня сломает. Окончательно. *** Вот уже три дня мне успешно удается не сталкиваться с Трюмпером. Я несу огромные жертвы ради этого, но уж лучше так. Целыми днями я шляюсь по городу в гордом одиночестве, и лишь поздно ночью прихожу в общагу и ложусь спать. Но долго я так не смогу. Нужно поскорее придумать, как помириться с отцом и вернуться домой. Подальше от этих идиотов… Подальше от Трюмпера… *** Из-за того, что отец заблокировал мою кредитку, мне приходится катастрофически экономить, во всем: в еде, развлечениях и даже в одежде. Конечно, у меня было немного наличных в заначке, типа на «черный день», но и их я уже практически потратил. Этого максимум хватит еще недели на полторы… Размышляя об этом, я не заметил, как пошел дождь. Да, погода сегодня определенно не радует. Видимо, шарахаться по улице не получится, так как я уже прилично замерз и промок. Кое-как добежав до ближайшего здания, на вид это было что-то вроде кафетерия, я зашел внутрь. Обычно я не хожу по таким местам, но сегодня придется сделать исключение. Весь день мне пришлось провести там. Я лениво наблюдал за торопящимися прохожими за окном, давясь крепким кофе. За весь день я выпил чашек двадцать, отчего теперь сердце бешено билось. И почему-то у меня ощущение, что не только из-за кофе… В десять часов кафетерий закрылся, и я был вынужден выйти на улицу. В общагу идти было слишком рано, поэтому мне нужно было убить где-то еще хотя бы часа два. Ничего гениального не придумалось, поэтому я просто шарахался по улице. Мелкий дождь неприятно моросил. Было уже довольно-таки темно и никого вокруг: ни души. Только я один шел в неизвестном даже мне направлении. После минут тридцати такой прогулки я ужасно замерз. Еще и ноги промокли, а в кедах противно хлюпало. На мне была тоненькая курточка, джинсы и кеды. С утра я и подумать не мог, что погода так испортится. Интересно, а что сейчас делает Том? На часах уже почти одиннадцать. В это время он обычно ложится спать. Несмотря на то, что он всегда долго засыпает, он все равно старается лечь как можно раньше. Чудно́й он… Невесомо коснувшись своих губ рукой, я шел дальше, вспоминая, как совсем недавно этих губ касались нежные губы Тома. Как дарили неимоверную нежность и ласку. В тот вечер мне хотелось не останавливаясь целовать его, дарить всего себя без остатка… но вместо этого я сбежал. Ну да, я же трус. Я знаю, что поступил правильно, но почему сердце считает иначе? Оно хочет быть рядом с ним, с этим неотесанным грубияном… Когда я уже совершенно не чувствовал ног, вызвал такси. Пятнадцать минут. Не сдохнуть бы от холода за эти долгие пятнадцать минут... В теплой машине я долго не мог отогреться. После резкой смены температуры на лице выступил румянец. Меня еще слегка трясло от холода, но все же было намного лучше. Также радовало, что водитель такси был уже в возрасте. Он любезно спросил, куда мне ехать, и больше мы почти не разговаривали. Добравшись до места, я расплатился с таксистом и пошел, наконец, в общагу, где меня ждала теплая постель. Аккуратно приоткрыв дверь в комнату, я на цыпочках направился к своей кровати, как вдруг услышал резкий грубый голос. От неожиданности я даже подпрыгнул. - И долго ты собираешься избегать меня? – спросил Том. В темноте я не видел его лица, но по интонации было понятно, что он явно не в духе. - Я не избегаю тебя. Просто очень занят. Давай поговорим утром, хорошо? Я очень устал, - как можно спокойнее отвечаю я, подавляя дрожь в голосе. Я вглядывался в темноту, пытаясь разглядеть местоположение своего соседа по комнате, и все же определил: Том стоял рядом со своей кроватью и, скорее всего, смотрел в мою сторону. - Я не займу много времени. У меня день рождения послезавтра. Я бы очень хотел, чтобы ты пришел, - без эмоций сообщил Том. - Том, я… - Это все, что я хотел сказать. Спокойной ночи, - перебивая, равнодушным тоном сказал он, и по скрипу кровати я понял, что он лег в кровать и повернулся лицом к стене. Последовав его примеру, я тоже лег, предварительно сняв с себя всю мокрую одежду. После этого разговора я долго не мог уснуть. В голове крутились бесконечные мысли, не давая покоя. Я таял от одного только осознания того, что он не ложился спать и ждал меня, только ради того, чтобы пригласить на свой день рождения... А я ведь даже не знал, что у него день рождения так скоро… Идти ли мне? Или не стоит? Голову терзали противоречивые мысли. С одной стороны мне бы очень хотелось пойти, поздравить его… А с другой стороны, здравый смысл давал понять, что не стоит этого делать, чтобы лишний раз себя не мучить. Как же поступить?..