Emotions

      Сидя на полу холодной камеры, находящейся в подвалах дворца Короля Неблагого двора, прислонившись к каменной стене, Магнус смотрел в небольшое узкое окно, вырезанное почти у самого потолка. Сквозь него было видно лишь небо, но Магнус догадывался, что даже будь оно больше, ничем не помогло бы ему.       Эта часть замка была вырезана в скале, и камера, где содержался пленный маг, выходила к отвесному утесу.       Если бы Магнус мог пролезть сквозь окно, серебряные рунные наручи, надетые на запястья, не дали бы ему применить магию, а следовательно и сбежать. Он мог бы лишь совершить самоубийство, к чему не был склонен, да и не видел смысла таким образом решать свою судьбу, учитывая, что его уже приговорили к смерти на рассвете. Но Магнус не жалел о том, что попался. По крайней мере, ему удалось отвлечь фейри от других.       — Я принес тебе еду, маг, — раздался знакомый голос из-за решетки, обозначающей дверь. — Последняя трапеза.       Джейс, один из сыновей Короля, смотрел на него со смесью бахвальства и любопытства, будто не мог решить, какую из эмоций стоит показывать в данный момент.       Магнус знал, что обе они были притворными — фейри постоянно лгали любым способом.       — Спасибо, откажусь, — он даже не стал подниматься, чтобы забрать миску с чем-то похожим на засахаренные листья, и отвернулся, снова глядя в окно.       — Думаешь, сможешь сбежать? — усмехнулся Джейс. — Мы поймали тебя, маг. Отсюда нет выхода.       — Меня поймал не ты, — Магнус знал, что Джейс решит, что речь идет про его старшего брата, хотя имел в виду совсем другое, ведь он сам фактически сдался фейри. — Ты для такого туповат.       — Будешь оскорблять меня, дьявольское отродье, и не доживешь даже до утра! — выплюнул Джейс.       Магнус решил ничего ему не отвечать, иначе тот так никогда и не оставит его в покое, а ему очень хотелось остаться в одиночестве. Но говорить и не пришлось.       — Джейс, прекрати пререкаться с пленником, — этот голос Магнус не хотел бы слышать больше никогда, чтобы не испытывать боль, растекшуюся в груди в тот же миг, как рядом с братом появился еще один сын Короля, Александр. — Тебя зовет отец. Иди. Я сам здесь разберусь.       Как бы ни хотел он остаться равнодушным, все же Магнус не выдержал и обернулся. И тут же столкнулся взглядом с каре-зелеными глазами в обрамлении самых густых в мире черных ресниц.       Александр не был похож на брата. Он был выше, с темными, почти черными волосами, в отличие от светловолосого Джейса, и до странности милым несовершенством — шрамом на левой брови. И в данный момент смотрел на Магнуса почти с нежностью.       Было сложно помнить о том, что это наигранная эмоция.       — Почему ты отказываешься от еды? — спросил Александр, Алек, как он разрешил себя называть ночью.       — Разве имеет смысл кормить того, кто утром лишится жизни?       — Это проявление добрых намерений и вежливости, - оттарабанил Алек, будто повторял за кем-то другим, но было очевидно, что он и сам не верил в эти слова.       — Добрых намерений? — фыркнул Магнус. — Это перед казнью-то? Таких же добрых, как попытка заманить меня в ловушку этой грозой? Таких же, как вино с пыльцой, которым ты поил меня? Таких же, как утреннее предательство, когда я проснулся с клинком у горла?       Алек отшатнулся, а на лице, будто слова его действительно ранили, отразилась боль.       Магнус не поверил этому ни на секунду. А вот мелькнувшее через мгновение во взгляде понимание, показалось не поддельным.       — Попытка? — переспросил Алек. — Говоришь так, будто нам это не удалось. Будто ты... ох... — он схватился обеими руками за прутья решетки. — Ты знал! Ты специально попался нам! Но... но почему?       Магнус отвернулся, боясь выдать себя взглядом.       — Если не скажешь, я воспользуюсь пыльцой. Она развяжет тебе язык, — рыкнул Алек.       — Пыльца на меня не действует, — спокойно возразил Магнус. — Ты бы понял, если бы сам не опьянел вчера от моего заколдованного вина.       Молчание по другую сторону решетки было таким давяще-полным, что Магнус на секунду решил, будто Алек ушел.       — Я не пил твое вино, — выдохнул тот наконец. — Лишь притворялся.       — Я видел... — резко обернувшись, начал было Магнус, но замер, увидев на лице Алека тот же страх, что испытывал сам, осознав, что ни один из них, возможно, не был пьян ночью.       — В искусстве обмана мне нет равных.       — Нет, — все еще цепляясь за призрачный шанс, Магнус качал головой. — Я знаю, мы оба пили из той фляги...       — Ты видел лишь то, что я тебе показал, — Алек тяжело вздохнул. — Почему, если пыльца на тебя не действует, ты согласился... ты со мной...       — Лег в постель? — с ехидством подсказал Магнус. — Это называется секс, Александр. Им занимаются для получения удовольствия. Если хочешь — повторим.       — Ты хотя бы иногда бываешь серьезным? — гнев, плескавшийся в глазах фейри, казалось, был настоящим.       — Чего ради?       — Ладно, забудь. Поешь. Позже кто-нибудь заберет посуду.       Стоило Алеку развернуться и направиться прочь от камеры, Магнус подскочил на ноги. Теперь уже он хватался за прутья с силой, будто мог через них дотянуться до отдаляющейся с каждым шагом фигуры.       — А сам ты зачем это сделал? Если думал, что я под дурманом, неужели не нашел более легкого способа попытаться выведать нужные тебе сведения? Жаль, что я разочаровал в итоге, но все же, кто научил тебя выуживать данные через постель? — Магнус запыхался, тараторя все это, стараясь успеть, пока шаги Алека звучали все дальше.       — Я не пытался ничего выведать у тебя, — тихо ответил тот.       — Почему же тогда?       — Я схожу по тебе с ума, Магнус Бейн, даже несмотря на то, что мы враги. Я подумал, если ты ничего мне не расскажешь, если не будешь полезен, то отец просто выкинет тебя обратно. Пыльца была уже в твоем организме, — он фыркнул, когда вспомнил, что маг сказал о своей реакции на пыльцу фейри. — Ну, по крайней мере, я так думал. Нужно было выжечь ее. И секс — один из вариантов.       — А другой?       — Пытки.       Звук вновь удаляющихся шагов заставил Магнуса вскрикнуть и бесполезно дернуть прутья. Как он мог верить Алеку? Но, демоны всего мира, как же хотелось, чтобы слова фейри были правдой! Магнус бы все отдал, чтобы так и было.       «Я схожу по тебе с ума, Магнус Бейн».       Слова Алека все еще звучали в голове, эхом повторяя его собственные мысли.       «Я схожу по тебе с ума, Александр».

***

      Вот уже несколько часов Алек стоял и смотрел на волны, бьющие о скалы, и думал о том, что произошло в подвалах дворца. Он вспоминал, как отец дал ему приказ поймать в ловушку Верховного мага, стоявшего во главе армии этих демонических отродий, и добиться от него сведений, где прячут молодняк. Алеку претило то, как фейри называли детей-магов, будто те были животными, разводимыми фермерами. Но оспорить приказ он не мог, а потому собрал отряд и отправился за магом.       Магнус Бейн был его личным проклятием.       Алек влюбился в него много лет назад, когда увидел впервые.       Тогда между магами и фейри было заключено временное перемирие, и Магнус посетил дворец Короля Неблагого двора, чтобы подписать договор от лица магов.       Алек пропал в тот же миг, когда посмотрел в золотистые глаза Магнуса с узким кошачьим зрачком. Он не посмел ни подойти к магу, ни заговорить.       А уже через пару месяцев война началась вновь.       Алек знал, как выманить Магнуса, ведь тот всегда заботился о своих людях, а потому пустил слух, что у фейри в плену находятся несколько магов и предложил обмен. Алек был уверен, что Магнус захочет удостовериться, является ли этот слух правдой.       Так и случилось.       Но Алек не хотел, чтобы объект его восхищения оказался в плену сам, а потому в нужный момент напустил грозу, оказавшуюся такой сильной, что действительно отрезала их с Магнусом от остальных.       Найдя укрытие, они заключили перемирие до утра.       Алек видел, что Магнус не доверяет ему, и когда тот предложил испить вина из своей фляжки, решил, что не станет отступать от цели ради такого лжеца. Он знал,       Магнус наверняка заколдовал вино, а потому незаметно подсыпал во флягу пыльцу, намереваясь провести допрос и выяснить все, что было нужно Королю. Но по мере того, как шли часы, он все сильнее попадал под обаяние мага. Магнус Бейн флиртовал и шутил с ним так, будто они были друзьями или любовниками. Он вел себя вежливо, спокойно и совсем не походил на тех злобных монстров, какими фейри представляют магов. Он буквально светился жизнью.       Алек был сражен. Он уже не мог осуществить свой план и знал, что нужно сделать, чтобы избавить организм Магнуса от пыльцы. Точнее, то, что он хотел сделать. Уже очень давно хотел.       Ветер ударил в окно, а на небо наползла очередная туча.       Очнувшись от воспоминаний о жарком теле Магнуса с своих руках, Алек уперся лбом в стекло, вопрошая мироздание о том, что же ему теперь делать после того, как узнал, что Магнус, как и он сам, занялся с ним сексом не из-за мутного рассудка, а лишь по собственному желанию. Его чувства оказались взаимными, и если он сможет довериться магу, то сможет и быть счастливым.       Нужно было решиться до утра.       До того, как голову Магнуса отсекут от тела.

***

      Положив голову на колени, Магнус вновь сидел у стены. Любоваться небом не представлялось более возможным, потому что за окном уже наступила ночь, да и гроза, принесшая тучи, не помогала. Вспомнив, чем закончилась последняя пережитая им гроза, Магнус застонал. Он устал прокручивать в памяти все, что случилось между ним и Алеком, устал гадать, был ли тот честен с ним хотя бы на минуту. Магнусу отчаянно хотелось, чтобы наступило утро казни. По крайней мере, ему больше не пришлось бы мучиться.       Голова с плеч — отличное средство от тяжелых дум.       Рагнор отговаривал его от встречи с фейри, убеждал, что это ловушка.       Магнус и сам прекрасно об этом знал. Но не мог поступить иначе. Он должен был узнать, правдивы ли россказни о плененных магах, а еще сделать все, чтобы спасти малышей. Если он не будет знать, куда спрятали маленьких магов, то не сможет и выдать этого неприятелю. Магнус приказал увезти детишек в безопасное место как только он отправится к фейри. Он был готов ко всему, даже пожертвовать собственной жизнью. Но вот к Александру оказался совершенно не подготовлен.       Тот был загадкой. Фейри с такими сильными способностями к природной магии, вызвавший грозу огромных масштабов, должен был быть как минимум высокомерным, но не был. Скорее уж застенчивым.       Магнус упорно списывал это на уловки фейри, а потому предложил заколдованного вина, чтобы развязать язык.       Алек, к удивлению Магнуса, не разговорился. Даже, казалось, закрылся и стал стесняться только сильнее.       Впрочем, теперь Магнус знал, что тот не пил вино, лишь делая вид, что пьянеет. Это одновременно заставляло еще сильнее сомневаться в мотивах фейри, но и невольно наталкивало на мысль, что слова Алека о восхищении были правдивы.       Неужели действительно они оба испытывали одинаковые чувства друг к другу? Почему же Алек все-таки отвел его к Королю после проведенной вместе ночи? Как узнать? Да и был ли смысл гадать, если совсем скоро Магнуса казнят?       В подвальных коридорах послышался какой-то шум, разрезавший тишину ночи словно острым ножом.       Магнус подобрался, гадая, уж не решили ли его казнить раньше наступления рассвета. Он бы не удивился, находясь в плену у лживых фейри.       Но человек, показавшийся за решеткой, был не палачом. Александр с факелом в руках взирал на Магнуса с отчаянием. Он тяжело дышал и хмурился, будто сам не мог поверить, что пришел.       — Что ты здесь делаешь? — прошептал Магнус, хотя не был уверен, есть ли от кого скрываться.       — Пришел освободить тебя, конечно же! — всплеснул руками Алек, хотя слова его не звучали так убежденно, как он хотел показать.       — Почему?       — Не надо! — Алек ударил рукой по прутьям. — Ты сам знаешь! Я не собирался тебя приводить сюда после того, как… Но наше укрытие нашли. Мне пришлось.       — Ты идешь со мной? — поняв, что тот не шутит, спросил Магнус.       — Нет.       — Тогда и я не уйду, — Магнус упрямо мотнул головой, глядя в ошалевшие глаза. — Я знаю, какое наказание положено у фейри за освобождение пленника. Ты не положишь голову на плаху за меня, Александр.       — Алек, — машинально поправил тот.       —Я уже говорил, мне нравится твое полное имя, — улыбнулся Магнус. —Идем со мной. Обещаю, ты будешь в безопасности. И мы сможем... ну...       — Что?       — Быть вместе? — Магнус еще никогда не чувствовал себя так неуверенно. — Я пытаюсь верить тебе и твоим словам. Ты же сказал, что я нравлюсь тебе...       — Технически, я такого не говорил, — улыбка, появившаяся на губах Алека, определенно была искренне смущенной. — Это то, чего ты хочешь? Быть со мной?       — Да, если это и твое желание.       Магнус волновался так, что сердце почти выпрыгивало из груди. Он так давно мечтал об Александре. С тех самых пор, когда увидел еще совсем юного двадцатилетнего наследника Короля на приеме в честь перемирия во дворце.       — Демоны всего мира, —выругался Алек. — Никогда не думал, что мне выпадет такой шанс! Да. Да, я хочу быть с тобой!       — Звучит отлично, — Магнус робко улыбнулся ему в ответ, надеясь, что не ошибся на этот раз и сумел разглядеть настоящие эмоции на лице фейри, мастера обмана. — А теперь тебе стоит поторопиться, снять наручи и выпустить меня отсюда, пока никто не пришел за моей головой.