Конца света не будет?

— Прибьешь меня? — уточнил Николас, лениво обнимая лежащую на своей груди ведьму. В какой момент борьба и попытки успокоить ее превратились в дикую брачную игру? Когда он понял, что касания разжигают пламя, а кожа стала горячей? Когда рычание и крики сменились стонами, укусы поцелуями, а движения стали такими… однозначными? Она наверняка сама не понимала, что трется об него, сжимая ногами, что не отпускает и впивается когтями не из-за злости или отчаянья, истерики, что губы давно заняты и не способны вырваться из плена. Не поняла, что первая выказала свое возбуждение, поддалась ласке и страсти, подчинилась. Последний рубеж преодолели вместе, а одежды окончательно лишились уже в процессе. — Почему? — спросила, ощущая невероятное умиротворение и удовлетворенность, каких еще ни разу не чувствовала. Потому что это он? Суженный, избранный, король для королевы, хранитель для ведьмы и просто мужчина для женщины. Они подходили друг другу идеально, всеми сущностями, всеми клетками. — Не скажешь, что я воспользовался твоим неадекватным состоянием? — Нет. А ты? — Что? — Не обвинишь, что воспользовалась твоим неадекватным состоянием? Одинаково счастливые улыбки расцвели на их губах. — Нет, — прошептал, легко целуя ее в макушку. — Сейчас кажется, что так предназначено судьбой. Просто с первого взгляда внутри торкнуло, ну и, в конечном счёте, их отношения всё равно не определялись простыми словами. Слишком много запретов, ошибок, странных решений, принятых в детстве, и совершенно непонятные чувства: потребность, близость, удовольствие. Он поднялся с постели первым, не зная, что делать со всем этим, и открыл дверь в гардеробную… — Что ты делаешь? — поинтересовалась Мик, переворачиваясь и потягиваясь, а на замечание хихикнула: — Только не говори, что у вас один туалет. Я ни за что не поверю, что в доме с кучей девушек общая ванная. Фыркнув, она поднялась, подошла к узкому книжному шкафу у противоположной стены и потянула за стенку. Дверь открылась без скрипа, заставив его удивиться: — Ты скрываешь ванную, словно там тайник. Но бесполезный разговор не продолжился, а за дверью оказалась самая обычная уборная со стандартной комплектацией: ванна, умывальник, унитаз и тумбочка с девичьими штучками. И вода приятно грела, распаривала уставшее тело, на которое вновь навалилась боль и недомогание после круга призыва. Похоже, все то, чем ее опоили перед снятием морозного блока, закончило свое действие. Или же это состояние аффекта дало столько сил? В любом случае Мик тихо радовалась и млела под большими и сильными руками, позволяя им мыть себя и вообще всячески ухаживать. Печальные мысли нет-нет, да и вылезали наружу, но она стоически пинала их обратно в глубины сознания, позволяя мозгам отдохнуть. А потом одевалась, любуясь своим мужчиной, улыбалась, отвечая на его поцелуи. Оказывается, он взял с собой небольшую сумку с вещами, и в джинсах и черной рубашке выглядел очень… волнующе. Ведьмы внизу уже испереживались, когда грохот наконец-то закончился, а те так и не спустились. — Уснули они там, что ли? — пробурчала обиженно Марго, накручивая локон на пальчик. Прошло больше часа, как всё затихло. — Я бы не удивилась, после стольких переживаний-то, — вздохнула Адель, с одной стороны желая, чтобы подруга отдохнула, с другой — изнывая от любопытства. — У нас ремонт? — уточнила внезапно появившаяся Мик, кивая на соседнюю комнату, где домовой, обложившись стройматериалом, листал страницы модных дизайнерских журналов, думая, как бы уплотнить потолок. А то если так продолжится — хозяйская спальня рухнет вниз. Поступить логично и поставить колоны? Так они в интерьер не вписываются. — Угу… видишь ли, ты оказалась настолько темпераментной, что у нас всех появились сомнения по поводу сохранности потолка. Однажды он не выдержит, — вздохнула печально Маргарита, а потом улыбнулась, разряжая обстановку, так что Мик не успела устыдиться своего поведения. А Кира промолчала, хотя на языке много чего крутилось. — Кушать будешь? — проявила заботу Изабелла, так и не дождавшаяся обеда. Домовой слишком близко к сердцу принял их замечание о ненадежности строения. — Филька! Кончай дурью маяться, потом будешь открывать в себе талант дизайнера интерьеров и прораба в одном лице. Или хочешь, чтобы мы с голодухи померли? — крикнула Таш, но, не увидев реакции, достала телефон, чтобы набрать пиццерию. Телефон тут же отобрали, возмущенный дух в фартуке упер руки в бока и, не найдя что сказать, метнулся на кухню. Там и загремел. И спустя всего десять минут каждому налили борщика, к нему презентовали пару тарелок с канапешками, горячий чай и кофе, бутылку виски и стейки с салатом. А подав на десерт наскоро залитое и замороженное желе, он сбежал обратно к не начатому ремонту. Ник проводил домового странным взглядом, в котором читалось и удивление, и благодарность, и уважение, и попробовал борщ. Тот оказался вкусным. Очень вкусным. — А кто готовил? — уточнил, как-то не подозревая в кулинарном таланте хоть одну из них. — Филя, кто ж еще? — ответила с набитым ртом Мик, уничтожая еду с ужасающей скоростью. Даже девочки удивились. А уж когда после всего съеденного она принесла с кухни всю каструлю, не размениваясь на тарелки, и вовсе обомлели. А потом переглянулись, пожали плечами и продолжили есть. Ник бы и сам от добавки не отказался, но решил уступить все… невесте. После насыщенного вечера, ночи и такого вот веселого утра он испытывал небывалую усталость, словно силы выкачали… и вот на этой мысли посмотрел на свою ведьму. Могла ли? А почему бы и нет? Если собственных резервов ей не хватало, а учитывая вчерашнее, рану и эмоциональное потрясение с истерикой, их не хватало, то вполне могла и повампирить. — Что? — обернулась к нему Мик, почувствовав странный взгляд. — Вампирчик ты, — улыбнулся, закидывая в рот канапе. Мик смутилась, вообще-то правильно поняв, о чем он: — Извини, я не специально. — Я знаю. На самом деле это абсолютно нормально, в конце концов, у хранителей весьма широкий спектр применения себя для блага ведьмы. Хотя я почему-то об этом не подумал. Отосплюсь. Марго обиженно засопела. Опять она не в курсе происходящего, а все сидят так, словно поняли каждое слово и все в порядке. И никто не подумает о том, что кто-то может быть не в курсе. Информации в стандартных учебниках о хранителях нет, только короткая справка о фамильярах в древности, а в более старых книгах она эту тему не искала. — Между прочим, я тоже не в теме. Не замечала раньше за нашей атаманшей любви к кровяке и гробикам, — добавила к сопению сестры Таш, сидящая, между прочим, в черной пижаме с белыми черепками, костями и гробами. Бриджики и маечка могли вполне сойти за гламурную вещичку, будь рисунки розовыми, но она об этом никогда не задумывалась, в пределах дома предпочитая уют и удобство. Поэтому, сидя с ногами на стуле, прятала под столом тапки под стиль пижамы. — Между ведьмой и хранителем есть особая связь, — пояснила Рина, из-за этой связи и не желающая искать себе помощника. — Она позволяет ощущать друг друга физически, в редких случаях переходить на ментальный уровень и, как в данной ситуации, делиться энергией. Правда, насильно этого не сделаешь. — Оу… а если я на толчке, он тоже будет это чувствовать? — не сдержалась Таш, в глубоком шоке глядя на атаманшу и ее… пусть будет напарника. — Нет, — смутилась Мик, — все не настолько глубоко. К тому же, всегда можно поставить блок на связи. — Если бы каждые делили ощущения, представь, как бы это было неудобно для взрослых людей, — добавил Николас, выпивая кофе, чтобы хоть как-то взбодриться. — И ощущается это скорее как… я знаю, что она ослабла, но жива и относительно здорова, и, при желании, могу по связи установить ее местоположение. Вот и все. Хотя это можно усилить и углубить на короткое время. И, пожалуй, иногда сложно уснуть. Это как назойливое комариное жужжание — в тишине головы отдаются звуки клуба и плеск адреналина. — Ага, я сплю, а мне снятся отчёты… — пробормотала Мик, относясь к мелочам, как к привычному с малых лет. — А энергетический вампиризм? — спросила Маргоша, медленно смакуя обычное, магазинное, но все равно вкусное и сладкое желе. — А здесь все совсем просто — если один нуждается, второй может поделиться, добровольно, конечно же. Глядя на держащегося, но все равно очень сонного и уставшего Ника, Мик решительно отодвинула каструлю, переходя к делу. Перемену заметили все, резко настраиваясь, так что рассказ пришелся к месту: — Вы, наверное, мучаетесь от любопытства. Это на самом деле длинная история, но я упущу все детали. Когда-то моя мама удочерила девочку, что ей подбросили под дверь. Мама никогда не считала ее своей дочерью, скорее кем-то вроде… ладно, буду говорить как есть, она растила няньку для своей дочки, хоть относилась хорошо, заботилась… Мик замолчала, поняв, что сама растягивает историю лишними подробностями, и продолжила: — Все ведьмы развиваются намного быстрее обычных людей, а уж если инициация произошла в раннем детстве, то к пяти лет ребенок мыслит как почти адекватный взрослый человек. Анжелика пробудилась в два года, когда на нее напала собака, через год мама родила меня, и мы росли с ней вместе, дружили, да и вообще, я честно считала ее своей родной сестрой. Во многом именно Анжелика повлияла на формирование личности своей «младшей сестры», и не сказать, чтобы сделала что-то хорошее. Теперь Мик многое переосмысливала и сама же ужасалась собственной слепоте. — Анжелика всегда была сильнее, старше и умнее. Однажды она захотела провернуть одну авантюру — призвать Хроноса, бога времени. «Это же сказка», — подумала я тогда. Только, черт возьми, никакая это не сказка! Я не понимаю, как у нас, детей, это получилось, но Анжелика призвала бога! Жутко страшный бог, одним видом пугающий почти до заикания. — Хронос спросил, зачем мы его потревожили… Анжелика спросила у него, где справедливость в этом мире… Я вообще не понимаю, к чему это было сказано, я не помню, что он ответил, не помню дальнейших слов, только его громкий и гневный крик и ее рассыпающееся на глазах тело. Словно оно умирало и гнило с невероятной скоростью… Но после этого начинается самое интересное, чего сама Мик не понимала до последнего, пока не увидела Анжелику в пещере, приносящей в жертву ведьму: — Хронос может ответить на любой вопрос, остановить, замедлить или ускорить время, а так же исполнить почти любое желание. Хронос — повелитель времени, хранитель знаний, ненавидящий несправедливость и предательство. Когда я это узнала, то решила, что Анжелика погибла из-за его силы, но не поняла почему. В момент, когда она умерла и вся сила круга легла на меня, я просто потеряла сознание, а когда очнулась — никого рядом не было. Не осталось ни следа. Мик замолчала, понимая, что больше не испытывает по этому поводу страданий. Да, все эти годы жила с камнем вины, ведь будь тогда сильнее, смелее — все могло закончиться иначе, но теперь всё изменилось. — А тебе не кажется, что это как-то странно? Две маленькие девочки призвали бога. И откуда она о нем узнала? — высказала общие мысли Адель, а Таша, не сдержавшись, рыкнула: — Эта сука тебя подставила! Мик непонятливо спросила: — Почему ты так решила? — А ты не понимаешь? Она завидовала! — Это уже вмешалась Кира, повторяя позу Таши и подтягивая ноги выше. — Я видела, как на тебе помешаны твои родители! Я вообще удивлена, что они позволили тебе жить отдельно, и не ходят с лупой, дуя на каждую царапинку. Я не знаю, как относились к этой твоей сестре, но что-то мне подсказывает, что ты всегда была центром. Справедливость? Ты не упустила ничего важного? Сама подумай, она уповала на справедливость, и ее убил бог, ненавидящий предательство… Под их взглядами Мик сжалась, боясь рассказать одну из упущенных деталей: — Все не так просто. Две королевы… Нет, сейчас она ясно понимала, насколько всегда ошибалась в Анжелике, но какая уже разница? Переживать новую боль… — Чем больше думаю о ней, тем больше понимаю, что не хочу ничего знать. — Я же говорил, что доверять ей нельзя, — вмешался Ник. — Ты чище Анжелики. — К слову о Хроносе, это не тот метод, который ты хотела задействовать, если у нас ничего не выйдет? — перевела тему Рина, и, как и ожидала, получила положительный ответ, вызвавший у Таш недоверие: — Вызвать бога? Это шутка такая? — Бога призвать проще, чем связать всю тьму города, — объяснила ей Кира. — Маленькой я часто с ними играла. В ответ на странные взгляды всех, кроме самой Мик, Кира пожала плечами: — Просто у всех свои заскоки, и не все разговорчивые. Гея, к примеру, очень даже милая, хотя за призыв нужно пообещать после смерти уйти под землю, а не кремироваться. А вот ветровик сам приходил, еще и издевался. Но после каждой такой встречи, длившейся не дольше минуты, я недели отлеживалась на кровати. Мик вспомнила, что напротив, спала не больше часа и чувствовала себя на редкость бодро и здорово. Вот только ритуалом правила Анжелика. — Ладно, но почему нигде нет информации о богах? — возмутилась Изабелла. — Потому что если каждая ведьма начнет звать богов поболтать за чашкой чая, представь, какой бардак начнется, — легко объяснил ситуацию Ник. — Совет определил эти знания к запретным, а я лично участвовал при обыске нескольких домов, изымал все упоминания, даже в библиотеке Микель. — И уже ей: — Мне ваши тайны едва не стоили ранних седин. Мик потупилась, не желая смотреть на сверкающие серебром волосы. Она всегда догадывалась, что ему приходится несладко, скрывая столько всего от совета, но не воспринимала близко к сердцу. — У меня дома есть книги… — Рина с опаской посмотрела на единственного мужчину, но подавила недоверие, продолжая рассказ: — в которых очень детально прописаны призывы ангелов и демонов некими пчелиными королевами. Только вот о самих королевах я не читала, но вы с Кирой могли звать сущности, значит… — Нет… — прошептала Кира, которой бабушка рассказывала странные и страшные истории. — Королевы — как пчелиные матки среди ведьм. Раньше они возглавляли ковены. — Пчелиная королева — просто сильная, особенная ведьма. Вокруг нее собираются все, кто обладает хоть малыми зачатками силы, — пояснила Мик, не глядя на них, но ощущая направление взглядов. — Я поищу в книгах, — со вздохом начала Изи, и зажмурившаяся Мик проговорила через силу, зная, что она там найдёт:  — Королева — просто сильная ведьма со способностью притягивать и связывать других ведьм. Это вообще не имеет ничего общего с ситуацией. — Ну, если королевы имеют что-то общее с богами, то Ник проведёт нас в библиотеку совета, — снова заговорила Изи, а следом за ней Рина: — А я посмотрю, что сохранилось у нас дома. Кира, Мик, вы можете покопаться у себя. — Да какой в этом смысл?! — взорвалась Мик, ероша волосы. — Я знаю, кто такие королевы, и это не имеет никакого отношения к нашей ситуации. Мы зря потеряем время! Ник молчал, не вмешиваясь в их обсуждение, про себя допустив мысль: «Роешь себе яму», и крайне хмурая Адель предположила: — Ты знакома с королевой? — Я… знакома. — Мик, — пробормотала Таш, скосив взгляд на делающего вид, что не слушает, Ника. — Мик, мне кажется… Мне просто кажется, что ты похожа на королеву. Кира замотала головой, не веря, а Рина небрежно заметила: — Вообще-то да. — И реагируешь странно, — добавила Адель, а Таш замотала руками: — Нет-нет, я же просто сказала глупость! Ну, это ведь моя фишка, говорить глупости! Я же младшая! Таш втянула носом воздух и заткнулась, наговорив всякого разного и запутавшись в своих же мыслях. Нет, выбирая королеву, она бы точно указала на Мик, но та настолько потемнела, что дышать вдруг стало тяжело. И, докрутив себя до срыва, Мик выпалила: — Мы с Анжеликой родились королевами! Воцарившаяся тишина оглушила, сжавшая зубы Мик, чувствуя слишком уж явное неодобрение, продолжила повышенным тоном: — Совет уничтожает королев, я не хотела подвергать вас опасности! Вам не нужно думать о королевах! — На-ам все-ем нужен отдых, — протянула Адель, откидывающая пульсирующую от всего пережитого голову назад. Кира впервые за всё время недовольно сжала губы, но промолчала, а Рина согласилась с Адель, подымаясь со своего места:  — Поговорим вечером! Или завтра. Мик сорвалась со стула и быстрым шагом вышла из столовой, задержавшийся чуть дольше Ник окинул оставшихся ведьм взглядом и попросил: — Вспомните, сколько вы прошли вместе. Не злитесь на неё за нежелание усложнять вам жизнь. — Николас, — окликнула его Рина, массирующая виски, — скажи, почему совет уничтожает королев? — Потому что королева становится центром и способна развалить всю их систему. Не копайте, она очень долго скрывала всё о себе ради вашей защиты, чтобы сейчас всё разрушить. Ник вышел и прикрыл дверь, и когда поднимался по лестнице, рассчитывая утешить свою ведьму и поспать, Кира открыла рот, но так ничего и не сказала. Бабушка открыла ей совершенно другую сторону королев, приказав держаться от них подальше.