Виктима

— Время смерти… Внезапно Чимин широко распахнул глаза и с силой глубоко и шумно вдохнул. Он пытался подняться, так, как будто он только что вынырнул из воды, и закашлялся. Он глубоко дышал, слабыми руками хватаясь за сердце. — …отменяется. Врачи снова принялись крутиться вокруг него, пытаясь удержать его сознание и сердцебиение на этом свете. — Чимин… — сквозь всхлип пробормотал Юнги. «Спасибо…» Юнги казалось, будто Чимин только что спас его самого от смерти. Его собственное сердце тоже переставало биться, он задыхался, не мог дышать, не мог смотреть на всё это, но вот этот вдох Чимина — он был как будто за двоих. Как будто Чимин почувствовал, что Юнги тоже не хочет умирать, что ему тоже нужен кислород. Для Юнги кислородом сейчас был Чимин. Живой Чимин. — Носилки, — скомандовал врач. Двое других врачей, тех, что не участвовали в реанимации, быстро спустились вниз к машине и вернулись через две минуты с носилками. Затем они подхватили Чимина и уложили его на них, а девушка-врач надела ему на лицо кислородную маску. — Вы едете? — спросил один из врачей у Юнги, который испуганно забился в угол и снизу вверх сейчас смотрел на него. — Д-да, — кивнул Юнги, и стал потихоньку приходить в себя. — Да, да, я еду, да… Он на нетвёрдых ногах поднялся и, кое-как ухватившись за край этих самых носилок, спустился со всеми вниз и сел в машину скорой помощи. Все с немым изумлением смотрели на то, как Чимин медленно, как бы после долгого сна, моргал и озирался вокруг, и даже пытался что-то сказать. — Хён… — выдохнул Чимин. Он прошептал это еле слышно, но Юнги был так состедоточен на Чимине, что прекрасно расслышал это. — Хён… — Я здесь, Чимин, — дрожащим голосом проговорил Юнги. — Я здесь. Юнги крепко ухватил его за руку и прижал к своей щеке — его пальцы были еле теплыми, но всё же не такими бесчувственно ледяными, как раньше. — Хён… Ты меня… сберёг… — Чимин еле заметно улыбнулся, но для Юнги эта его улыбка была самой яркой из всех, что он когда-либо видел. От его слов Юнги тихо всхлипнул и сильнее прижал его руку к своему лицу, пытаясь отдать ему всё свое тепло, лишь бы он жил. — Не кори себя… — на выдохе проговорил Чимин. — Это… Он не смог договорить, внезапно его глаза закатились и он замолк. — Нет… НЕТ! Чимин! — Успокойтесь, — тихо сказала врач. — Он просто уснул, всё хорошо. — А… хорошо, — судорожно выдохнул Юнги и закрыл глаза. Он бы не перенёс ещё одной его смерти.

***

После всех осмотров и сбора анализов, врачи положили Чимина в палату. Как ни странно, но его состояние было почти нормальным. По крайней мере, для человека, который только что перенёс клиническую смерть, он выглядел достаточно хорошо. Юнги разрешили остаться с Чимином в палате, чтобы, если что, он мог позвать медсестер на помощь. Чимин лежал на большой больничной кровати, на нём были закреплены какие-то датчики, а на приборе рядом с кроватью высвечивалась кривая линия и раздавался тихий ритмичный писк. Юнги крепко держал Чимина за руку, боясь отпускать. Он закрыл глаза и всеми силами прижимал к себе его ладонь, в которой сейчас чувствовалась жизнь и биение пульса. — Как же ты меня напугал… — пробормотал Юнги. — Блять… Как же ж ты меня напугал!.. Юнги прерывисто выдохнул, судорожные всхлипы ещё не до конца оставили его. — Хён… Юнги… — проговорил Чимин, снова открыв глаза. — Да, — тут же откликнулся Юнги, — да, я здесь. — Где мой… кофе?.. — слабо спросил он. Глаза его были едва открыты, а губы еле шевелились, так, что слов почти невозможно было разобрать, но Юнги казалось, что если бы Чимин даже мысленно спросил его, он бы всё равно услышал. — Дома, Чимин, дома. Твой кофе дома, — шмыгнув носом, ответил Юнги. — Я хочу твой кофе… — так же слабо, но с лёгкой улыбкой, которая едва коснулась его губ, пробормотал Чимин. — Он… пахнет лучше… ч е м р а с т в о р и м ы й… — Расслышать последние слова было практически невозможно, Чимин просто выдохнул их, едва ворочая языком, они слились в один сплошной звук, но Юнги всё понял. — А я же говорил, что он лучше, — хрипло рассмеялся Юнги. — Я же тебе говорил, а ты не хотел его брать, дурачина… Чимин слабо усмехнулся, а затем Юнги почувствовал, как его рука расслабилась. Видимо, он снова уснул. «Спасибо… Спасибо за то, что дышишь. Благодаря тебе я тоже могу дышать»