Виктима

Когда медсестра вышла из палаты, Юнги, всё ещё смущаясь, уставился на Чимина. — Ты закончил? — с легкой улыбкой спросил Чимин. — Эм… — Юнги нахмурился. — Ты сейчас серьезно спрашиваешь? — Ну да. — Тебя ничего не смущает? — осторожно спросил Юнги, придвинувшись к нему чуть ближе и сильнее сжав руку. — Мы только что целовались. На глазах у медсестры. — И что? — снова пожал он плечами. — Что в этом такого? — Мы парни, Чимин. Это… — Юнги, знаешь, после того, как я чуть не умер, мне как-то немного плевать на эти условности. К тому же ты не просто так меня поцеловал, ты же… — Он вздохнул, как будто устало. — Ты же сказал, что к тебе вернулось восприятие цвета, так что… Если поцелуй со мной возвращает тебе краски, то целуй меня, сколько хочешь, мне не жалко делиться с тобой этим. Юнги только изумленно посмотрел на него. Чимин только что разрешил ему целовать себя просто так? Безвозмездно и в любое время, только для того, чтобы Юнги мог различать цвета? Это вообще нормально? Юнги хмыкнул, а затем взял руки Чимина и прижал к своему лицу. — О, Юнги, ты покраснел? — как-то удивленно сказал Чимин. Юнги просто закивал, пристально глядя ему в глаза. Что не так с этим парнем? Почему он такой? Почему он готов делиться с Юнги всем, абсолютно всем, что он имеет в своей жизни? Чем Юнги это заслужил? — Я разрешаю тебе это, потому что ты спас меня, Юнги. Так я хочу отплатить тебе за то, что ты удержал меня на этом свете. Я знаю, что ты делал мне искусственное дыхание, я видел это как будто со стороны… Ты меня спас, в очередной раз, так что целуй меня, сколько хочешь, это моя благодарность. А затем он сам потянулся вперед и легко прикоснулся своими уже разгоряченными от поцелуев губами к уголку губ Юнги. Тот только изумленно уставился на него. — Вот уж чего я не ожидал… — пробормотал он. Чимин хихикнул и откинулся на подушку. — А вот теперь я действительно устал. — Он зевнул, прикрываясь рукой, и потянулся. — Значит, мне ещё неделю тут валяться? Ты принесёшь мне мои вещи? Юнги задумчиво сидел рядом, даже не расслышав, что сказал Чимин. — Хён, — позвал Чимин. — Хё-ё-н… — А, да? — очнулся Юнги. — Ты привезёшь мне вещи из дома? — повторил Чимин. — Раз уж я тут застрял, мне нужны зубная щетка, бельё, расческа, мой телефон… — Да, конечно… — пробормотал Юнги и поднялся со стула. Он уже двинулся к двери, но внезапно остановился в проходе и ринулся обратно к Чимину. — Нет, подожди, я не могу тебя оставлять! А вдруг у тебя опять будет остановка сердца, и кто тогда позовёт врачей? В палате у тебя соседей нет… — Да иди, ничего со мной не будет, — ухмыльнулся Чимин. — Ты издеваешься надо мной, да? Я не хочу даже из соображений собственного эгоизма снова переживать то, что я пережил! Так что, не пойду я никуда. А хотя, подожди… Юнги быстро выбежал из палаты, бегом пробежался по этажу и нашел пост медсестер, а затем и ту медсестру, которая так не вовремя зашла тогда к ним в палату. — О, — она распахнула глаза. — Что-то случилось? — Нет, ничего, я просто хотел вас попросить, если можно…

***

Оставив Чимина под бдительным присмотром медсестры, он попросил, чтобы она ни на секунду не оставляла его одного в палате. Медсестра кивнула и тогда Юнги выбежал из палаты, быстро спустился вниз по лестнице на первый этаж, чтобы не терять времени на лифт и побежал домой, потому что больница находилась буквально в нескольких кварталах от дома Чимина. Быстрее было добежать, чем ждать автобус. Уже в квартире он быстро откопал из шкафа свою сумку, в которую собирал вещи, когда съезжал из общаги, и принялся складывать в неё вещи Чимина. Сначала он ринулся в ванную, схватил и его, и свою зубные щетки, пасту, шампунь, гель для душа, затем достал из шкафа два больших полотенца, ринулся в комнату Чимина и покидал из его шкафа в сумку белье, тёплые носки, захватил один из его пушистых свитеров на всякий случай, хотя пациентам разрешено было носить только больничную одежду. Но тем не менее… Затем он ринулся уже к своему шкафу, достал оттуда пару футболок, свитшот, штаны, и также белье и носки. Он собирался провести всю неделю с Чимином, ни на минуту не отходя от него, так что ему тоже нужно было запастись вещами. Он действительно имел ввиду то, имел — что не будет отходить от Чимина ни на шаг, пока врачи не скажут, что он полностью здоров. Собрав все вещи, он выбежал из квартиры и побежал обратно в больницу. С сумкой на плече бежать было дико неудобно, но он наплевал на это — главное, что так быстрее. Забежав по лестнице наверх, он, не сбавляя темпа, вбежал в палату к Чимину и только тогда остановился, упершись руками в колени. — Всё… я вернулся… — сказал он, запыхавшись и пытаясь отдышаться. — Спасибо… Дальше я сам. Медсестра только улыбнулась, кивнула Чимину на прощание и вышла из палаты. — Ну как, ничего не случилось, пока меня не было? — взволнованно спросил Юнги, усаживаясь на стул около больничной кровати и взяв Чимина за руку. — Всё нормально, — ответил Чимин. — Принёс? — Ага, всё принёс. — Давай сюда, — протянул руки Чимин, и Юнги отдал ему сумку. Чимин нахмурился, поглядывая её содержимое. — Это же твои вещи?.. — А ты думал, я с тобой тут только днём сидеть буду? Я буду спать хоть на стуле, но от тебя ни на шаг не отойду, пока не услышу, что ты полностью выздоровел. Чимин пожал плечами и принялся перебирать вещи в сумке. — Да, вроде всё. Спасибо, хён, — улыбнувшись, сказал Чимин. — Что бы я без тебя делал, а? — Я бы сказал, что… — хмуро пробормотал Юнги и отвернулся в сторону.

***

Чимин не мог уснуть. Он смотрел, как Юнги тихо спит, слышал его размеренное дыхание. Юнги сидел на стуле, положив руки на край кровати и опустив на них голову, у него были слегка влажные волосы после душа, и Чимин, потянувшись к ним рукой, принялся перебирать пальцами мокрые пряди, отводя их от его лица. — Юнги, — шепотом позвал он. — Юнги-и… — Мм… — отозвался Юнги, сморщив нос и потерев глаза. — Что такое? — Я не могу уснуть… Извини, что бужу, но… Ложись сюда, а? Может, так я усну. — К тебе? — уточнил Юнги. — Ага, — кивнул Чимин и подвинулся на край кровати. — Окей… — сонно пробормотал Юнги и залез на кровать. Он повернулся лицом к Чимину, а Чимин накрыл его одеялом по самые плечи, обхватил руками и ногами и уткнулся лицом ему в грудь. — Вот так я, наверное, смогу уснуть… — Всё ещё не отвык?.. — ухмыляясь, шепотом спросил Юнги. — Неа, — помотал головой Чимин, — не отвык. Под тихий писк приборов в палате, они оба так и уснули. А разбудил Юнги едва ощутимый поцелуй. Он открыл глаза и увидел перед собой лицо Чимина. — Что ты делаешь? — спросил Юнги, не отводя лица от его губ. — Делаю так, чтобы ты больше не видел серый цвет, когда просыпаешься, — ответил Чимин. Затем он отстранился и пожал плечами. — Я же сказал, это моя благодарность.

***

— Сегодня был вкусный завтрак, да? — спросил Чимин, когда они с Юнги шли из буфета. — Ага, неплохо, вот только зеленый чай я не люблю. — А я да, — улыбнулся Чимин. Внезапно Юнги остановился как вкопанный. Как он мог не замечать этого раньше? Ведь они уже три дня в больнице… В конце коридора, покрытое пылью и с потрескавшейся от времени краской стояло старое пианино. Юнги отпустил руку Чимина и завороженно подошел к этому инструменту. Он открыл крышку пианино, осмотрел клавиши, пробежался по ним пальцами, чтобы оценить чистоту звука. Затем он пододвинул к инструменту стул, сел и, прикрыв глаза, принялся что-то наигрывать. Пианино было очень старым, немного расстроенным, но от этого звук из него выходил похожий на клавесин, звонкий, с легким трещанием — звук, окрашенный стариной. Чимин подошел к пианино, облокотился руками на его крышку и положил голову на руки, наблюдая, как ловкие длинные пальцы Юнги перебегают по клавишам, извлекая из них какую-то томную, немного грустную и одновременно светлую мелодию, которая эхом разносилась по всему этажу. Все, кто проходил мимо, с интересом наблюдали за этим перфомансом. Никто не останавливался, никто не пялился, все просто проходили мимо, прикрыв глаза и вслушиваясь в необычную мелодию. Её было слышно во всех палатах, пациенты замерли, также слушая игру на пианино, медсестры на постах с улыбками на лице продолжали работать, улавливая из конца коридора звуки музыки, а Чимин, зажмурившись, ловил каждую ноту этой мелодии, сохраняя её в своем сердце и запоминая этот момент. Да, они в больнице, и обстоятельства, по которым они сейчас находились здесь, были не самыми приятными, и тем не менее, Чимин был рад, что даже здесь нашлось что-то, ради чего действительно стоило жить.