Глава седьмая. Во весь дух
21 августа 2018 г., 11:46
Седрик почти уже уснул на ходу, пытаясь одновременно казаться невероятно собранным для компаньонов отца, веселым для всех тех, кто видел его позор, и привлекательным для Гейл, которая черт знает куда запропастилась. Остановившись около зеркала, он обозрел осунувшееся бледное лицо с нездоровым алкогольным румянцем, мешки под глазами, красные прожилки вокруг радужки, излишне заостренный от худобы профиль и сгорбленное от проклятой трости тело. Неужто он когда-то считал себя красавцем? Кажется, в прошлой жизни.
Он побрел по коридору, надеясь забиться куда-нибудь, чтобы уговорить фляжку, хранимую во внутреннем кармане пиджака, и уснуть. Однако от столь четкого и продуманного плана на вечер его отвлек звук. Навязчивое бормотание и смех. Седрик услышал смех, голоса, один из которых определенно принадлежал Гейл, а вот второй… Ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что жена говорит с младшим Липпе. Сразу за тем, словно по волшебству, смех стих, снова послышалось бормотание, а Седрик наконец осознал, что стоит в паре метров от спальни Гейл.
Сделав несколько шагов, он выпал прямо к двери, на мгновение Седрика ослепил льющийся из комнаты лунный свет, а после он увидел Джерарда, этого нахального малолетку, в объятиях которого была Гейл!
— Что, вашу гребаную мать, тут происходит?
Голос некстати отказал Седрику, заставив буквально проблеять свою реплику. Гейл отстранилась от пацана, и Седрик увидел, что на ней лишь одна тонюсенькая ночнушка.
«Не может этого быть, — пронеслось в голове, а через секунду: — боже, что за бред, они же только познакомились. Тогда, какого…»
— Прости, дружище, — пролепетал совершенно невменяемый Джерард, когда Седрик, не помня себя от ещё не сошедшего шока, схватил его за шкирку и протащил по коридору, из последних сил отпихнув подальше от спальни жены.
— Чтобы я тебя не видел, — прорычал он вслед, Джерард продолжил лепетать какую-то муть, неровно удаляясь прочь, а Седрик повернулся на Гейл. — Что он здесь делал?
— То же, что и ты вчера, — прошипела она. — Не имел никаких шансов!
Два удара поддых подряд, неплохо, Гейл. Она уже собралась захлопнуть дверь, но Седрик не позволил, вовремя просунув трость. Гейл не заметила, что отвадить гостя не удалось, и уже встала одним коленом на кровать, когда Седрик захлопнул дверь за собой, и она испуганно подскочила.
— Пошёл вон, — беспрекословно тут же выдала Гейл.
— Смотрю, других посетителей ты гонишь не так рьяно, — с горечью отметил Седрик.
Он даже пожалел, что снова был настолько пьян в её присутствии, слова давались с трудом. Подойдя ближе, он ожидал, что Гейл забьется в угол кровати, куда он не сможет подобраться, но она смело вытянулась перед ним и схватила со стола вешалку от одежды.
— Мне целый мир не мерзок так, как ты, — процедила она в ответ.
— Драться будешь? — усмехнулся Седрик. — Брось это, Гейл. Ты знаешь, что придется подчиниться.
— Подчиниться чему? — поморщилась она. — Ты уговорился с моей матерью, что я выйду за тебя.
Гейл вскинула руку, где на безымянном пальце блеснуло кольцо.
— Я вышла, — продолжила она. — А больше ни на что права ты не имеешь.
Видимо, это вечер так измотал Седрика, потому что на сей раз он был настроен повоевать. Схватив Гейл за плечи, он поставил колено на кровать, оказываясь рядом с ней в непосредственной близости.
— Ты жестоко ошибаешься, Гейл, — проговорил он, за что тут же получил вешалкой по рукам.
Выругавшись, Седрик отпрянул, Гейл размахнулась и ударила его ещё раз, по ребрам. Тогда он схватился за деревяшку и с силой рванул её из рук Гейл, от чего та едва не повалилась на пол. Треклятая вешалка всё-таки оказалась у Седрика в руках, он отшвырнул её в угол, а после, не церемонясь, снова схватил Гейл, на сей раз полностью обездвижил, усадив на кровать. Она рванулась, запоздало пытаясь отползти в угол кровати, но Седрик удержал её, прижав к себе спиной и полностью подавив любое сопротивление.
— Я твой муж, — проговорил он ей на ухо, крепко сжимая запястья. — Я имею право делать с тобой всё, что хочу. Захочу, — продолжил он, придавив её к себе так, чтобы она смогла ощутить его тело, — будешь улыбаться и умолять меня уложить тебя в постель.
Сам он, признаться, на мгновение потерял контроль — впервые ощутив её податливое тело под тоненьким шелком ночнушки, её запах, никогда не бывший столь близко, тепло её кожи, стук сердца, её возбужденный голос, Седрик всего на секунду впустил в голову мысли о том, что он мог бы делать с ней, будь она посговорчивее, и сдался инстинктам. Он так сильно хотел её, что на миг желание затмило рассудок.
Гейл, кажется, поняла, что ей не вырваться, она сипло звала на помощь, а тогда вдруг заплакала, на самом деле, совершенно реальными слезами. Седрика словно ударило по затылку, он вдвое ослабил хватку, поворачивая её к себе.
— Гейл, — позвал он изменившимся и явно выдавшим всю слабину голосом. — Милая, ну что ты… — Он погладил её по плечам, утирая слёзы, присел рядом на кровать, борясь с желанием обнять, только б утешить. — Я же это не всерьез… Прости меня, Гейл, прости…
Он не успел закончить, потому что Гейл вдруг рванулась, подскочила на ноги, с силой ударила его коленом прямо в челюсть, а когда Седрик глухо завыл, схватившись за лицо, метнулась прочь из комнаты.
***
На улице, повинуясь всем законам мыльных опер, лил дождь. Гейл выскочила из комнаты, желая покинуть не только место непосредственной локации Седрика, но и, желательно, всю территорию, куда ступала его нога. Поэтому промчавшись мимо прихожей, где её никто из гостей не мог заметить, она сдернула с вешалки свое пальто, набросив его прямо поверх сорочки, сунула ноги в туфли и бегом понеслась прочь из дома, несмотря на дождь, который мгновенно забрался под воротник и заставил дрожать от холода. Она шла не зная куда, уже через десять с лишним минут перестав ориентироваться на местности. Кругом была одна и та же картина — мокрые деревья, фасады незнакомых домов, размытые дороги, по которым скользили и увязали в грязи каблуки. Холод пробирал всё сильнее, ночь опускалась на Александрию, и в тишине становилось все страшнее. Гейл решила, что необходимо где-то переночевать, но, как назло, ей даже не пришло в голову, убегая, захватить кошелек или хотя бы сотовый. Оставался только один вариант, и она уныло побрела по размытой дороге в сторону виднеющихся огоньков. Ближе к центру должна была быть круглосуточная кофейня или хотя бы бар, где можно было скоротать ночь. От отчаяния Гейл была близка к тому, чтобы выпить — да вот взять выпивки было негде. Впрочем, скинь она в любом придорожном пабе свое пальто, и желающих угостить девицу в ночной рубашке нашлось бы немало. Добредя до огней, Гейл оказалась на незнакомой улице, где почти не было вывесок, только одна бросилась в глаза — это был какой-то круглосуточный ремонт автомобилей. Решив, что это не лучшая затея, Гейл продолжила месить каблуками грязь и вскоре вышла на перекресток, где нашлось сразу два бара, а около них наблюдалось оживление. Настроение слегка поднялось — глядишь, не придется коротать ночь на улице. Гейл зашла в одно из заведений, с облегчением привыкая к теплу. За барной стойкой сидели пара пьяниц, ещё парочка примостилась за столиками в углу, играла танцевальная ненавязчивая музыка, Гейл прошла к стойке и присела за неё. Денег не было, да и горячего кофе явно не подавали в подобных заведениях, Гейл просто примостилась поближе к стене, чтобы слегка погреться и отдохнуть. Под мерные звуки она почти задремала, когда её кто-то настойчиво ткнул в плечо. — Милашка? — вопросительно позвал голос, Гейл продрала глаза. Прямо рядом с ней подсел один из алкашей, принимавших на грудь в углу зала. — Ищешь компанию? — спросил он, улыбнувшись явно уже плохо подчиняющимся ртом. Гейл хотела ответить «нет», но позади неё выдал себя каким-то утробным звуком второй пьянчуга из-за столика. — Бармен! — крикнул он. — Пятьдесят виски моей даме! Тот подчинился, Гейл решила, что даст от ворот поворот этим двоим сразу после того, как выпьет — уж больно закоченели конечности. В таких лечебных целях она согласна была немного принять на грудь. Когда бокал остановился перед ней, один из её новых спутников махнул пальцем, призывая подождать, выудил откуда-то помятый коктейльный зонтик и с довольным видом сунул его в бокал. Гейл только пожала плечами и, зажмурившись, осушила всё залпом. — Как тебя зовут, красавица? — улыбнулся первый собеседник снова с большим трудом. — У нас есть для тебя планы на ночь, весьма интересные… Его повело, но он взялся за стойку и удержался на ногах. — Гейл, — пролепетала Гейл, чувствуя, как пищевод жжет алкоголем. Сразу стало намного теплее. На несколько минут даже захотелось пообщаться с этими оборванцами, но тот, который был за спиной Гейл, забормотал что-то, мешая сосредоточиться. Сказывался недостаток сна, резкое попадание виски в организм — Гейл совсем перестала ориентироваться в происходящем. Она почти улеглась на стойку, чувствуя только, как всё тело расслабляется, сустав за суставом. Протянув руку, Гейл взяла зонтик из бокала и повертела его в руках, стараясь сосредоточить взгляд на цветной шляпке. — Давай, милая, поехали, — приторно лебезил один из собеседников. — Я не хочу, — проронила она из последних сил. — Да поезжай ты уже, — раздраженно проговорил пьянчуга, воровато оглядываясь. И тогда Гейл бросила взгляд на зонтик, вся внутренняя сторона которого была покрыта каким-то желтоватым порошком. — Вот же сука… — едва слышно мяукнула она и отключилась.***
— Теннеси! — огласил отчаянный ор Седрика комнату слуги. — Теннеси, где Гейл? Тот с трудом продрал глаза, глянул на часы — два тридцать ночи — а после на хозяина. — Миссис Мёллер наверняка почивает, — недовольно отозвался слуга, приподнявшись в постели. — Гости уже час как разошлись! Сэр, ложитесь и вы! — Нет, Теннеси! — в ужасе проронил Седрик, расталкивая старика. — Её нет! Я её… мы поссорились, и она убежала из комнаты… я её искал по всему дому, её нигде нет, Теннеси! Боже мой! Он пятнами шёл от отчаяния, его колотило, алкогольный психоз достиг своего апогея, потому что Седрика буквально судорогой сводило от столь сильного отравления организма, он кашлял, орал, бесновался и двигался так, будто его подбило вражеской стрелой. На подбородке хозяина сиял наливной фингал, кажется, ссора и вправду вышла из-под контроля. Теннеси поднялся, сгоняя сон беспокойством. — Что такое случилось? Что вы сказали миссис Мёллер? — нахмурился он. — Ужас, ужас, ужас, Теннеси, — простонал Седрик, зажмурившись и упершись лбом в дверной косяк. — Ужас, ужас, я ей угрожал, я такого наговорил, Теннеси, я ужасный, ужасный человек, ужас, какой я мудак… — Угрожали? Как некрасиво, сэр, — покачал головой в полудреме слуга, натягивая брюки. — Где, по-вашему, она теперь? В доме не так много комнат, где можно укрыться. — Её нет в доме, Теннеси, я всё обыскал! — вскричал, едва не плача, Седрик. — Она убежала из дома, понимаешь? Она где-то на улице! Одна, совсем беззащитная, что же я за говно такое… Теннеси взял хозяина за плечо, развернув к себе и похлопав по спине. — Успокойтесь, сэр, — спокойно проронил он. — Вам нужно поменьше пить. Мы найдем миссис Мёллер обязательно. Вместе с Седриком слуга еще раз обыскал весь дом, Гейл действительно нигде не было. Седрик метался, как псих, предлагая различные, но одинаковые по степени глупости идеи. В конце концов решено было идти на поиски. — Я могу разбудить мистера Липпе, — кашлянул Теннеси. — Того, который будет потрезвее. — Нет, — отрезал, сдавив зубы, Седрик. — Идём вдвоем. — Пальто миссис Мёллер нет, — грустно заметил, приглядевшись к гардеробной, Теннеси. — Кажется, она действительно ушла на улицу. Снова выслушав порцию отчаянных воплей, Теннеси повёл хозяина из дома. Дождь вновь стал накрапывать сильнее, Седрик даже не прихватил зонта, он всё метался от одного перекрестка к другому, призывая вломиться в каждый дом. — Сэр, лучше подумайте, куда она могла пойти, — устало сказал Теннеси. Подумать явно было сейчас слишком сложной задачей для хозяина. Он начал предполагать, что Гейл пошла в полицию, чтобы заявить на него, проклятого идиота, но Теннеси оборвал догадки. — Миссис Мёллер нужно где-то переждать ночь, — озвучил очевидное он. — Где можно переночевать, если не прихватил с собой ни цента денег? Общими усилиями всё-таки Седрик и слуга догадались, что Гейл наверняка направилась в город. Чем найти хозяйку, сложнее было заставить её нерадивого муженька хоть десяток метров пройти прямо. Теннеси в который раз подумал, что стоит провести с ним серьезную разъяснительную беседу — пьянство в таких масштабах нужно было пресекать. Седрик то бежал бегом, то, споткнувшись, мерял коленями тротуар, то останавливался, зависнув в одну точку, напугал женщину в окошке круглосуточного обмена валюты и разогнал стаю ворон. Когда добрались до более-менее оживленной улицы, Седрик скурил восьмую сигарету, хрипло кашлял, а может быть, рыдал, с первого взгляда уже невозможно было понять. Запоздало Теннеси подумал, что зря вообще взял хозяина с собой, за весь путь он так осточертел старику, что тот уже был готов прописать ему легкий наркоз чем-нибудь тяжелым по голове. Остановившись на перекрестке, Теннеси задумчиво оглядел две барные вывески и решительно зашёл в одно из заведений, оставив Седрика подождать снаружи. Внутри было темно, низкие столики почти никто не занимал, посреди бара располагался шест, ныне пустующий, а около стойки сидела неподвижно какая-то гостья, упавшая лбом на руки. Теннеси прошёл, оценивая ядовито-зеленый свет, заливающий бар, и ласково похлопал девушку по плечу. Та подняла голову, проснувшись — перед глазами Теннеси предстала довольно потрепанная блондинка с потекшей тушью. — Не видели ли вы тут девушку: рыжеволосую молодую леди в черном пальто? — спросил он, молясь в душе, чтобы девица была англоговорящей. — Леди в этом притоне не водятся, — усмехнулась хрипло она и зашлась в кашле, сильно напомнив Теннеси хозяина. Он спросил бармена, тот тоже поведал, что Гейл не видел, и Теннеси поспешил на выход. Там уже разворачивалась сцена — Седрик умудрился сцепиться с каким-то не менее поддатым парнем и уже получил в нос, отчего залил кровью весь воротник. Теннеси оттащил хозяина подальше от эпицентра драки, соперник тут же потерял его из виду и навалился на какую-то машину. — Что с вами, мистер Мёллер? — гневно процедил Теннеси, встряхнув хозяина за воротник. — Ваша жена сейчас, может быть, в беде, а вы… даже не в состоянии на ногах стоять! — Гейл в беде, — застонал снова Седрик, чем только разозлил слугу. — Да, чёрт подери, она в беде! — огрызнулся он. — И хватит ныть, пресвятые угодники, сэр, возьмите себя в руки! Ей нужна ваша помощь! — Я не в состоянии на ногах устоять, — вдруг зарыдал Седрик, упершись лбом слуге в плечо. — Какой я ей муж, Теннеси, — прошептал он, словно боясь, что кто-то услышит, — я не в силах её спасти, я гребаный безногий слабак… — Успокойтесь, сэр, — смягчился Теннеси. — Вы очень сильный молодой человек, уж я-то знаю. Вам только нужно… себя дисциплинировать немного. Ну же, идем, Гейл где-то нуждается в нас. Седрик наконец заткнулся, сцепил зубы, сунув в рот сигарету и на удивление ровно пошел по улице, почти даже не прихрамывая — в его нынешнем состоянии на боль обычно внимания не обращаешь. — Сэр! — окликнул запоздало Теннеси. — Мы сюда ещё не заходили, — мотнул он головой в сторону второго бара. Седрик повернулся, и тут прямо на глазах Теннеси двое неровно ходящих ублюдков вывалились из бара, на который он указывал, ведя под руки едва ли не спящую Гейл! — Миссис Мёллер! — обрадованно воскликнул Теннеси. — Живо отпустите её, отребья! Двоица презрительно фыркнула, глядя на старика, собиралась уже продолжить путь, когда одному из них вдруг неслабо приложили тростью. — Ах ты сука, — даже не выпуская сигареты из зубов, процедил Седрик, оттаскивая бандита от Гейл. — А ну убрал руки от моей жены! Второй преступник вытянулся перед ним, собираясь ударить, но Седрик пригнулся и накинулся на него, сбивая с ног. На мгновение воцарилась кутерьма, Теннеси успел только подхватить под руки Гейл, подозрительно бледную, которая не могла вымолвить ни слова. Седрик, пользуясь скачком адреналина, подаренным лошадиной дозой алкоголя, вбил лицо в затылок противника, с трудом поднялся, оборачиваясь в поисках трости. На него едва не накинулся второй, еще стоящий на ногах пьянчуга, но Седрик вовремя ударил его коленом в колено — и только Теннеси заметил, какой гримасой боли на мгновение исказилось лицо хозяина. Сразу после он поднял свою трость и как следует несколько раз отходил бандита по ребрам. Тот и без того стоял на ногах довольно неровно, а после такой атаки и подавно бросил попытки подняться. Седрик оставил обоих на земле, неровно подойдя к Теннеси. — Возьмем такси, сэр, — проронил слуга. — Что с ней? — спросил напряженно Седрик, одной рукой придержав Гейл за талию. Теннеси заметил, что от опьянения хозяина не осталось и следа. — Не знаю, мистер Мёллер, — ответил он. — Она, похоже, без сознания. Такси подъехало буквально через несколько минут, Теннеси помог хозяину погрузить Гейл на заднее сидение, а сам сел вперед. Где-то на подъезде к дому она, лежа на коленях Седрика, слабо приоткрыла глаза, начала что-то плаксиво бормотать, кажется, ругая его, но он только сгреб её в охапку, потеплее прижимая к себе, и Гейл, пригревшись, снова отключилась.
