Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами 2: Темная сторона горы

      С чего начинается новый день человека в другом мире? Верно, с тряпки и мыла. Вернее, именно так началась наша ночь. Спина болела, а мыльная стружка намертво забилась под ногти. Весь мир спал, когда мы в свете трех маленьких светильников бродили по базе Альянса, вооруженные так, что любая уборщица от зависти уволится. Почти не переговариваясь, чтобы никого не разбудить, мы драили полы, оттирали от стен куски еды, ползали по балкам и колоннам.       Да, наше это была самая малая часть нашего наказания. Жестокость Инка и его заместителя была просто неописуема. Нет, они не заставили нас устраиваться уборщиками на постоянной основе, но предоставили нашим друзьям возможность выбирать нашу судьбу. И поверьте, это было куда хуже, чем если бы нас заставили отправиться прямиком к Эррору в замок без оружия. Медленно наступающий день предвещал еще больше страданий. Еще бы, ведь теперь весь Альянс знает о том, что четверо людей абсолютно бесплатно готовы ближайшие три дня исполнять все желания, какими бы они ни были. Задание это придумали в дуэте Блудник и Лохматик, один — с ехидством, другой — просто чтобы спасти нас от Яростной, уже приготовившейся устроить нам BAD TIME.       В какой-то степени, могло быть и хуже. Инк мог бы пристыдить нас и посадить под арест до того момента, как придет время послать нас на поле битвы. Но он лишь тяжело вздохнул, проведя руками по глазам, под которыми залегли глубокие тени (несмотря на отсутствие кожи) и сказал, чтобы наши друзья делали, что вздумается, но оставили нас в живых хотя бы на пару недель.       — Кто додумался прилепить жвачку на потолок в семь метров над полом? — пробормотала я, паря в воздухе под действием синей магии и отдирая от потолка столовой серо-розовую бурду. Нам согласился помогать Bird! Санс, которому этим ранним утром явно не спалось и он полез воровать у Жрицы кофе. Сейчас монстр расслабленно сидел за столом, попивая свой кофе.       — Ну, кому-то пришло, вот и все, — пожал плечами скелет. Со стороны лестницы раздавалось усталое пыхтение Ани, а с кухни — ворчание Саши. — Твое дело — отдирать, холоп.       — Ну ты и наглый! — фыркнула я, демонстративно кинув до сих пор липкий комок точь в точь в центр черепа скелета. Тот вздрогнул, я почувствовала, что он чуть не выпустил мою душу. Весьма неприятное чувство, скажу я вам.       — Не наглый, а ленивый, — беззаботно ответил скелет и вдруг спустил меня к полу и указал на свой лоб. — Убирай давай.       А что оставалось мне? Разве что подхватить его кружку и отпить немного. Это было ужасной идеей — в этом напитке было столько сахара, что мне мгновенно поплохело.       — Не порть мне кофе своими слюнями! — сердито нахмурился Санс и, выхватив кружку, хлопнул меня огромным крылом. — Не забывай, кто сейчас может кинуть тебя в стену…       — А ты не забывай, кто может надавать тебе по твоему костяному заду кистью, — ехидно улыбнулась я. Пусть Инк и был зол на нас за то, что мы оторвали его от важных дел на Поверхности, если он и позволит кому-нибудь убить нас, то это себе лично.       — Народ, я тут нашла еду! — раздался радостный голос Саши из кухни. — Жрачка, налетай!       Эти слова сопроводил пакет с чипсами, вылетевший через окошко, ведущее на кухню. Вслед за ним вылетело две пачки йогурта, хлопья и бутылка с виноградным соком. Все распри и споры тут же прекратились, и мы, остановившись лишь чтобы смыть с рук слои мыла, набросились на еду. От сочетания крабовых чипсов с яблочным йогуртом нам наверняка потом станет очень и очень плохо, но сейчас это совершенно никого не волновало. Почти наверняка мы сейчас смоем с лестницы мыло и завалимся спать до обеда, поэтому нужно было жрать, пока есть возможность. Даже Санс стащил несколько чипсин и горсть хлопьев, рассыпав их по полу, за что получил пинок под свой пернатый зад.       — Пожалуй, идите-ка вы спать, малышня, — сказал ворон, запив чипсы кетчупом. При таком агрессивном уничтожении кетчупа я уже засомневалась, что он все еще сохранил способность к полетам. — Я уберу следы вашей деятельности.       — А кто тут меня заставлял поднимать жвачки и всячески издевался? — опешила я. — Или смягчился, теперь против закона о рабском детском труде?       — Ничего не смирился, но выглядите вы так, словно вот-вот повалитесь и не встанете до ближайшего конца света. тащить вас в постели не входит в мои планы, уж извините. — он прикрыл глаза и развел руками, мол, что могу поделать. — Вы можете закончить уборку завтра. И скажите спасибо, что никто не собирается пускать вас в лаборатории местных умников.       — И правда. Мало ли, какой срач там могли развести мастера квантовой физики… — нервно хихикнул Свят. — Спасибо, Санс, мы потом как-нибудь отблагодарим.       — Ты со словами поосторожнее! — воскликнула Саша с набитым ртом. — Потребует еще первым выполнять его желание, как проснемся.       Мы все рассмеялись. Кажется, этот перерыв порядком поднял всем настроение — Свят добродушно пнул Сашу, а Аня, воспользовавшись заминкой, сгребла в охапку остатки еды. Так или иначе, мы, не обращая внимания на усталость и возмущенно ноющие спины, домыли столовую и с чистой совестью поползли в свою комнату. Даже не раздеваясь, я заползла на второй ярус кровати и, кажется, уснула еще до того как моя голова приземлилась на подушку.       Пробуждение мое было быстрым и не слишком приятным. А если быть точнее, в меня прилетел сапог. Чистый, пахнущий свежим гуталином только с фабрики… Сказала бы я, если бы он не заехал мне прямо в висок. Точнее, о том что это сапог я догадалась далеко не сразу — первым делом я подскочила с благим матом, скатилась по лестнице и уже приготовилась намыливать кому-то зад. Впрочем, последнее желание мое не изменилось, даже когда я увидела виноватую гримасу Свята и злорадно игающего (он называет это смехом!) Джерри, даже не подумавшего закрывать рот руками и демонстрируя гнилые зубы.       — Сорян, Даш, — На Свята было жалко смотреть. Кажется, он уже приготовился к смерти — и молодчина. — Выполняю наш долг…       — И ты скорее умывайся, девочка! — загоготал Джерри. — У меня и для тебя найдется задание!       И он подмигнул мне в самой уродливой манере. Отличное начало утра, нечего сказать. Мне еще повезло, что я не набралась сил переодеться в пижаму и сняла лишь ботинки.       — Так, я твое поручение выполнил, катись отсюда! — решительно заявил Свят и вытолкнул монстра из комнаты. — Ты извини, меня заставили.       — А пооригинальнее ничего придумать нельзя было? Кинуть в спящего человека сапог? — хмыкнула я, вручая несчастный предмет гардероба Рожнову и натягивая ботинки.       Ответа я уже не слушала, собрав нужные вещи и двинувшись к душевым. Обычная рутина — душ, пытки волос расческой, спор с трехцентнеровой «дамой» по поводу мыла, разбивание всего что только можно на скользкой плитке и «Памагите-холодна-хачу-обратно» после выхода прочь. Все это заставило меня с горем пополам проснуться.       Аня и Саша уже ушли на тренировку, а Свят поел вообще раньше всех. Было около часа дня — думаю, Альфис, которая сегодня должна с нами заниматься, не убила подруг лишь из-за того, что благодаря нам столовая и лестницы сегодня сверкали. Впрочем, может, уже сейчас Юдиной и Горлач организуют похороны, а мы просто сидим и ничего не подозреваем.       С удивлением я заметила в толпе монстров Гастера. Точнее, поначалу я перепутала его с одним из Меттатонов, но, когда он повернулся лицом в мою сторону, поняла ошибку. Так значит, монстры не врали, когда говорили, что он стал роботом. Холодный корпус из светлого, почти белого с серебристым отливом металла немного блестел. Но ярче сверкали пронзительно-синие глаза, иногда, кажется, меняющие цвет на оттенок индиго. С монстрами, окружавшими его со всех сторон, он говорил спокойно и подчеркнуто вежливо, возвышаясь в толпе почти на голову. Вокруг шеи был обмотан шарф, хотя я не была уверена, что его новое тело нуждалось в тепле. Равно как и в очках, чудом держащихся при отсутствии носа. Пожалуй, все это он носит чисто из привычки.       Надо же, я впервые заметила королевского ученого в такой обстановке. До сих пор я видела его лишь пару раз, мимолетом в коридорах. А Свят и вовсе не видел, теперь уставившись на ученого, как на восьмое чудо света. Реакция была даже сильнее, чем когда он встретился с Cybertale!Папирусом.       И все же, зачем он приперся?       Ответ на этот вопрос был дан мне, когда неожиданно ученый раздвинул тонкими руками толпу и направился к нам.       — Дарья, Святослав? — Он вежливо кивнул нам, не обращая внимания на то, что мы откровенно пялились на него без всякого смущения. Мы могли только закивать, как придурки. Впрочем, почему «как»?       — А… вам че-то надо? — промямлил Свят. Взгляд его бегал по механическим сгибам пальцев, бровям и вообще всем обнаженным участкам «кожи». Кажется, прямо сейчас разберет на кусочки и начнет задавать вопросы, как все так функционирует и почему выглядит так естественно.       — Да, с вашего позволения. Я хотел бы, чтобы вы немного помогли мне в моей лаборатории.       — Помогли? — насторожилась я. — А других помощников не найдется? Я так вижу, у вас личная армия фанатов имеется.       И тут же получила пинок от Свята. Кажется, если сейчас Гастер скажет, что, так и быть, поищет кого-нибудь более инициативного, меня расстреляют на месте. Ну или я сама застрелюсь, ведь у самой уже начало кое-где играть любопытство. Но, к моему облегчению, Гастер лишь прищурился и ответил:       — Думаю, вам для общего развития пригодится посмотреть на настоящую технику, уж извините, если это оскорбит человеческие технологии.       — Да, да, мы пойдем! — Свят не дал мне даже рот открыть, сразу же отставляя в сторону тарелку с бетонным тыквенным пюре. — Сейчас?       — Если у вас нет других дел.       Мы оба, думаю, в этот момент подумали об Альфис. Разумеется, выбор был очевиден.       — Никаких дел нет!       Коридор, что вел в лабораторию, располагался весьма далеко от основной части базы. Мне потребовалось несколько минут, чтобы понять, что мы движемся по направлению к основному выходу с базы, то есть к кабинету Гастера, который уже успел превратиться в кабинет Инка. Но мы не вошли в него, а прошли в другую сторону, в неприметный коридор, обходящий кабинет. В лифте, на котором мы спускались всего через минуту, пахло ацетоном и фенолфталеином, но Гастеру это нисколько не мешало. Лифт остановился резко, с жутковатым гудением.       — Приехали, — спокойно сообщил робот, выходя наружу.       В отличие от Реальной Лаборатории, это место было в довольно мягких тонах. Серые панельные стены, мягкие, но тусклые светильники и аккуратно расставленные по полкам вещи. Среди кип бумаг были шкатулки на кодовых замках, всевозможные приборы и инструменты. Было даже скучно, ведь я ожидала как минимум заставляющего дрожать темного коридора или разбросанных листов с записями. Но все было даже хуже, чем в больнице. Вот как так можно?!       Впрочем, одну деталь я все же заметила. Одна из дверей, мимо которых мы проходили, была чуть приоткрыта. Капли чего-то бордового засохли на полу, к которому прилипли измятые листы бумаги, салфетки и обломки ручек. Из стены торчали кости. Свет там не горел. Так вот, как ученый «выпускает пар» — что ж, его право. От этого знания мне стало куда легче — все же, значит, и в нем есть что-то человечное.       — Не отставайте, — сказал Гастер мне, не оборачиваясь и не замедляя шаг. Он завернул еще за один угол. Мы начали сомневаться, что при конструировании Ядра (или куда там мы уже ушли вглубь?) не использовались заклинания незримого расширения, как в «Гарри Поттере». Но когда я уже начала подозревать, что Гастер и сам заблудился и мы ходим по кругу, наконец мы пришли.       Огромная машина занимала почти все пространство в комнате. Стены здесь были черными, как раз как в Реальной Лаборатории. Холодный разряженный воздух заставил отбросить остатки сна лучше пинка Яростной. В центре зала была машина из темного металла, не похожего ни на один из тех, что я видела. Она напоминала по форме гигантский череп дракона, а может, Гастер-Бластер размером с небольшую квартиру. От вида красных прожилок, украшающих поверхность, и сверкающих проводов, подсоединенных к задней части, захватывало дух.       — Нравится? — на лице Гастера мелькнула улыбка. — Сплав иридия, хрома, титана и вольфрама. Устойчив ко всем средам — кислотной и щелочной, почти нулевые шансы на разрушение…       Он говорил так, словно рассказывал о собственном ребенке-отличнике с золотой медалью. Неприкрытая гордость за свою работу была в его голосе. А мы просто смотрели на этого титана, и у нас не хватало сил даже отвести взгляд.       - …нам повезло, что под катакомбами в Подземелье находятся огромные залежи иридия, — закончил ученый, обходя машину. Кажется, его совершенно не смущало, что мы почти ничего не слышали из его рассказа.       — И для чего она? — спросила я, все же отрывая взгляд от творения робота-скелета.       — О, очень хороший вопрос, — хитро прищурившись, ответил Гастер. Он поднял руку с вытянутым указательным пальцем, на удивление длинным. — Думаю, вы, Игроки, видели нечто подобное в лаборатории Альфис при прохождении на «Пацифиста». Я верно говорю?       Мы кивнули. Машина и вправду напоминала ту, что использовалась для выкачивания Решительности, но эта была в разы больше и из совершенно другого металла. Сплав, верно?       — Эта же служит для несколько… иных целей. Вы знаете об амулетах ваших подруг. Живое доказательство того, что души можно материализовать, что можно усилить их без какой-либо посторонней магии. Удивительно, не правда ли?       Ответа не было — да он и не требовался.       — А не задумывались ли вы, можно ли провернуть это искусственно? Создать амулеты, заключив силу человеческой души в камень? — В глазах Гастера сверкнул фиолетовый огонек, который не могли скрыть даже очки.       — Это значит?..       — Да. Именно это и значит. А теперь то, зачем вы сюда пришли… — он вручил нам ведра с водой. — Приберитесь здесь.       — Серьезно? А эксперименты там, какие-нибудь вычисления… усмирение буйных амальгаметов? — Свят чуть ли не взвыл от досады.       — Ваши обязанности на сегодня — убираться, — сурово отрезал скелет. — Так что поспешите. Тем более что я не люблю воду.       Нам оставалось лишь вздыхать и браться за ответственную работу — драить полы и оттирать от стен субстанции разной степени липучести. Однако все же было кое-что помимо уборки. Гастер время от времени подзывал нас и задавал каждому по десятку вопросов, внимательно слушая и записывая все. Смысл допроса на тему «Какое твое любимое блюдо? Ты интроверт или экстраверт? Какой у тебя резервный объем легких?» я так и не поняла. Что сказать, день вышел веселый. Особенно некоторые моменты…       — Гастер, Гастер, а что это? — окрикнул ученого Свят, пытаясь отлепить от руки склизкую полупрозрачную жижу.       — Сопли Молдсмэла.       — Аааааа!       — У Молдсмэла есть нос?       — Нахрена тебе его сопли?!       — Лучше тебе не знать…