Часть II. Глава 5. Все дороги ведут на Поверхность. Аня
9 июня 2019 г., 14:00
Холодный свет ламп едва выхватывал из сумеречной тьмы тесный номер отеля МТТ. Бледные белоснежные огоньки парили в стеклянных лампах, тусклые, но ровные. Едва ли кто-то с улицы мог догадаться, что в этом номере вообще горит свет. Новый гость, тихо вошедший в номер, кивком поздоровался с уже присутствующими. Вариэль сидела, гордо приосанившись и возвышаясь над организатором встречи.
— Следовало ли отрывать меня от дел и ехать в такую глушь? — холодно заметила она, обратившись в Эррору, сидевшему за столом. Уведомления об ошибке появлялись и исчезали вокруг него, словно искры у замкнувшего провода. — Если ты не забыл, Эррор, именно ты взвалил на меня ответственность за порядок в Новом Доме и сам понимаешь, что мое время не резиновое.
— Можно подумать, мне заНЯТЬся нечем, — сердито прохрипел он. — Но эту т-т-т-тему мы должны обсудить, чтобы избегаТЬ НЕДОмолвок между нами и сФоРмИрОвАтЬ након-н-нец П-ПЛАН действий.
— Недомолвок? — Найтмер, явно лишний в этой компании двухметровых чудищ, усмехнулся, и несколько капель густой слизи упало на стол. — Можно подумать, это совещание избавит нас хоть от половины секретов.
— Что правда, то правда, — согласился Эррор. — Но ничего не поделаешь.
Тусклый свет ламп украшал его черный череп причудливыми тенями вокруг глазниц и висок. Пестрые цвета его зрачков сильно выделялись в черноте глазниц, придавая взгляду своеобразную магию.
— НайтмеРр, как ВЕдутсЯ поиски бАЗы Альянса?
— Дальше бесполезных догадок не дошли, — спокойно ответил Найтмер, не дрогнув от его взгляда. Он сидел чуть на расстоянии от светильников, почти сливаясь с интерьером, так что его пронзительно-голубой глаз был самой выделяющейся частью облика скелета. — Где бы мы ни искали, либо используется мощная комбинация защитных заклинаний, либо… база вовсе не в Подземелье. Но круг поисков сужен, это абсолютно точно не Сноудин и не Водопад.
— Кстати об этом, — подала голос королева. — Мне хотелось бы получить четкий ответ, по каким причинам все войска из этих территорий стягиваются к Новому Дому? Жители негодуют, такое наличие «армейских псов» сильно нервирует граждан.
— Пусть потерпят, места всем пока хватает, — буркнул Найтмер. — Вечно ты о своих столичниках, если уж им приспичило перебраться в столицу, пусть смирятся с этим и не рыпаются.
— Ну ты и закрутил, «приспичило», — фыркнула Ториэль, грозно посмотрев на него. — После твоей реформы перебраться в соседнее селение стало практически невозможно без лицензии, не то что в другой район. Так что я бы на твоем месте молчала.
— А я молчать не собираюсь, — упрямо возразил Найтмер. — Польза в этих жителях лишь одна — выплата налогов, а их мнение никого не волнует. Платить не будут — виселица совершенно бесплатно, двадцать четыре часа в сутки.
— Посмотрим, как твоя виселица поможет против толпы из пяти дюжин кожевников, которые два дня назад устроили бунт из-за недостаточной оплаты их труда.
— За-ЗА-за-Заткнитесь! — рявкнул Эррор, надписи «Error» сталь активнее появляться и исчезать, сам Разрушитель Миров заглючил, словно тяжелое приложение на старом компьютере. — Теперь у нас появилась новая ЦЕЛЬ. У АльЯНСа есть к-к-к-ключ к Склепу, и если они найдут второй, то смогут найти и души. Мы не можем этого допустить, никто не знает, какой мощью обладают Оригинальные Души. Нужно организовать поиски.
— И что же ты предлагаешь? Вновь рыскать по Подземелью, роя носом землю без единой зацепки? — ехидно заметил Найтмер, совершенно не опасаясь гнева босса.
— Если придется, то будем рЫтЬсЯ в грязи хоть до Конца Мира. Какие-то прет-т-тензии? Или ты хочешь быть лично превращенным в ОТБИВНУЮ четверкой детей?
— Именно. Ты унижаешься, откладываешь, толчешь воду в ступе из-за того, что какие-то древние психи решили сказать, что придут люди из другой Вселенной, которые будут равны тебе. Не пора ли признать, что это глупо?
— Ты, к-кажется, ЗАБЫЛ, кто прямо сейчас может вырвать все твои восемьсот семьдесят шесть Душ из этого бесполезного тела? Или сколько их там у тебя, восемьсот семьдесят пять…
— А ты забыл, кто здесь полностью контролирует армию в Подземелье.
— Довольно уже спорить, — Вариэль провела пальцами по переносице и устало прикрыла глаза. — Если уж искать ключ, то у меня есть идея. Она касается рейдеров.
— Тех изменников? И что же ты хочешь с ними сделать? — насторожился Найтмер, несмотря на то, что обращались не к нему.
— Недавно ко мне приходила их королева с предложением своих услуг. Рейдеры Пустоши на личном опыте убедились, что будет, если перечить нашим приказам, и теперь они могут стать оружием в дальнейшей борьбе. Они скрытные, неприхотливые и уверенные. Они и могут заняться поисками ключа.
— А могу опять нас предать. Предавший один раз не устыдится ПРЕДАТЬ еще Раз.
— И все же лучше рассмотреть этот вариант. Живые они нам будут полезнее, чем мертвые, — упрямо наклонила голову Ториэль.
— Ну, это как знать, — усмехнулся Найтмер. Эррор же улыбнулся.
— Твои Доводы моЖНО понять. ВСЕ моЖет быть, и Я подумаю.
***
Яркий свет меня ослепил. Только что была темнота закрытых глаз, сейчас — вспышка молнии, прорезавшая ночную мглу. Меня словно выдернули из реальности и чуткого сна и отправили глубоко в лабиринты сознания. Я понимала, что это сон, но мой мозг воспринимал все это слишком чувствительно, как тогда, с видениями о Маффет. Настоящая голубизна неба расцветала цветочными лепестками в косых лучах рассвета, облака расплывались, чтобы солнце, бьющее через надземный Барьер, смогло воссиять на лужах крови. Они растекались под моими ногами вместе с хлопьями пыли, забившими мне уши, волосы и сапоги. Но ужас и тигриная ярость оказалась сильнее отвращения, и я нанесла второй удар по голове Гастера. Его сияющие в утреннем свете чёрные крылья утверждали, что смерть совсем скоро. Всего мгновение — и скелет стал таким же столбом пыли, осыпавшимся на влажную землю. Монстры и люди сомкнули ряды, давя противников помятыми щитами. Все переливалось в фиолетовых, алых, белых и голубых цветах, чёрные лучи били по нашим рядам, а липкие щупальца отшвыривали Альянс как можно дальше от горы. Но наши не оставались в долгу — огненные козероги оранжевой лавиной хлынули с каменных возвышений, излучавших жаркий воздух. Они кинулись прямо на врагов, и тогда воины Эррора, как и он сам, оказались окружены. Но недолго — из дыр по всей горе, как из огромного Маасдама, стали вытекать скользкие тени. Они столбами тьмы вылетали пулями прямо в воздух и били по Барьеру и нашим фалангам, вторые медленными реками стекались по всему полю боя. Я видела, как Барьер вспыхнул. Вспыхнул, когда испуганные люди за толстой стеной магии дали сигнал, и ракеты с оглушительным ревом сотрясали защитные заклинания красными всполохами взрывов и воздушными бомбами. Земля подо мной сотряслась, словно удар нанесли не по Барьеру, а по Ядру планеты. Мои глаза не могли нормально воспринимать все, что происходит, и я думала, что это огненный дождь решил убить нас в наказание. Извивающиеся тени и шипение какого-то чудовища, новый удар огненной магии — трещины прошли по Барьеру от мощи, навалившейся на него с обоих сторон. Прозрачная стена покрылась горящими ранами и растёкшимися по его поверхности липкими сгустками тьмы. Я слышала хрустальный перезвон, перешедший в одно мгновение треск стекла, но такой громкий, словно надо мной взорвался целый купол из стекла. Барьер рухнул прямо перед нами. Я резко распахнула глаза и потянулась к источнику воздуха. Он был везде, хоть и слишком теплым и душным от дыхания спящих соседей. Я старалась выровнять дыхание, все еще ощущая пыль на затылке и кровавую грязь меж пальцев, сжимавших кинжал. Я ощущала себя не в милой пижаме, а в легких доспехах, защищавших уязвимые места, но при этом позволявших свободно двигаться во время боя. И когда я смогла отдышаться, снова уронила голову на кровать. Рядом со мной крепко спали друзья, после трудного рабочего дня. Не в состоянии понять, что я только что видела, не в силах вспомнить каждую секунду пережитого боя, я с трудом встала с кровати и пару раз прошлась от стены к стене. Мои мысли рвались и путались, как тонкие лоскутки ткани, сшитые из дешевых ниток. Утро пришлось слишком быстро, чтобы я могла полностью сложить куски пазла и забыться в дневной рутине. Мне было ясно лишь одно — то, что я видела, как-то связанно с будущим. Очередное видение Мики? Вряд ли. Съемками боевика похлеще «Властелина колец» вкупе с киновселенной Марвел она не занималась. Озарение от каких-то других сил? Ну, а вдруг? Или просто дурной сон. Первые три часа утра нам пришлось отмывать грязные и пропахшие отходами жизнедеятельности унитазы. И ладно, этим занимались только мы с Дашей, Святослав решил оставить дамам самое сложное, а сам принялся за очищение труб в раковинах. Наверняка, это не так интересно, чем лазить рукой прямо в толчок и доставать все новые и новые удивительные находки, вроде мокрой сосиски или крюка для рыбалки, но, на мой взгляд, не так омерзительно. Саши, к слову, рядом с нами не было. Gate!Андайн смогла уломать Swap!Папируса на утренний отпуск для неё, во славу изнурительной тренировки. Воительница явно видела, что моей подруге в последнее время плохо даются сражения, и решила погонять её. Об этом подробней — Яростная наблюдала за их тренировкой и сообщала последние новости, по которым я узнала, что все плохо. Ну, знаете, меч слишком тяжелый, рапира гибкая, только кинжал, и тот вечно валится у неё из рук. Саша дважды психовала, сама не понимая, что с ней происходит, зато Андайн повеселилась от души, так еще и пообещав публике на следующем занятии заставить учеников драться на молотках (на этом предложении даже Даша перекрестилась). Честное слово, я бы не поверила, если бы кто-то сказал, что Саша не умеет постоять за себя и плохо сражается. Свежи были воспоминания, как мы с ней из самых разных передряг выкарабкивались. Но я успела убедиться собственными глазами, что что-то не так. Поэтому слова Яростной не казались мне таким уж бредом… Я увидела Сашу сразу после завтрака. Она доедала ирисковое пирожное, запивая его яблочным соком с такой жадностью, что у меня перехватило дыхание. Я знала о любви подруги поесть, но сейчас до меня дошла мысль, что с таким аппетитом она лопнет. Я даже могла пошутить про то, что пузико и стало её главной проблемой на тренировках, но это стало бы страшной ложью и клеветой в сторону Саши. Наверное, Андайн её страшно утомила бегом по всему залу с мечом на перевес. Я хотела было подойти к ней, но что-то остановило. Чувство такое, словно меж нами стояла стена. Я не хотела этого, по простой причине — мой сон. Я боялась оговориться, не хотела снова сеять панику среди друзей. Им хватало своих проблем. Возможно, Саша увидела мое замешательство и обиделась, когда я сочла нужным растаять в толпе набивших брюхо монстров, что теперь собирались либо в тренировочный зал, либо по комнатам и на склады оружия. Альянс жил полностью своей жизнью, кажется, совершенно не связанной с нашей волной — уборкой, шутливыми разговорами, возобновившимися Сашиными подкатами и тренировками. Меня поражало, что я еще со всеми не перезнакомилась. Вернее, оно было понятно, я тут чуть меньше недели живу, и все же. Лица были знакомы, голоса узнаваемы. Но меня пугало больше то, что я не шла на контакт со взрослыми. Малолетняя Фриск, детский сад, ладно. Я знала также своих друзей по путешествию. И… вроде все, если не сшибло память. Со Жрицей я встречи избегала, а после неприятного сна я и к Инку побаивалась подходить, хоть я и надеялась, что это всего лишь сон. Окей, Андайн была знакомой, но на полноценное общение я не то, что не надеялась, я его совсем не хотела. Если заговорили о знакомых — вспомним Туманника, как его представили мне Святослав и Даша. Он снова смотрел на меня. На одном мгновение показалось, что, зная его имя, я теперь отлично с ним знакома. А далее пошло то чувство, когда ты все же понимаешь — нет, ничего ты не знаешь и не узнаешь, пока не найдешь способ пробиться через трехслойную ауру тайны, которая была присуще всем монстрам «Strangetale», как эту АУ обозвала Саша. Этот уродливый, но по-своему милый монстр снова смотрел на меня не мигающим, но уже не пугающим взглядом. Он просто изучал, скользил глазами, словно я была каким-то ценным товаром с аукциона. Серо-белый и покрытый боевыми шрамами худой одноземец Жрицы боязливо сделал шаг ко мне навстречу. Я помахала рукой, словно надеясь, что Туманник прекратит меня шарахаться, как огненного шара. Но тут я услышала какой-то грозный и даже злобный рев. Его обладатель был явно не доволен, что Туманник сверлит меня взглядом. Крепко сбитая ладонь Лохматика погладила меня по голове острыми когтями, как какого-то щенка. — Этому зеваке явно заняться нечем, — вслух думал монстр, дружески приглаживая мне волосы. — Проваливай по-добру, по-здорову, приятель! — Да как скажешь… — испуганно замялся на месте Туманник. Сейчас он казался совсем беззащитным, настолько худым, что его можно было сломать, как тростниковый сук. В его глазах сверкали обидчивые огоньки, но, видимо, он уже привык к этому. Туманник развернулся ко мне спиной и исчез в толпе. «Почему? Он разве сделал что-то плохое?». В голове никак не укладывалось, почему даже его соседи по Чертовой Дыре так к нему относятся. Может, я сперва его испугалась, так как не знала даже имени. Он смотрел на меня, как на далекое воспоминание, и меня это пугало. Сколько прошло? Два или три дня? Теперь все в порядке, и я перестала бояться. Хотя… можно ли не считать внезапный приток мурашек, табуном прошагавших по спине в момент, когда Туманник снова на меня посмотрел? — Зачем ты это сделал? — отойдя от оцепенения, наконец спросила я. — Зачем ты его прогнал? Лохматик взглядом ничего не выдал, но явно подумал, что я дура. — Ну, знаете ли, даже у нас есть свод моральных устоев, — насупился здоровяк. — И первый из них: не заглядывайся на малолетних девочек так, словно планируешь изменить жене! Скажу правду. Это звучало чертовски логично, и я бы даже в этом поверила, не вспомни вовремя о скромном характере Туманника. Вернее, обрывках характера, которых я знала. И еще меня очень удивило слово «жена». Серьезно, этот койот-грызун женат или я ослышалась? — Но ведь он просто хотел поздороваться, — насупилась я, на что получила лишь неодобрительный взгляд синих глаз Лохматика. От былого романтика и милого комка шерсти, который со всей любовью смотрит на Яростную, не осталось и следа — только строгий, но заботливый здоровяк, которому ой как не понравился взгляд левого прохожего на его любимый топорик. — Так мог бы вести себя повежливее! Я ощутила, как по телу потекло обжигающее раздражение, и мне хотелось оскалить зубы, как дикой кошке. Я хорошо понимала, что Лохматик придумал отговорку своему плохому отношению к Туманнику в последний момент. Все больше этот запутанный ком тайн самой странной АУ меня выводил из себя. Слова Эхо и Маски про Жрицу, кусочки информации, полученные в ходе общения с её друзьями, поведение Туманника… ничего не прояснялось, становилось только мутнее, хотя сперва казалось — вот, картинка складывается! Но мне пришлось подавить это в себе, словно возникшей передо мной неприятной сцены только что не было. Будто несчастного Туманника никто не хотел обидеть, и это вышло случайно. Теперь меня обжог стыд и обида не то на Лохматика, не то на саму себя. Странно, правда? — Ты выглядишь уставшей, — заметив мое выражение лица, сказал Лохматик. — Все нормально? — Да, только не выспалась чутка. После случившегося мне и не слишком хотелось общаться с ним, не веря, что у этого монстра есть и вправду нехорошие стороны. Я уже говорила, что у них с Яростной страсть к убийствам? Так вот. Я не считала это минусом. А то, что он даже смотрит с неприязнью на Туманника — омерзительно. Я даже думать не хотела, какие могли быть причины у подобного поведения. — Тогда пойдем в зал? — уныло предложил он, заметив мое хмурое выражение лица. — Саша наверняка туда скоро вернется, повидаетесь за все утро. И к тому же… — Лохматик почесал затылок. — Там уже народ собрался. Я хотела пошутить про монстров, которым предстоит лицезреть рукопашную драку в очередной раз проигравшей Саши и Андайн с выбитыми зубами. — Какой повод? — поинтересовалась я. — Честно, не знаю, да и на ум ничего не приходит, — пожал плечами Лохматик. — Сейчас посмотрим. Мы дошли до зала, с трудом прорвавшись через ораву детишек и скачущих вокруг них взрослых монстров. Оригинальная Ториэль пыталась своей маленькой версии втюхать соску, как оказалось, сделать это самой себе в противном детсадовском возрасте невероятно сложно. Особенно, если тебе дерет уши твой малыш-муж, а Меттатота уже завалили Папирус и Андайн, чтобы тот стал их новым батутом. В помещении было жарко и страшно. Шум от лязга стали при соприкосновении мечей и щитов перезвоном миллиарда хрустальных подвесок сотрясали зал. Стремительные прыжки и ловкие развороты смешались в одну тренировочную битву воинских патрулей, казавшихся гениальным вальсом по мотивам какой-то сказочной войны. Правда, запах стоял отвратительный, и это портило все впечатление. Пот и чьи-то газы превратили тренировочный зал в могильник. В толпе я разглядела Swap!Альфис, Яростную, Lil!Папируса (я бы предпочла этого не видеть), какого-то Флауи, и еще кучу узнаваемых и не очень монстров. Сперва в нас звездочкой швырнули Outer! Папируса, и нам с Лохматимом пришлось разбежаться в разные стороны, чтобы очередные скелетные снаряды Восьмирука нас не задели. У паука был фетиш на обвязывание своих противников паутиной и отбрасывание их как можно дальше. Я представила, сколько врагов он успел импортировать своим сородичам, прежде чем встать на сторону Альянса. В общем, я оказалась отделена от Лохматика, поэтому мне грозила опасность намного больше, чем ему в силу роста. Возможно, меня бы растоптали, но Саша оказалась поблизости и вытащила из этого балагана. — Еще скажи, что пришла посмотреть на мой позор! — невесело хмыкнула она, отведя меня на безопасное расстояние от драки. Лицо Саши было покрыто от подбородка до лба ссадинами, что свидетельствовало о её участии в совместной потасовке. Мило и страшно, вот что я скажу. — Знаешь, противно, когда тебе загоняют в угол и бьют тупым концом копья до звездочек в перед глазами. — Противнее копаться в унитазе, — улыбнулась я. — Так что радуйся, вояка! Ты сегодня не обнаружишь в туалете чей-то ком шерсти! — О господи, надеюсь, этот ком шерсти не душил тебя двадцать минут, как это делала Андайн! Настроение постепенно возвращалось, и мы с подругой вернулись к остальным. Я было хотела найти, с кем бы потренироваться, раз времени еще немного есть. Саша даже дала мне тренировочный кинжал, но потом девушку потащила за собой Андайн, чтобы выпотрошить и сделать чучело. Лохматик пинался в толпе монстров, не зная, как ему вести в такой гуще чешуи, шерсти и кожи, а потом и вовсе отдавил одной из Альфис хвост (я надеюсь, что это не наш второй тренер). — А что происходит-то? — наконец спросила я, прежде чем Андайн с Сашей не скрылись. Желтые глаза монстрихи вспыхнули знакомым мне огнем. Когда ты вспоминаешь о чем-то классном и тебя просят об этом рассказать, ты воодушевленно хочешь это сделать. Но судя по битве и радости Андайн, что будет нечто не очень хорошее. — О, — улыбнулась она. — Инк обещал собрание, на котором все расскажет. Так что сохраню интригу, только потому что ты дерешься чуть лучше этой рыжей размазни. — Слушай, а ты знала, что я рыб ем на завтрак? — Саша не стала терпеть оскорбления в свою сторону и отомстила грубым каламбуром. — Так что кто тут размазня, бутерброд с рыбой? — Кого ты тут обзываешь, сукина дочь?! Я стала постепенно смываться, хоть желание поговорить с подругой так и не угасло. Но знаете, мне жизнь дороже, чем наблюдать, как Саша из шкуры вон лезет, чтобы разозлить Андайн. Поэтому я решила напасть на первого встречного. Им оказалась какая-то из тех редких Маффет, не присоединившихся к паучьему союзу герцогини. Мы бились совсем немного — я нанесла пару рубящих ударов по её покрытым броневыми пластинами рукам, а та в свою очередь плеснула мне под ноги яд, который едва не разъел обувь. Я была больше рада тому, что она не задела мой сшитый едва ли не белыми нитками желто-голубой свитер. Но я смогла ослепить Маффет ударом по голове, после чего смогла объявить себя победительницей. Ликование было недолгим, потому что уже через тридцать секунд меня снес с первоначального места огромный лев-переросток, матерящий во всю глотку насевшего на него монстра. Я покаталась по залу, и меня едва не задел топор Догами, но он остановился в последний момент и дал возможность мне встать. Я перевела взгляд вправо — а вот и Лохматик! Монстр расерял былые раздражение и смятение, и теперь помогал Яростной с девушкой по имени Lil! Папирус. Они умело отражали атаки друг друга, но Яростная совершенно не была готова, когда огромные кости, вырвавшиеся из пола, подбросили её в воздух, и ей пришлось пристыжено приземлиться на все четыре лапы возле Жрицы. Лохматик пошел мстить за подругу, и я хорошо представляла, как Яростная разозлится на него. Еще бы, при Жрице! Кошка не только позорно приземлилась перед своей королевой, но и еще позволила кому-то отнимать свою крохотную славу в бою. Кстати, Лохматик тоже получил порцию тумаков от девушки, пригвожденный к земле ударом по темени. Сама Жрица, заметив меня, вздернула подбородок и зашагала в мою сторону. Мне деваться было некуда — везде кто-то фехтовал и дрался едва ли не собственным шлемом, а тут еще и я не драю полы, а наблюдаю за ходом тренировки к какой-то битве. Как говорилось ранее, я избегала встречи с ней, но сейчас Жрица шла ко мне, совсем беззащитной и загнанной в угол. Её зеленые глаза казались еще более угрожающими, чем у любого существующего маньяка. Кожа серо-пепельная, как прах убитых монстров. А вдруг это у неё такой крем для ухода за кожей? Ну, почему бы и нет? Жрица — женщина, и наверняка любит иногда уделить себе внимание, умываясь в прахе побежденных врагов и увлажняя прыщи на лице кремом из младенческой крови. — Жрица? — Туманник явно имел сверхъестественную способность появляться везде, где находилась я или она, и мое облегчение, когда Жрица остановилась на полпути, превышало уровень кайфа от погружение в холодную речку у подножия гор Алтая. Хрупкая лапа Туманника легла на плечо королевы. — Ну как проходит битва? Гренок не хочешь? Я поверить не могла своим глазам, но её взгляд смягчился. Даже сквозь одежду я ощутила, как её живот сжался в голодных потугах. — Гренки… — Да, гренки. Ты не завтракала и, кажется, не собираешься даже обедать, — улыбнулся Туманник. У самого его затылка пролетел чей-то черный посох, явно предназначенный лично для Туманника, но ему особо не было дела. Он собирался слушать, что Жрица хочет поесть. Кажется, только Жрица его не пыталась убить, и поэтому Туманник спокойно выполнял обязанности повара и официанта прямо на поле боя. — Из черного хлеба. На сковороде. На подсолнечном масле, если осталось. Вымоченные в яйце. Чтобы хрустело… и не забудь добавить черного перца. Что ж, теперь я знала любимую пищу из рациона Жрицы. Странно, но может пригодиться в разговоре, или когда меня продадут в рабство этой садистке. Надеюсь, меня убьют раньше, чем это случится. Наконец я смогла увидеть, как встал Лохматик, но тотчас упал — Яростная и Папирус накинулись на него с обеих сторон и стали молотить по спине. Судя по жалобному визгу монстра, оказаться жертвой такого дуэта намного хуже девяти мучительных кругов Ада. Вокруг них даже сформировалось кольцо зрителей, отошедших от битвы ради зрелища. Голоса монстров сплетались в два потока: кто-то поддерживал Лохматика и подбадривал его, кто-то уже ставил последние сбережения на прекрасных дам. Бедный громила был значительно больше обоих (обеих?), но все равно чуть ли не заливался слезами с мольбами отпустить его. Даже Жрица и Туманник остановились у выхода и с интересом стали наблюдать за потасовкой. Что-то мне подсказывало, что скоро кто-то отправится в медпункт. — Что здесь происходит? — Голос, разнесшийся эхом по залу, заставил всех замолчать. Драка остановилась, время словно замерло. Инк прошагал к центру зала и помог Лохматику подняться. Это выглядело крайне странно, учитывая, что монстр был на метр выше Хранителя Вселенных. Яростная нехотя слезла с друга, а Lil! Папирус уже шмыгнул в толпу. Но, вопреки моему ожиданию, на лице Инка была насмешливая добрая улыбка. — Тренируетесь? Это хорошо. Не бойся бить, Лохматик — ты достаточно быстр, чтобы повалить их всех, — сказал, прикрыв глаза с широкой улыбкой, Инк. Лохматик немного растерянно кивнул. — Но чего все замолкли? Продолжайте! Я не хотел вам мешать. Это, думаю, поражало в Инке больше всего. Когда мы шли к нему, мы ожидали увидеть хладнокровного лидера, спокойного и рассудительного, со всеми задатками правителя. Ведь именно таким в нашем представлении «должен» быть командир повстанцев. Но вместо этого нам предстал порой серьезный, но улыбчивый скелет, не держащийся особняком. Уважаемый, но и уважающий. Он ни на кого не смотрел свысока… хотя бы из-за того, что сам полторашка. Вдруг взгляд скелета упал на край бежевого шарфа. Он пригляделся и вдруг стукнул по лбу. — О, точно! Я же пришел сюда за этим… — он усмехнулся собственной рассеянности. — Андайн, как там связь? — В-все готово! — ответила Swap! Андайн. — Можно п-приступать, весь Альянс услышит в-вас… — Спасибо. Одну минутку! Инк направился в сторону турников. Разумеется, никаких сцен и арен не было, поэтмоу чтобы все могли видеть скелета, нужно было находиться на них. Ну или залезть на канат, подвешенный под потолком, но это уже, согласитесь, слишком. Монстры и люди наконец стали расходиться по залу, через разные выходы зашло еще несколько дюжин. Инк замешкался, и я со своего места могла видеть, как он, остановившись за столбом с баскетбольной корзиной, откупорил бутылек из своего арсенала. Желто-оранжевая краска переливалась на свету, когда он поднес ее ко рту и сделал быстрый глоток. От такой мелочи я невольно ужаснулась, вспомнив историю этого героя. Бездушный, не имеющий своих собственных эмоций, морально умирающий без красок, привносящих чувства в его существование. От этого нельзя было не содрогнуться.Герой… выдумка человека, переигравшего в игру. Мир, казалось, мог рухнуть от этого короткого и болезненного осознания. Вот почему никто из нас четверых никогда не будет «своим» в этой компании. Мы — игроки. Да, мы игроки, которых сделали игрушками. Но я встряхнула головой, и мир вновь обрел подобие целостности. Инк смотрел прямо на меня с пониманием, но я видела, как краска начинает действовать, и на смену легкой синей печали приходит золотистый азарт и оранжевая сосредоточенность. Он прошел к турникам и на удивление легким для его телосложения движением схватился, сделал кувырок и встал на один из углов, чудом сохраняя равновесие на узкой железке. — Монстры Альянса! — начал он. Голос его можно было слышать и в коридоре, и в спальнях, и в лабораториях — по всей базе. — У меня печальные новости для вас. Наши атакующие действия на Поверхности обернулись в оборону. Армии Эррора наступают и теснят нас прочь от Барьера, и если мы не предпримем никаких мер, нас могут запереть в Подземелье. Мы несем новые потери. По толпам монстров прошел тревожный и раздосадованный ропот. Монстры перешептывались с нахмуренными лицами, даже те, кто несколько минут назад весело дубасил всех, кто попадется под руку, посерьезнели. — Но! — Голос Инка заставил вновь всех утихнуть. — Это еще не конец войны. Мы приняли решение отправить дополнительные отряды поддержки на Поверхность. Если мы отстоим свои территории у границ, мы сможем продолжить удерживать Барьер и защищать людей. И мы сможем атаковать. — Зачем вообще нам защищать этих людей, если они ежедневно бьют по нам ракетами и боеголовками? — пробасил кто-то из толпы. Пронзительный взгляд Инка обратился к говорящему. — И так всегда! От людей одни лишь проблемы… — Затем, что это наш долг, — непреклонно отвечал Инк. — Они — часть этого мира, перепуганные существа, которые видят в нас угрозу. Если Барьер падет, они навредят и нам, и себе. Этого нельзя допустить. Все остальные вопросы прошу обсуждать в моем кабинете. Он выпрямился, поправил шарф и продолжил: — Я не имею права решать за вас, все вы находитесь здесь на добровольной основе. И все же я надеюсь, что каждый присутствующий на этой территории понимает важность победы для нас. И потому следующие два дня каждый при желании может зачислиться в отряды добровольцев, если он уверен в своем решении и готов сражаться за нашу свободу и за право Мультивселенной на существование. Наш план состоит в том, чтобы атаковать границы Подземелья с двух сторон — из Руин и из Нового Дома. Это ослабит врага и развяжет нам руки на Поверхности. — Он сделал паузу и внезапно вытащил из-за спины свою огромную кисть. Перемазанный чернилами кончик взметнкулся вверх. — За Альянс! Секундная пауза. И Саша первая воскликнула, не жалея глотки: — За Альянс! — За Альянс! — подхватили остальные, и по всем коридорам разнеслись полные решительности голоса. — За Альянс! Воодушевление, охватившее монстров и людей, с трепетом внимавших короткой речи Инка, казалось волшебным. Быть может, в самом деле Инк использовал свою магию, чтобы вдохновить всех?.. Нет, никакой магии. Во мне была твердая уверенность, что я бы это почувствовала. У меня не было сомнений в том, что пламя, вспыхнувшее в сердцах монстров, было самым что ни на есть настоящим. Не нужно было творить чуда, сам по себе Инк уже является им, и люди идут за ним. Это радовало меня как никогда больше. — Ань, ты жива? — Саша потрясла меня за плечо. Монстры постепенно начали вновь расходиться — кто пошел оттачивать оружие, кто тренироваться, кто все же решил остаться и спать. — Алло! Земля вызывает! Я вздрогнула и посмотрела на подругу. Та стояла возле меня и уже явно занесла руку, чтобы треснуть мне по башке. — Ты стоишь тут же три минуты, — нахмурилась она. — Инк зовет. Я повернулась к Инку. Тот стоял уже не на турнике, а у стены и, наклонив голову, смотрел на меня. Даша и Свят стояли рядом с ним, Свят явно пытался сдержать улыбку, но время от времени его рот все равно вздрагивал, расходясь до ушей. Резкий укол смущения окончательно привел меня в чувство — ну вот, Анна Сергеевна, опять вы выглядите как дура. — Извини, — сказала я и подошла к Инку. — Я что-то пропустила? — Нет, ничего, — покачал головой скелет. — Я лишь хотел рассказать еще одну новость, лично для вас. Вы тоже отправитесь с отрядами, уж извините, но ваше мнение здесь не так важно. — Допустим, мы и так знали, что без нас замес не обойдется, — Свят повел плечами. Краем глаза я заметила, как Даша, спрятавшая руки за спину, протягивает ему монетку. Понятно все с ними… — Ну, а конкретнее можно? Когда, куда и нафига? — Во-первых, нам нужно как можно скорее найти второй ключ к душам, — сказал Инк. — Чем быстрее мы найдем их, тем быстрее обретем мощь, что даруют шестеро людей из Оригинальной Вселенной. Это куда больше, чем просто способности амулетов по отдельности. Конечно, очень прискорбно, что Фриск в этой вселенной не выжила, тогда, быть может, нам не пришлось бы ничего искать. Но это не ваша вина, нет. А во-вторых, я переговорил с вашими тренерами насчет вашей физической подготовки. Андайн ворчит, что вам не помешает еще потренироваться, но Альфис уверяет, что при необходимости действовать быстро в бою с сильным противником вы сможете за себя постоять. Поэтому было принято решение — Саша, Аня, вы отправитесь на поиски ключа. Это дело не требует отлагательств. Можете выбрать двух монстров, которые отправятся с вами, чтобы в случае чего прикрыть вас. Эта идея мне совершенно не нравилась. Жуткие воспоминания о сне, что до сих пор не давал мне покоя, отпечатавшись в памяти словно совершенно реально событие, были слишком сильны. И мы даже не знаем, с чего нам можно начать… — И куда мы направимся? — В Руины, конечно же, — улыбнулась Саша. — Смотри. Ты нашла свой ключ в логове Маффет, там же, где впервые пробудились твои способности. По такой логике мой ключ должен быть в Руинах, в память о том дне, когда на меня напал тот засранец-цветок. Логично! — Не думаю, что здесь действительно есть связь… — нахмурилась я. — Впрочем, других зацепок у нас нет. Может, ты и права. А Даша и Свят? На долю мгновения я понадеялась, что Инк решит оставить мою сестру и друга на базе, восстанавливать остатки сил. Но мои надежды были разбиты вдребезги словами Инка, повергнувшими меня в шок: — Они будут в составе отрядов подмоги. Если, конечно, вы не считаете, что пока не способны сражаться, — тут взгляд Инка чуть смягчился, оранжевый с золотом левый глаз принял форму знака вопроса. — О, мы способны! — решительно заявила Даша. — Вот только… а, не важно. — Но они ведь лишь люди! У них нет ни должных навыков, ни опыта, ни даже магии… — пыталась возразить я. Лицо Саши тоже выдавало замешательство таким решением Инка. — Это просто глупо — отправлять их прямо на смерть! Инк посмотрел на меня. Я была почти на десять сантиметров выше, и эта разница сейчас казалась мне самой что ни на есть отвратительной. Ведь пусть он был и ниже меня, но все равно умудрялся смотреть так, что я чувствовала себя жалкой и неуклюжей тупицей. Вот как ему это удается?! — Насчет этого ты не права, — Он прищурился, странный блеск в пустых глазницах заставил меня насторожиться. Что Инк удумал? — Последние несколько недель доктор Гастер занимался изучением малоизвестной, но очень важной части алхимии. Она может помочь вашим друзьям обрести новые силы, что станут их новым оружием и щитом в борьбе с Эррором. От одного упоминания королевского ученого меня передернуло. До сих пор он так и не утрудил себя в том, чтобы заглянуть к нам или хотя бы показаться в поле моего зрения. Все, что я знала — это то, что теперь у него было новое тело, схожее с телом Меттатона, и теперь он вновь официально занимал должность Главного Королевского ученого. Но никто из нас, кажется, не стремился к встрече — мы оба понимали, что встреча предвещает воспоминания о том дне из давно стертого таймлайна, когда я чуть не умерла, став сосудом для обезумевшего от одиночества духа. Но слова о каком-то эксперименте… поразили намного больше. Что за оружие? У меня было нехорошее предчувствие. — Что же это? — тут даже Саша опешила и уставилась на Инка. — Эй, мы их никуда не пустим, пока не расскажешь! — Эй, мы и сами за себя постоять можем! — возмутился Свят, но никто, кажется, не обратил внимания. — Это рискованно, но другого выбора у нас нет, — Инк закрыл глаза и склонил голову. — Нам нужно создать для Даши и Свята амулеты.
