Часть IV. Глава 3. Люди или монстры? Даша - Свят.
5 января 2020 г., 14:00
Холод стоял страшный, и согревала лишь магия, исходившая от тел. Перевернутый на раненую спину Блудник мирно спал, я видела, как еле-еле вздымается его грудь. Но ресницы не дрожали, как перед пробуждением, вот уже несколько дней. Руки, прижатые к животу, скрывали револьвер — из него он стрелял в Эррора, когда Барьер рушился. Рядом с ним лежали его товарищи по вселенной, точно такими же чарами маги сохраняли их души. С обычными монстрами такое не прокатит, тогда сказал мне Асгор, только человеческие души способны перенести на себе эту магию. И вот, в живых они остались: Блудник и пятеро вояк с львиной гривой, третьим глазом на лбу, чешуей и крыльями.
Но они не просыпались. Они были вроде мертвы, но живы. Сердца бились, кровь бегала по венам, но остальное…
Я поморщилась, когда дотронулась до шерсти на голове друга, но не почувствовала ничего, кроме боли от воспоминаний. Я вспомнила, как его и Инка накрыла пыльная завеса, и оба пропали. Нам с друзьями пришлось бежать, но потому что сражение шло не в нашу пользу. Люди прорвались на зону боевых действий, но при этом монстры продолжали друг друга рвать на куски. Это было страшное поражение.
Святослав сидел рядом, а за ним, возвышаясь горой из бурой шерсти, был Лохматик. Яростная была с другого бока от Рожнова, обхватив его запястье своим хвостом. А монстр всхлипнул и сильной лапой прижал меня к себе, как плюшевую игрушку. Я старалась думать позитивно. Не могло их остаться только трое, как и не мог Крыло Ворона навсегда покинуть домоседов, уборщиков и дровосека с окраин Сноудина. До сих пор не верилось, что братья, так не похожие друг на друга, навечно закрыли глаза и ушли вслед за Охотником. Теперь от нашей команды остались только я, Святослав, Пернатка, Ocean!Санс, Лохматик да Яростная. Четверых уже не в вернуть…
«Хватит! — я одарила свою пессимистичную «я» оптимистичным ударом по лицу. — Как ты не понимаешь, что отчаиваться рано? Мы найдем способ их вернуть. Это же Андертейл!».
Я бы хотела снова включить веселую и ветреную девочку-анимешницу, но после пережитого и потери родного человека у меня не хватало сил смотреть в светлое будущее. Мне оставалось лишь отвлекать себя мыслями, а могли бы наши друзья из безымянной АУ быть людьми, и что будет, если я сейчас вырвусь из хватки Лохматика. А он прижимал меня к себе, с заботой, с которой он смотрел только на Яростную. И сейчас пушистый здоровяк перевел темные глаза на кошку, ища в ней поддержку. Та сидела с каменным лицом. Но я видела в красном взгляде что-то похожее на отчаяние.
— Все будет хорошо, — сказала Яростная ледяным голосом. — Святослав?
— М? — мальчик, который долго смотрел в пол и не смел посмотреть на тела, поднял голову. Он взглянул на серо-полосатый хвост, мягкой живой веревкой обмотавший его руку.
Яростная ничего не ответила. Она просто хотела убедиться, что Рожнов еще с нами.
А я обернулась. За спиной лежали черные плотные мешки, через которые не проникал запах гнили. Трупы не рассыпавшихся монстров и людей, множество детей. Скоро их похоронят. Когда, конечно, можно будет выйти на Поверхность…
Сразу, как Темми, оказавшаяся с нами в Новом Доме, переместила нас, мы со Святом очутились под Замком Советов. Аня и Саша здесь уже были, когда искали замки от волшебных ключей. Теперь же под его основанием, глубоко в подвалах древнего дворца скрывались выжившие монстры Альянса. Серафим разрешил Асгору, Жрице и Инку эвакуировать остатки проигравшей армии в этих пещерах, с условием, что они не втянут его подопечных нейтралов в кровопролитную войну.
Когда мы пришли в себя, то, конечно, не сразу вникли в происходящее. Прошло уже несколько дней, и мы вроде как смирились. Я не хотела прятаться. Святослав не хотел. Яростная зло размахивала хвостом, несмотря на простую и, главное, логичную речь короля — когда монстры немного оправились, Асгор собрал совет, на котором пояснил нынешний распорядок дел. Никто не должен выходить на Поверхность, пока войска Эррора не отступят хотя бы на милю от Замка Советов. Ни одна живая душа не имеет права выходить без разрешения или справки, что его раны полностью залечены.
В общем, сидели всей гурьбой взаперти. И постепенно сходили с ума. Мы проиграли, и теперь Эррор присвоил себе всю наземную территорию, фактически окружив Эббот. Гастер рассказывал, что существуют лабиринты, по которым можно выбраться из Замка Советов в Подземелье, но это в случае, если Руины будут свободны (судя по началу нашего приключения, это вряд ли) и мы не напоремся на кракена. Тут был кракен. И, кажется, Аня с Сашей с ним успели пересечься в прошлом таймлайне. Вдобавок многие говорили, что в катакомбах произошёл обвал. Был ли он вызван Эррором специально или нет — я не знаю. Да это и не важно.
Чья-то низкая мрачная тень скользнула по дверям в больничную часть помещения. Я увидела два разных глаза, голубой и желтый, и белые кости пальцев, виднеющиеся из-под тонких кожаных перчаток. В своем походном обмундировании к нам вышел Инк. Кисточки за спиной не было, но при этом скелет облачился в темно-серую обтягивающую кофту, голубую куртку намотал по бокам. Шарфа не было, ведь он потерял его в битве на Поверхности. Инк приветственно кивнул нам, а мы — ему.
Какое-то время все снова молчали. Радужный прервал тишину, когда прошел через трупы к следующей двери, которая стояла в углу комнаты и вела в место, где выжившие лидеры могли переговорить планы на будущее. Оттуда как раз выходил Асгор в свалявшейся фиолетовой футболке. Уж не знаю, почему они выбрали именно эту комнату, или почему здесь, где мы сидели, складывали тела погибших. Инк остановил короля, начал говорить. Я слышала обрывки фраз, стараясь связать их во что-то логичное и важное, но получалось такое себе. «Ториэль?», «Ага», «А отряд когда?», «…никогда». Асгор выглядел встревоженно. Да и я при имени мамы-козы заерзала.
Тогда они повернули в сторону основной пещеры. Я, Яростная, Свят и Лохматик переглянулись. Мы все пытались расслышать разговор монстров, и всем, похоже, стало интересно, о чем они. О Ториэль? Это очевидно. А о чем еще? Сейчас выясним. Кошка навострила уши, медленно двигаясь в сторону двух командиров. Инк с уверенностью что-то заявлял монстру, но Асгор, согласно кивая, все равно тревожно озирался по сторонам. Я врезалась в хиппи-Вимсана в безумно красочных розовых очках и завалилась на бок, но Свят вовремя пнул меня со спины, и я устояла на ногах.
Я также видела мимо проходившую Жрицу. Её глубокие глаза давно не знали сна. Может, поэтому она так часто во что-то врезалась и огрызалась на любого, кто спрашивал о её состоянии. Туманника с ней рядом с ней было, только обгрызенное яблоко (где она его взяла?) в руке. Королева Чертовой Дыры была одета в длинную куртку бутылочного цвета, голова была спрятана под капюшоном. Такой хулиганский вид, идущий вразрез со статусом Жрицы. Потом Лохматик показал пальцем мне на Swap!Альфис. Она в одиночестве поедала похлебку. Раньше-то с ней сидел Shift!Папирус и еще несколько монстров, которых больше нет.
Укол вины пронзил сердце. Жертв могло быть меньше, если бы устоял Барьер. Инк защищал его, пытался восстановить прямо на поле боя, но сил оказалось слишком много, а подступавших врагов — лавина из копий и щитов, что сыпалась со всех сторон. Я должна была помочь, просто обязана. Способности позволяли мне сделать нечто подобное.
Я чувствовала себя виноватой в крушении Барьера.
Вечером после приема пищи все разошлись. Я и Святослав почти не разговаривали, только парой фраз перебросились за целый день. Теперь тупо смотрели друг на друга, когда, привлекая внимание толпы, вышел Туманник и похлопал в ладоши. Инк стоял рядом, в руке была знакомая кисть больше него самого. Я похлопала глазами и почесала голову. И чего они хотят? Опять объявление?
Пернатка, Ocean!Санс, Папирус, Восьмирук, Wasteland!Фриск, Клинковый Зуб и еще несколько монстров и людей посмотрели в их сторону. Я поерзала на месте, сердце у меня сжалось в предчувствии чего-то плохого.
— Прошу немножечко внимания! — наконец крикнул Туманник. Он вытянул руку назад, указывая на Инка. Его глаза, стоило один раз моргнуть (и как только скелеты мигают?), меняли цвет и форму — вот зеленая звезда и синяя, как поздние сумерки, кисточка. А через секунду на их месте были почему-то оранжевое яблоко и сочно-красный кружок. Инк выступил вперед, улыбаясь толпе, и Туманник уступил ему место.
— Одно объявление, — сказал Радужный, который оглядел кольцо монстров и стукнул художественной кистью по полу. — Мы решили, — он кивнул Жрице, стоявшей между Bird!Гриллби и Белым Волком. — что, пришло время сходить к Серафиму. Он, как один из самых сильных и великодушных монстров мультивселенной, дал нам приют. Мы обещали не ввязывать его в конфликт с Эррором, что и делаем — не лезем к нему. И все-таки, мне кажется, стоит его поблагодарить за оказанную помощь. Я собираю команду добровольцев, которые поднимутся в Замок Совета вместе со мной и…
Дальше я слушать не стала. Ясно, будут выбираться к Серафиму. Возможно, с ними пойдем мы со Святом, но в данный момент я, ужасно разленившись и устав за день, больше всего на свете жаждала покрепче вздремнуть. Именно поэтому я не стала дослушивать, а просто пошла прочь.
Как ни странно, за мной погнался Свят.
Он замахал поднятой рукой, и так до того момента, пока мы не спрятались от посторонних глаз. Мне сразу стало понятно, что разговор предстоит только между нами, и потому я довела Святослава до укромного места. Это было узкое пространство посередине коридоров, я видела нечто подобное в старинных музеях, когда в них подразумевались архитекторами потаенные ходы. Вот и здесь, за каменной плитой, устроилась комнатка, через которую можно было подслушать сплетни вояк, а с другой — о чем судачат старики, проходившие мимо.
Я сложила руки на груди. Рожнов долго смотрел на меня, поджав губы, а потом оглядел темную комнату, освещаемую слабым белым светом кристаллов, которые торчали из грубых каменных стен. Он замычал, будто думал, как начать разговор. В его глазах я видела нерешительность. У меня же созрела мысль, что, возможно, его слова настолько страшны, что доведут меня до обморочного состояния. Или дикого смеха.
— Ну? — прервала я тишину. — Это что-то важное, или я могу пойти лечь спать?
— Важное! — поспешил заверить меня Святослав. — Очень важное, просто я… — он стиснул зубы. — Не знаю, как выразить свои мысли. У меня такое впервые, и поэтому я абсолютно растерян, — он заметил перемены в моем лице и, набрав в грудь побольше воздуха, потряс головой. — Прикинь, что ты видела мертвеца.
— О, я видела. Её зовут Лиза, — пожала плечами я. — Она зеленая душа. Мне казалось, ты и своего видел…
Мальчик покачал головой.
— Это другое, — сказал Свят тихо и нагнетающие, словно сейчас разожжет костер и начнет рассказывать страшные истории, которые придумал только что. — Понимаешь ли… я видел Охотника.
Теперь мне стали ясны причины замешательства друга. Он не был напуган, а именно растерян. Не знал, как выразиться правильнее, чтобы я не посчитала его больным. Хотя показаться больным в мире, где злобный цветок-геноцидник превращается в козлиного бога смерти и чужие жрет души, а скелеты динозавров носятся по полю боя с оравой кричащих монстров на спине, — надо постараться.
— Оу… — я неловко потерла затылок. — Он… что-то говорил?
— Да. И в этом заключается моя главная проблема. Я ничего не понял.
Он вкратце пересказал мне все. Как еще живой Охотник вместе с Яростной и Лохматиком помчались к порталу, который, по догадкам Святослава, вел в Оригинальную Вселенную. И как этот же Охотник в образе духа пропел странное пророчество.
— Возможно, — после своего рассказа, сказал Святослав. — Их души людские. Возможно, наши друзья и вправду были людьми…
— С чего ты это взял? — прервала я. — Во сне прямо говорилось?
— При взгляде на них у меня всегда такое ощущение. От их историй, их физиологии. А этот сон, он… я не знаю! Просто чувствую, вот и все.
— Так, попридержи коней, — попросила я, выставив вперед руки. — Ну окей, допустим, был когда-то Пернатка красивым аристократом с леееегким пристрастием к порошку. Что нам это даст сейчас?
— Ничего, — вздохнул Рожнов.
— Именно. Поэтому успокойся и обрати внимание на слова Охотника. Новая миссия. Что это может значить? Он показал тебе отрывок из своего прошлого. Из жизни в Чертовой Дыре. Может…
— Я знаю, что ты скажешь, — фыркнул Святослав, сморщившись. — В свое Подземелье он нас, поверь, не зовет. Поэтому я предположу, что это связано… — он снова запнулся. — Ну, с Аней и Сашей?
— На почве последних событий, наверное, — я почувствовала, как сердце у меня сжалось, живот скукожился подобно осеннему листу в сухую теплую погоду. — Но это совсем не вяжется с его видением.
— Почему?! — возмутился друг. — Может, они в Чертовой Дыре! Может, им нужна помощь. Эти два клана…
— Туда бы их Эррор точно не отправил. А если и да, то ничего Саше с Аней не грозит. Скорее, их врагам, которых они наверняка встретят, — я выдавила из себя самую убедительную улыбку. Хотела верить в собственные слова, но не была уверена. Хотела просто приободрить Святослава, который своими глазами видел произошедшее с нашими друзьями.
— Они живы, — подтвердил Святослав. — Я знаю это. Чувствую душой, потому что в другой ситуации меня бы переполняла несправедливость. Но черт… а если они даже не помнят себя? Или…
Я вздохнула.
— Не пугайся раньше времени. Поверь, сейчас всем тяжело. И пока с девочками что-то происходит, пока они слишком далеко от нас. Но мы знаем, что те живы — значит, сейчас нам лучше думать о тех, кто рядом.
Он кивнул.
— Хорошо. Я тебя понял.
***
Ни свет, ни заря, меня подняли вместе с остальными. Я с трудом поднялся со своего спального места, потер заспанные глаза, которые от непривычки неприятно щипало. Кто-то требовательно тряс меня за плечо, иногда пинал ногами. Когда я отвернулся от вандала, над ухом прозвучал громкий звон — не то будильника, не то барабанных тарелок. Я распахнул глаза и резко поднялся, от чего голова пошла ходуном. Поласкав растрепанные, как у ежа, темные волосы, я обратил взор на Туманника. Тот выглядел свежо, словно только что из душа. Но в глазах монстра я читал неимоверную усталость и нежелание куда-либо тащиться. Иным словом — лень. Туманник подшил порванные рукава, на месте его раны сейчас висела чистенькая кольчуга, и непонятно было, а что с проделанной Эррором дырой в ребре. — Доброе утро, человечек! — добродушно поздоровался со мной монстр. — Ну как спалось? — Ужасно. А пробуждение вообще ни в какие рамки, — буркнул я, выскакивая из теплого спального мешка, пахнущего мандаринами из прошедшего сна. Теперь я вспомнил, что сегодня собирался сделать и скривился. Сам себе приговор вынес, молодец. — Сколько уже? — Еще успеем, — заверил Туманник. — Вот увидишь, будет круто! — Не уверен… Я быстро поднялся и переоделся. Ужасную вонь из собственного рта чувствовал и я, но, привыкший не чистить зубы и в принципе редко умываться, просто смирился. Вот выберусь из Подземелья, ветеран войны, и прополощу десны сто раз, голову помою — еще двести. Всему свое время, думалось мне. В общем, когда я был полностью готов, и остальные начали подтягиваться. Инк шел между рядами спящих и пробудившихся монстров, хлопал некоторых по плечу и говорил на ухо. Приблизительно через двадцать минут вокруг меня, Инка и Туманника сгрудилось еще три монстра: Гриллби, Флауи в скачущем горшке и Азриэль (все из каких-то там АУ, не придирайтесь). Мы поднялись к Серафиму из туалетов. Знаю, звучит глупо. Самым удобным способом выбраться на Поверхность, где располагался Замок Советов, оказался выход из воняющей комнаты для облегчения нужды. Я, правда, задавался другим вопросом. А примет ли нас в свои покои Seraphim!Санс? Может сам Замок отвергнуть гостей, увидев их тайные мыслишки? Ведь, как ни крути, ни один день не обходился без жутких образов ушедших. И почему-то рядом со всеми, кого уже нет с нами, был Эррор. Когда мы увидели конец длинной лестницы с крутым наклоном ступени, которые замшели со временем, я услышал голоса. Много, все, как один, спорили о капусте или рассказывали друг другу различные истории, судачили о нынешнем распорядке дня. Я поморщился. Все же, после поражения Альянс спрятался и даже в подземных туннелях, где враги бы не нашли повстанцев, старался держаться тихо. Я отвык от постоянного шума. — Какие гости! — со всех сторон раздался громогласный бас, заставивший вздрогнуть каждый волосок на моем теле. Я выпрямился стрункой, посмотрел наверх и знатно оху… удивился. Флауи подскочил в своем горшочке и прижался к ноге Азриэля. Туманник с неловкой улыбкой помахал хозяину Замка, хотя я видел, как дрожали его коленки. Mafia!Гриллби спрятался у меня за спиной, вспыхнув сильнее прежнего. Я боялся, что он сожжет меня от страха. Только Инк остался неподвижен, а на черепе красовалось довольное выражение. Его глаза блестели при взгляде на Серафима. Я помню, как читал о нем информацию в вики по Альтернативным Вселенным «Undertale». Признаться, его рост казался внушительным, цветовая гамма пугала и резала глаз. Потом я прочитал оригинальный комикс и офигел еще больше. Но теперь я видел Seraphim!Санса воочию и не мог не отметить, что выглядел этот монстр и вправду необычно. Имея в виду то, что, в отличии от прочих других монстров, в нем, как и в Эрроре, Инке или Wasteland!Асгоре, чувствовалось могущество. Сила, с которой лучше не сталкиваться. Это был огромный скелет, достающий до самого потолка, с тремя парами разноцветных крыльев: одна - лишь сиреневая костяная основа, другая - кожаная голубая, и третья, покрытая переходящим из золотистого в бордовый оперением. И на каждое крыло приходилось по глазу. — Здравствуй, собрат! — выкатив одну ногу назад, поклонился Инк. — А мы вот… благодарить пришли! Серафим довольно ухмыльнулся, и третья пара крыльев, та, что красно-желтая, засверкала, будто пламя. Особенно по одному глазу на них — зеленый и голубой. — Д-да, — поспешно преклонил колено я и заставил Азриэля с горшком в руках сесть. — Рады видеть в добром здравии и… тому подобное… Скелет посмотрел на меня сверху-вниз, его огромные глаза с интересом вонзились в самую душу. Представьте, что вас пронзили иглой в сердце — вот то же самое почувствовал я в тот момент. На меня смотрит одна из самых могущественный версий Сансов и просто очень сильный монстр мультивселенной. Как вам такое? — Я вижу твой страх, — поднял руку нейтрал, как бы говоря, чтобы я остыл и остановил свое красноречие. Страх перед сверхсуществом заставлял говорить действительно странные вещи. — Не бойся. Я не опасен. «Легко сказать, с твоим-то ростом!». Инк продолжил учтиво посыпать Серафима благодарностями. Он не забыл упомянуть, как громила помог добыть амулеты Храбрости и Настойчивости, которые внесли свой вклад в проигранном сражении, и три раза поблагодарил за отданную в аренду подземную часть помещения. Серафима явно забавила вежливость Инка, и тот кинул в него… мяч. Мягкий мяч размером с мою комнату. Туманник вскрикнул раньше всех. От его благого вида и решимости не осталось и следа. Он подпрыгнул, упал на колени и закрылся руками от плюшевого метеорита, но в тот момент его поймал Инк. Лидер Альянса замедлил его ход и спокойно положил в свои руки — пускай брошенная игрушка и была в десять раз больше него самого. Но я на всякий случай отшатнулся. Серафим расхохотался, смахнув подступившую слезу. — Простите за мое ребячество! — взмолился он, давясь смехом. — И за невежество тоже! Но вы такие милые! — Спасибо… — отдышавшись, промямлил я. — Вы тоже очень… интересная личность. — Ага! Да! — затараторили все, как один. Инк бросил мяч в ответ, и скелет-великан поймал его одной левой. Кажется, они друг другу понравились. И Серафим был слегка смущен таким почтением со стороны него самого, пускай и версии другого измерения. Далее скелеты начали рассказывать друг другу дурацкие шутки и каламбуры, которые — какое совпадение! — приходили в один и тот же момент, причем, с одним и тем же содержанием. Не иначе, как один монстр все придумал. Только их двое. В общем, не обессудь, я сам запутался в том, что говорю. Нам пришлось оттаскивать Инка от Серафима, кто-то из поданных этого Санса попытался докричаться до своего покровителя, но его едва не задавил величественный палец. Мы ушли быстро, и я был счастлив, что пытка костяными, костлявыми и костными каламбурами кончилась. Я и команда вернулись тем же путем, коим и пришли сюда, то есть, через туалет. Спускались мы оперативно, и потому я дважды навернулся на собственную штанину. От полного краха меня также спасал Флауи, поддерживая шершавыми лианами с рыжими листиками. По пути я думал над словами Даши. И правда, куда могли деться Саша с Аней? Куда Эррор отправил их с гарантией, что те ни за что не выберутся? Казалось бы, даже смерть их не остановит, если у тех волшебные амулеты. А значит, что-то страшнее… намного страшнее. Место, откуда еще ни одна душа не выкарабкалась. Но если у Эррора имеются знания о подобном измерении — возможно, не такое оно уж и непроходимое? При взгляде на Инка на краешке сознания вспыхнула мысль — порождение надежды и легкого безумия. Да, я однозначно сбрендил, раз подумал об Антипустоте! Ну не могут подруги оказаться в настолько ужасном месте, где толком ничего и нет? Оказавшись в убежище, я первый делом подумал о сне: хотелось вновь залечь в спальный мешок и не просыпаться примерно пятнадцать часов. Но голод не дал мне сделать задуманного, я стал думать, как добыть себе еды. Время раздачи пищи я наверняка пропустил, просить пищи не вариант — мы и так живем впроголодь, а тут какой-то мальчишка разнылся — видите ли, пожрать не дали! Мне осталось искать себе занятие. А есть ли лучше дело, чем наведаться к спящим? Именно, что спящим — ни живым, ни мертвым. В помещении оказалось все также холодно. Я уверял самого себя, что в прошлый раз было теплее, а потом понял — это мой страх морозом окинул каждый лоскуток кожи. Просто вид тел наводил оцепенение. Вроде трупы, но живые, способные еще проснуться. Когда, никто не знает, только надежда позволяла верить в скорое пробуждение друзей. Эта надежда и теплилась в сердце Пернатки, которого я увидел возле тела Блудника. Коричневый монстр не спал несколько ночей. Его дырявая одежда мешками свисала с худого тела, а выпуклые глаза покраснели. Не от недосыпа, с ужасом понял я, почуяв мерзкий запах бодрящего порошка. Его белые крошки были даже на кончиках пальцев Пернатки. И где он нашел кокаин? Как может использовать в такой момент? А помогает ли? — Привет, — поздоровался я с другом, не отрывавшим взгляда от Блудника. — Ты… «Ты как? Ой, блин, а как ему быть, умник?». — Ты долго здесь сидишь? Пернатка косо посмотрел на меня, на руках и ногах распушился короткий мех, длинные вислые уши встали топориком. Его приплюснутая морда дрогнула. — Не знаю, — пожал плечами Пернатка. — Не считал. Он похлопал по ледяному полу когтистой лапой. — Присядь, — блеск в кроваво-красных глазах насторожил меня, но я послушно сел и стал ждать, что же скажет монстр. Он приложил белые пальцы к носу, вдохнул и зажмурился. Я с жалостью смотрел на него: измученного, потрепанного и невероятно уставшего от жизни. Казалось, после гибели Крыла Ворона и тяжелого ранения Блудника Перчатка потерял всю жизненную энергию. И взялся за старое — за наркотики. От моего неплохого настроения не осталось ничего. Будто приятное утро, начатое с идиотских каламбуров двух очень могущественных скелетов — только сон, спроецированный всеобщим унынием. Чтобы окончательно не погружаться в думы о мрачном будущем… — Ты хочешь что-то рассказать? — спросил я, когда Пернатка вытер ладони и хихикнул, мелко дрожа. Не думаю, что пригласил бы монстр просто так. — Ага, — кивнул тот. — Мы сидим у тела Блудника, а поговорить хочу о Крыле Ворона… Я стал слушать с глуповатой улыбкой. Просто был рад, что Пернатка не пугает меня байками о трупах людей, не выдирает волосы, а просто… говорит, как со старым другом. — Зануда — да и только, — рассказывал Пернатка. — Не, он-то смышленый, но палку частенько перегибал. В отличии от импульсивного Блудника, этот пернатый мог думать холодно, стратегически, при этом не изменяя зову сердца. — Он и вправду был добрым, — согласился я. Сразу вспомнились глаза монстра-птицы: нежные и умные. — Однажды мы… — ненадолго запнулся Пернатка. — Влипли в крайне неприятную историю. Знаешь, такие моменты, когда тебя хочет убить Дьявол? — Ага, как же. Знавал одного рогатого… и очень большого. Пернатка хмыкнул. То ли я не понял метафоры, то ли это была совсем не метафора, и Сатана взаправду мог прикончить троицу. Выходит, в мире Чертовой Дыры существует Ад? А, хотя… не хочу думать об этом. Мне хватает и того, что от верной гибели меня спасла кото-собачка с кусочком божественной силы. — Блудник… — продолжил монстр. — Хочешь о нем услышать? Кивнул. — Ну, он, как я уже говорил, был пылким воякой. Сильный духом и по-настоящему храбрым. Не думаю, что будь Блудник чуть трусливее, возглавил наш поход до базы. Как же это было давно! — Пернатка потянулся и блаженно прикрыл глаза. Я и сам с ностальгией вспомнил те времена. Отель МТТ, Маффет, побег от каннибалов… не думал, что буду скучать по первым дням в Подземелье. Они теперь казались безоблачными, сказочными и простыми. Всего-то разгромить лагерь рейдеров и спасти друзей! Всего-то растоптать пару сотню пауков! — Ты помнишь свою клятву? — задал я вопрос, пока Пернатка, погруженный в светлые воспоминания, качался вперед-назад. — Больше никогда не использовать силу? Да, — на глаза у него навернулись слезы, будто то воспоминание кинжалом проехалось по сердцу. — Я помню. Многое помню. — Но ты её все-таки использовал. — Самую малость. На пороге из больничного крыла меня встретила Жрица. После разговора с Пернаткой я, пошатываясь, думал о бремени монстра. Наверное, именно ему я и остальные посвящали слишком мало внимания, и только Блудник вспоминал о существовании этого зависимого от марихуаны и кокаина бедолагу. Монстра с ужасающей силой, которую я все еще помню: яркая вспышка и блеск крыльев, которых в обычное время у Пернатки не видно. Женщина стеклянными глазами осмотрела на меня. На её исцарапанном лице напряглись все мышцы. Тревога. Жрица беспокоилась о чем-то — я опустил голову пониже, разглядев, как пальцы нервно мнут одежду. Из-за спины вышла Даша. — Нам тоже надо поговорить, — сказала Жрица. — Об Охотнике. Теперь я понял. Так же выглядел я, до конца не понимающий, почему мертвец пришел ко мне во снах…
