В последнее время ты слишком много плачешь
— Чёрт! Вот ведь идиотка! — шипит она, вскакивая с кровати. — Идиотка, о чём ты вообще думала?! — голос неровный, дрожит. Она начинает наспех одеваться. Находит взглядом порванное платье, хватает и дрожащими руками натягивает его. Взъерошенные волосы спадают на лицо и плечи. Молния на платье заела и никак не хочет застёгиваться. Касуми нетерпеливо дёргает бегунок вверх, но тот и не думает двигаться с места. Девушка злобно рычит, пытается ещё раз, но всё безрезультатно. — К чёрту!! — срывающимся на крик голосом бросает она и бессильно сжимает руки в кулачки. Эмоции душат, и девушка присаживается на край кровати. Запускает руки в волосы и до боли сжимает их. В тяжёлой тишине слышится её шепот: — Всё к чёрту... Касуми дышит часто, всё сильнее сжимает волосы. Разжимает и вновь сжимает кулачки, случайно задевая кожу на голове, царапая её до крови. Но она даже не понимает, что делает, не чувствует это. А эмоции всё душат, и она жадно глотает воздух ртом. Но этого мало, словно чьи-то костлявые руки вцепились в её шею и не отпускают. — Прости... — слышит она тихий мужской голос и горько усмехается. А толку от сухого "прости"? Оно ничего не исправит. Ей хочется рассмеяться, громко, ненормально. До боли в животе и слёз. Но вместо этого она молча обнимает себя за плечи, стараясь не терять самообладания. — Не нужно. — так же тихо говорит она. — Мы оба виноваты. — молчит, кусает нижнюю губу. — Да и твоё прости уже ничем не поможет. В комнате вновь воцаряется молчание. Оно давит, сводит с ума. Но говорить никто не торопится – от этого станет только хуже. Касуми хмурится, делает глубокий вдох. Но этого недостаточно. В комнате душно, ей хочется свежего воздуха. Хочется побыть наедине с собой. И только она поднимается, чтобы выйти из комнаты, как дверь тихо открывается, и в комнате включается свет. Взгляд янтарных глаз встречается с удивлённым взглядом голубых. За парнем вырастают ещё две мужские фигуры. Пронзительные взгляды серых и тёмных глаз устремлены на неё. А она стоит в порванном платье, босая и с растрёпанными волосами. Дышит часто, а глаза быстро-быстро бегают. Но всё же девичий взгляд останавливается на парне, и Касуми поджимает губы. На место злости приходит стыд и чувство вины. Её шатает и она делает шаг назад. — Ка.. суми... — несвязно говорит Наоки. — Почему? — полушепотом произносит он, в голубых глазах промелькнула боль, которую он поспешно скрыл за злостью. Разум застилает ненависть и он теряет связь с сознанием. Перестает что-либо понимать. Бросает в сторону брата гневный взгляд, руки автоматически сжимаются в кулаки. Наоки встречается со взглядом фиалковых глаз и лишь стискивает зубы. Не замечая пустоты в глазах брата, двигается в его сторону. — Наоки, подожди!.. — Касуми испугано ахает и поспешно закрывает собой Томоэ, в её глазах отображается ужас. И в этот момент Наоки застывает на месте. Звонкий голос девушки смог подействовать на парня – все черти затихли, разум постепенно прояснился. Он смотрит на девушку несколько недолгих секунд и пытается понять, почему она это сделала. Почему так поступила с ним, перечеркнула всё то, что между ними было. И прежде чем Наоки отворачивается, Касуми замечает в его взгляде боль. Замечает этот немой вопрос, от которого стыд с удвоенной силой ползет по горлу, её тошнит. Но вот он поворачивает голову и крепко закрывает глаза, вновь сжимает кулаки. Пытается совладать с эмоциями. Но паршивое чувство становится сильнее, сжимает сердце и впивается в него когтями. Наоки сводит брови к переносице, пытается заставить себя уйти. Судорожно втягивает носом воздух. — Я.. — начинает девушка, но тут же закрывает рот, когда вновь сталкивается с голубыми глазами. Такими мрачными, безжизненными... И от этого сердце болезненно ухает вниз. Наоки поворачивается к Касуми спиной и быстрым, уверенным шагом покидает комнату. Последнее, что она видит, это его напряжённая фигура и низко опущенная голова. Вот так просто, без криков и грубых касаний, даже не хлопнув дверью, он уходит. Покидает её. И от всего этого кошмара хочется выть. Уж лучше бы он кричал на неё, лучше бы оставил синяки на запястьях, чем вот так молча ушел. Повисшую тишину нарушает мужской голос, женских плеч касаются шершавые ладони и сжимают. Это её отец. Он что-то говорит ей, но она не слышит. Поэтому её трясут, но и это не оказывает должного эффекта. А где-то за спиной слышится голос отца Томоэ. Мужчина о чем-то спрашивает, повышает голос. Но всё это в одно мгновение затихает. Понимание того, что всё разрушила сама, бьётся о черепную коробку. Скребёт своими когтями, и дикий, почти животный страх окутывает сознание. Сердце бьётся в бешеном ритме. А перед глазами всё ещё стоит взгляд голубых глаз. «Он ненавидит меня.. не хочет видеть и слышать...» – шепчет воспалённый разум, и Касуми качает головой. Даже так она отказывается верить в это, отказывается принимать. Поэтому, не помня себя, она срывается с места и бежит за парнем. Задевает плечом своего отца, который что-то кричит ей вслед. Но она никого не слышит. Не хочет слышать. Единственное, что она хочет, это всё исправить. Или же хотя бы спасти то, что осталось. Так просто она не сдастся. Просто потому, что она не может по-другому. Потому что она не сможет без Наоки. И если ей придётся вымаливать прощение, она без промедления сделает это. Наступит себе на глотку, заткнет свою гордость, но будет на коленях ползать перед ним. Лишь бы он позволил ей быть с ним. — Наоки! — зовёт она парня, пытается отчаянно докричаться до него. Повторяет его имя, словно в бреду. Словно больше никого нет. — Наоки.. Касуми пытается догнать парня, но в итоге останавливается и смотрит на то, как он исчезает за дверью. Секунда, вторая. Касуми смотрит на дверь и чувствует, как к горлу подступает ком, а глаза начинает щипать. В голове пустота. Ей хочется вновь кинуться за ним, но понимание того, что ему необходимо сейчас побыть наедине останавливает. Да и имеет ли она теперь право бежать за ним, называть по имени? После такого мерзкого предательства она вряд ли достойна одного его взгляда... — Касуми! — слышится вдалеке строгий голос отца. И это возвращает её в реальность, заставляет вздрогнуть. Вновь почувствовать страх. И чтобы не видеть отца, его полного разочарования взгляда, она бежит прочь. Бежит от всех этих людей, чтобы не видеть их осуждающих взглядов, не слышать их. Она понимает, что всё это заслуженно, но единственное, чего она хочет на данный момент, это побыть одной. Касуми выбегает на балкон и закрывается там. Пытается отдышаться. Прижимается к двери спиной и медленно сползает вниз. Ветер путается в её волосах, холодный воздух проникает в лёгкие. Но легче не становится. Касуми низко клонит голову, впивается ногтями в ладонь. До крови, до боли. Настолько глубоко, насколько это вообще возможно. По щекам стекает первая слеза и бесшумно падает на холодный кафель. Боль и отчаяние медленно превращают все внутренности в кровавое месиво, ей вновь трудно дышать. За дверью раздается голос отца, он нетерпеливо стучит в дверь. — Касуми, сейчас же открой дверь! — требует мужчина. — Касуми! Но Касуми не обращает на него внимание. Лишь сидит, сложившись пополам, и пытается заглушить боль. Солёная влага бежит по её нежным щекам, девушка тихо всхлипывает. Но весь этот ад только усиливается, становится невыносимым. Держать всё это в себе с каждой секундой всё труднее и труднее. Касуми хватается за голову, чувствуя, как теряет контроль над эмоциями, и они топят её с головой. Требовательный мужской голос заглушает истошный женский крик. Крик, что переходит в неудержимые рыдания. — Ненавижу.. как же я ненавижу... — сдавленно шепчет она. — Я отвратительна... Её мир разрушился в одно мгновение. Все то, что она долгие годы создавала, поломалось по её же вине...
***
Касуми просыпается от того, что её плеч касается что-то мягкое, теплое. Она открывает глаза и поднимает голову, встречается с тёплым взглядом любимых глаз. Наоки заправляет выбившуюся прядь за ушко девушки и еле ощутимо касается нежной щеки. Заглядывает в янтарные глаза. — Я снова уснула? — интересуется девушка у парня, алых губ касается вымученная улыбка. Наоки улыбается в ответ, присаживается перед девушкой на корточки. Берёт женские руки в свои. Холодные ладони чувствуют тепло. — Да, — кивает он головой, — ты снова уснула. Касуми разглядывает лицо парня, внимательно всматривается в каждую черточку. Хочет надолго запомнить эти голубые глаза, мягкую улыбку... Словно в последний раз. Она отгоняет эти мысли, не хочет думать о том, что им придётся когда-нибудь расстаться. Освобождает одну руку и проводит по мягким белоснежным волосам.— Касуми... Почему?
Широко распахнутые глаза, в которых плещется боль. Напряжённая фигура парня и чувство вины. Этот образ всплывает в голове мгновенно. Женская рука замирает, Касуми смотрит на парня отсутствующим взглядом. Улыбка искажается. Где-то глубоко в душе вновь скребут кошки. И Наоки замечает, как в её прекрасных глазах потухает блеск. Девушка отводит взгляд в сторону, ладонь плавно соскальзывает с его волос. Парень ловит её руку и их взгляды тут же сталкиваются. — Что произошло? — напрямую задаёт он вопрос, наблюдая за выражением лица девушки. И как он ожидал, на грустном лице промелькнула тень страха. Алые губы задрожали, свободной рукой Касуми сжала ткань платья. Девушка понимала, что от его глаз не укрылся ни один её нервный жест, поэтому пыталась успокоиться. Она чуть ли не приказывала себе сделать это, надеялась, что всё обойдется. — Я вспомнила один кошмар.. — начала Касуми дрожащим голосом. — Который приснился мне. — говорить почему-то было трудно, словно что-то давит. — Который снится мне почти каждую ночь. Девушка смотрит в мужские глаза и понимает, что не может отвести взгляд. Словно парень не позволяет сделать этого. Касуми знает, что Наоки хочет понять, врёт она ему или нет, но она может не бояться. Она сказала правду, просто опустила одну важную деталь. Но ему она не скажет. Хотя он, наверное, и так знает об этом. Сколько раз она просыпалась с криками, в холодном поту и со слезами. Сколько раз она молча вскакивал с кровати и бежала в ванную, чтобы умыть лицо ледяной водой и убедиться в том, что это был кошмар. Обычный кошмар, который никогда не повторится, но и никогда не перестанет преследовать во снах. Касуми тихо ахает, когда Наоки вдруг резко поднимается и крепко обнимает её. Утыкается в её темные волосы, вдыхает любимый аромат. Шумно выдыхает, обжигая её кожу и вызывая табун мурашек на тонкой шее. Чувствует, как девушка поспешно обнимает его за шею, прижимается к нему. Несколько мгновений тишины, и до ушей парня долетает предательский всхлип. Отстраняется и смотрит на то, как слёзы стремительно стекают по щекам и падают вниз. Наоки касается ладонью её лица и осторожно утирает солёную влагу. — В последнее время ты слишком много плачешь. — говорит Наоки, поглаживая женскую щёку большим пальцем. — Прости, — тихо отзывается Касуми. — Когда всё закончится, я смогу спокойно улыбаться. — честно призналась Касуми и пожала плечами. Не смогла сдержать печальной улыбки. — Обещаю, что у тебя не будет причин плакать. — уверенно произнёс Наоки.
