Мятовирус

— Что будешь делать? — спросил Чимин. И его, и Юнги разморило после этого бранча* — хотелось просто лечь и лежать, отдыхать, может, почитать что-нибудь. Оставлять Шугу одного Чимин не хотел, поэтому думал, чем бы можно было заняться вдвоем с ним, чтобы повеселить его. Но в голову упорно ничего не шло. — Умирать, — еле слышно ответил Юнги. Прикрыв глаза, он все еще сидел на стуле перед Чимином. Щеки его немного порозовели после еды, и казалось, что он чувствовал себя еще более прибалдевшим, чем сам Чимин. — А вообще, мне скоро на работу. — Куда? — спросил Чимин. «В бар, надо полагать…» — Я бармен, — сказал Юнги. — Понятно… Чимин мысленно складывал паззл из того, что успел узнать о Юнги: он работал барменом, оказывал услуги… эскорта (да, думать об этом было немного неловко), он намеренно отказывался от еды, и месяц назад случилось что-то, из-за чего вся эта каша и заварилась. Но спрашивать об этом он пока боялся. — Не хочешь пока, эм, посмотреть что-нибудь? — предложил Чимин. — Нет, — глухо отозвался Шуга. Он молчал. Чимин хотел услышать его мысли, но не знал, можно ли делать это сейчас? Ведь он уже нашел Шугу, так что пользоваться возможностью и просто так врываться в чужую голову было как-то неэтично… И тем не менее, Чимин снова сделал это. Просто, чтобы ему легче было в будущем переубедить Юнги. «Раз, два, три… Вкусный был пирог… Надо было взять колу без калорий… О чем ты думаешь?.. Стул неудобный… Хочу на диван… Надо бы проветрить здесь… И еды купить, холодильник совсем пустой… Ну давай же!.. Руки у него холодные… Это всегда так?..» ~~~ «Прости, я… я не должен был… Я не заслужил ни кусочка, но я просто… Да, я был голодный! Прости, это все тупые оправдания. Я тварь, я не заслужил ничего в этом мире. Но могу я… Могу я пожить оставшиеся дни в свое удовольствие? Я знаю, что я — эгоист, мразь, и я не достоин даже сидеть здесь, обожравшись, как последняя скотина, но все-таки… Ты не будешь злиться, если я немного дам себе волю? Я так устал… Так зверски устал от всего… Теперь уже нет смысла заниматься всем этим, я уже решил, что последую за тобой. Но можно мне… Можно мне немного еще пожить нормально?.. Пожалуйста… Прости…» ~~~ Чимин вырвался из его мыслей, так как слышать их было слишком больно. Юнги все еще не открывал глаза, а из из-под дрожащих ресниц скатилось несколько слезинок. «Из-за кого ты так убиваешься?» Он не решился спрашивать, для таких расспросов они еще слишком плохо знали друг друга. Ну, по крайней мере, Юнги знал его плохо. А Чимин вот, как ни странно, за эти два дня уже многое успел узнать о нем. — Мне пора собираться, иди домой, — тихо сказал Шуга, шмыгнув носом и уставившись на Чимина снова покрасневшими глазами. — Я хочу прийти к тебе завтра, во сколько ты будешь свободен? — спросил Чимин. — Ни во сколько, я всегда занят, — проворчал Юнги, вставая со стула и убирая посуду со стола. — Тогда я заявлюсь прямо с утра, — пожал плечами Чимин. — Я хочу подоставать тебя эти дни, но я не буду заставлять тебя передумывать. Я просто хочу убить время, ты тоже этого хочешь, так что — во сколько? — С утра я на… вызовах. — Что за вызовы? «Хотя я и так уже понял…» — Неважно. Просто вызовы. Короче, с утра я не могу. — Понятно, а потом? Сейчас же ты, например, свободен? Значит и завтра, в это же время, тоже будешь не занят? — докапывался Чимин. Он решил прийти в любом случае, даже если ему придется сидеть под дверью в вонючем подъезде. На кону была чужая жизнь, так что привередничать было не самое лучшее время. — Я не знаю, наверное, я сразу пойду в бар — работать. А потом приду домой и снова буду работать. Не знаю, когда тебе прийти. Лучше вообще не приходи. — А я хочу. Ты вот хочешь умереть, а я хочу провести с тобой оставшееся время. Значит, — сказал Чимин, поднимаясь из-за стола. — Я завалюсь к тебе прямо с утра. Делай что хочешь, я буду сидеть в подъезде, если ты меня не пустишь. — Тебе заняться нечем? — Ага, из-за тебя, между прочим. Так бы я хоть на пары ходил, а так — не могу, у нас строгие правила в университете. Так что, на оставшиеся восемь, а точнее уже почти семь дней, я в твоем распоряжении. — Вали давай, — ухмыльнулся Юнги. «Странный парень, и чего он привязался? Так хочется посмотреть на мою смерть?..» Юнги прошел в комнату, снял свой черный джемпер, и принялся рыться в гардеробе в поисках рубашки. Чимин в это время зашел в комнату и застыл — Юнги был обнажен по пояс, а через всю спину шли четыре длинные, достаточно широкие, красные полосы. «Это от того ремня?..» Чимин вспомнил боль, которую почувствовал, когда проник в мысли Шуги этим утром, и подумал, что сейчас ему, наверное, должно было быть все еще больно. — Чего уставился? — пробормотал не оборачиваясь Юнги. Он все еще выбирал рубашку. — Я… ничего, — смутился Чимин. — Вот и хорошо. Квартира у Юнги была небольшая — одна комната, кухня, ванная и маленькая прихожая. И еще она была какая-то… пустая. Как будто сам Юнги почти не жил в ней. Но, с другой стороны, он же сказал, что много работает, значит, и дома бывает редко. Юнги извлек из гардероба рубашку белого цвета с каким-то пятнистым рисунком, надел ее и двинулся в прихожую, прихватив с собой сумку. Чимин последовал за ним и тоже принялся одеваться. Он надел свои сапоги, пуховик и шапку, а шарф брать не стал. И когда он заметил, что Шуга снова надел свою лёгкую кожанку, то протянул шарф ему. — Надень, — сказал Чимин и, не дождавшись разрешения, снова накинул шарф на его шею. — Мне не холодно, — так же, как и в тот раз, ответил Шуга. — Ага, конечно, — улыбаясь, ответил Чимин, тут же выходя из квартиры, чтобы Шуга не успел ничего сказать. И в этот раз это тоже сработало — Юнги просто вздохнул и вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь. Выйдя из подъезда, они остановились. — Иди домой, — сказал Юнги. — Можешь прийти завтра… в час дня. Если тебе охота. — Хорошо, — улыбнулся Чимин. — Тогда, до завтра. Юнги ничего не ответил, просто развернулся и ушел. Ему не хотелось говорить, что он будет ждать, но себя не обманешь — он будет. Просто из чувства долга, ведь он действительно должен Чимину, потому что он воспользовался его невменяемостью и выманил разрешение на то, чтобы отдать ему свои годы. А поцелуй — как приятное дополнение. Из всех людей, которых он перецеловал за эти полгода, Чимина было целовать приятнее всех. И Юнги сам не знал — почему. То ли из-за того, что этот поцелуй нес с собой его избавление от душевной боли, то ли потому, что губы у Чимина были такими мягкими и податливыми, и приятно теплыми, нежными… И это даже несмотря на вкус виски, который, в принципе, даже и минусом не был. Поэтому, да — он будет его ждать. Потому что он вряд ли найдет еще кого-нибудь, с кем можно было бы провести свои последние дни. Но он решил, что если Чимин будет упрашивать его забрать обратно свое время — он сразу его прогонит, потому что жалости к себе он терпеть не станет. Никогда. *** Чимин шел, погруженный в свои мысли. Он думал, что бы такого придумать на завтра, чтобы развлечь этого ставшего уже кем-то большим, чем просто незнакомцем, парня. Он не знал ни его увлечений, ни интересов, да и, судя по обстановке в квартире, у Юнги банально не было на это времени — на личную жизнь. На пути к дому его внезапно остановил цыган. — День добрый, золотой. Нашел своего виновника? — лукаво ухмыльнувшись, спросил он. — Да нашел, а толку? — вздохнул Чимин. — Он не хочет забирать свои годы. Говорит, они ему не нужны. — Знаешь, — тихо сказал цыган, приблизившись. — Позолотишь ручку, я тебе скажу, как его убедить. — А не врешь? — прищурился Чимин, уже нашаривая в кармане монеты. — К чему вранье? Всю правду расскажу, да еще и совет дам. Только ладошку свою покажи, — вкрадчиво проговорил парень своим странно низким голосом. Вообще, Чимин даже думал, что этот цыган достаточно симпатичный. Жаль только, что цыган. — А вот с ладошкой проблемы… Чимин пока оставил мелочь в кармане и вытащил руки, демонстрируя свои перевязанные ладони. — О, а что случилось? Упал? — обеспокоенно спросил цыган, разглядывая его руки. — Ага, и он тоже, мы как-то так вместе умудрились… — Не страшно, это только на пользу, — пробормотал цыган. Чимин слишком поздно осознал то, что сказал, и он даже сам не знал, что его сподвигло на это — красный нос у цыгана или то, как он чуть не подпрыгивал на месте, переминаясь с ноги на ногу. — Хочешь зайти ко мне? «Молчи, молчи! Идиот, он же цыган!» — Конечно, хочу, а ты сам-то хочешь этого? — пытливо заглянув ему в глаза, спросил цыган. — Ты меня знать не знаешь, и мне кажется, что сейчас ты хочешь забрать свои слова обратно, поэтому я сделаю вид, что не слышал. Чимина немного задели эти слова, ведь цыган был абсолютно прав. — Пойдем, я угощу тебя горячим шоколадом, — улыбнулся Чимин и, взяв цыгана под руку, потащил его к себе домой. И Чимину было уже как-то плевать, что это абсолютно чужой человек. Этот цыган даже снился ему сегодня и помог, так что он вполне заслуживает доверия, как думал Чимин. Ну, а если и нет, то сейчас ему было без разницы, потому что ему хотелось просто с кем-то выпить горячего шоколада, и он только что нашел человека, который был бы как раз не против, а очень даже за.