Смертельная лихорадка

«Когда у тебя ничего нет, нечего и терять.»

      В очередной раз пытаюсь правильно разложить ложки с вилками на стол, однако вновь терплю неудачу. Никогда не могла правильно сервировать. Кэролайн обходит меня и помогает, чуть улыбаясь. Благодарно киваю головой и достаю три чашки из навесного шкафчика. Сегодня у нас семейный ужин. Мама пообещала прийти с работы пораньше и поужинать с нами. Уже битый час мы с сестрой раскладываем приборы на столе, ожидая прихода матери. Слышу дверной звонок и мотаю головой в сторону прохода. Кэр послушно бежит по коридору, оставляя меня в тишине. Последний раз поправляю салфетки и сажусь на стул, спиной прислоняясь к деревянной спинке. Оборачиваюсь, когда слышу разговор Лиз и сестры.       — Что вы тут наготовили? — она садится напротив меня и нежно улыбается, получая в ответ ту же улыбку.       Я нервно кладу руки на колени и прикусываю губу.       — Твою любимую пасту, креветки в соусе и крылышки Buffalo. А из напитков — яблочным смузи, — проговариваю я, смущенно отводя глаза.       — Ого! Как в ресторане, — восхищенно говорит мама, в одну руку взяв вилку, а в другую нож.       Мы приступаем к крылышкам. Кэролайн садится рядом со мной и несильно толкает в плечо, подмигивая. Смотрю на маму и замечаю, как она с особым аппетитом пережевывает мясо.       — Вы молодцы, — хвалит она нас, продолжая есть.       — Как там у тебя на работе? — спрашивает Кэролайн, пробуя смузи.       — Завал, — устало выдыхает Лиз, потирая лоб. — И новое дело. Кто-то похищает детей от четырнадцати до двадцати лет. Никаких зацепок нет. Их забирают прямо из кроватей.       Я опускаю глаза и настороженно сглатываю. Детей? Кому это надо? Ведьмам?       — Ты думаешь… — начала было сестра, откладывая столовые приборы в сторону.       Мама откашливается.       — Пока не знаю. Но уже было похищено шесть детей. Разных возрастов. Сначала мальчик пятнадцати лет, потом девочка четырнадцати, затем девочка семнадцати и два мальчика двадцати и девятнадцати лет. И сегодня утром похитили девочку восемнадцати лет.       Блондинка в ужасе прикрывает рот рукой, а мне остается лишь глотать слова обратно.       — Какой… кошмар, — выдавливает сестра, отмирая.       — И, по моим теориям, еще должны похитить девочку шестнадцати лет.       — У них есть какие-то общие признаки?       Шесть детей. Разных возрастов.       — Есть, — кивает мама, проглатывая довольно большой кусок курицы.       Похищают прямо из кровати. Нет зацепок.       — И какие? — Кэролайн возбужденно подается вперед, заинтересованно смотря в глаза матери.       Три мальчика, три девочки.       — У них у всех была магия.       Вилка выпадает из руки, а глаза прожигают белую скатерть. Кэролайн ошарашенно прикладывает руку к груди, а ее взгляд наполняется горечью и ужасом. Мама заботливо кладет руку мне на ладонь.       — Сколько лет должно быть этой девочке? — голос необычайно хриплый и тихий.       Тишина настораживает.       — Шестнадцать.       Что-то в груди гулко ударяется о ребра.       — Мне шестнадцать. И у меня есть магия.

***

      Ночь выдается на удивление тихой и жаркой. Несмотря на то, что на улице идет снег, окна потеют, а температура в комнате повышается на три градуса. Ворочаюсь в кровати, а после медленно присаживаюсь, натягивая одеяло до горла. Осматриваю темную комнату и задерживаю взгляд на открытом окне. Дрожь пробегается по телу.       Я закрывала его перед сном.       Встаю на нагретый пол и двигаюсь к окну. Шторы нервно колыхаются, раздуваемые теплым ветром. Выглядываю вниз и, не заметив ничего странного, закрываю ставни, плотно прикрывая стекло шторкой. Смачиваю горло слюной и медленным шагом выхожу из комнаты, двигаясь в сторону кухни. Надо будет перед сном ставить бокал воды на тумбочку. Тихо иду по скрипящей лестнице вниз, мельком заглядывая в комнату сестры. Она мило похрапывает, зарывшись головой в теплый плед. Приподнимаю уголки губ и закрываю дверь. Прохожу мимо комнаты матери, которая, на данный момент, пустует. Ее снова вызвали по какому-то делу, видимо, что-то действительно срочное, раз она выехала в десять ночи.       Захожу на кухню и достаю из холодильника бутылочку холодной воды. Смачиваю горло, и, поднимаясь обратно по лестнице, слышу шорохи из ванной. Напряженно сглатываю и, завернув, открываю дверь.       — Кэр?       Ответа не слышу, поэтому полностью вхожу в ванную, включая свет. Ничего. Пожимаю плечами и, в последний раз покрутившись вокруг оси, хочу выйти, однако звук разбившегося стекла заставляет меня резко обернуться. Все целое. Зеркало целое. Качаю головой и, поставив бутылку воды на тумбочку, плескаю на лицо холодную воду. Усиленно тру глаза, и, подняв голову, вскрикиваю, в ужасе отпрыгивая к стене. Кровавые брызги стекают с зеркала, каплями падая на белую раковину. Прикрываю рот дрожащей рукой, упираясь спиной в похолодевшую стену. Опускаюсь на корточки и скрываю голову за плотно сжатыми руками. Собственные всхлипы заставляют разрыдаться сильнее. Всплеск воды и я уже визжу в голос. Кэролайн врывается в комнату и, судорожно оглянувшись, подбегает ко мне, подхватывая за подмышки и прижимая к себе.       — Лидс, что случилось? — тихо шепчет она, осторожно поглаживая меня по голове.       Остервенело кручу головой, зарываясь мокрыми пальцами в волосы.       — Я…я…       Запинаюсь, но не решаюсь продолжить фразу. Страх берет меня сильнее.       Хлоп. Хлоп.       Вздрагиваю и мычу, крепче обнимая сестру. Все звуки смешались в один гул и поэтому я не сразу распознаю голос сестры.       — Что ты здесь делаешь? Что произошло?       Поднимаю опухшие от слез глаза и хрипло шепчу:       — Оно придет за мной…       Лицо блондинки мрачнеет.       — Что? — она непонимающе поджимает губы, чуть приподнимаясь.       Я в ужасе хватаю ее за рукав пижамы и тяну вниз.       Мне страшно.       — Здесь никого нет, — вампирша, чтобы удостовериться в своих словах, оглядывается.       Зажмуриваюсь, ощущая дикую головную боль. Это от приобретенных способностей? Или что-то действительно преследует меня?       — Давай, поднимайся, я помогу.       Меня резко подтягивают вверх, придерживая за плечи.       — Что ты видела?       — Надпись, — буркаю я, старательно отводя взгляд.       Боль наступает сильнее.       — Какую? — требовательно вытягивает из меня слова сестра, впиваясь заботливым голубым взглядом.       Качаю головой и прикусываю нижнюю губу, морщась.       Скажи ей это, Лидия.       — Лидс? Ты в порядке? — обеспокоенно берет меня за подбородок сестра, поворачивая голову к себе.       Кончики пальцев холодеют, а спину пробивает дрожь. Вспоминаю.       — Да.       — Что ты видела? — еще раз повторяет свой вопрос сестра. — Какую надпись? Что было написано?       Утыкаюсь в ее плечо и всхлипываю.       — «Я заберу тебя, ведьма.»

***

      Холодный ветер сдувает блондинистые прядки со лба. Погода вновь бушует. Недавно был дождь, а сейчас идет снег. Даже не идет, а валится огромными комьями. Зарываюсь половиной лица в шарф, ощущая непривычное тепло. Ночное происшествие до сих пор пугает меня жуткими воспоминаниями.       С утра Кэролайн направила меня к Бонни. Сказала, что я должна разобраться во всем. Согласилась потому, что делать мне дома одной нечего, да и к тому же узнать, что меня преследует тоже хочется. И вот сейчас я иду по размашистой дороге, скрывая похолодевшие ладони в карманах. Достаю телефон из кармана, принимая вызов.       — Ну где ты? — спрашивает Бонни.       — Я скоро приду. Осталось всего каких-то… три шага, — хмыкаю, убирая телефон в карман.       Входная дверь открывается и из нее выглядывает девушка. Она махает мне рукой и сочувствующе обнимает, закрывая дверь. Снимаю обувь и вешаю куртку на крючок.       — Ты как?       Отрицательно качаю головой и сжимаюсь внутри.       — Плохо. Кошмары, кровь на зеркалах, преследующие призраки… Бонни, это все от магии? Это все из-за нее? — девушка задумчиво пожимает плечами и направляется в свою комнату.       — Я помогу тебе разобраться, — я неверующе вскидываю голову, почти радостно хлопая в ладоши. — Но только не здесь.       Мое лицо тут же омрачается. Подозрительно сжимаю руки, метко щурясь.       — А где?       — Идем, — она накидывает пуховик и, улыбнувшись, спускается по лестнице.       Закатываю глаза и бегу за ведьмой. Мне вновь приходится помучиться с ботинками, так как шнурки на них весьма коротковаты. Выходим из дома, направляясь по дороге в сторону… кладбища.       — Ты решила облегчить мучения и прикончить меня?       — Твой сарказм сейчас ни к месту, — ну и ладно.       Дальше, около двадцати минут, мы идем в абсолютной тишине. Лишь только снег хрустит под ногами, заставляя корчиться от шума. Пройдя мимо высокой изгороди, ведьма тащит меня к центру. Останавливаемся посреди могил и склепов. Поджилки трясутся. Атмосфера мертвой тишины неприятно давит на уши.       — И зачем мы сюда пришли?       Ведьма пожимает плечами, перекатываясь с ноги на ногу.       — Ты ничего не чувствуешь? Слышишь? — она поднимает палец вверх, указывая на небо.       Я шмыгаю покрасневшим носом, поправляя капюшон белой куртки.       — Нет.       Мулатка скрещивает руки на груди, а потом подходит ко мне, хлопнув по плечу.       — Ты должна найти себя.       — Среди могил? — взвизгиваю и мой внезапный крик эхом разлетается по кладбищу, ударяясь о мраморные плиты.       — Здесь похоронены ведьмы Мистик Фоллса. Магия пропитывает каждый кусочек земли. Чтобы защититься от кошмаров, ты должна пробудить в себе магию. Тебе передали силы. Так используй их, — Беннет проходит мимо меня, размеренным темпом направляясь к выходу.       Я делаю пару резких шагов за ней, однако врезаюсь в невидимый барьер.       — Бонни?! — недоуменно трогаю «стену», пальцами проводя по воздуху. — Что это такое?       — Твоя боязнь остаться один на один с неизученными силами, играет с тобой злую шутку, Лидия. Прочувствуй магию, сотвори ее и страх исчезнет, — сказав такие философские слова, ведьма исчезает сама, оставляя меня наедине с тихим шепотом листьев высоких деревьев, что склоняются над могилами.       Вздыхаю, пытаясь сосредоточиться, но, как ни странно, тишина мешает. Оглядываюсь по сторонам, ища пути отхода и брешь. Ничего.       Одна, среди мертвецов.       — Ну что же…       Подхожу к могильной плите, присаживаясь на стоящую рядом скамейку. Растираю бледные руки и сжимаю себя в объятиях.       — Эм, здрасьте. Не поможете мне? Я, типа, должна пробудить свою силу, — на мои слова отзывается только воющий ветер.       Неловко чешу бровь, чувствуя себя глупо.       — Помогите, пожалуйста.       Прикасаюсь рукой к мрамору и закрываю глаза, ощущая невесомое прикосновение, щекочущее правую щеку. Резко распахиваю глаза и сщуриваюсь. Синий свет льется из какой-то двери, что появилась передо мной совершенно внезапно. Встаю с колен и двигаюсь вперед, дотрагиваясь до ручки. Тяну на себя. Приходится закрыть глаза от ярких лучей. Мурашки пробегаются по коже, терроризируя и так взволнованный организм. Открываю глаза и погружаюсь в непроглядную тьму.       — Какого? — пытаюсь нащупать хоть что-то, но, кажется, я в пустом пространстве.       Слышу тихий шорох откуда-то сбоку и поворачиваюсь туда. Ничего. Ну, конечно.       Одна, среди темноты.       Паника резко охватывает сознание, направляя в истерику. Воздух в легких заканчивается слишком быстро, отчего я начинаю кричать.       Громко. Болезненно. Отчаянно.       — Мамочки… — какое-то нехорошее предчувствие врезается в голову, заставляя колени подогнуться, а слезы хлынуть, словно цунами. Похоже, у меня никтофобия*.       — Лидия…       Меня пробирает жуткая дрожь от этих слов.       — Что? Кто это? — бессмысленно.       — Лидия… — голос устрашающе близко.       — Что? — голос вздрагивает, а слезы заливают глаза, мешая видеть, хотя, что тут видеть?       — Ведьма! — под правым ухом кто-то протяжно шипит и хватается за мою щиколотку, опрокидывая на землю, отчего я кричу, срываясь.       — Нет!       Подбородок больно жжет, словно я ударилась о что-то действительно твердое.       — Нет! — меня протаскивают по земле, разрывая кожу на ноге.       Хрипло шепчу все известные мне молитвы.       — Ведьма… — голос продолжительно хохочет, превращаясь в ужасный гогот.       Закрываю глаза окровавленными ладонями, не веря, что это может быть реальностью.       Больно.       Чувствую когти на своей шее и отбиваюсь, перекатываясь на спину.       — Не трогай меня!       — Ты умрешь, — холодный металл соприкасается с кожей, вынуждая заткнуться.       Я не хочу умирать!       Дергаюсь вперед, что и есть ошибка. Лезвие вонзается в глотку, прорывая ткани и глотательные пути. Привкус металла становится невыносимым и я плюю его прямо наверх. Булькающий звук и шипение неизвестного становятся последним, что я слышу, прежде чем закрыть глаза…       Громко выдыхаю, распахивая опухшие от слез глаза. Отдергиваю руку от плиты и падаю на пятую точку, судорожно глотая свежий морозный воздух. Легкое головокружение поджидает меня при поднятии своего тела с земли. Слегка пошатываясь, поднимаю телефон с земли.       Это всего лишь видение.       — Лидс?! — поворачиваюсь и вижу нахмуренное лицо Кола.       Он недоуменно смотрит на мою фигуру, а после того, как его взгляд зацепляется за мою шею, сглатывает:       — Откуда у тебя кровь?       Прикасаюсь к шее и, ощутив что-то липкое, отнимаю руку. Кровь.       Я вся в крови.       — Что случилось? — серьезно спрашивает Майклсон, делая шаг вперед, однако его останавливает невидимая стена, и он плотно сжимает губы. — Это твои ведьмовские штучки?!       Отчаянно качаю головой.       — Это Бонни. Сказала, что пока не пробужу магию — не выйду отсюда.       — А если не пробудишь?       — Замерзну и умру, — пожимаю плечами, зная, что это не так.       По-любому меня спасет Кэролайн. Отвлекаюсь от разговора на звонок. Сестра.       — Алло? — по ту сторону слышатся всхлипы и громкие рыдания. — Кэр? Что случилось?       — Она… она…       Обеспокоенно сжимаю телефон, мельком глядя на напротив стоящего Первородного. Он дает понять, что прекрасно слышит разговор.       — Говори нормально.       — Прости меня… — шепчет вампирша.       Что? За что? Она не вытащит меня, если я не пробужу магию?       — Что происходит? Почему ты плачешь? — это так непривычно.       Я никогда не видела и, тем более, не слышала, как плачет моя сестра.       — Я не успела…       — Да что случилось?! — я вспыхиваю и несколько секунд в телефоне царит тишина.       Рекомендуется Alekseev Океанами стали. Так, для атмосферки.       — Там… там произошла авария и я…       Сдержанно сглатываю.       — Что ты?       — Мама… Она…       Невидимый, но такой чувствительный удар пробивает мне голову.       — Нет…       Телефон вылетает из рук, падая на заснеженную землю.       — Она умерла… — тихо шепчет Кэролайн.       Губы начинают дрожать, а глаза закрываются, не сдерживая потока соленой воды.       — Боже, — падаю на колени, хватаясь за волосы на голове.       Она умерла.       Моя мама умерла! Умерла!       — Нет… — душу пронзает невыносимая боль.       Слезы бегут по раскрасневшемуся лицу, размазывая тушь по щекам. Ветер воет, разделяя мою трагедию. Ощущаю теплые ладони на щеках и поднимаю голову. Лицо Кола напряжено.       — Не плачь, — от этой фразы я реву только сильнее.       Буквально отдираю его руки от себя и дергаюсь назад, падая на снег. Истерический смех вырывается из груди. Рот искривляется в ужасе, когда замечаю надпись на одной из могильных плит:       «Я убью тебя, ведьма.»       Кол пытается схватить меня за руки, но я вырываюсь.       Мама умерла.       Сухие губы мелко подрагивают. Рвано втягиваю ртом воздух, дотрагиваясь до окровавленной шеи. Глаза все также прикованы к надписи, вызывающей сейчас ничего, кроме жалости. К себе. Я жалкая, одинокая и несчастная девушка.       — Лидия, — бормочет Майклсон, ложась рядом со мной.       — Ее нет… — сбивчиво шепчу я, закрывая глаза.       Ее больше нет.