Научи меня играть в баскетбол

      Я пролежала на полу минут десять. Звонок уже прозвенел, и в коридоре стало тихо. Ни единого звука. На урок мне всё равно в таком виде нельзя. Встав, я подошла к зеркалу, которое висело на стене, чтобы оценить ситуацию.       Что ж... Разбитые губа и бровь, синяк на скуле, счёсанные колени, шишка на плече и грязный след от подошвы на мокрой форме. Дрожа от холода, я вышла из туалета. На моё удивление, в коридоре стоял Чон Чонгук. Он словно ждал меня. Закатив глаза, я направилась к чёрному выходу, собираясь покинуть школу. — Лина! — Что, пришёл посмеяться? – даже для подобной ситуации мой голос прозвучал слишком грубо, и моё оправдание в виде недавнего избиения выглядело нелепо. – Ну, пожалуйста, — раскинув руки в стороны, я повернулась к Чону, ожидая, что он скажет, но его лицо резко изменило своё выражение, и он сказал явно не то, что собирался. — Ты вправду считаешь, что я способен только на издевательства? — его лицо медленно темнело, выражая негодование. И с каждой секундой бесы в его глазах танцевали всё более яростные танцы, делая его похожим на демона, — Значит, таким ты меня считаешь... — Да, Чонгук. Ты просто самовлюблённый придурок, для которого все окружающие люди и в подмётки не годятся! Что ты сказал вчера той девочке, которая призналась тебе в симпатии? «Меня не интересует такой мусор, как ты», — мои глаза медленно наполнялись слезами, что уже через секунду потекут огненной лавой по щекам, опаляя их своим жаром, — Как ты вообще посмел говорить ей такое? Что она тебе сделала? А ты сделал ей больно, очень больно! Разве она заслужила это?! — голос срывался на крик. — Она такая же самовлюблённая, как и все остальные! — не выдержав, наконец, крикнул Чонгук. Всё это время он терпел мои слова, но в итоге злоба и ненависть переполнили его, — Она хотела лишь отхватить богатенького и красивого парня, совсем не думая о его мнении! И что ты вообще знаешь обо мне?! Неужели по тому количеству времени, что мы общаемся, ты смогла составить мой личностный портрет? Никто не знает, какой я, что у меня на душе, и что у меня в голове. Никто... Ни друзья, ни родители, ни учителя, ни мой личный психолог, и уже тем более не ты – обычная серая мышь, коих в Сеуле миллионы. Я хотел поговорить, но, видимо, слишком плох в твоих глазах, — парень развернулся и ушёл в глубину здания, дальше по коридору, пока я стояла позади и стирала слёзы грязным, мокрым и холодным рукавом пиджака.

***

      Придя домой, я, пока нет мамы, постаралась быстро переодеться и постирать форму, но времени до её прихода оставалось немного.       Зайдя в ванную комнату, я положила одежду в стиральную машину, после я встретила собственный взгляд в зеркале. Бегло осмотрев лицо, я поняла, что так дело не пойдёт. Мама точно не сможет меня понять, поэтому нужно как можно скорее замаскировать ссадины. Побежав в комнату, я отрыла консиллер среди остальной кучи косметики, и кое-как замазала следы побоев. Раны немного пощипывали, но стерпеть можно было.       Внизу зазвонили в дверь, и я инстинктивно кинула тюбик назад в косметичку, лихорадочно пряча её в шкаф и поправляя домашнее платье. Спустившись вниз, я открыла дверь и удивилась, ведь на пороге стояла совсем не мама.       Возле двери, в кожаной куртке и грубых ботинках, стоял Мин Юнги. В одной руке он держал шлем от мотоцикла, а другой схватил меня за запястье, вытаскивая из помещения. В следующий момент я уже стояла на улице, прижатая к собственной входной двери. Шуга приблизился непозволительно близко, поднимая моё лицо за подбородок и всматриваясь в него. — От твоей косметики никакого толку, — наконец сказал он. От него пахло ментоловыми сигаретами и шоколадом, с каждой секундой этот аромат пленял меня всё больше, — всё равно все раны видно, — он ещё с минуту смотрел на следы побоев, пока я пыталась прийти в себя. Наконец он отстранился, — Садись, — он показал рукой на свой мотоцикл, протягивая шлем. — Юнги... Я... Т-ты чего? — заикающимся голосом я пыталась выразить своё непонимание, но получалось лишь стеснение и смятение. — Садись, я сказал, — его взгляд был твёрдым и жёстким, ему следовало повиноваться. А любого, кто осмелится не послушать его, он уничтожит на месте.       Мне ничего не оставалось, кроме как молча закрыть дверь на ключ и положить его под коврик для мамы. — Юнги... У меня сейчас мама приедет с работы, — всё ещё пыталась я отказать, но он был неприкословен. — Скажешь, что в магазин ходила.       Я кивнула. Что мне ещё оставалось делать? Не проронив ни слова, я села позади парня на мотоцикл, натягивая шлем. Только я защёлкнула его, как мотоцикл сорвался с места, визжа шинами. Чтоб не упасть, я схватилась за талию парня, от страха и неожиданности прижимаясь к его спине. Шуга на это лишь усмехнулся и прибавил газу. За спиной послышался шум мотора автомобиля на пустой улице, но я старалась не задумываться об обладателе транспорта. //       Минут через десять езды на гоночной скорости мы наконец остановились около забора. За ним было видно высокое светлое здание, окружённое большими деревьями. — Где мы? — спросила я, оглядываясь по сторонам и стараясь отыскать ответ во взгляде Юнги. — Это больница моего отца. Пошли, — парень прикрепил шлема к мотоциклу и, взяв меня за руку, потащил к большим воротам. На табличке около них я увидела надпись «Медицинский центр Каннам Северанс» и вспомнила, что ещё Мия, страстно желавшая стать врачом, говорила, что предел её мечтаний — именно эта клиника.       Парень нажал на кнопку звонка, и когда прозвучал писк, назвал своё имя, и ворота тут же открылись, впуская нас на прекрасно ухоженную территорию центра. Вокруг был зелёный газон и деревья, чистые тротуары и тёплое, мягкое освещение.       Пройдя мимо небольшого парка, мы подошли к главному входу в здание. Шуга направился прямиком к ресепшену. — Мне нужен доктор Ким, — уверенным тоном сказал он одной из девушек. — Господин Мин, у него сейчас приём... — Тогда доктор Чхве. — И он тоже... — с каждым звуком девушка всё понижала и понижала голос, и к концу её стало практически не слышно. — Есть в этой больнице хоть один свободный врач? — взревел парень. — Я договорюсь с доктором Йеном... — она дрожащими от страха пальцами начала набирать номер врача на аппарате, пока Юнги нервно стучал пальцами по столешнице, ещё больше напрягая работницу, — пройдите в кабинет 236, на третьем этаже восточного крыла, доктор Йен уже вас ждёт... — тихо, глядя в пол, произнесла она, и в следующий момент Юнги сразу же подорвался с места и направился к лифту, сжимая мою руку до боли. — Юнги! Мне больно! — я попыталась вырвать свою руку из его хватки, но удавалось с трудом. В мгновение ока я уже оказалась прижатой к стенке лифта. — Ты хоть понимаешь, насколько я зол?! Я готов прямо сейчас разорвать этих сучек на мелкие куски... Но больше всего я зол на себя за то, что не смог помочь тебе. Так что дай мне хоть теперь оказать помощь... — утробно, спускаясь до рыка, шипел парень, а его ладони, прижатые по обе стороны от моей головы, упирались в стену лифта до побеления.       Внезапно прозвучал писк над нашими головами, и лифт остановился, раскрыв двери на нужном этаже. Посмотрев ещё немного в мои глаза, Юнги опять взял меня за руку, но уже мягче.       Он уверенным ходом направился в сторону восточного крыла, иногда срываясь на бег. Мне приходилось поспевать за ним.       Наконец обнаружив нужный нам кабинет, Мин открыл дверь. — А, господин Мин, — приветливо протянул пожилой врач в очках. — Что-то случилось? Или с вашей спутницой? — он перевёл взгляд на меня, расплываясь в добродушной ухмылке.       Юнги провёл меня внутрь большого кабинета, усаживая на стул перед доктором. — Она... Э-э-э... упала, — наконец выдавил Мин, не желая рассказывать правду, — с лестницы.       Я раскрыла глаза в недоумении, поднимая их на парня, который с тем же невозмутимым видом остался стоять и смотреть на врача. Доктор Йен сказал тихое "ох" и предложил мне пересесть в кресло для осмотра.       Посмотрев на мои раны на лице и руках, я думаю, что он понял, что никакой лестницой тут и не пахнет. Мужчина ещё раз посмотрел в сторону Юнги, а потом достал несколько маленьких склянок и аккуратно обработал их содержимым мои ссадины. После этого он помазал их мазью, которую потом отдал мне для дальнейшего применения.       Поблагодарив его, мы вышли из кабинета. Но меня всё это время мучил только один лишь вопрос. — Юнги… Зачем? — я остановилась около дверей лифта, ожидая ответа, но парень стоял в кабине и молчал.       Помедля ещё некоторое время, он наконец вышел из лифта, и тот закрылся за его спиной. Не говоря ни слова, он сократил расстояние между нами до минимума и прижал меня к себе за плечи. Я чувствовала, как он вдыхает аромат моих духов, сжимая тёплую ткань платья в своих ладонях.       И я словно впала в забытие... Я уже давно заметила, что мой пылкий характер могут обуздать лишь эти несколько человек. Одним словом, одним действием, одним взглядом. Для них это так просто, а я места себе из-за них не нахожу. Идиоты... Я ничего не могу сделать им, просто потому что они заставляют смущаться, как последнюю скромницу, которой я никогда не была, они заставляют чувствовать себя не в своей тарелке 24/7. Как долго я это выдержу?

***

      Юнги привёз меня домой на мотоцикле примерно через час после того, как мы уехали. На улице было всё так же безлюдно, как и всегда. Пахло лишь дождём, который собирался вот-вот пойти, и ментоловыми сигаретами Шуги.       Я стояла перед ним несколько секунд, пока он прикреплял мой шлем к сидению, придерживая сигарету губами. Когда он наконец закончил, то достал из кармана зажигалку и втянул в свои лёгкие морозный дым. Когда он выпустил его обратно, вокруг меня образовалось облако, даря кисловатый запах ментола, что немного резал нос. Я поморщилась и собралась уже было уйти, поблагодарив парня ещё раз, как меня остановил его хрипловатый голос. — Лина, сделай так, чтобы в следующий раз я был рядом.       Когда я повернула голову, то видела, как он расслабленно выпускает дым изо рта, опираясь на мотоцикл. Смущённо отвернувшись, я пошла своей дорогой. /тем временем/       Тэхён возвращался из «Lucky's», помахивая пакетом с угощением. Повернув за угол, он хотел уже войти в дом, но увидел странное движение в нескольких метрах от дома Лины. Вглядевшись, он рассмотрел худощавый силуэт Юнги, сидевшего на своём мотоцикле и лениво покуривавшего, всматриваясь в отдаляющуюся спину девушки. Лина...       Тэ молча сжал кулаки, пока ногти не врезались в кожу.