Пусанина

Как только Чонгук отпустил его, Чимин дрожащими руками открыл кабинку и выбежал, спускаясь вниз по лестнице и утирая слезы рукавом форменного пиджака. Он добежал до раздевалки, сдёрнул с вешалки свою куртку и выбежал на улицу, не обращая внимания на охранника, который проводил его странным взглядом. Он бежал, бежал прочь, подальше от того места, где только что сделал то, что не должен был, с тем, с кем не должен. Он добежал до остановки, и увидел, что Юнги всё ещё ждет его, хотя прошло уже минут двадцать, как уроки кончились. Чимину захотелось зареветь еще сильнее, понимая, что сейчас ему предстоит, наверное, разбить сердце Юнги. Но что оставалось? Он видел, как Юнги смотрит на него, и сам смотрел на него, кажется, так же. Он не знал, любит ли, для этого прошло ещё очень мало времени, но он… Он жалел. Очень жалел, что из этого ничего не получится. Чимин медленно подошёл к остановке, стараясь не смотреть в глаза Юнги. — Привет, амиго, — радостно сказал Юнги и кинулся обнимать его, но Чимин увернулся. — Эй, ты чего? — Юнги, давай остановимся, — Чимин собрался с духом. — Я не хочу, чтобы наши непонятные отношения стали ещё более непонятными. Я… честно, я боюсь. Я боюсь спалиться, боюсь, что все узнают о нас, и что я не смогу доучиться в школе, потому что меня просто уничтожат, в прямом смысле слова. Так не должно быть, мы не можем быть вместе. Это неправильно. — Ч… чего? — запинаясь, пробормотал Юнги. — То есть ты… я даже не могу сказать, бросаешь ли ты меня, но ты… ты меня бросаешь? Ты серьезно? Я просто не могу понять, что не так? О нас никто не знает и не узнает, кроме Гука и Джуна, но они нормальные пацаны, не сдадут, отвечаю! Чимин так не думал… — Я не хочу быть с тобой. Это опасно, а я хочу закончить школу живым. Прости… — Чимин еле сдерживался, чтобы не разреветься, и все время отводил глаза. Но он не мог больше выдерживать этот напряженный взгляд Юнги, в котором так и читалось «предатель, лжец…», поэтому он развернулся и побежал прочь. — Чимин!!! — закричал вслед Юнги. — Стой! Чимин убегал всё дальше, а Юнги не решался двинуться с места и побежать за ним. За спиной он держал коробку с подарком, который так и не смог подарить, да и не хотел уже. Наверное. Он занес руку с коробкой над урной рядом с остановкой, но не смог разжать пальцы и выкинуть подарок. Вздохнув и зажмурившись, он выругался и убрал его в сумку. Внезапно полил дождь, Юнги был без зонта, и Чимин, скорее всего, тоже… А наплевать, подумал он. Но за что Чимин так поступил? Может, Юнги слишком торопился? Чимин всё ещё боится его? Или всё-таки вправду боится, что в школе узнают о них… Юнги оглянулся на ворота школы и заметил, как из них лёгкой походкой вышел Чонгук, раскрывая зонт и ухмыляясь при этом во все тридцать два. И всё встало на свои места. Это он. Он что-то сделал с Чимином. Он чуть было не рванулся, чтобы подбежать к Чонгуку и вмазать ему, так, чтобы вырубить сразу, а потом избить, чтобы тот не мог двигаться ещё месяц, но остановился. А вдруг это не он? Он бы вряд ли рискнул здоровьем, чтобы решиться и выкинуть какой-то номер втихую. Юнги достал телефон.

@ yoonG Чимин, что случилось? Это Гук? Он тебе что-то сделал?

Появились галочки «прочитано», но ответа не было.

@ yoonG Я прибью его, если это из-за него Забью ногами Он прямо передо мной, так что отвечай иначе я сделаю это, и это будет на твоей совести Мне плевать на него, если он виноват А на тебя не плевать

@ jimin1310 Не надо! Чимин ответил буквально сразу, как прочитал, видно, боялся, что в порыве гнева Юнги так и сделает. И эта его забота о Чонгуке жутко бесила.

@ yoonG Говори Что он сделал с тобой

@ jimin1310 Я не могу сказать, не могу написать Я не хочу расстраивать тебя Просто приходи ко мне. Я буду ждать И не трогай его, иначе мне конец… Юнги, стиснув зубы и сжав руки в кулаки, позволил Гуку уйти, а сам дождался автобуса, сел в него и поехал домой к Чимину. Доехав до нужной остановки, он побрёл к уже знакомым многоэтажкам, и, дойдя до подъезда, позвонил в домофон. Ответа не было.

@ yoonG Ты где?

@ jimin1310 Я еще иду, жди, через 5 мин буду Юнги послушно ждал у подъезда и действительно, через пять минут к подъезду подошел Чимин, только он был весь мокрый и дрожал, виновато опустив голову и засунув руки в карманы. Он достал ключи, открыл дверь, и они вместе зашли в дом. Уже в квартире Чимин плюхнулся в кресло в прихожей и прикрыл лицо руками, глухо всхлипывая и шмыгая носом. Юнги опустился на корточки перед ним и попытался отнять руки от лица, чтобы посмотреть в глаза, но Чимин уворачивался. — Не надо… Мне стыдно за себя, Юнги… — пробормотал он. — Это мерзко и стыдно, но у меня не было выбора. — Чим, успокойся, что бы ни произошло, это неважно. Если только он не… — Он… Он не трогал меня, но он заставил меня… Ну, я не… Черт! Я не могу даже сказать это! Мне стыдно!.. — Чимин, просто скажи, а? А то мне страшно уже, честно… — Я ему… ну, в общем… У нас был петтинг, он заставил меня, и… Это отвратительно! — Чимин согнулся пополам, мелко дрожа, а затем поднял заплаканные глаза на Юнги. — Это ужасно… Что я сделал? Я же… — Тьфу ты, черт… В этом вся проблема? Юнги выгнул бровь и усмехнулся, пытаясь успокоить его. Хотя на самом деле был готов прямо сейчас выбежать из квартиры, чтобы найти Гука и вломить по морде, чтоб запомнил, что Пусанина его и только его, чтобы даже в сторону его больше не мог смотреть и пальцем тронуть не смел. Но он сдержался и решил, что Чимину он сейчас нужнее. — Пойдем, тебе надо переодеться в сухое, ты же промок совсем. Юнги поднял его с кресла и потащил в комнату. Чимин позволил ему снять с себя куртку, пиджак, рубашку, затем Юнги порылся в его шкафу и достал оттуда свитер и спортивные штаны, кинул на кровать и, велев переодеваться, вышел на кухню, чтобы приготовить чай. Сам он промок и подмёрз совсем немного, но кружка горячего ромашкового чая всё исправит. — А теперь расскажи нормально, что случилось, мой амиго? — легко улыбнувшись, попросил Юнги и присел на кровать рядом с Чимином, вручая ему его порцию тепла в кружке. — Мне до сих пор смешно от этого «амиго», — хмыкнул Чимин, а затем тяжело вздохнул. — Помнишь, я утром боялся, что нас спалят? — И? — Чонгук нас спалил. Он снял нас на видео. — Чон Чонгук… — зашипел Юнги, стукнув от злости кулаком по постели, едва только вообразив себе то, как этот мелкий засранец подглядывал за ними и снимал исподтишка. — И он шантажировал тебя? Чимин кивнул, отпивая глоток ромашки. — Он грозился выложить это видео в общий чат старших классов. Я боялся, что он и правда сделает это… И он сказал, что я должен бросить тебя. И что он только при таких условиях удалит видео. — Ну так, а как до петтинга-то дошло? — недоумевал Юнги. — Я сказал, что брошу тебя, что выберу его вместо тебя, и попросил на всё это неделю. Через неделю он придёт сюда, чтобы… закончить то, что не получилось тогда в раздевалке. Прости, Юнги… Чимин кинулся ему на шею, чуть не разлив чай, когда отложил кружку на стол рядом. Юнги, перехватив его, едва и свою кружку не пролил, но принялся похлопывать его по спине свободной рукой, успокаивая и утешая. — Всё нормально, ну, подумаешь, фактически ничего у вас и не было. Хотя, согласен, это мерзко. Но всё же, он ещё не выложил видео. И не выложит… — на угрожающей ноте закончил Юнги.