Пусанина

***

Чимин простонал в поцелуй. Тело не слушалось, в пальцах покалывало, хотелось притянуть ближе, обнять крепче, утонуть в этом поцелуе. Это было что-то совершенно новое, необычное… Юнги как будто стал раскрепощённее, позволял себе больше, целовал как-то по-другому, Чимин толком и понять не мог, что изменилось, но стало явно на уровень выше. — Ну, и кто из нас лучше? — хмыкнул Юнги ему в губы. — Что? О чем ты?.. — разбито отозвался он. — Гук тут рассказал, что ты жаловался ему, что я плохо целуюсь, — прошептал Юнги, заглядывая в его горящие глаза, в которых вдруг блеснула паника. — Что?! — пискнул Чимин, тут же отстранившись. Юнги усмехнулся, но почти беззлобно. — Я… я не жаловался! Просто сказал, что… — Что он лучше меня? — перебил Юнги. — Спасибо большое. Так приятно знать, что мой амиго считает, что я не умею целоваться, и говорит это не мне. — Прости… — простонал Чимин и уткнулся носом в его ключицу. — Ну… Он и правда лучше был. Мы много переписывались после того случая, у меня дома. Просто, ну, оказалось, что я ему и правда нравлюсь, и он меня закидывал вопросами, и вообще… Сейчас это уже неважно. Ты лучше. Лучше, во сто раз… в тысячу! — Ну да, ну да… — притворно обиделся Юнги, закатывая глаза. — Поцелуй меня, — невинно попросил Чимин, закусив нижнюю губу и сделав бровки домиком. Юнги правда не мог устоять, но всеми силами пытался обижаться дальше. — Поцелуй, м? Ну, пожалуйста… — Какой ты хитрожопый, Пусанина. Так деликатно сменить тему — это надо уметь. Он покачал головой, всем видом показывая своё недовольство, но всё-таки притянул Чимина к себе и поцеловал, его ведь два раза просить не надо. Тем более если это такая просьба, перед которой в принципе устоять невозможно… Время близилось к вечеру, уже было около шести часов, а они так и сидели на поваленном дереве у самой опушки леса, подальше от чужих глаз, наслаждаясь живым общением друг с другом, общением без слов, доступным только им двоим. Они бы и дальше так сидели, но со стороны лагеря внезапно послышалось шуршание приближающихся шагов сквозь густую сухую траву. Это Чонгук шел в их сторону, нахально улыбаясь. Чимин специально, чтобы тот всё видел, затянул Юнги в глубокий поцелуй, впившись пальцами в его затылок и не давая отстраниться, наклоняя голову и всем видом показывая, что они заняты, посторонним не вмешиваться. Не то чтобы это сработало. Чонгук всё равно подошел к ним, дождался, с тихим покашливанием, когда на него обратят внимание, и только тогда Чимин с громким чмоком оторвался от губ Юнги, чтобы бросить на Чонгука удивлённый взгляд, вытирая влажные губы пальцами. — Ой, Пусанина, да расслабься, я уже всё. Перегорело. — Чонгук посмеялся, качая головой. — Живи себе со своим ''амиго''. У меня теперь Тэхён есть. Он, кажется, пока ещё не понял, во что вляпался, когда предложил мне спать с ним. — Что предложил? — удивился Чимин. — Мы спим вместе. Ну, в прямом смысле — просто спим в одном спальнике. Уже вторую ночь. Удобно, кстати, тепло. Хотя, вы и сами, наверное, знаете. — Чего пришёл-то? — недовольно буркнул Юнги, прихватывая Чимина за талию поближе к себе. — А, да! — спохватился Гук. — Учитель Ким просил веток для костра насобирать. Только потолще, сегодня последний костёр, и все хотят подольше посидеть. Я вызвался добровольцем, пойдёте со мной? — Тогда надо торопиться, иначе стемнеет, и мы ни хрена не найдем, — сказал Юнги, с ворчанием спрыгивая с насиженного места на дереве. Чимин вздохнул и слез вслед за ним. Все трое двинулись в лес и, опустив голову, принялись искать толстые ветки, стараясь не отходить далеко, чтобы не терять из виду цветные пятна лагерных палаток. Но как назло, вокруг никаких более-менее подходящих веток не попадалось. — Надо чуть глубже зайти, тут ничего нет, мы так триста лет искать будем, — предложил Юнги. — Нельзя далеко отходить, мы можем потеряться. — Чимин боязливо оглянулся на лагерь. — К тому же, сейчас темнеет. — Да ладно тебе, не заблудимся, не волнуйся.  Юнги двинулся вглубь леса, уже жалея, что вообще согласился помочь. Ему хотелось быстрее покончить с этой акцией волонтёрства и вернуться к их с Чимином посиделкам, которые уж явно были куда приятнее поисков палок в тёмном лесу. — Чёрт, Юнги! Ты куда пошёл? — крикнул Чонгук. — Пусанина прав, нельзя уходить далеко! — Да расслабьтесь вы, — фыркнул Юнги, стоя уже где-то в двадцати метрах от них и выискивая на земле подходящие ветки. — Вы слепые, что ли? Вон там лагерь, его отсюда прекрасно видно, так что… О! Нашел! Он наклонился и подобрал два больших толстых обломка веток, видимо, упавших откуда-то сверху из-за своей тяжести. Чимин и Чонгук не рискнули идти за Юнги и упрямо вперились в землю, пытаясь найти что-нибудь подходящее, не отходя далеко от выхода из леса. — Юнги, иди сюда уже! — спустя пару минут бесполезных поисков крикнул Чимин. — Хватит там шастать, ещё и правда заблудишься! Чимин поднял голову в том направлении, где должен был быть Юнги… но его там не оказалось. Его нигде не было. — Юнги?.. Чонгук, где Юнги? — забеспокоился Чимин, застыв на месте и оглядываясь. Вокруг никого, никаких посторонних звуков, шорохов. Абсолютная тишина. — Не знаю, — отозвался Чонгук, тоже растерянно оглядываясь по сторонам. — Куда он пошел? ЮНГИ! — громко крикнул он. — ВЫХОДИ, СУКА, ЭТО ВООБЩЕ НЕ СМЕШНО! Чимин вертел головой, высматривая знакомый силуэт, но нигде его не было видно. На том месте, где был Юнги, валялись те ветки, что он подобрал пару минут назад. Но самого Юнги при этом не было. — Если он так решил нас разыграть, то это очень плохая идея… — пробормотал Чимин, судорожно вздыхая и пытаясь подавить накатывающую панику. — ЮНГИ!.. Гук, мне это не нравится… Как он мог вот так пропасть? Может, он правда просто прячется? — Да хер знает. — Чонгук, зло щурясь, вертел головой по сторонам. — Но ему же не пять лет, чтобы в прятки играть. Ну подожди, Юнги. Найдешься, таких люлей получишь… ВЫХОДИ, БЫСТРО! ЭТО НИ ХЕРА НЕ СМЕШНО! — Гук… Может он все-таки заблудился? Хоть тут и недалеко, но всё-таки… — Чимин, всё больше волнуясь, неосознанно ухватился за рукав куртки Чонгука. — Куда он дел… Внезапно кто-то оторвал его от Чона, резко потянув за плечи назад. Чимин только услышал короткий Чонгуков крик. Сам он даже вскрикнуть не успел, как к лицу приложили мокрую тряпку, пахнущую чем-то химическим, и от резкого запаха сразу замутило. Он попытался вырваться, закричать, но от этого только сильнее вдохнул вещество, голова стала тяжёлой, руки немели. Ноги подкосило, и он упал на землю. Кто-то сел на него сверху, зажимая тряпкой нос и рот, и с туманом перед глазами Чимин разглядел в паре метров от себя размытую фигуру Чонгука. Его тоже держали. Чьи-то руки крепко держали его, не давая вырваться. Чонгук пошатнулся и закатил глаза. Там, вдалеке, мелькнуло оранжевое пятно их с Юнги палатки. Чимин провалился в темноту.