Перелом

Неделя в тюрьме кажется Сэму месяцем. Порядки тут строже, чем в других тюрьмах, да и от тех немногих, кто к нему лезет, Уилсон молча отбивается - хорошо, что хотя бы допросы проходят без рукоприкладства. А отвечать на вопросы Сэм станет, только если ему вколют какую-нибудь "сыворотку правды". Ему уже грозили за молчание и пересадить, и избить - Уилсон только усмехается. Пусть делают, что хотят. Когда он один - он ложится и прикрывает глаза, и видит пустую черную комнату. По комнате носится тёмно-малиновый мячик, который запускает его ладонь. Он мчится, как бешеная биссектриса, делит углы и стены и отсчитывает время. Три - пятнадцать - двадцать восемь, в чём бы ни была вина, искупается она... Сэм вспоминает Баки и никогда не смотрит на запястье: соулмейты - сложная тема. Когда-то они были везде, но постепенно исчезали. Сейчас они встречаются совсем редко. И почему его соулмейтом должен был оказаться именно Зимний Солдат, убийца Гидры? Или - Баки Барнс, добрый парень из Бруклина, отмороженный на всю голову... Сэм никогда не смотрит на своё запястье, чтоб не привлекать внимания охраны к знаку. Сорок восемь, может, больше... Сокол, в принципе, не против. Только бы выбраться. Через полторы недели его навещает Старк. - Ну, как ты тут? - он оглядывает Уилсона - тихого, хмуроватого, без улыбки - и делает какие-то свои выводы. - Смотрю, мало развлекаешься, в солярий не пускают и женской ласки тоже недополучаешь. - Ну, насчет остального не скажу, но насчёт солярия ты прав, - Сэм хмыкает, и губы его складываются в улыбку - впервые за месяцы. - Так что, если ты за развлечениями, то малость ошибся зданием. - Да нет, я тут - за одной нудной птичкой, - хмыкает Тони, усаживаясь. - Птичкой, которую хочет получить один безбашенный отморозок. Знаешь такого? Сэм облизывает враз пересохшие губы, затем кивает - очень неуверенно и очень осторожно. - Но где он, я не знаю. Даже не спрашивай... - Я знаю, - небрежно машет рукой Старк. - Пойдёшь со мной? Не бойся, я не буду просить информацию о Роджерсе, чтоб потом идти по его следам. Росс надоел до чёртиков, но тебя я отпросил. - Пойду, - Уилсон кивает, оглядывается назад. Там, в камере, вряд ли будет хуже, чем под началом Старка... - Ну, и отлично. Тогда подожди пять минут, и мы все поедем отсюда туда, где есть солярий, - усмехается Старк. Процедура извлечения "птички из клетки" не занимает и трёх минут, затем Сэм следует за Тони послушно и смирно, как и должно свежеиспеченному подчиненному. Он надеется, что Железный Человек не соврал насчёт Барнса, но он меньше всего ожидает увидеть своего отмороженного соулмейта в машине Тони. Старк кивает ему на заднюю дверцу, и как только Сэм влезает, его тут же сгребают в объятия. - Птичка, ты попал! - сообщает ему весёлый голос, и Старк бросает с переднего сидения: - Ляг, отмороженный! Тут камеры везде. Дома с птицем пообнимаешься. - Лёг, уже лёг, - бесстыжий Барнс укладывает голову Сэму на колени, лёжа на заднем сидении машины и согнув ноги в коленях. Сокол чуть улыбается, взъерошивает ему волосы и протягивает правую руку запястьем вниз, так, чтоб Баки видел. Это своего рода вопрос, смешанный с просьбой. Сэм знает, что он сделал очень много... тёмного. Тёмно-малиновый мячик в чёрной комнате. Три - пятнадцать, десять - двадцать, сорок восемь, может, больше... Тьма исчезает. Её прогоняет тёпло, идущее от запястья, и Сэм смотрит на их правые руки: Барнс держит его крепко, чёрное и белое соединены в одно, и след волчьей лапы лежит на белой фигурке сокола. Сэм снова улыбается, проводит кончиками пальцев по руке Баки. - Дома поговорим, - шёпотом обещает он и понимает, что даже не знает, где теперь его дом. Поняв заминку Уилсона, Старк подаёт голос, не оборачиваясь: - Если что, вы оба пока живётё в Башне: ты, птица - сокол, легально, а вот Белоснежка прячется! - Значит, у меня живёт, - соглашается Сэм. - Если не против, конечно. - Спрашиваешь,- тихо доносится снизу. - Я тебя сам... - Эй, избавьте меня от интимных подробностей! - ворчит Старк. - Мне хватит и того открытия, что вы - природная пара, но оба - парни. Единственная однополая пара соулмейтов из оставшихся пятидесяти восьми по миру. - С ума сойти... - отзывается Сэм и чувствует, что хватка Барнса на запястье становится крепче. - Надеюсь, ты нас исследовать не собираешься? - Мне и без вас двоих головной боли хватает. Хотя бы первую неделю не вылезайте из Башни и сидите тихо - хоть бы и в солярии. - Замётано, - Сэм легонько ведёт кончиками пальцев по коже Барнса, потому что больше ничего из хвата суперсолдата сделать нельзя, и ждёт, пока они приедут. Старк высаживает их в гараже, куда въезжает на машине, велит им выметаться на девяносто первый этаж, там уже F.R.I.D.A.Y. проведет обоих Мстителей в их комнаты. - Ты что, тоже Мстителем заделался? - негромко спрашивает Сэм, поглядывая с любопытством на Баки. Тот скребет подбородок, усмехается, по-прежнему не выпуская руки Сокола: - Ещё нет, но уже в планах. - А Стив... Не против был? - спрашивает осторожно Сэм. Барнс поводит плечом. - Нет. С ним я уже поговорил, - спокойно отвечает он. - Стиви присоединится позже, когда кое-что проверит для себя. Сэм кивает. Лифт довозит их до нужного этажа, ИИ провожает до комнаты - и оба, переглядываясь, смеются. - У меня с собой даже вещей нет. - У меня тоже, - отзывается Баки. Уилсон толкает дверь и оглядывает комнату: кровать одна, она застелена аккуратно и полностью. Из любопытства Уилсон заглядывает в шкаф: полки полны одеждой самых разных видов. - Похоже, о нас уже позаботились, - говорит он, и ИИ подтверждает: - Мистер Старк распорядился купить одежду по вашим параметрам, но так как предпочтения неясны, вам предоставлен гардероб нескольких видов. У Барнса делается такое лицо, будто он только что понял, что за ними наблюдают. - Это... Ты за нами и тут следишь? - спрашивает он потолок, и Сокол фыркает, а ИИ исправно докладывает, что в его задачи входит постоянное наблюдение за всеми помещениями в целях повышения безопасности всех живых обитателей Башни и качества их жизни... - Ладно, понял, - Баки поднимает обе руки вверх, будто сдаваясь. - А поесть тут дают? - Да, но есть рекомендуется на кухне в целях безопасности, - отзывается женский голос: похоже, ИИ Старка не менее ехиден, чем его босс. - Так. Я в душ, потом переоденусь, а потом поползу на кухню, - решает Сэм. - Я готовлю гораздо лучше любых механизмов, - он похлопывает Джеймса по живому плечу и ретируется. Он действительно готовит неплохо, и теперь, пока Баки самозабвенно плещется в ванной, Сэм готовит им всем ужин - и думает обо всём, что произошло. Теперь он соулмейт Барнса. Нет, Джеймс ему, конечно, нравится, но это - совершенно новый поворот в его жизни. А ещё теперь Сэм - Мститель под началом Старка, а не Роджерса. В принципе, он не расстроен, конечно, просто... непривычно. Всё это непривычно... Тёплые пальцы ложатся на его плечо. - Тормозишь, птичка! - усмехается Баки, и Уилсон замирает, чувствуя прижавшееся к нему тёплое тело и чувствуя тепло чужого дыхания. Нет, не чужого. Дыхания его соулмейта. - Совсем нет, - отзывается он, восстанавливая дыхание. - Через десять минут ужин будет готов, и если ты мне поможешь и поставишь вариться кофе... - Уже, - Барнс отлипает от него и идёт выполнять требуемое. - Ты какой-то напряженный. Поговорить не хочешь? - О чём? - фыркает Сэм. - О напряжении? - О нас? - Баки опирается спиной о стол, наблюдая то за варящимся кофе, то за своим соулмейтом. - Почему ты молчал про связь? - Я не знал. Во-первых, картинка не сразу проявилась, во-вторых, непонятно было по линиям, чья она, - Уилсон накладывает горячий ужин по тарелкам. - Кушать подано. Лапы чистые? - Чистые, - отмахивается Барнс. - Слушай, я не понимаю, почему у нас рисунки по частям проявлялись. Обычно ведь сразу... - Обычно? - Сэм усаживается на своё место. - Джеймс, что значит "обычно"? Соулмейты в мире очень редки. Шанс встретить своего соулмейта - один к ста тысячам. О каком "обычно" ты говоришь? - Продолжим разговор после ужина. Похоже, он затянется, а я голоден, - Баки чисто и искренне улыбается и принимается за еду. Сэм хмыкает: милый, домашний, пушистый Джеймс Барнс, уминающий пюре с луком и котлетами... Прелесть, хоть на фото снимай! - Надеюсь, сегодня перекидываться не собираешься? - Ну... - Джеймс пожимает плечами, из глаз мгновенно уходят искорки веселья. - Я никогда не собираюсь, оно как-то само. - Ясно. Ладно, - аппетит Уилсона не изменяется, и ужин они доедают в мирном молчании. Сокол ставит кастрюлю в холодильник с запиской "Для Старка", допивает кофе и, поставив посуду в машинку мыться, выходит из кухни вместе с Барнсом. - Боишься меня? Сэм выразительно изгибает левую бровь, усмехается. Протягивает руку, сцепляя их правые запястья на ходу - и чувствует, как под разливающимся по венам теплом отступает внутренняя тьма, тает в ней тёмно-малиновый мяч, затихает эхо отсчёта: "Три - пятнадцать - двадцать - тридцать...". - Ни капли, - отвечает он и так, не выпуская руки Баки, входит в комнату. - Так что насчёт соулмейтов? Джеймс тут же усаживается на кровать, притягивает к себе своего соулмейта. - В начале двадцатого века соулмейты были у каждого. Только однополые пары встречались редко, но в остальном - каждый знал, что у него есть соулмейт, каждый стремился разыскать его, поэтому признаки становились заметны и понятны сразу. Почему это изменилось? - Не знаю, - Сокол пожимает плечами, но из объятий не вырывается. - Можем запросить статистику у F.R.I.D.A.Y., но уже в моём детстве соулмейты были редки. Говорили, что родственные души есть только у королей, президентов, поп-звёзд... Каждый нашедшийся соулмейт становился сенсацией, обычным людям было практически не на что рассчитывать... А если в ваше время соулмейты были частыми, ты разве не думал, что у тебя соулмейта вовсе нет? Это должно было расстраивать... - Ну... В детстве я почему-то думал, что мой соулмейт - Стиви, потом, в подростковые годы, стал мечтать о грудастой блондинке, потом мечты о груди сменились мечтой о понимании... А потом был Аззано, и мне стало несколько всё равно. Война, грузовой вагон - ну, а дальше, сам понимаешь, не до соулмейтов было... - Извини, - Сэм хмыкает, откидывается назад, теперь полностью опираясь на Джеймса, - я меньше всего похож на грудастую блондинку. В ушах у него слышится мягкий смешок. - Ничего, мне хватит и понимания.