Сюрприз-инфаркт

      Длинноволосого не было довольно долго. За это время я успела почувствовать, что руки, скованные наручниками, затекли, одежда, насквозь вымокшая от холодного душа, неприятно холодила кожу и липла к ней, а в животе урчало так, будто там жило чудовище. Разговорами меня не развлекали. Хихикающий белобрысый переводчик все так же сидел напротив и беззастенчиво меня рассматривал, за спиной слышались шаги и какое-то мурлыканье, похоже второй что-то напевал себе под нос. Спустя почти час, по крайней мере мне так показалось, за спиной зазвонил телефон и вечно орущий субъект, которого слышала даже я, что-то быстро произнес.       — Dai, il capo vuole vederti, [Идем, босс хочет тебя видеть] — в поле моего зрения попал… попала… попало существо, похожее на попугая. Нет, не носом, а раскраской. Впрочем, особенно впечатлило, почему-то, розовое боа, а даже не ядовито выкрашенные волосы типа.       Мои руки отстегнули от стула и вполне себе миролюбиво подтолкнули в сторону двери, ведущей прочь из комнаты. Я так и не поняла, чего им от меня надо, но выбора все равно не было, поэтому пришлось спешно топать вперед. Попугайский субъект держал руку на моем плече, заставляя сворачивать в нужные коридоры. Ну хоть догадался, что словесную навигацию я не осилю. По дороге удалось хорошенько растереть затекшие руки, вернув им чувствительность. Теперь кожу неприятно покалывало, но в случае чего я смогу все же врезать кому-нибудь и сбежать.       Впрочем… Даже если сбегу, то фиг я отсюда смогу смыться. Как бы я не пыталась запоминать дорогу, а все равно уже запуталась в хитросплетении коридоров. Вот ощущение такое, будто они специально строили лабиринт. Мы миновали еще несколько коридоров и остановились перед массивной двустворчатой дверью, такой высокой, будто вела, по меньшей мере, в тронный зал. О, а тут явно у кого-то мания величия… Одна из створок отворилась и меня рывком втолкнули внутрь, заставив споткнуться. С трудом сохранив равновесие, я выпрямилась и огляделась.       Помещение было просторным и разве что в голос не кричало о своем статусе. О, да, о статусах я знаю всё — спасибо маман! Все здесь, начиная от мебели и заканчивая дорогущим красным деревом и тканью на стенах, указывало, что владелец здания не испытывает финансовых трудностей и не подвержен приступам аскетизма. Всю правую от меня стену занимало окно, высокое, от пола до потолка, однако определить что за вид открывается из него было невозможно узнать из-за плотных штор насыщенного винного цвета. На полу лежал ковер, заставив меня чуть нервно вздрогнуть. Кажется по коврам умирал то ли третий, то ли пятый матушкин кавалер. У него дома было все забито этим добром, делая коттедж похожим на декорации к сказкам тысячи и одной ночи. Слева тянулся книжный шкаф, занимающий всю стену, у дальней стены стоял стол, массивный и, судя по всему, из натурального дерева, а не какой-то там сомнительный шпон.       Впрочем, все это было не так важно, потому что главное находилось в самом центре. То есть главный. В кресле с высокой спинкой, подперев щеку левой рукой и закинув ноги на низкий кофейный столик, восседал… хм… царь? Вот не сомневаюсь даже. Я во все глаза уставилась на этого человека, внезапно осознавая, что внешность его мне как-то смутно знакома. Высокие скулы, прямой нос, тонкие, плотно сжатые губы и точеный, чуть резкий подбородок. И глаза. Темные, как горький шоколад с вишневой ликерной начинкой. Он глядел пристально, чуть исподлобья, будто видел меня насквозь. Пару минут мы пялились друг на друга в полной тишине, пока он первым не нарушил молчание.       — È lui? [Это он?] — голос походил на тихое рычание, какое бывает у крупных хищников.       — Sì, [Да] — как-то раздраженно ответил застывший по правую руку от мужчины в кресле длинноволосый, наоравший на меня часом ранее.       — L'informazione è corretta? [Информация достоверна?] — по его лицу было сложно понять о чем они говорят, ну, то есть понятно, что скорее всего обо мне, но что конкретно хрен поймешь.       — Secondo i documenti. La corrispondenza genetica non è stata verificata, [По документам. Генетическое соответствие не проверяли.] — блондин кивнул на лежащие на столе документы, темноволосый покосился на них и снова перевел взгляд на меня.       За моей спиной тихо скрипнула дверь и рядом появился переводчик с мерзопакостной ухмылкой. Его появление оказалось очень кстати, потому что стоять в полном неведении мне было слишком тревожно.       — Эй! О чем они говорят? — я спросила довольно тихо, однако звук показался мне оглушающим и моментально привлек всеобщее внимание.       — Chi ti ha permesso di aprire la bocca, spazzatura? [Кто позволил тебе открыть рот, мусор?] — на этот раз главный мужик обращался ко мне и, признаюсь, я малость струхнула.       Нет, вообще-то меня не так просто напугать, но все же… как-то не привыкла я к таким ситуациям. А от взгляда этого темноволосого мурашки бегут по телу испуганными табунами. Где же я его могла видеть?       — Босс спросил, кто тебе позволил говорить, — перевел блондин.       — Босс? Что за цирк? — сюжет из мелодрамы (ну как же, встреча с папочкой и все такое!), плавно перетекал в детектив (кто из них мой папашка все же?) и грозил в скором времени стать ужастиком (если меня все же убьют здесь).       Я даже пикнуть не успела, когда мою фразу про цирк перевели этому самому боссу. Упс… Сейчас появится злой клоун и мне хана. Хоть маман порадуется, а то фиг пойми что родила. Не мышонка, не лягушку, а неведому хренюшку. Ни в платье нарядить, ни невестку не дождаться. Вопреки моим ожиданиям гнев главного клоуна меня не спалил.       — Capo, e il ragazzo sembra davvero te… [Босс, а мальчик и правда на вас похож]- голос попугая, конвоировавшего меня, был немного задумчивым. Он даже наклонился к моему лицу, заставив шарахнуться назад, чтобы не столкнуться нос к носу. — Cosa dovremmo fare con lui prima di scoprire tutte le circostanze?[Что нам с ним делать до выяснения обстоятельств?]       — Come con gli altri, [То же, что и с другими]- босс прикрыл глаза и я как-то сразу поняла, что судьба моя решена, а аудиенция закончена.       — Dai, andiamo! Non essere il capo arrabbiato! [Идем-идем! Не будем сердить босса!] — пропел попугай и поспешно вывел меня из помещения.

***

      Едва дверь за Луссурией и его подконвойным закрылась, как Занзас открыл глаза и покосился на Скуало. Они обменялись мрачными взглядами. Первым не выдержал мечник, его бровь чуть нервно дернулась и он, во всю мощь своих легких, огласил комнату надоевшим до оскомины «Вроооой!»       — Какого черта?! По документам пацан твой сын! По внешности даже слепой догадается! Чертов босс! Когда ты успел?!       — Заткнись, мусор, — взгляд босса, обращенный на капитана, обещал тому все муки ада. Хотя бы потому, что Занзас и сам не мог вспомнить когда успел. Его отпрыску, судя по документам, недавно стукнуло пятнадцать и если ему самому сейчас тридцать два, то выходит, что зачал он его в свои шестнадцать. Еще до Колыбели. Не сказать, что у него было в тот период много женщин, однако были же и все мимолетно ибо в этом возрасте ему вполне хватало секса. Да и сейчас, чего греха таить, он не горел желанием связать с кем-то свою судьбу. Возможно, если пацан и правда его сын, это будет даже к лучшему. Не придется жениться для того, чтобы родить наследника.       — Я устроил мальчика в гостевой комнате. За ним присмотрит Леви-тян! — в комнату вошел Луссурия.       Бровь Занзаса дернулась. Вообще-то он имел в виду, что мальца надо просто кинуть в подвал, как остальных пленников. Церемониться с ним он не собирался. Пусть сразу покажет свой характер, в жестких условиях, потому что если он такой же жалкий мусор, как остальные, то лучше собственноручно его пристрелить, чем позориться.       — Результат теста будет готов через час, — Скуало передернул плечами. — Что делать если он твой сын?       — Ничего. Посмотрим на что он вообще способен. Слабак мне не нужен, — холодно отрезал Занзас.       Офицеры переглянулись и покинули кабинет. Пожалуй, мягкостью их босс никогда не страдал, однако вот так просто подписать смертный приговор своему ребенку…

***

      Я думала меня запрут в подвале. Или в какой-нибудь пыточной. Или… да, воображение у меня что надо. Однако вместо этого мне выделили комнату. Такую же шикарно обставленную, хотя размером явно поменьше. Попугайский тип выделил мне комплект одежды, состоящий из брюк, рубашки и пиджака. Даже знать не хочу как оно угадало мой размер! Я как раз застегивала рубашку, когда дверь открылась и на пороге застыл высокий мужик брутального вида. Маленькие черные глазки цепко меня оглядели, зигзагообразные баки заходили на скулах ходуном. Он вошел в комнату и мне показалось, что помещение резко уменьшилось. Впрочем, гость не делал попыток заговорить. Просто пялился, стоя у двери как истукан и через несколько минут я перестала обращать на него внимание.       Обувшись в мягкие кожаные туфли, я смогла оценить удобство настоящей итальянской обуви. Вообще-то я чаще ношу кеды, но тут, видимо, другие правила. Ладно, не будем придираться. Не убили и на том спасибо. Только вот… где же я все-таки видела этого мрачного мужика? Перекинув влажные еще волосы вперед, я пошарила в прикроватной тумбочке и нашла расческу. Надеюсь у её владельца не было вшей… Подойдя к зеркалу, я запустила зубцы в волосы и воодушевленно дернула. Моя грива оказала сопротивление и вместо того, чтобы распасться на пряди осталась на расческе спутанным клоком. Твою мать! Давно бы постриглась, если бы не пошла на поводу у ма, которая причитала, что волосы делают меня хоть отдаленно похожей на девочку. К слову нифига! Даже не смотря на волосы, длинной до копчика, я все равно несколько раз становилась объектом воздыхания девчонок и получала валентинки как «самый классный парень».       — Да твою ж мать! Грёбаные волосы! Состригу к чертям! — не выдержав пытки рявкнула я, отшвыривая расческу со сломанными зубцами за спину.       Метательный снаряд, описав красивую дугу, врезался точнехонько в лоб гороподобного мужика. Кажется у меня глаз задергался… Я перевела взгляд на свое отражение и… поняла. Ну конечно, где я еще могла видеть босса? Конечно в зеркале. Те же темные волосы, те же шоколадно-вишневые глаза, острые скулы, прямой нос и тонкие губы… Во мне нет ничего от матери. Я копия отца. Открытие едва не стоило мне пары седых волос. Это в моем-то возрасте! Ох, чует мой копчик, не обрадуется папаша, узнав, что схалтурил и вместо сына родил дочь. Вот прямо чувствую все безграничное разочарование момента, которое может стоить мне будущего. Может потешить его самолюбие и сделать вид, что я парень? Груди нет, лицом я на него похожа, а в штаны он ко мне вряд ли полезет проверять…       Дверь в комнату открылась. На пороге стоял белобрысый полиглот. Не было печали… Похоже мою судьбу решили окончательно и пришло время узнать вердикт. Надеюсь костюмчик кровью не заляпают. Вздохнув, я повиновалась приглашающему жесту и направилась за переводчиком в то помещение, из которого меня недавно доставили в спальню. Босс (язык не поворачивался назвать его отец), сидел все в той же позе и с таким же бесстрастным лицом. У кого-то явно трудности с выражением эмоций.       — Мы все проверили, ты действительно сын босса, — переводчик улыбался как-то слишком довольно. — Он хочет узнать о тебе больше.       — Мое имя Крис. Я родился и вырос в России, — понятия не имею о чем надо рассказать. О матери? Так он её, по ходу, все равно не вспомнит, раз выгнал сразу после секса. А о себе я рассказывать не умею.       Мои слова были тут же переведены. Босс некоторое время молчал, потом приоткрыл один глаз и пристально на меня посмотрел. Ну да, знаю, вид у меня тот еще. Высокий, довольно худой пацан, с длинными волосами, все еще спутанными на концах. Облаченный в черный костюм и бордовую рубашку. Да, папочка, реальность жестока! И это ты еще не знаешь, что в штанах у меня явно кое-чего не хватает.       — Spazzatura. Insegnagli l'italiano Sono infastidito dal suo discorso, [Мусор. Научи его итальянскому. Его речь меня раздражает.] — судя по тону, мое резюме его не впечатлило.       Блондин с диадемой кивнул, хотя по лицу было видно, что слова босса его не обрадовали. Интересно, чем мне грозит его недовольство? Ответ пришел сразу — меня схватили за шиворот и поволокли прочь из помещения, а следующие две недели стали чем-то невыносимым. Эти изверги решили научить меня итальянскому! Меня! Которая даже в русском ошибки делает! Порою мне казалось, что даже в родном языке Бельфегор шарит лучше меня. Да, моего переводчика и мучителя звали именно так. Странное имя, ассоциирующееся у меня с каким-то демоном. Нет, реально! Он действительно демон! Хотя… я всех учителей готова отнести к этой расе.       Отдыхать и отлеживаться в спальне мне не давали, хотя кормили отдельно от остальных, запирая в комнате. Все остальное время я посвящала изучению итальянского языка. Методы здесь были… прогрессивными. Пожалуй, если бы в гимназии нас так учили, я была бы отличницей. Не смотря на то, что я дочь… тьфу, надо отвыкать от этого… сын босса, меня никто не жалел. Стоило мне ошибиться и в мою сторону летел нож. Да-да! И далеко не столовый! Тут уж действительно, либо выучишь, либо умрешь пытаясь.       Поначалу было страшновато. Отец, судя по всему, характером обладал тяжелым. Его тут боялись и уважали. Где тут? Да черт его знает. Мой словарный запас не позволял мне понять детали, да и не стремился никто провести мне экскурсию. Через несколько дней мне удалось немного пообвыкнуться и даже смириться с прогрессивными методами обучения Бельфегора. Ну, как смириться… К концу недели я прилично материлась на итальянском и кидалась книгами в ответ. Ни разу не попала, но, кажется, мой бунт учителю нравился. Похоже скучные уроки его тоже достали.       На исходе второй недели меня отвели на очередную аудиенцию к отцу. Правда наедине нас не оставили, подозреваю, чтобы папаша меня не прибил по своей горячности. Я все еще коверкала слова, однако понять меня могли все, да и мне удавалось расшифровать их речь.       — Кто твоя мать? — ну надо же, спустя две недели он так и не смог вспомнить. Не хило у него баб было похоже…       — Эльвира Вишко, — произнесла я, а потом не удержалась и добавила на русском. — Как будто ты сможешь её вспомнить!       — Говори на итальянском, мусор! — босс нахмурился и сделал глоток из своего стакана.       Мусор, это что-то вроде холоп, в понимании моего отца. Он тут царь и бог, а остальные так, прах у ног его. Надо сказать, что особенного возмущения этому факту я не встретила. Народ как-то подозрительно смиренен. Да что там, я, по ходу, одна возмущена таким отношением.       — Кто тогда ты, если я, твой сын, мусор, — язык мой — враг мой. И когда-нибудь мне его отрежут. Так и вижу это святое желание в глазах длинноволосого Скуало каждый раз, когда общаюсь с ним. Хотя, сейчас рожа у него слишком довольная.       Опасливо покосившись на отца, я ошарашенно замерла. Мне в лоб смотрело дуло пистолета. Я собрала глаза в кучку, фокусируя взгляд на металлическом отверстии, откуда мне грозила смерть и моргнула. Он серьезно что ли? Нереальность происходящего спасла меня от паники, позволив обнаглеть еще немного и пальцем отвести дуло в сторону. Отец хмыкнул и положил пистолет на колено, явно намекая, что если я не буду держать язык за зубами, то второй раз он стреляет без предупреждения. Как интересно. Похоже моя любовь к стрельбе от него. Ма в моем воспроизводстве точно участвовала? А то я чувствую себя его клоном.       — Что ты умеешь? — вернулся к допросу отец.       — Крестиком вышивать… эм… — я прикусила язык, едва заметив его дернувшуюся бровь и тут же исправилась. — Стрелять. В учебе я не очень, если честно.       — Тебя будут обучать. Мой наследник не может быть идиотом, — о, меня повысили от мусора? Стоп, что значит обучать? Еще что-то кроме итальянского?! А может сразу пристрелишь?!       Кажется последнее я сказала вслух, потому что Занзас усмехнулся и погладил пальцем пушку, лежащую на его колене. Э, не надо, я поняла! Я, конечно, отчаянная, но не самоубийца. Дал же бог родителей… Одна инфантильная идиотка, второй неуравновешенный псих с жесткими методами работы. Повезло так повезло.       Такие встречи стали регулярными, правда Скуало неизменно присутствовал на них, бдительный, как престарелая дуэнья. Это Бельфегор так сказал. Я до этого не знала такого слова, но, на свою голову, поискала значение. Дуэнья — пожилая женщина, как правило — старая дева, воспитательница девушки или молодой женщины-дворянки, всюду её сопровождающая и следящая за её поведением. После такого откровения от Википедии я не могла спокойно смотреть на длинноволосого, каждый раз бледнея, краснея, кусая губы и пряча глаза, чтоб не заржать в голос. А еще, плюсом ко всем радостям, у меня появилась поклонница…