С'est dangereux

ГЛАВА IX Иногда Николь была склонна к стрессовым бессонницам, но понятия не имела, что точно их провоцировало. В детстве она перенесла вспышку гастроэнтерита, ее тошнило и рвало желчью. В пятом классе Нико́ услышала от мамы, что врачи могут удалить дочке яичники, и возможно, если удалят, она никогда не сможет забеременеть и родить ребенка. У нее было какое-то воспаление в них, но оно прошло само. Врачи предлагали оперативное вмешательство, но поскольку ситуация не была критической и не угрожала самой жизни, мама не спешила ложить свою дочь на хирургический стол. Это не провоцировало ее проблемы со сном. Зато однажды, когда Николь услышала о вторжении американцев в Ирак, что сильно критиковалось тогда еще заступившим Жаком Шираком, она не могла уснуть до пяти утра. Сама не знает, почему, ведь события происходящие в ее жизни не вызывали в ней бессонницу, в отличие от внешних. Ее жизнь иногда висела на волоске. Не говоря уж о такой рядовой кровавой процедуре, как удаление гланд: почти у всех ее знакомых они были удалены. Но уничтожение десятков, сотен, даже миллионов людей казалось ей более важным, чем собственное здоровье, собственная боль и история одного человека. Другим интересным фактом по поводу ее бессонницы было то, что она почти всегда появлялась в непривычной для нее кровати. Нико́ помнит, как ушла с дивана матери в комнату бабушки: та прогнала ее из-за какой-то очередной оплошности. Девочка пыталась заснуть, но в итоге у нее затекла голова и руки, она провозилась до двенадцати часов. Смена кровати немедленно вызывала у нее бессонницу, та думала, что едва ли сможет быть журналистом, музыкантом или заниматься работой на побегушках, засыпая где попало. Точно также было и в токсикологической больнице. Этот же сценарий повторился с Франческо на Route de Pourville, и снова на съемной квартире Але́на Рына́. Хотя сейчас Николь думает: была ли та «политическая» бессонница реально политической, может дело в смене какой-то подушки? Это выглядит куда более разумной версией. Наступил второй день. Николь снова проснулась на коричнево-клетчатом диване в квартире Але́на. Он был двухспальным, хотя Але́н часто раскладывал его с одной стороны. Красное, как и ее платье, одеяло было запутано в ее ногах и оказалась скомканным. Она не вставала минут пять: ее спина болела, это часто бывает после смены привычной постели. Себя она видела от первого лица. Последнее время, ей снились сновидения, скажем так, с частями мужского тела. Какой-то мужчина стоял облокотившись на стену, он был почти обнаженным, кроме серых шортов. Своей правой рукой он дотрагивался до правой ноги с недвусмысленным намеком: явно собираясь их снять. Лицо мужчины осталось неизвестным, вверх она не посмотрела. Он медленно садился на корточки, словно показывал стриптиз, но для женщин. Что еще заметила Николь в этом сновидении: кожа его рук и ног была не очень обычной, как будто очень отретушированной и эластичной, словно она смотрит глянцевый журнал. Но ей казалось, что это было на самом деле. При этом она пупке и ногах была некоторая растительность. Але́н уже собирался уходить, Николь слышала, как он закрыл дверь. Во сне она видела что-то с налетом легкой эротики, но не явно порнографическое или обнаженное. Николь даже сама не поняла, с кем там была. Наверняка подумав, что после такого сна она примет душ, на этот раз в этом не было необходимости. Через пять минут, поднявшись на ноги, Николь пошла в другую комнату и взяла свою дневную одежду. Сняв платье, одев черные спортивные штаны и серую кофту, она проследовала на кухню. Залив воду и поставив такой же темно-красный чайник, включив его в сеть, она хотела сделать себе свежий горячий чай. Спина у Николь уже перестала ныть, так что она почувствовала себя на более легком подходе. В квартире вообще встречалось много красных вещей, но стены были твердо бежевыми. Не став терять время даром, она принесла со своей книжной полки большой франко-немецкий словарь и стала пролистывать его на разных страницах, отметив, что и так знает каждое четвертое, если не каждое второе слово. Существовала единственная проблема: большинство ее книг на немецком языке остались в доме Франческо, и она не смогла их вытащить. Второй раз ей появляться не стоит. Но она надеялась купить новых. Работая в прежнем банке шесть месяцев Николь копила деньги как могла на единственную поездку в Берлин, где планировала зайти в книжный магазин. Однажды, Франческо сделал исключение, и она уже летала туда за немецкими книгами. Но теперь, как только она станет работать в Банке Мораль, это только вопрос времени заработать на очередную поездку в книжный магазин. Да, у нее существовали собственные интересы помимо посещения гинеколога или других врачей. Помимо большого франко-немецкого словаря у нее был короткий франко-шведский, преуспев в немецком языке она хотела попробовать усовершенствовать его. Но Николь нужен был франко-шведский словарь более толстого размера. Она уже читала шведские сайты, твердо понимая общий смысл, но обязательно находилось какое-нибудь неизвестное слово. Что-то по-шведски она путала с немецким, если слова были похожи, но несли разный смысл. * * * Одноклассник дал Николь номер телефона Пьера, какое-то время разрешив пожить на его съемной квартире. Он принципиально не покупает свое жилье: налоги, привязанность к одному месту, техническое обслуживание, но у него всегда есть деньги на то, чтобы заплатить аренду. Пьер сразу же спрашивает, какими иностранными языками владеет Николь. Вполне логично, ведь она думала, что ее работа возможно будет связана с общением с международными клиентами. Женщина сказала, что владеет немецким, включая экономическую лексику, и шведским на уровне разговора. Это неожиданно совпало с иностранным языком Пьера, который тоже учил немецкий. Он говорит, что готов назначить встречу в одном из китайских ресторанов Парижа, а разговаривать она будет с ним на немецком языке. — Willkommen, Pierre! — обратилась к нему Николь по-немецки. — Herzlich willkommen, Nicole! — ответил он. Перед Николь предстал он. Полноватый старичок с большой головой, с седыми усами и седой бородой. Кажется, на бороде у него было больше волос, чем на макушке: она была совершенно лысой. У него был выпуклый нос, тонкие губы и черные, черные глаза. Пьер не был толстым, но казался пухловатым. Он сидел в прозрачных очках с серебряными оправами в виде эллипса, явно отличаясь не лучшим зрением. Говорил тенором со специфическим возрастным характером и небольшим французским акцентом, что Николь прекрасно помнит на примере студентов ее экономического факультета. Он вряд ли был немцем. Логика немного странная: с одной стороны, конфиденциальные разговоры не обсуждают за чашкой кофе в ресторанах, а с другой Пьер хотел добавить немного неформальной обстановки. Пьер Мораль не разбирался ни в самом Китае, ни в китайской кухне: просто там наименьшая вероятность встретить кого-то, кто знаком с немецким языком. Кроме чая со льдом он ничего не заказал. — Вы хотели бы что-нибудь заказать? — Пьер спросил саму Николь. — Нет, я не знакома с меню. Давайте все-таки обсудим бизнес, мы же здесь для этого. Николь была знакома с белой рыбой: ее любимая еда времен младших классов очень популярна в Китае, но обстановка не была подходящей для простого чаепития, и она не заказала никакой рыбы. — Формально, для того, чтобы работать в банке помимо экономического образования необходимо обучение, которое реализует сама компания. Но Банк Морале́ не имеет образовательной лицензии, не вправе оказывать образовательные услуги, и не является университетом или колледжем, хотя и «обучает сотрудников». Вместо этого, мы реализуем обучение посредством «тренингов». Французское законодательство не отвечает на вопрос «что такое тренинг?» четко. Иными словами, «проводить тренинг» может любая компания, даже не университет, которая вообще не имеет образовательной лицензии, и показывать она там может что угодно — никто не придерется. Но тренинги обычно формально рассматриваются как «консультационные услуги», но не дают образовательных дипломов. Бизнес банка не основан на тренингах, и компания не берет за тренинги деньги с сотрудников. Но она не может никого нанять на работу, кто «проходит какие-то тренинги». Пока я не могу устроить вас в банк, но я могу предложить вам работу в «Син Даржон» — менее оплачиваемую в конторе по займам, но с перспективой попасть в банк. Если вы, Николь, пройдете обучение и попадете, вам будут платить очень много. Поэтому максимальное, что может Пьер предложить Николь на этот момент — это взять в «Син Даржон» с официальным трудоустройством. — Согласна. Что с оплатой в конторе по займам? Николь, имея желание потратить деньги на пластическую операцию, соглашается. Ей бы хотелось скрыть некоторые шрамы и рубцы, а также кардинально изменить лицо, чтобы ее не узнал бывший муж либо его частный детектив, которому он может предоставить фото. — Вы будете получать 300 евро в неделю, которых вполне хватит, чтобы покрывать месячную аренду жилья с остатком. В банке вы сможете заработать более 1000 евро. Из рассказа Пьера Мораль следует, что он ведет бизнес формально законно, но есть нюансы. Законно по букве, а по духу закона, напротив, стремится все извратить, найти подвох в формальном пункте закона. Если они разговаривали на немецком языке в китайском ресторане, это еще не значит, что он будет сообщать ей все аспекты бизнеса. Поскольку Николь, к примеру, имеет экономическое образование, а не закончила колледж менеджмента, он предлагает разные вакансии «своим людям». — Да, несмотря на относительно широкую рекламу, компания не имеет открытых вакансий, а нанимает людей только по знакомству. Важно другое: в обычных компаниях нужен «опыт работы», и они не заинтересованы брать студентов, а тем более на ответственные посты. Здесь «опыт работы» заменяется обучением в виде тренингов и живой практикой. — Что именно я должна делать? Как я буду совмещать обучение и работу? — Утром — сидеть в «Син Даржон», выдавая небольшие займы. Вы же экономист, не менеджер и не веб-мастер. — Я сидела на кое-каких форумах, некоторые даже соадминистрировала, но проекты некоммерческие. — Вот видите, вы знаете ответ на этот вопрос. Чтобы быть веб-мастером по нашим сайтам, надо быть php-программистом, самостоятельно писать движок сайта и администрировать несколько баз данных в MySQL. У вас же нет такого опыта? — Я могу создавать пользователя, присвоить пароль и выделить базу данных в MySQL, но на уровне рядового пользователя. Потому что мои сайты и форумы были небольшими. — Николь, нам не нужен рядовой пользователь, создающий обычные базы данных и устанавливающий бесплатные сайтовые движки из Интернета. Тот, кто хочет работать с сайтом банка должен быть максимально профессиональным, потому что у нас все самодельное. Для вашего старта вас устроит работа с займами? — Пожалуй, да. Если я могу быть еще чем-то полезна, всегда пожалуйста. Что я буду делать в ближайшее время? — Утром будете подписывать договоры на займы и общаться с физическими и юридическими лицами в «Син Даржон», в основном среди малых предпринимателей. Это лучшая работа для старта, которую я могу предложить, Николь. Вы не бухгалтер, не менеджер по рекламе, и все же не профессиональный веб-мастер. Вечером — продолжал Пьер, — будете ходить на тренинги и учиться в Банке Мораль, продолжительностью четыре часа. Необходимо делать «домашние задания». Это, кстати, лучше, чем у других тренинговых компаний, они ведут так называемые «интенсивные курсы» с семи утра до двенадцати вечера. Консультационные услуги не только мимикрирующие под образование (на деле, даже если это образование, то никакой реальный работодатель не будет впечатлен прохождением «тренингов»), но еще и занимающие полдня? Николь удивилась, потому что раньше она ни о каких тренингах не слышала. Чему вообще эти люди обучают своих клиентов или сотрудников? — А если вам так нравятся форумы и общение, и вы легко находите подход к людям, возможно мы дадим вам работу в телефонном центре банка. Ее все устраивает и она соглашается. И потом, есть ли у нее выбор? Он добавляет: — Спрашивать за знание методов и навыков работы в банке будут жестоко, успех обучения не гарантируется, некоторые выбывают. Кроме того, обратите особое внимание. Участие в тренингах запрещает разглашать информацию о сути и методах обучения. Я хочу убедить вас, что если вы по каким-то причинам будете вредить банку и его интересам, Николь, вы никогда, ни в одном суде не докажете, что банк оказывает образовательные услуги. Дипломы не выдаются, документы не печатаются, то, что сотрудник вообще обладает какими-то «навыками» проверить формально нельзя. Она не удивится, если узнает, что он и свидетелей «тренингов» подкупил бы для этой цели. — Каким образом при работе в Банке Мораль тренинги мне могут быть полезны? — спросила Николь. — Чему такому там обучают, что нельзя получить в экономическом университете? — Вас обучат работать с трудными или подозрительными клиентами. Вы будете подписывать договоры на займы и общаться с физическими и ненадежными юридическими лицами в «Син Даржон», в основном среди малых предпринимателей, которым мы не доверяем и не планируем давать им кредиты в банке. А затем, вы попадете в банк, и сами будете отшивать этих предпринимателей с кредитов до займов. — Почему? — Николь, потому что мой банк — самофинансируемая организация. Для того, чтобы выплатить зарплаты сотрудникам я снимаю деньги со своей карты. Банк делает бизнес предоставляя кредиты для корпоративных клиентов. Физических лиц обслуживать — себе дороже. Людей часто увольняют, образовывается текучка кадров. При этом многие хотят автомобильный кредит, ипотеку, но не факт, что смогут это выплатить. В частности, в нужный нам срок. Мы работаем только с корпоративным сектором. — Но и корпоративному сектору вы доверяете не всегда. — Мы изучаем и анализируем их информацию о доходах, прибыли как в открытых источниках, так и немного другими методами. Мы никогда не дадим корпоративный кредит даже бизнесменам, если они вышли из доверия. Николь, вы самолетами когда-нибудь летали, например? Если какой-то человек является сертифицированным пилотом, это еще не значит, что он хороший пилот. Однажды, я летел из Парижа в Берлин сев на соответствующий рейс. Вместо Берлина оказался в Мюнхене. Пилот не мог приземлиться в аэропорте с системой автоматического захода на посадку: было около двенадцати часов вечера по местному времени, а немецкие законы ограничивают шум авиационных двигателей вблизи населенных пунктов. Вместо более сложного аэропорта, который находился за городом, куда приземлиться можно только полностью вручную, но в Берлине, он улетел в Мюнхен, сославшись на плохую погоду. Хотя потом выяснилось, что в Берлине была хорошая погода. Профессионал ли он? Вот в чем вопрос. — Я летала одним самолетом до Берлина ради немецкого книжного магазина, хотя боюсь, что ваш опыт будет намного богаче. — Тогда поверьте мне буквально. Вы сами узнаете, каким образом мы отсекаем ненадежных корпоративных клиентов. Банк Мораль должен приносить прибыль, а не убытки. Но здесь я вам не могу сообщить эту информацию. Во-первых, слишком долго. А во-вторых, мы имеем людей, которые рассказывают лучше, детальнее и нагляднее. — Могу в это поверить. ГЛАВА X Итак, Банк Морале́ разительно отличается от всех остальных банков на парижском рынке по устройству внутренней организации внутри компании. Его особенность: отсутствие сторонних коллекторских компаний. Каждый банк, занимаясь кредитованием, рискует. Если кредит по каким-то причинам не выплачивается вовремя, банки стараются сначала используя собственных коллекторских сотрудников звонить должникам. В случае, если это по каким-то причинам неэффективно, но при этом банк не хочет обращения в суд о взыскании долга с должника, то они продают долг в порядке его уступки. Некая сторонняя компания сама выплачивает банку то, что ему не заплатил должник, а компания, владеющая уступившим долгом, требует сумму уже минимум в четыре раза больше. Но Мораль не сотрудничает со сторонними коллекторами, он справляется с рисками немного по-другому. Мораль владеет двумя компаниями: Banque de Morales. Непубличная (формально) частная компания, имеет филиалы во многих французских городах. Открыта информация о числе корпоративных и частных клиентов, а также об уставном капитале, закрыта информация о числе акционеров. Есть международные подразделения, например в Германии и Великобритании. Signe d’argent «Син Даржон» (Денежный знак, фр.). Компания занимается выдачей займов ненадежным физическим и юридическим лицами не для Банка Морале́. Банком не является. Компания предлагает для физических лиц лишь займы. Пьер Мораль предпочитает не тратить время на проверку обычных людей, нет никакой гарантии, что кого-нибудь не уволят и так далее. Банк, в основном, кредитует бизнес, а людям предлагает только вклады или займы через «дочку» компании в лице «Син Даржон». Но у банка высок уровень недоверия и к бизнесу. В начале все развивается по простой схеме: клиенты звонят в Банк Мораль и озвучивают свои цели. Уже по телефону сотрудники стараются решить, давать ли им кредит или нет. Вне зависимости от ответа, сотрудники банка говорят, что перезвонят. Если клиент им по каким-то причинам не понравился, говорят точно также, но не звонят. В начале Николь не знает, кто такой Пьер Мораль, чем знаменит его банк, по каким правилам он играет. * * * На тренингах читают введение в каждую тему, а потом уже «студент» формирует свои интересы. Тема первая. Юридические аспекты экономической деятельности и экономические преступления. Как и сказал Пьер, его банк — не университет, не заменяет юридическое (или какое-либо другое образование), но каждый экономист по его мнению должен быть немного юристом. Содержание: «Де-факто» (деятельность, формально не разрешенная, но и не запрещенная, то есть не являющаяся преступлением) и «Де-юре» (деятельность, регулируемая законом); «Коллизии» (использование противоречивости законов в личных целях); «Криминальные кредиты», «Криминальное банкротство» (взятие кредита с целью якобы выполнения экономических обязательств перед кредитором с последующей имитацией банкротства, чтобы «относительно законно» ограбить банк); «Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности». Смена адреса, места жительства перед приходом судебных приставов. Кстати, в «нормальных» условиях этим по обращению кредиторской организации занимается полиция, но Пьер Мораль настолько крут, что сам готовит специалистов, умеющих расследовать подобные дела. Экономический отдел полиции в миниатюре, подчиненный одному человеку и расследующий только дела его банка. Николь, к тому же, обращает внимание на тему «Коллизии» и некоторые видит даже в работе Пьера. «Не является образовательным учреждением, но дает фрагмент профессиональных навыков с неким субъективным экзаменированием». Доморощенные юристы могут углубленно знать одну тему курса, но проваливать пять других. В качестве отрицательных факторов: занижение уровня экономических преступлений во Франции. Банк не обращается в полицию по этому виду преступлений, следовательно формально ничего неизвестно о криминальных кредитах в нем. Как следствие, юристы, журналисты, а потом и все люди (через СМИ) недополучают часть информации об экономической статистике. Формально законы Франции не запрещают самостоятельно расследовать какие-либо преступления (де-факто). Да что там, люди миллионные суммы готовы нести экстрасенсам-шизофреникам или расчетливым аферистам, которые якобы найдут тех самых убийц вместо того, чтобы связаться с профессионалами. Соответственно, по логике Пьера это не кажется таким уж негативным. Журналисты тоже могут копать на каких-то физических или юридических лиц, сообщая об их злоупотреблениях. Николь, однако, считает, что журналисты не препятствуют работе полиции, и никак не влияют на статистику, занимаясь скорее более праведным делом — освещением преступлений. Организация и источники финансирования банка. Это не тема курса, но это ряд закономерных выводов, которые сделала сама Николь. На что живет этот банк? Не секрет, что СМИ, к примеру, живут за счет доходов от рекламы. «Банки вообще» живут, с одной стороны, за счет инвестиций того или иного бизнесмена, исходного уставного капитала, процентной ставки по кредитам (которая, если банк продвинутый, может быть очень большой, но никак не наоборот). Банк Пьера Мораль не финансируется сторонним бизнесом или инвесторами, ни высокой процентной ставкой. Но тогда возникает вопрос: как он это все делает и где находит капитал на всевозможное обучение? Схема следующая. Банк выдает кредиты только корпоративным клиентам — бизнесу. Частные лица его не интересуют. Дело в том, что экономически при кредитовании частных людей выше риски, и они закладываются в процентную ставку. С бизнесменами риски будут, но значительно ниже: ведь проверить надежность частного лица сложнее. К тому же Пьер пытается по-своему бороться с «криминальными кредитами», а по статистике их берут компании определенного уровня: — Малый размер уставного капитала; — Один сотрудник (или вообще отсутствуют сотрудники, кроме генерального директора); — Фирма появилась недавно, как правило не более одного месяца назад. — Если фирма продает товары, а предприниматель не может толком сказать, где находятся склады для хранения товаров, даже какой вид товаров продается. (Все это признаки подставных фирм, созданных для криминальных кредитов). Он стал на хрен посылать всяких малых индивидуальных предпринимателей. Проверить честность этих предпринимателей, по его мнению, невозможно. Ведя гибкую политику в области кредитования, он значительно сократил риски (не заключает контракт, если нет хотя бы 70% уверенности, что капитал вернется), обходится, как правило, без коллекторов. При всем этом он заработал столько денег, что вполне может тратить их на «тренинги» для сотрудников банка. Или, Николь не исключала и эту версию, что его компания не такая уж самофинансируемая, и ему есть, что скрывать. Но она не знала об этом наверняка. Тема вторая. Интеллектуальный поиск конкретной информации в поисковых системах. Николь учится искать все сайты, где размещен один и тот же документ. Для этого надо ввести в поисковую систему «точный фрагмент текста из пяти слов» в кавычках, и нажать «поиск». Ее учат искать информацию с сайтов, которая была удалена владельцем — почти все есть в Wayback Machine (в «Архиве Интернета»). Изредка что-то бессрочно может быть удалено по обращению каких-нибудь крупных юристов мегакорпораций, понятное дело, что не индивидуальных предпринимателей или частных лиц. Другая информация есть в «кеше поисковых систем», но она хранится всего месяц. Николь учится искать копии одной и той же фотографии: например, принадлежит ли якобы выигрыш в лотерею действительно этому человеку, или это какой-нибудь британский биолог, фотографию которого просто украли. Тема третья. Работа с аудио и записью звука. Тема четвертая. Навыки стенографирования на родном и иностранном языке. Держа в руках ручку и блокнот, Николь учится очень быстро записывать текст, произнесенный на родном и иностранном языке, даже в высоком темпе. Необходимость подготовки секретарей объясняется тем, что некоторые бизнесмены разговаривают в среднем и быстром темпе посредством монологов, не давая времени для вставки наводящих вопросов. По мнению самих бизнесменов, они становятся более убедительными, и используя приемы софистики, уходят от критики сомнительной части их предложений и планов. Это часто встречается при обсуждении планов на корпоративное кредитование в офисе: когда предыдущий отбор бизнесмен уже прошел. В идеале, каждый сотрудник банка должен иметь навыки для быстрой стенограммы и две тетради на 48 страниц. Стандартного секретаря недостаточно: каждый сотрудник ведет свою стенограмму, подмечает слабые стороны в презентации и задает свои вопросы, а не ищет что-то в стенограмме у одного секретаря на следующий день. Это ускоряет решение сделки. К тому же бизнесмен может вообще опровергать то, что он говорил еще вчера. Николь спросила какого-то ведущего тренинга: зачем им навыки стенографирования, если у них в принципе есть диктофоны? Ей сказали, бывает, что наши сотрудники приезжают в офис, а им специально говорят, что использование диктофонов запрещено. Стенографирование обычно не облагается ограничениями, потому что не копирует акцент, голос и прочее, и этот документ производит тот, кто пишет, а не тот, кто говорил. Тема пятая. Занятия с носителем языка по изучаемому иностранному. Николь улучшает грамматическую структуру, акцент (в сторону Берлина), изучает акценты в других городах и даже странах. Все это может использоваться как подтверждение того, что клиент не надежен (например, если француз выдает себя за жителя другой страны и звонит на другом языке). В западном банковском деле с характерной для стран Еврозоны миграцией владение другим языком и якобы незнание государственного языка — частое прикрытие криминального кредита, по которому не платят. Надо сказать, что дают интенсив, который очень трудно переварить даже старательному студенту. Тема шестая. Инфракрасное исследование денег и документов. Николь учится пользоваться специализированными приборами для выявления поддельных денег и документов. На первый взгляд, это единственная тема, которая непосредственно имеет отношение к работе банка.