Signs

      Она медленно открыла глаза. Яркий свет над ней делал глазам больно. Всё её тело было окостеневшим и оцепенелым. Она ничего не могла почувствовать, и это приводило её в недоумение.       Стояла тишина в палате больницы, лишь тихое тиканье часов и пиканье машин. Воздух поступал ей в рот и нос через маску, что была на её лице. Она потянулась и постучала по маске отяжелевшей рукой. Она была в гипсе.       Она нахмурилась, глядя на руку и обратно плюхнула её на место. Было очевидно, что она в больнице, накаченная наркотиками, чтобы притупить боль, чем, возможно, и объяснялось её недоумение.       Что с ней случилось?       А потом флэшбэки замелькали перед глазами. Двое стояли друг напротив друга, наполняясь любовью, они улыбались. Набирающая скорость машина. Свет в каплях дождя, которые медленно опускались на асфальт. Крик, который разрывал горло Кары.       Она попыталась поднять голову, но такое чувство, что она весила тонну. В теле не было вообще никаких сил, и воротник, что был у неё на шее ограничивал её движения. Паника стала подниматься в горле, когда она попыталась открыть рот, то поняла, что не может этого сделать. Её челюсти были сцеплены крепко, останавливая её в том, чтобы сдвинуть повреждённые части челюсти. Она издала слабый стон.       Звук, кажется, заставил кого-то задвигаться. Лицо появилось над ней, пока она моргала, пытаясь сфокусировать свои заплывшие глаза. Да ещё на ней не было очков. Она поняла, что были тёмные волосы, обрезанные по плечи. Взволнованность на лице, которое было белым от беспокойства. Теплые карие глаза, которые были почему-то ей очень знакомы.       — Ш-ш-ш. Ты в порядке, — прошептала Алекс, её руки в нескольких сантиметрах зависли над искалеченным телом, не зная, где можно дотронуться. — Ты попала под машину. Ты это помнишь?       Она простонала в ответ, слёзы появились на глазах.       Кто-то слегка задвигался на кровати, привлекая её внимание. Её взгляд проследовал и наткнулся на скрючившуюся фигуру в кресле так, что голова покоилась на кровати. Одна рука лежала поверх больничного одеяла на её искалеченном теле, словно убеждаясь, что девушка в порядке и можно спокойно поспать.       Она была тут.       Её Лена.       Она не могла поднять голову и внимательно посмотреть на неё, но Кара знала, что узнает эти тёмные волосы где бы то ни было, которые сейчас разметались по кровати, пока девушка спала.       — Она не оставляла тебя все три дня, — прошептала Алекс, проследив за взглядом Кары. Она слегка улыбнулась, возвращая взгляд на сестру. Её лицо стало серьёзным снова, когда она увидела заплывшие глаза Кары, лицо было всё в синяках и даже неузнаваемое, пока она лежала на больничной койке.       — Даже не смей такое повторять, — предупредила Алекс, нежно проводя рукой по волосам блондинки.       Кара попыталась улыбнуться сестре, но всё превратилось в гримасу боли, когда лицевые мышцы воспротивились этому.       — Дай мне её разбудить, а потом я пойду и найду доктора, — сказала Алекс, нежно поцеловав сестру в лоб, прежде чем обойти кровать. Она аккуратно потрепала Лену по плечу.       Когда Лена села, Кара более-менее смогла увидеть её лицо. Она была бледнее, чем обычно, чёрные синяки под глазами от беспокойства и недостатка сна. Волосы были в полном беспорядке и выглядели так, словно она не расчёсывалась, лицо было опухшим, словно она плакала долго, прежде чем заснуть.       Она тут же повернулась к Каре, убеждаясь, что та в порядке. Удивление скользнуло по её лицу, когда она поняла, что Кара очнулась. Она подалась вперёд, её руки тряслись, когда замерли над телом Кары.       — Ты глупая, глупая девчонка, — начала всхлипывать Лена, её руки оказались по обе стороны лица Кары. — Даже не смей повторять такое вновь, Кара Дэнверс, или я клянусь Богом, что я сама тебя убью.       Алекс рассмеялась, уходя из палаты, улыбаясь им через плечо.       Слёзы продолжали течь, пока она кричала на Кару. Это были самые худшие три дня в её жизни. Лена думала, что последние три месяца вдали от Кары были плохими, но сейчас вся боль от последних трёх дней неизвестности была самой разрушающей, пока она ждала, когда Кара очнётся. Она молилась, чтобы Кара очнулась.       Беззвучный смех сотрясал тело Кары, пока она выслушивала угрозы Лены. Она сделала бы это снова и снова… тысячи раз, если бы это означало, что Лена будет в порядке и в безопасности. Это была Лена, её Лена, и она всегда будет её. Может быть, это было эгоистично со стороны Кары, но она предпочла умереть, нежели чем смотреть, как умирает Лена, а после продолжить жить без неё. Даже если это означало, что это Лене пришлось бы жить без неё.       Скоро она заметила, что левая рука Лены тоже покоится в гипсе. Кара нахмурилась и попыталась поднять свою руку, чтобы показать на это. Вот только её собственная рука была слишком тяжёлой, чтобы поднимать, она попыталась второй, но только сейчас заметила, что она покоится в подвешенном состоянии и в ней были штыри. Она не подумала о последствиях, прежде чем прыгнуть под машину, Кара думала только о Лене, но сейчас она лишь поняла, насколько сильны были её повреждения.       Она с недоумением посмотрела на Лену.       — Ты м… ты была ранена… слишком, — мямлила Лена, слёзы катились по щекам. — Д-доктор придёт и расскажет т-тебе, — её дыхание перехватило от плача, когда она смотрела на раненное тело Кары. Это была её вина. ---       Лена закрыла глаза, принимая свою судьбу. По крайней мере, она смогла увидеть Кару в последний раз. Картинка взорвалась в глазах Лены, это было последнее, что она увидела.       Она так и не почувствовала удара.       Она почувствовала, тело Кары, когда та прижалась к ней, а после отпихнула её. Глаза Лены открылись в шоке, когда её оттолкнули. Она сильно упала на поребрик, запястье не выдержало её веса и изогнулось под странным углом.       Её глаза расширились в ужасе, когда она посмотрела Каре в глаза. Сердце Лены разбилось, когда Кара ей мило улыбнулась, морщинки собрались в уголках глаз. Её губы не могли ничего произнести, так что она просто смотрела на Кару, что находилась на дороге.       Машина врезалась прямо в неё, и у неё даже не было шанса, чтобы попытаться предотвратить это.       Душераздирающий крик вырвался у Лены, когда тело Кары врезалось в бампер, ломая лобовое стекло, прежде чем скатиться с капота на землю. Машина заглохла, когда Лена выползла на дорогу, неразборчивые крики и всхлипы выходили из её рта, пока она ползла к Каре. Слёзы смешивались с дождём, который тёк по лицу.       Она медленно ползла к телу Кары, дождь промочил её уже насквозь. Кровь уже растекалась в лужах, завихряясь. Лена ничего не могла поделать, только сидеть в шоке, прижимая искалеченное тело Кары к груди.       Она была сломана, все части тела были вывернуты под разными углами. Кости кое-где порвали кожу. Лена всхлипывала и пыталась найти телефон, чтобы позвонить в скорую, вот что ей надо было делать. Всё должно быть хорошо, если она только позвонит в скорую. Они смогут подлатать Кару. Всхлипы перешли в истерические, когда она не смогла найти телефон. Так не должно было закончиться. Лена должна была прибыть к квартире Кары с букетом цветов, со своим сердцем на блюдечке, обещая больше никогда не оставлять Кару одну. А теперь Кара покинула её.       У неё даже не было возможности позвонить в скорую. Пока Лена продолжала стоять на коленях в луже, плача над телом Кары, Алекс выходила из L-Corp. она направлялась к Мэгги домой, когда увидела Лену, сидящую посреди дороги, насквозь мокрую.       Дёрнувшись вперёд, Алекс поняла, что что-то не так.       — Лена? — проорала она сквозь дождь.       Она не повернулась, когда Алекс к ней подошла. Но вот девушка увидела Кару… в крови и искалеченную, которую Лена аккуратно прижимала к себе.       — Кара! — закричала Алекс, бросившись к сестре. — Нет, нет, нет. Боже, пожалуйста, нет, — кричала она, уставившись на мирное лицо сестры. Её глаза были закрыты, кровь текла из многочисленных ссадин на лице. Её глаза уже начали заплывать от синяков.       — Боже, нет, нет, нет, — всхлипывала Алекс, всхлипывая наравне с Леной.       — Ты звонила в скорую? — спросила Алекс, смотря вверх в лицо Лене, которое было белое от шока. Она плакала. Она даже не могла понять слов Алекс, уставившись на свои руки, которые были все в крови, пока она прижимала в себе Кару. Она почувствовала боль от пощёчины, которая вырвала её из шока. Она дважды моргнула, смотря на Алекс.       — ТЫ ЗВОНИЛА В СКОРУЮ? — проорала Алекс, её глаза были полны ужаса.       Лена медленно покачала голой, кое-как ворочая информацию в голове:       — Нет. Я не могу найти свой телефон, — выдавила Лена, снова переводя взгляд на Кару.       Алекс кое-как вытащила трясущимися руками телефон, и стала набирать номер, почти заорав их местоположение оператору.       Через несколько минут скорая объявилась и, погрузив Кару и Лену, они унеслись в больницу. Алекс последовала за ними на своём мотоцикле.

---

      Лена подавилась всхлипом, когда вспомнила об искалеченном теле Кары. Она была такой маленькой и хрупкой в её руках, пока истекала кровью посреди улицы.       Им не пришлось долго ждать, пока не появился доктор, врываясь в палату, как и все занятые врачи. Подушки уже были уложены под голову Кары, чтобы она смогла немного сесть. Она заметила, что вся палата была уставлена горшочками с плюмериями, покрывающими все поверхности в палате и заполняя воздух изумительными, сладкими ароматами.       У Кары было сломано сорок семь костей, не говоря про синяки и порезы, которые покрывали всё её тело. Ей пришло пройти серию операций, чтобы собрать кость в руке, обеих ногах и спине, так же её челюсть была сломана. Было также внутреннее кровотечение от столкновения с капотом. Доктор рассказал ей о том, что она дважды умирала у них на столе, прежде чем её снова оживляли каким-то чудом.       У неё будет много новых шрамов в добавок к старым. Старые шрамы на груди от рёбер теперь покоятся под новыми. Она оправится ото всех повреждений. Сломанные кости быстро срастутся.       Больше всего беспокоил позвоночник. Доктор был уверен, что всё, что выше талии быстро восстановится и придёт в норму, но не так сильно был уверен насчёт нижней части тела. Был шанс, что она восстановится и пройдёт курс физиотерапии, но была большая вероятность, что она останется парализованной в нижней части тела.       Кара лежала и смаргивала слёзы, пока появлялись новые. Она хотела злиться, хотела кричать, но не могла.       Как она могла злиться, когда она специально это сделала? Она бы никогда не стала жалеть о чём-то, когда заняла место Лены. Было на самом деле тысячи исходов хуже, если бы погибла бы Лена. Кара могла бы сейчас быть на похоронах, вместо того, чтобы лежать в больнице.       Если она останется парализованной, то она сможет пройти через это. Это будет стоить того, что Лена в безопасности и с ней всё хорошо.       — У вас есть какие-либо вопросы? — спросил доктор, заканчивая свою речь о плане лечения Кары.       Кара покачала головой, когда Лена начала говорить:       — О, она не может говорить, — сказала Лена, потом она нахмурилась, посмотрев на блондинку. — или, по крайней мере, не могла. Но она сказала моё имя, прежде чем в неё врезалась машина.       Доктор кивнула:       — Это происходит, когда случаются шоковые ситуации, когда сталкиваешься со страхом, то он разрывает психологическую блокировку.       — Когда ты в последний раз разговаривала? — спросил доктор Кару. Лена ответила за неё.       — Сейчас уже тринадцать лет назад? — она на всякий случай уточнила у Кары, уверенная, что очередная годовщина того, когда погибли её родители прошла пару месяцев назад. Кара едва кивнула, соглашаясь.       — Что ж, действительно, очень долгое время. Обычно для этого требуется психологическая помощь. Я могу вам назначить встречу с нашим психологом, чтобы он помог вам пройти через это. Учитывая, сколько времени вы были беззвучны, я также могу предложить вам логопеда, который поможет вам ускориться в том, чтобы снова вспомнить, как говорить, чтобы вы быстрее вернулись к правильному произношению, — проинформировал доктор Кару, которая лишь кивала, слушая.       Доктор покинул их почти сразу, оставляя Кару и Лену наедине.       — Мне жаль, Кара, — прошептала Лена, нежно беря девушку за руку и держа холодные пальцы в своих тёплых руках. Она поцеловала в гипс.       Кара покачала головой, как сильно она хотела сейчас сказать, что не хочет слышать извинения Лены. Ни за что. У неё не было причин извиняться, особенно из-за этого.       — Это — моя вина, — настаивала Лена, её глаза сияли непролитыми слезами. — Мэгги нашла и арестовала водителя, пока ты была без сознания, он… — сдулась Лена, уставившись в потолок, проглатывая ком, что стоял в горле. — Он был нанят моей матерью, Кара, — прошептала она. — Это была её последняя месть дочери, которую она никогда не любила. Клянусь, что она будет в шоке, когда узнает, что так и не убила меня, — Лена горько улыбнулась блондинке.       Кара покачала головой снова. Не важно, что бы там ни говорила Лена, это не было её виной. Она не тащила Кару под машину, чтобы спасти себя, и она стояла тогда посреди дороги, принимая тот факт, что умрёт, ведь у неё не было времени, чтобы двигаться. Кара приняла решение за неё, и она будет сама принимать свои решения в будущем.       Вот только это не остановит Лену от того, чтобы винить себя, пока она смотрела на лицо Кары. Она не была похожа сама на себя с опухшим лицом, порезанной кожей вокруг глаз и разбухшим носом, но Лена смотрела на неё со всей любовью, которую чувствовала к девушке. Ничего не могло изменить этого.       — Я люблю тебя, — прошептала брюнетка, улыбаясь Каре печальной улыбке.       Мониторы запищали, когда сердце Кары ускорилось, и они обе улыбнулись.       — Я … лю… я, — прохрипела Кара.       Из-за сломанной челюсти было сложно произносить согласные, и всё звучало не очень, но для Лены это было всё. Она мечтала услышать голос Кары, ей хотелось узнать, каково это, услышать «я люблю тебя», от неё, услышать, как Кара произносит её имя, услышать то, как она напевает свои любимые песни.       У Кары был долгий путь, но сейчас началось всё. Лена со слезами на глазах рассмеялась, снова поцеловав руку Кары.

---

      Алекс вернулась с кофе в руке, аккуратно открывая, а потом закрывая за собой дверь. Она прошла к кровати и протянула кофе Лене, прежде чем подтащить одно из кресел ближе к кровати.       — Извини, я не знала, можно тебе сейчас кофе или нет, — извинилась Алекс Каре, делая глоток из пластикового стаканчика. Кара закатила глаза и улыбнулась потрескавшимися губами.       — Я позвонила маме, она скоро уже должна быть тут, — продолжила Алекс, Кара лишь кивнула в подтверждение того, что поняла. Она уже устала кивать. Не способность говорить или показывать жестами было кошмаром, особенно сейчас, когда она наконец сломала свой барьер, который был с ней на протяжении тринадцати лет, и снова заговорила.       — Мне, наверное, придётся уйти, когда ваша мама приедет, — сказала Лена, аккуратно проводя большим пальцем по потрескавшимся костяшкам руки Кары. Хриплый звук вырвался из горла, который мог быть только протестом. Она не хотела, чтобы Лена когда-либо теперь уходила от неё.       — Ш-ш-ш, всё хорошо. Я вернусь, — уверила её Лена. — Мне, вероятно, нужно принять душ и переодеться. Прошло несколько дней.       — Я ничего конечно не хочу сказать, но… — прокомментировала Алекс, улыбаясь Лене, которая в свою очередь закатила глаза.       — Ты хочешь что-нибудь, чтобы я принесла тебе? Пижаму? У тебя есть ещё очки, чтобы ты могла нормально видеть? — спросила Лена. Она подождала ответа Кары, прежде чем поняла, что Кара не может нормально показывать жестами. Она никогда ещё не думала, что безмолвность Кары была препятствием, но сейчас, когда девушка не могла использовать руки, чтобы ответить. Это было слишком расстраивающе.       — Точно, ладно. Я возьму всё то, что подумаю, что может понадобиться тебе, — ответила Лена. — Тебе надо что-нибудь принести, Алекс? — повернулась она к агенту.       — Нет, спасибо. У меня всё ОК, — улыбнулась старшая Дэнверс ей.       Кара была слегка удивлена, увидев, как комфортно Алекс и Лене, когда они взаимодействуют вместе. Конечно, она знала, что они провели месяцы вместе, работая над делом Лены, а потом ещё и запирая Лилиан за решёткой, но они были друзьями. Лена, которая почти вообще никому не доверяет, и её сестра — самый циничный человек, на самом деле были друзьями.

---

      Элайза приехала через полтора часа. Она остановилась у Алекс, пока была в городе, и они дежурили у кровати Кары.       Лене нельзя было находиться тут в неположенные часы для посещений. Но она приходила тогда, сразу же как можно было, а потом медбрат её выпинывал, когда время заканчивалось. Лена уходила в зал ожидания и оставалась там всю ночь, попивая дешёвый кофе из автомашины и пыталась спать на жёстком, пластиковом стуле. Алекс приносила её сменную одежду, и она пыталась отмыть с Лены кровь в туалете, но всё равно Лена выглядела не очень хорошо. Это были жёсткие три дня для неё.       — Ох, моя бедная девочка, — вздохнула Элайза, увидев Кару.       Она поторопилась к кровати и нежно поцеловала дочь в лоб.       — Никогда меня так больше не пугай. Я очень сильно беспокоилась о тебе, — нахмурилась Элайза, когда Алекс на заднем фоне улыбнулась и рассмеялась, видя, как мать срывается на её сестру. Повернувшись, Элайза поцеловала в лоб агента, а после прошла вокруг и так же поцеловала Лену.       — Вот, вы можете сесть в моё кресло, — сказала Лена, вставая и предлагая своё место Элайзе.       — Оу, дорогая, нет. Я могу постоять, — запротестовала женщина, улыбаясь Лене.       — Не зачем. Я как раз собралась быстро съездить до дома, — проинформировала её девушка.       Она шагнула к кровати и улыбнулась Каре. Легко проведя по щеке и скуле, боясь причинить Каре боль.       — Я ненадолго, обещаю, — поклялась Лена с искренним выражением лица. Она со всеми попрощалась, и вышла, но прежде ещё раз посмотрела на Кару из дверей.

---

      Лены не было час.       Она не могла долго терпеть, находясь вдали от Кары больше, чем было нужно. Быстро приняв душ, смыв больничный запах и избавившись от остатков крови Кары на себе, она переоделась в чистую одежду. Чувствуя себя наконец-то собой, Лена заехала в L-Corp. только сейчас мысль о компании вернулась к ней с тех пор, как она покинула здание три дня назад. Джесс уверила её, что всё идёт хорошо.       Потом она остановилась в квартире Кары. Прошло много времени с тех пор, как Лена была тут в последний раз. Было такое чувство, что она вернулась домой после долгой поездки. Не то, чтобы Лена когда-либо и где-либо чувствовала себя как дома. Но сейчас она знала, на что это было похоже, ведь Кара была её домом.       Она взяла несколько вещей Кары и старые очки, которые были спрятаны в прикроватной тумбочке, несколько книг, любимую пижаму Кары и покрывало, что было наброшено на диван.       Потом она сделала последнюю остановку, прежде чем вернуться в больницу. Любимое кафе Кары. Лене просто претило, что Кара будет питаться больничной едой, которая была безвкусной и пресной, так что она решила купить еду по пути. Вот только была одна проблема, у Кары была сломана челюсть, так что единственным выходом был суп. Лена взяла куриный суп, вспоминая, что это лучшее, когда ты болеешь. Не то, чтобы она была настолько глупа, думая, что он быстро излечит сломанные кости Кары, но это вроде предполагалось, что ты заботишься о человеке, если ты приносишь суп.       Она тихо открыла дверь в палату Кары, когда вернулась в больницу, на тот случай, если девушка спала бы. Но она бодрствовала.       Элайза тихо с ней разговаривала и улыбалась. Мэгги уже побывала тут и захватила с собой Алекс, потому что девушки не было в палате. Кара и Элайза посмотрели на дверь, когда Лена вошла, улыбаясь им.       — Привет, я принесла суп, — пробормотала Лена, поднимая бумажный пакет.       Кара улыбнулась настолько, насколько могла, морщась от боли. Действие её болеутоляющих уже начало спадать. Скоро ей дадут новую дозу. Лена села на освободившееся место Алекс, кладя пакет с супом на бёдра Кары.       — Я ещё привезла тебе вещи, — сказала она Каре, расстёгивая сумку. Первое, что она достала, это очки. Она надела их на Кару, стараясь быть предельно аккуратно, когда слегка прижала их к сломанному носу. Её глаз почти не было видно из-за опухлости, но она улыбнулась, когда лицо Лены наконец-то стало резким.       Следующим она вытащила плед и накрыла им Кару до подбородка:       — Тут немного холодно, так что я принесла тебе плед, на случай если ты замерзнешь. Эти простыни такие тонкие, — возмущалась Лена, подтыкая плед вокруг Кары, снова делая всё аккуратно, чтобы не причинить Каре лишний раз боль и не задеть металлические штыри, которые были в её руке и ногах.       Элайза сидела с полувесёлой улыбкой, наблюдая, как Лена как курица-наседка кудахчет вокруг её дочери, доставая туалетные принадлежности и пижаму. Лена взяла самую большую футболку, чтобы убедиться, что Кара может её носить поверх штырей и гипса. Ей нужно было только то, чтобы Каре было комфортно оставаться тут, в больнице.       Любовь между ними можно было видеть, когда Лена смотрела на Кару, всё время широко улыбаясь. Она до сих пор чувствовала себя виноватой, и что бы там Кара ни пыталась сказать, всё её тело было наполнено любовью и облегчением. Иногда Лена думала, что может взорваться от любви.       Элайза побыла с ними ещё какое-то время, уходя от них, после того, как поцеловала их по очереди в лоб и обещая, что завтра заедет к ним с самого утра. Она нисколько не сомневалась, что Лена пробудет тут всю ночь. Вероятно, каждый день, пока Кару не выпишут.       Лена подтащила кресло прямо к Каре, так близко, как только могла. Осторожно взяла полную ложку супа и держала её надо ртом Кары, позволяя жидкости просочиться сквозь губы. Если быть честным, то это было неряшливо, но Лена была терпелива, вытирая рот блондинки, потому что жидкость иногда выливалась из её рта. Как только они закончили с супом, Лена протянула ей стакан с водой и держала трубочку у рта, пока та пила. Потом через капельницу в Кару поступило обезболивающее и вскоре смешалось в её венах. Девушка почувствовала, как боль и напряжение исчезают, она улыбнулась, расслабляясь на подушках.       Лена разговаривала с ней часами, восполняя пробел, который был длинной почти в три месяца. Она хотела рассказать Каре всё в мельчайших деталях, что та пропустила. Иногда были такие периоды, когда она боролась с сильнейшим желанием позвонить Каре и рассказать всё, что с ней произошло за день. Кара была спокойная и умиротворённая, лёжа и слушая болтовню Лены, смотря, как у брюнетки горят глаза, и как она ожесточённо жестикулирует.       Ох, Боже, как она сильно любила её. Сейчас, может быть, и не была идеальной ситуация, но она не хотела бы сейчас быть где-либо ещё. А ещё, она сильно хотела ощутить губы Лены на своих. Прошло так много времени, и это сводило её с ума.       — Йй… я, — Кара не могла нормально произносить все звуки, но она старалась и делала всё, что только могла.       Лена прервалась посреди истории, слегка подпрыгивая, до сих пор не в силах привыкнуть к тому, что Кара может говорить.       — Что? Что случилось? — запаниковала Лена, её руки нервно ходили по воздуху над телом Кары, пытаясь найти проблему. Кара закатила глаза, застонав от расстройства. Она пыталась прочистить горло.       — Оуйй еа, — промямлила она, её челюсть болела, когда она пыталась сказать несмотря на их сцепленность.       — Оуйй еа? что это значит… оу! — она испустила удивлённый звук, когда Кара поджала губы. Небольшие морщинки появились в уголках глаз Кары, когда она попыталась улыбнуться. Лена выглядела неуверенной, и она сейчас не хотела форсировать события. Они так долго были врозь, но их любовь была сильной, и они так цеплялись за неё, что ничего не изменилось. Правда, сейчас Кара была сильно искалечена, что Лена побаивалась до неё дотрагиваться, паникуя, что может сломать Кару. Не так она представляла их поцелуй.       — Кара, я не уверена, что это хорошая идея, — прошептала Лена, слегка нахмурившись. Кара вздохнула от расстройства, закатывая глаза.       — Оо… уа, — молила Кара, её пальцы, насколько это было возможно, хватали простыни в надежде найти руку Лены. Дотронувшись до руки, Лена улыбнулась и переплела их пальцы. Она встала и зависла над лицом Кары, поставив другую руку выше головы Кары, чтобы поддержать себя. Она сомневалась.       Она нервничала, ведь она ждала этого момента с того мгновения, как в последний раз поцеловала Кару. Она мечтала об этих тёплых губах, которые прижимались к ней, пока её руки путались в волосах девушки.       Монитор запищал, показывая, что ритм сердца ускорился, пока Кара смотрела на неё в ожидании. Одним быстрым движением Лена наклонилась к лицу Кары и прижалась губами к её губам.       Наконец-то.       Кардиомонитор словно взбесился. Кара прижималась к губам подаваясь вверх так сильно, как только могла, чувствуя нежные и тёплые губы на своих опухших.       Лена оторвалась от неё, её щёки порозовели, а глаза сияли. Она кокетливо улыбнулась Каре уголком губ.       — Пока что на этом всё, — прошептала она, целуя Кару, но в этот раз уже в лоб.       Это было так… словно она вернулась домой. Да и не только она, но и Кара.

---

      Было поздно.       Луна светила сквозь жалюзи, немного освещая палату, в которой стояла тишина, за исключением кликания и пищания машин. Две фигуры были освещены в свете настольной лампы, что находилась в другом конце комнаты.       Кара лежала, завёрнутая в одеяло. Было видно, что ей некомфортно лежать на спине, пока тело вытянуто в линию из-за штырей, которые в прямом смысле держали всё её тело при ней, но на лице застыло спокойствие и безболезненость. Поверх одеяла рядом лежала Лена, голова находилась рядом с головой Кары. Плед из квартиры Кары был натянут на них двоих, так что Лена помогала Каре согреться во сне, но Лена была аккуратна даже когда спала, чтобы не задеть Кару. Книга лежала на боку Лены, открытая на той странице, где Лена закончила читать историю своей девушке, которая, убаюканная её голосом, уснула. СЕО вскоре последовала за ней, уносясь в мир снов под уютное сердцебиение девушки. Их плечи едва-едва соприкасались.       Они обе быстро уснули, дыша в унисон, это было для них что-то вроде рутины. Несмотря на то, через что они прошли, обе выглядели спокойными и собранными, когда спали рядом друг с другом, окруженные уютным запахом цветов и теплом друг друга.       Медбрат зашёл, чтобы проверить Кару. Часы посещения уже закончились к этому времени, но, увидев, как они спят рядом друг с другом, он лишь улыбнулся. Он выпинывал Лену отсюда каждую ночь с тех пор, как Кара поступила сюда, но сейчас ему не хватило смелости их разлучить. Он лишь вернулся к работе, оставляя их отдыхать в палате, пока в больнице продолжала кипеть жизнь.