Дети подземелья

Часть первая. 1997-1998г. 1 сентября 1997 Хогвартс-экспресс тронулся с места как раз когда Ник, Лорен и Стефан преодолели барьер, символично отделяющий мир волшебников от магловского. Запрыгивать в поезд пришлось уже на ходу. - А Джаспера кто-нибудь видел? – войдя в вагон и осмотревшись, спросила Лорен, не обращаясь ни к кому конкретно. - Его здесь нет, - вымолвила Блэр Логан, вошедшая следом за ними. - И было бы странно, если бы он появился. - Это почему? – спросила Лорен. - Потому что сейчас Хогвартс – последнее место, где стоит находиться детям маглов. - А причем здесь Джаспер? Он ведь полукровка. Логан усмехнулась краешком рта. - Полукровка… Его мать – магла, а отец - мало того, что грязнокровый, так ещё и аврор, причём не расположенный к Волан-де-морту и его сторонникам. - Я об этом не знала… - пробормотала Лорен и выглянула в окно. Затянутое серой пеленой облаков небо хмурилось и мрачнело, напирая на бархатные луга тяжелыми тучами. Вот-вот начнётся гроза. - Он вообще ничего не знал о магии, пока не начал левитировать во сне, - добавила Блэр. - Томас Хенсли почему-то был убеждён, что породил сквиба. Лорен не знала, что сказать. С ума можно было сойти, за столько лет, сколько они проучились вместе, сколько переворовали друг у друга конспектов, никто и не подозревал о чем-то подобном. Впрочем, не удивительно – Джаспер всегда был очень скрытным и никогда не рассказывал о своей семье. Подумав об этом, Лорен снова обратилась к Блэр, которая всматривалась в окно так, будто искала за ним кого-то. - А откуда ты об этом знаешь? - Ты забыла, кто мой отец? – фыркнула Логан и покачала головой так, словно Бирс была ну совсем идиотка. Отец Блэр большинству был известен как скупщик редких магических артефактов, который при необходимости мог запросто пренебречь всеми запретами и воспользоваться любой Тёмной магией ради достижения своей цели. Некоторые знали его как двойного агента, который выдавал Ордену Феникса планы всех операций Пожирателей, а тем, в свою очередь, давал наводки на орденских ищеек, которые мешали им спокойно разорять Министерство магии и терроризировать маглов и полукровок. Лишь немногие знали его как одного из лучших сыщиков, который мог узнать всё что угодно и о ком угодно так быстро, что сова чихнуть не успеет. Достаточно было прилично ему заплатить. На секунду Лорен охватило чувство жуткой зависти. Блэр пользовалась полным доверием своего отца: как это, наверно, просто - когда хочешь что-либо узнать, просто спросить и получить ответ. Ричард никогда не делился с ней чем-либо, что происходило за порогом их дома на Пенли-роуд. - Поэтому… - снова начала Блэр вполголоса. – Хорошо, что Хенсли хватило ума в этом году не тащить в школу свою магловскую задницу. - Кто ты такая и куда дела Блэр Логан?! – сказала Лорен, и Стефан громко усмехнулся. Лорен хотелось думать, что Блэр вовсе не такая злобная стерва, какой всегда пытается казаться, но иногда это было сложно. Её серые глаза почти всегда прищурены - презрительно, холодно, надменно – как угодно, но дружелюбной Блэр практически ни с кем не была. Особенную неприязнь Логан, почему-то, питала как раз к Джасперу Хенсли. Эти двое цеплялись друг другу при каждом удобном случае, и для этого им не требовался хоть сколько-то весомый повод, однако отчего их отношения не задались с самого первого учебного дня, никому в голову не приходило. Вдруг поезд начал замедляться, затем дернулся, истерично взвизгнув всеми рессорами. Ученики едва не повалились с сидений, вещи с полок посыпались им на головы. Из соседних купе тоже донеслись испуганные вопли. - Какого черта?! - рявкнул Стефан, получив по макушке каким-то увесистым предметом, и поднял упавшую на него сумочку - ей оказалась небольшая косметичка Логан на тоненьком ремешке. - Что за дела?! - Не знаю! По всему вагону разносились возмущенные возгласы. Блэр и Лорен, сидевшие у окна, попытались рассмотреть за дождевой пеленой происходящее снаружи. - Что там? – нетерпеливо спросил Райт. Лорен почти вжалась в стекло, всматриваясь в окно, затем ненормально-весело усмехнулась. - Наши новые друзья, - она сказала это даже громче, чем требовалось, но здесь, в занятом слизеринцами вагоне, её слова никто не додумался бы воспринять как сарказм – кругом же одни отпрыски ПСов! - И какого им потребовалось в поезде? – мрачно спросил Ник, поднявшись с места. Райт хмыкнул: - А вдруг Лорси прячет Поттера под мантией, или своего дядюшку-орденца? Бирс злобно шикнула на Райта как раз в тот момент, когда в купе зашёл человек в промокшей чёрной мантии. Его глаза мельком обвели присутствующих. Лорен отвернулась. От этого взгляда стало тошно, хотелось содрать с себя одежду вместе с кожей, и выбросить, сжечь, только чтобы не ощущать на себе взгляд этого человека, который, возможно, несколькими часами ранее пытал какого-нибудь полукровку. Видимо, Пожиратель заметил Паркинсон и Нотта, ехавших в соседнем купе и возмущенно загалдевших, начавших жаловаться на беспорядок, и решил, что в этой-то компании никто не будет прикрывать и прятать «Нежелательное лицо №1». Разве что на пару секунд задержал презрительный взгляд на Стефане прежде, чем уйти ни с чем. Лорен переглянулась с Ником, и снова уставилась в окно. Она знала это и раньше, но теперь осознание того факта, что теперь они будут вынуждены делить подземелья с подрастающими убийцами, стало особенно острым. - Это будет весело… - вдруг нахмурившись, пробормотал Райт, и достал сигареты, прикуривая не от волшебной палочки, а от обычной магловской зажигалки.

***

Первокурсников в этом году было меньше, чем в предыдущие - не все родители рискнули отпускать детей в школу, полагая, что с гибелью Дамблдора Хогвартс перестал быть оплотом безопасности для молодых волшебников. Не смотря на то, что директором стал Снейп, для того, чтобы поприветствовать учеников, со своего места поднялась профессор Макгонагалл. Впрочем, никто и не ждал от бывшего декана Слизерина приветственных речей. - Я хочу поприветствовать вас в Хогвартсе, - начала Макгонагалл. Вряд ли кто-нибудь слушал сейчас преподавательницу трансфигурации - все четыре стола смотрели на худого человека в чёрном костюме, сидевшего на директорском кресле. - …и представить вам новых преподавателей. Алекто Кэрроу – профессор магловедения. Хочу напомнить вам, что теперь этот предмет является обязательным для посещения. Над слизеринским столом прошёл недовольный гул. - А Защиту от Тёмных искусств в этом году будет преподавать профессор Амикус Кэрроу. Лорен посмотрела на новых преподавателей. Она готова была поклясться, что даже сквозь плотную чёрную ткань их мантий видела, как на левых предплечьях их красуются Чёрные метки. - Они бы ещё Фенрира Сивого позвали уход за магическими существами преподавать, - пробурчал Стефан, и сидящие вокруг него однокурсники рассмеялись. И услышав смешки, студенты с соседнего – гриффиндорского стола - оглянулись на них с презрением и осуждением. Вряд ли они могли слышать, что именно послужило причиной веселья. - Так они Пожиратели? – шёпотом поинтересовалась Джулиан Даймонд у сидящего рядом с ней Стефана. – Проклятье, чему же они будут нас учить... - Тёмным искусствам, - все обернулись на Розалин Мур. Она смотрела перед собой отсутствующим взглядом, и казалось, вообще не осознавала происходящего. Её голос был таким равнодушным и спокойным, что Лорен невольно поёжилась. Обычно пир в честь начала учебного года был чуть ли не самым шумным событием в году, но не в это раз. Большинство учеников будто боялись говорить не вполголоса, а про то, чтобы смеяться, не могло быть и речи, за исключением некоторых семикурсников со Слизерина. Все расходились по спальням ровным строем и в абсолютной тишине.

***

1 сентября 1992 За окном вагона замелькали дома, индустриальные окраины Лондона, когда дверь купе снова открылась. Внутрь вошла девочка – чёрные волосы стянуты в тугой хвост, дорогая новенькая мантия лоснилась на плечах. - Можно к тебе? – спросила она. Голос её был переполнен уверенности. Лорен уже собиралась кивнуть или ответить что-то, но та вдруг усмехнулась как-то по мальчишески и без одобрения зашла в купе. - Хотя знаешь, не важно. Свободных мест уже совсем нет, так что я в любом случае поеду с тобой, - она закинула на верхнюю полку свои вещи, подвинув чемодан Лорен, и села напротив. - Я Блэр. А ты? – чуть сдвинув брови, она обратилась к Бирс. - Лорен, - тут же ответила та, и Блэр кивнула. – Ты едешь на первый курс? - Да, - Блэр повела плечом и вздохнула, ещё раз оглядев свою соседку. Поначалу беседа никак не хотела завязываться, но уже через пару часов пути стала гораздо оживленнее. По вагонам прошлась тележка со сладостями, которая Блэр попросту не интересовала, а Лорен не смогла бы ничего проглотить от волнения, которое с каждой минутой пути становилось ощутимее. - Слушай, а ты уже знаешь какие-нибудь чары, ну, или может быть, умеешь варить зелья? - Да, знаю несколько заклинаний, - скромно ответила Лорен. – Какие-то дядя показывал мне, какие-то я находила в книжках брата и разучивала сама. Ничего особенного, они все очень простые, но зато потом, на уроках, не придется тратить время на их изучение. Блэр кивнула и заметно нахмурилась. Лорен заметила эту перемену в настроении своей знакомой, и ощутила в этом свою вину. Может, не стоило так сразу хвастаться своими умениями?.. - А ты? – спросила она. - Не-а. Я даже не уверенна, что волшебную палочку держу в руке правильно, потому что у меня её отобрали, как только я её купила. - Отобрали? – удивилась Лорен. – Но почему? - Какая тебе разница? – резко ответила Блэр, недружелюбно прищурив глаза. Лорен ничуть не обиделась на неё за такой грубый тон. Блэр волновалась, это было видно. Она ещё больше нахмурилась и уставилась на свои коленки в черных колготках. - Я слышала, что перед распределением на факультеты нам всем придется пройти какое-то испытание. Не хотелось бы попасть в дурацкое положение в первый же день, так ещё и перед всей школой. - Испытание? – переспросила Лорен, чуть нахмурившись. - Да, испытание, по итогам которого нас и разделят по факультетам, - пояснила Блэр. - Ты что, не слышала об этом? Лорен сначала широко улыбнулась, и засмеялась, махнув на Блэр рукой. Она уже давно выспросила у Ричарда и Алекса об этом испытании, и точно знала, что никаких чар для этого разучивать не требуется, и поспешила успокоить новую знакомую. - Не будет никакого испытания, Блэр, это всего лишь шляпа. - Шля-я-япа? – понизив голос почти до баса, недоуменно протянула она. - Да, - Бирс пожала плечами. – Распределяющая шляпа. Надо её надеть, и она назовёт твой факультет. - И что, вот так просто? – всё еще не верила Блэр. – А я-то уж думала, что нам придется усыплять мантикору или что-то подобное. - Мантикору? Ну что ж, тогда я сваливаю прямо с поезда, - девочки тихо засмеялись. - Шляпа, ну надо же, - Блэр цокнула и покачала головой, потуже затянула резинку на волосах. – Что ж… Надеюсь, мы хотя бы не подцепим от неё вшей! В помещении больше, чем Большой зал, Лорен еще никогда не приходилось бывать. Освещенный многочисленными факелами и свечами, он бы невероятно красивым: каждый факультет занимал один из длинных столов, стоявших ровными рядами. На столах расставлены тарелки, словно из чистого золота, серебряные кубки, по которым в нетерпении постукивали столовыми приборами некоторые из старшекурсников, желая поскорее приступить к пиру. Наибольшее впечатление производил потолок, выглядевший как ночное небо, усыпанное яркими звездами, выстроенными в созвездия. - Мать моя Моргана, ну и потолок! – послышался из-за спины не то шёпот, не то шипение высокого и светловолосого первокурсника, который шёл позади Лорен. – Надо в своих комнатах такой наколдовать, вот будет классно! Профессор Макгонагалл поставила перед первокурсниками деревянную табуретку с восседавшей на ней, словно на троне, потрепанной шляпой в швах и заплатках, которую им необходимо было по очереди надеть на голову. В ту секунду, когда Макгонагалл развернула длинный свиток пергамента со списком имён, Лорен показалось, что все находящиеся в зале услышат, как громко и часто у неё стучало сердце. Ноги стали ватными, показалось даже, что слегка потемнело перед глазами. Оставалось совсем немного времени до момента, когда у неё на голове окажется Распределяющая шляпа, но она никак не могла собраться и как следует подумать – а что ждёт её? Куда она может попасть? Она не считала себя ни храброй, ни хитрой, ни мудрой и остроумной, казалось, что шляпа вообще не станет заморачиваться и попросту отправит её домой. Лорен показалось, что все сейчас смотрят на неё и чего-то ждут, но на самом деле никто не смотрел, ведь знала-то её одна только Блэр. Но трусливо, как напуганный кролик, она украдкой осмотрелась вокруг, и встретила внимательный взгляд на себе – на неё очень пристально, кажется, даже удивленно, смотрел худощавый, темноволосый мальчишка. Это было очень странно, ведь она видела его впервые, и даже имени не знала, но чувство узнавания возникло у неё в тот же миг, как их взгляды встретились. Как будто... Как будто она где-то видела его, но никак не могла вспомнить где или когда. Он смотрел и смотрел на неё до тех пор, пока профессор Макгонагалл не произнесла: - Альто, Николас! Его лицо тут же сковала скука, а торопливые шаги к табуретке давали понять, что распределение для него – всего лишь формальность. Он уже знал, что его ждёт, и Распределяющая шляпа не стала опровергать его ожидания. Едва коснувшись его головы, она пролепетала «Слизерин!». Лорен проводила его унылым взглядом, отчего-то вдруг чувствуя, что ей нужно быть там. Что ей нужно сидеть с ним за одним столом. - Бирс, Лорен! – произнесла профессор Макгонагалл и мельком оглядела толпу первокурсников. Вернуться в реальность из ступора Лорен помогла Блэр, тихо шепнув: - Удачи. Лорен села на табурет, торопливо нацепила шляпу, и услышала голос, звучавший будто внутри её головы. Она не вслушивалась, что там бормочет шляпа о её качествах и умениях. Мысленно она буквально кричала: «Слизерин! Пожалуйста, пусть это будет Слизерин!» Еще несколько фраз о потенциале и упорстве. Лорен зажмурилась. «Да наплевать мне на потенциал, я просто хочу учиться на Слизерине!» «Просто отправь меня в Слизерин, отправь меня в Слизерин…» Наконец, Распределяющая шляпа замолчала, и вынесла вердикт: - Слизерин! Лорен быстро, пока та не передумала, сняла шляпу и чуть ли не бегом направилась к столу под изумрудно-зелёными флагами. Туда же проследовала и Блэр Логан. Лорен подумала – будет здорово, если они с Блэр станут подругами. На тот же факультет попали Розалин Мур, Стефан Райт – тот самый, что собирался зачаровать потолки в своей спальне, Джаспер Хенсли, Изабелла Грин и Майкл Клируотер. Теперь они все станут её новой семьёй, к этому нужно будет привыкнуть.

***

Первые два учебных дня прошли относительно спокойно. Не считая магловедения с Алекто Кэрроу, которая весь урок потратила на оскорбления в адрес маглов и маглорожденных волшебников, у Лорен была лишь Гербология и Древние руны. У большинства её однокурсников вчерашним утром стояла Трансфигурация. Ей же превращения никогда не давались легко – даже самые простые заклинания приходилось изучать и тренировать по нескольку дней, чтобы добиться хоть какого-то результата, поэтому от изучения этого предмета она отказалась после сдачи СОВ. Сегодняшнее утро, пасмурное и хмурое, началось с зельеварения. - Эй! – возмутилась Блэр, когда кто-то подошёл и пихнул её в плечо. – А, это ты… Лорен присела на подоконник рядом с Блэр. - Почему пропустила первый урок? – поинтересовалась Лорен. - А что у нас было? - Зелья. - Вот черт… - Да уж, я думала, Слизнорт обделается от негодования, – тихо усмехнулась Бирс, замечая, что свободного пространства перед дверью в кабинет профессора Флитвика оставалось все меньше. Гриффиндорцы подпирали стены в начале коридора, рассматривая какой-то журнал, подтянулись Роуз и Джулиан, когтевранские девочки, под предводительством Эллы Гаррет. - Переживёт, - вдруг усмехнулась Логан. - Вечером у него званый ужин, в честь начала учебного года. Подмажусь. Даже отработку не назначит, я думаю. - Званный ужин? – несколько удивлённо поинтересовалась Лорен. – Он что, всё ещё их устраивает? Даже сейчас? - Да, представь себе, - задрав подбородок, пропищала Элла, встряв в разговор. – Хотя, тебе-то откуда знать. Не думаю, что недоразумение вроде тебя, Бирс, может похвастаться наличием у себя таланта, или чего-либо другого, что могло бы помочь получить приглашение в его клуб профессора Слизнорта. Например… - Сисек, - буркнул Эрик Стоун, и стоящие рядом когтевранцы заржали. Повезло. Будь сейчас там Ник или Стефан, его уже отскребали бы от пола. Лорен криво ухмыльнулась, игнорируя сборище синих галстуков, и изобразила самую надменную свою гримасу. Элла Гаррет – серая мышка, которая, только приехав в Хогвартс, мечтала попасть на их факультет, но шляпа решила иначе и распределила её в Когтевран. Именно это стало первопричиной её вызывающего поведения, или нечто другое, но выделяться Элла умела, и ещё как. С каждым последующим курсом длина её юбки стремительно укорачивалась, помада становилась на тон ярче. Её всегда окружала послушная и восторженная свита подружек, которая вечно ходит с ней, но чуть позади. Такие понятия, как вежливость и скромность для Эллы – просто пустой звук, а её любимое занятие – портить жизнь мелкими пакостями тем, кому не посчастливилось оказаться в списке её недоброжелателей. Лорен Бирс возглавляла этот список. Ведь у подавляющего большинства старшекурсниц всегда была одна общая проблема: старшекурсники. Особенно такие, как Ник Альто. Красивый и высокий, с небрежно-утонченными манерами и спокойными тёмно-карими глазами. Он по очереди нравился чуть ли не всем девочкам в школе, но их симпатия быстро разбивалась о непроходимое препятствие – саму Лорен. Он был её лучшим другом, естественно, что они почти все свободное и несвободное время проводили вместе. Эллу это не остановило, что и сделало Лорен её главной мишенью для своих козней. А для Ника Бирс стала практически щитом: самому ему воспитание не позволяло грубить и просто отшить надоедливую когтевранку, Лорен же отбивалась от неё как от слабеньких боевых чар, и её это, в общем-то, даже веселило. Сейчас у Эллы появился, видимо, новый повод задираться. - Так ты этим воспользовалась в качестве пропуска? - ответила когтевранке Логан, и теперь пришла очередь хихикать слизеринским девчонкам. Элла подошла к ним ближе. - А тебя за какие заслуги позвали? – прошептала она Блэр. – Не припомню, чтобы Слизнорт сильно симпатизировал детям Пожирателей. Обе слизеринки вмиг ощетинились. Логан спрыгнула с подоконника, скрестив руки. - Извини? - Извинения приняты! – Гаррет перестала светиться улыбочкой и теперь хищно пилила Логан глазами, чуть приподняв подбородок, видимо, чтобы казаться ещё выше. Лорен вообще не представляла, что сказать, оторопев от такой наглости. - Ну и что тут происходит? Из-за спин гриффиндорцев, расталкивая их, показались остальные слизеринцы. Альто вышел вперед и нахмурено оглядел Блэр, Лорен и Эллу. Неизбежно состоялись бы разборки, если бы в конце коридора не показалась низенькая фигурка профессора Флитвика. Гаррет тут же отступила. Лорен была готова буквально закипеть от негодования. Это был лишь третий учебный день, и уже в который раз она или кто-то из её друзей были вынуждены слышать от студентов с других факультетов подобное. «Всё из-за таких, как вы!», «дети Пожирателей» - теперь это было вместо приветствий. Признаваться, что её задевали неприязненные взгляды учеников, было странно, особенно если всю жизнь внушать, что её не волнует мнение окружающих. Но это было так, и она чувствовала обиду, ведь она всегда знала, что отличалась от сокурсников со своего факультета. А тут вдруг её и её же лучших друзей начинают приравнивать к самым злостным представителям факультета, из-за того, в чём даже не было их вины. Конечно, она чувствовала острую несправедливость. И подмечая все эти выкрики в свою сторону, Лорен старалась не вспоминать о том, что её семья сражается за них. За тех, кто считает их убийцами. Пока когтевранцы и слизеринцы медленно заходили в кабинет, Лорен не сдвинулась с места. Ноготки впились сквозь ткань форменной рубашки в предплечья, так, что наверняка царапины останутся. Ник слегка подтолкнул её локтем, и Лорен неохотно пошла за ним в класс. Уже с первых минут урока Лорен поняла, что на шестом курсе, как и все предыдущие годы, заклинания будут её любимыми уроками. Профессор Флитвик решил на первом же занятии начать освоение невербальных заклинаний. К концу урока многие уже делали незначительные успехи. После окончания урока Лорен вышла из кабинета самой последней, и услышала, как сзади её окликнул звонкий голос Тори Пауэлл, её однокурсницы с Гриффиндора. - Привет, - отдышалась гриффиндорка, и за локоть увела подругу в сторону, осмотрелась, не подслушивает ли их кто-то. - В чём дело? – поинтересовалась Лорен. - У вас уже были уроки с Амикусом? - Нет, - нахмурилась Бирс и мельком глянула на Лану Питерс – однокурсницу Пауэлл, которая уже до красноты натёрла платком зарёванные глаза. Пауэлл красноречиво вздохнула. - А у нас и Пуффендуя уже была, - пробормотала Тори, явно нервничая. – Знаешь, как проходит занятие? Кэрроу отбирает чистокровных учеников, и они на остальных демонстрируют непростительные заклятия. Те, кто отказываются, тоже становятся подопытными кроликами. Знаешь Диану Райли? Лорен кивнула, припоминая бывшую подружку своего брата с Пуффендуя. - Она сейчас в больничном крыле. После ЗоТИ. Многие с нашего факультета уже всерьёз задумываются о том, чтобы не продолжать учёбу в школе, тем более, если у Кэрроу будет власть. - Ну, чистокровным-то бояться нечего… - Да ладно, - усмехнулась гриффиндорка. – А то им не известно, чьи семьи поддерживали Дамблдора и сражаются против Пожирателей. - Чёрт… - шёпотом выругалась Лорен. Розалин Мур была права. Похоже, из названия предмета можно смело вычёркивать слово «защита», оставив просто - «Тёмные искусства». Лорен как-то задумывалась о том, что будет происходить на этих занятиях, предполагая, что, как и его сестрица, Амикус будет проводить активную головомойку о месте маглов в пищевой цепочке, и попытается обучать их тёмной магии, но то, что студенты будут тренировать друг на друге Империо, даже она бы не умудрилась придумать. Распрощавшись с Пауэлл, Лорен поспешила догнать Ника и Стефана, и рассказала им всё, что услышала от гриффиндорки. Выслушав её, Райт тут же озвучил свои мысли по этому поводу. - Интересно, гиппогриф тебя задери! На нашем курсе все чистокровные, и кто кого будет лупить Круциатусом? Кто быстрее сообразит, или, может, кто вытянет длинную соломинку, тот и сверху? - У тебя-то соломинка будет явно длиннее всех, Райт, - пробурчала Лорен. – Мне кажется, что мы-то уж точно не в том положении, чтобы надеяться на благосклонность этой парочки. - В таком случае, не вижу причин для паники, - ответил Стефан и завалился на кровать, тогда как Лорен уселась на кровать Ника. Сам он сидел на письменном столе, засунув руки в карманы и задумчиво таращась в одну точку. – Если нам в любом случае огребать, какая разница, от Кэрроу, или друг от друга? - А такая, - ответила Лорен. – Кэрроу с тобой нежничать не станет, тогда как я… Если ты конечно, хорошо попросишь… Могу не стараться, и проклятье не подействует в полную силу… Райт от души захохотал. - Вы только гляньте, кто это тут возомнил себя злой колдуньей? Лорси, дорогая моя, ты сама-то давно успела тёмную магию освоить? Это тебе не Летучемышиный сглаз насылать на Эрика Стоуна. Непростительные чары не так-то просто использовать, и у тебя, детка, уж извини, кишка для этого тонковата. Лорен скрестила руки на груди и вдохнула поглубже, собираясь ответить с не меньшей экспрессией, как в разговор вмешался Ник. - А это мысль… - он поднял глаза на Лорен. - Что? Лорси научить Круциатусу? – спросил Стефан, закуривая прямо в комнате. – Она потом по утрам станет тебя им будить, старик, ты в курсе? - Тебе ещё не надоело? – устало вздохнула Лорен, искоса посмотрев на блондина. - Нет-нет, я не об этом. Я думаю, она права… - Альто чуть нахмурился и слез со стола. - Выкусил? Стефан в ответ показал Лорен язык. - Я думаю, это неплохой вариант, - продолжил Альто. - Я ничего не понял, - сказал Райт и затянулся. - Ну, ты был бы не ты, - усмехнулась Лорен. - Умолкните оба, - отрезал Ник. Вообще, у Лорен со Стефаном были крепкие дружеские отношения, но иногда их несло. Хорошо, что рядом всегда был Ник, чтобы их разнять. – То, что ты предложила, в самом деле может прокатить. Если твоя гриффиндорская подружка права, и применять тёмную магию мы будем друг против друга, что нам мешает притворяться? Например, вслух произнести Круцио, чтобы сбить с толку Амикуса, а применить, на самом деле… Ну, Риктусемпру… Лорен и Стефан захохотали. Ник единственный из них троих боялся щекотки, так что для него между заклинанием, причиняющим нестерпимую боль, и щекочущим не было большой разницы. Ему почти не придётся изображать муки и агонию, чтобы профессор посчитал выполненное против Альто заклятие успешным. - В таком случае, придётся подтянуть невербальные чары… - сказал Стефан. - Да, и желательно с этим поторопиться. Занятие с Кэрроу уже завтра. Лорен вышла из их спальни, предварительно сняв запирающие чары с двери, и вернувшись к себе, рассказала обо всём Роуз и Блэр. Следующим утром, казалось, переживать было не о чем, они были готовы играть по заданным Кэрроу правилам, но Амикус вдруг решил их изменить. Когда шестой курс Слизерина пришёл в его класс и расселся по местам, он завёл и в кабинет троих первогодок, которые, присутствуя на их уроке, отбывали наказание. Щупленькая и едва набиравшая четыре фута в росте девочка с гриффиндорским галстуком то и дело всхлипывала. Лорен испуганно вытаращила глаза и переглянулась с Ником. Таким же удивлённым выглядели Райт и Блэр, уверенные, что для того, чтобы избежать проблем достаточно будет только изобразить боль. Первая мысль, которая пришла им всем в головы, оказалось верной. Кэрроу действительно привёл этих первокурсников в качестве подопытных крыс, и, произнеся короткую приветственную речь о прелестях Тёмной магии, стал вызывать шестикурсников по очереди, и каждый должен был применить заданное им заклятие. - Ещё раз! – не то сказал, не то взревел Амикус, когда трясущаяся рука Джулиан Даймонд неловко дернулась, и опустилась вниз. Стоящий перед ней первокурсник с Пуффендуя собирался уже потерять сознание от ужаса. - К-кр-у-ц-цио… - пробормотала себе под нос шестикурсница. Подняла руку и произнесла уже чётче. – Круцио! Всего пара красных искорок вырвались из кончика её волшебной палочки, и на этом проявление её способностей завершилось. Несколько студентов перед ней уже успели облажаться и наколдовать нечто смахивающее на салют, но точно не на пыточное заклятие, и профессор всё больше и больше разочаровывался. - Не достаточно того, что вы поднимаете палочку и произносите заклинание, - парировал Амикус, прохаживаясь между рядами, когда Джулиан, краснея и бормоча себе под нос что-то невнятное, направилась к своему месту. - Чтобы заклинание работало в полную силу, вы должны наслаждаться тем, что причиняете боль. Вы должны хотеть причинить боль своей жертве. Либо… - он остановился. – Либо вы сами станете жертвой. Райт презрительно хмыкнул. Лорен, сидящая за партой перед ним, укоризненно посмотрела на него: если бы Стефан сидел чуть ближе к преподавателю, Амикус услышал бы его смешок. Тогда было бы не избежать разборок. - Отвернись, - прошипел Райт. Девушка покачала головой, отворачиваясь. Тем временем, Амикус уже выбрал, кто будет следующим. Теперь попробовать пыточное заклинание должна была Розалин. Лорен, Ник и Стефан по привычке переглянулись, как бывало всегда, когда вот-вот должно было произойти что-то интересное, или страшное, или просто – необычное. Розалин вышла к преподавательскому столу. Лорен напряглась, и выпрямившись, не отводя глаз наблюдала за происходящим. По бесстрастному и ничего не выражающему лицу Мур казалось, что ей совершенно всё равно, что будет с ней. Или с кем-то из её однокурсников. Или с зарёванной первокурсницей, что сейчас стояла перед ней и дрожала от страха. Очевидно, это и нужно было Амикусу. - Круцио, - спокойно, как заученную мантру произнесла Розалин. Тут же комнату наполнил звук падения маленького тельца о пол и пронзительный девчачий визг. Это продолжалось секунд шесть или семь, и стоило красному лучу вырваться из палочки Роуз, Лорен почти сорвалась с места, желая остановить её, и сделала бы это, если бы холодные пальцы Альто не сцепились у неё на локте, останавливая. - Даже не колебалась, - сквозь стиснутые зубы выговорил Стефан. – Ты заметила, как она это делает? Будто всю жизнь только этим и занималась, чёрт возьми. Обычно студенты, которые радовались началу перерыва и возможности поболтать с однокурсниками, выбежать во двор покурить, попробовать очередную вредилку из «Зонко», теперь, только выйдя из класса, разбегались кто куда. Ник и Лорен выглядели чуть ли не довольными, так как в этот раз до них очередь не дошла. - Стефан, ты будто не знаешь, кто её родители. Возможно, ей в самом деле уже приходилось это делать. Попытки Лорен оправдать однокурсницу изначально были обречены на провал. Розалин Мур за шесть лет обучения сблизилась лишь с двумя из слизеринцев – Джаспером и Майклом. Но Джаспер в этом году не вернулся в Хогвартс, и Розалин даже с Майклом перестала поддерживать общение. Со стороны же Стефана по отношению к Роуз наблюдалась очевидная предвзятость, что и проявлялось в его словах. - Я помню, Лорси, кто её родители. Только это не даёт ей права вести себя как бесчувственная сука и бросаться непростительными чарами направо и налево. Я ведь этого не делаю… Лорен захихикала. - Ты считаешь, что это весомый аргумент против неё? - Слушай, а тебе самой не страшно? Ты вообще с ней в одной комнате живёшь, – не мог угомониться слизеринец. Лорен снова попыталась его убедить. – Знаешь, то, что её родители – Пожиратели, в данном случае работает против неё. Не послушай она Амикуса хоть раз – попадёт не только под его горячую руку, но и родителей. А может быть… - Лорен призадумалась. – Может быть… - Может быть, она не хочет их разочаровать. Верно, детка. Лорен не успела закончить мысль, и прекратила попытки понять мотивы своей соседки по комнате, пытаясь убедить себя, что всё это её не касается. Райт и Розалин оба происходили из состоятельных чистокровных семейств, значимость коих в данное время была вознесена чуть ли не до небес, с разницей лишь в лояльности их семей. Родители Розалин никогда не скрывали своей приверженности Тёмному Лорду, в то время как семья Райтов всячески избегала обязательства вставать на чью-либо сторону. Для Стефана это не имело никакого значения, он считал, раз уж он извечно сопротивлялся воле своих родителей, то и Мур не должна подчиняться своим, прислушиваться к их мнению, и уж тем более, не должна оправдывать их деяния. То, чем данная вольность могла обернуться для Розалин, Стефан не принимал во внимание, поэтому его отношение к однокурснице стало стремительно меняться в худшую сторону. Стефан выхватил из рук шедшего им навстречу второкурсника утренний номер «Ежедневного пророка» и наспех осмотрел пару первых страниц. - Что нового? – поинтересовалась Лорен. - Трупы, - будничным тоном ответил Стефан. Следующее занятие по Тёмным искусствам должно было быть уже на следующей неделе, и у них были в запасе все выходные, чтобы как следует подготовиться. Потренировать защитные чары, невербальную магию, и очень уместное в сложившейся ситуации актёрское мастерство. Студенты между собой только и шептались о том, какие меры применяют Кэрроу для наказания, сколько человек за первые несколько учебных дней побывали в больничном крыле, поэтому даже слизеринцам не хотелось давать новым преподавателям повода для разочарования. Лорен и Стефан теперь возненавидели вторники, как раз когда в расписании стоял урок Амикуса, Ник же не спешил высказывать свои впечатления, как и всегда. Вечер понедельника они провели в комнате парней, где жили сейчас Ник и Стефан, позже к ним присоединился их однокурсник Майкл Клируотер. Сначала все четверо упорно корпели над учебниками по защитной магии, но ближе к полуночи Стефан, уставший и раздражённый, зачем-то вышел в общую гостиную. - Знаете, это даже забавно, - усмехаясь, сказал он, когда вернулся в спальню. – Только и слышно от них – маглы то, маглы это, а у самих целый тайник за портретом старины Салазара, до отвала набитый элитным магловским алкоголем. - Откуда… - вполголоса протянул Ник, наблюдая, как Райт наколдовал четыре стакана и медленно наполнял их великолепным виски. Лорен с облегчением захлопнула учебник. Глаза закрывались, строчки сливались в одно чёрно-серое пятно, и взглянув на часы пару минут назад она едва не закричала, только представив себе бесконечные книжные страницы, поэтому очень обрадовалась идее Стефана взять перерыв. - Недоумеваешь, как это мимо тебя прошло? – сказала Лорен Нику, устроившись рядом с ним. - Кто-то нелегально протащил алкоголь в помещение школы, ужас какой… - Недоумеваю когда, - спокойно ответил он. – Я этот тайник только вчера проверял, и именно этой бутылки там не было. Майкл засмеялся. Этот вечер стал напоминать Лорен последний учебный день на пятом курсе. Тогда они сидели в этой же комнате, только с ними был Джаспер, и Блэр, и остальные. В то время они не думали о том, что когда-нибудь станут взрослее, и этой дружбы может и не стать. Что Лорен начнёт ярко красить глаза и ругаться, Джаспер - злоупотреблять огненным виски, Ник станет замкнутым и нелюдимым, у Стефана появится девушка, или несколько. Что когда-нибудь их зелёные галстуки превратятся для них в удавку. Но тогда им было по шестнадцать, они были молоды и счастливы; простые студенты, которые, не помня себя от радости, праздновали окончание экзаменов. Если где-то и была война, то где-то очень далеко. Сейчас всё изменилось, как бы они ни пытались от этого отвлечься. Бутылка виски, принесённая Райтом опустела ко второму часу ночи, и только спустя ещё полчаса Лорен отправилась в свою комнату. Разумеется, она проспала. Проснулась только в девять часов, когда спешить на Гербологию уже не имело никакого смысла. И, как назло, следующим было занятие по Тёмным искусствам. Зябко поеживаясь и зевая, она вышла из общежития Слизерина в темный пустой коридор и побежала к лестнице. Вот за что она готова была возненавидеть Хогвартс, так это за его бесконечные лестницы и этажи. Дойдя до кабинета Амикуса, Лорен сразу же дернула дверь на себя, не дав себе времени подумать о том, как оправдаться за опоздание. Когда ни о чём не думаешь, проще сохранять спокойствие и уверенность. - А вот и мисс Бирс почтила нас своим присутствием, - прохрипел Амикус, и большинство однокурсников обернулись на неё. Лорен невольно замедлилась, шагая к своей парте. – И раз уж теперь вы все в полном составе, не будем терять время попусту и приступим к делу. И да, мисс, раз уж вы опоздали, с вас и начнём. Лорен уставилась на Амикуса, в надежде, что она ослышалась. Она почувствовала, как кончики пальцев заледенели, ноги стали ватными, внимание и слух напряглись до предела. Стефан нервно заёрзал на стуле. Бирс медленно, будто специально тянула время, подошла к своему месту, оставила сумку и мантию, и покрепче сжала волшебную палочку. Мельком глянула на Ника. Он едва заметно кивнул. От этого его жеста ей стало чуть легче, не смотря на то, что мгновенье назад она была в каком-то миге от того, чтобы с визгом выбежать из класса, подальше от этих проклятий и наказаний. - Итак, - произнёс Амикус твёрдо и нетерпеливо. – На прошлом занятии я имел неудовольствие убедиться, что приступить к изучению чар «Круциатус» вы ещё не готовы, и поэтому, сегодня мы остановимся на более простых проклятиях, таких, как, например… Мисс Мур, может быть, вы можете назвать некоторые из них? – Кэрроу, явно довольный собой, уставился на Розалин. - Иктумос, - безучастно ответила Розалин, смотря в одну точку пустыми глазами. Девушка вообще будто превратилась в живой манекен. - Верно, - кивнул профессор, пока Лорен пыталась собраться и выровнять дыхание. Рядом с ней стояла её будущая мишень – Грейс Миллер, третьекурсница с Когтеврана, очевидно, очередная нарушительница дисциплины. – Данное заклятие характеризуется тем, что наносит противнику удар. Не просто удар, но мощный импульс, сила, воздействующая на организм человека изнутри. В зависимости от качества применяемых чар, и силы воздействия, урон, нанесённый данными чарами, может быть различным. От ушибов и переломов до мгновенной смерти. Несколько шестикурсников напряжённо переглянулись. - А теперь, - сказал Кэрроу, возвращаясь к преподавательскому столу, у которого стояла Лорен в ожидании команды. – Бирс продемонстрирует нам действие данных чар. Внимание. Кэрроу за шиворот оттащил от Лорен третьекурсницу и повернул лицом к ней. В кабинете повисла тяжёлая, давящая тишина. Стало понятно, что пора. Нужно что-то делать. Ещё на первом курсе, только начав обучение магии, Лорен легко освоила половину учебника по заклинаниям уже в первые две недели, и блестяще демонстрировала их на практике. Сейчас же она чуть ли молилась, чтобы её способности её подвели. - Иктумо, - произнесла она хриплым полушёпотом. Кроме того, что её волшебная палочка так и норовила выскользнуть из руки, словно не желая применять такие чары, ничего не произошло. Она попробовала снова, хотя всё её существо буквально кричало «Я не стану этого делать, не хочу, нехочуНЕХОЧУ!». После четвёртой её попытки Амикус захохотал. Лорен тут же опустила руку, боясь уронить палочку. - Да уж, профессор Флитвик явно преувеличивает твои способности, - грубо сказал он. Тон его изменился до неузнаваемости, как будто из школьного класса он переместился в тюремную камеру. – Давай ещё раз! Лорен удалось снова применить заклинание только со второго раза. Она старалась держать глаза закрытыми, применяя его, чтобы - не дай Мерлин - не пришлось увидеть его действие. - Иктумо! – снова произнесла она, и девчонку в когтевранской форме отбросило назад на несколько футов, но должного эффекта заклятие так и не произвело, и Амикус заставил её пробовать снова. Но, подняв палочку и нацелив её на третьекурсницу, Лорен вдруг почувствовала слабость и головокружение, в ушах зазвенело, перед глазами возникла непроницаемая пелена. Это длилось секунды три или четыре, затем, она снова посмотрела на Грейс, и вдруг услышала чей-то голос, похожий на её собственный, но гораздо выше и громче. «- Ты же обещал мне! Не делайте этого! - Так будет лучше…» - Ну же! – послышался голос Амикуса откуда-то издалека. Он снова взял девчонку за шиворот и встряхнул. От внимания Лорен не скрылся этот жест. Точнее, то, как он её держал. Белая дымка, противный лязг в голове, затем шипение, скрежет и свист... Лорен показалось, что она падает, и падает… Что её сознание существует отдельно от неё. Она не чувствовала пола под ногами, воздух стал тяжёлым и прогорклым. - Что-то не так… - голос кого-то из студентов. Затем, ещё чей-то, снова выкрик Амикуса. - Давай же, немедленно! - Нет! – выкрикнула Лорен, и снова всё затихло, и в классе, и у неё в голове. Внезапно Амикус оказался от неё в пяти дюймах, схватил девушку за торчащий из-под мантии зелёный галстук с эмблемой факультета, и начал дёргать за него. - Вы не сможете подобающе служить Тёмному Лорду, если не будете пытаться, учиться, хотеть причинять боль, – шипел он, и вдруг завопил. – Посмотри на неё! – он пихнул Лорен навстречу третьекурснице, и она едва не споткнулась. – Она заслужила наказание. Она защищала магловское отродье. Она защищала врагов Темного Лорда, а значит, ваших врагов. И вы, вы все, как будущие его сторонники… - Щас, размечтался. Амикус немедленно умолк и обернулся на Райта, но ничего не сделал. Он снова обратился к Лорен. - Последний шанс. Если не справишься сейчас, следующим, на ком ты будешь учиться, будет твой дружок. Стефан безразлично хмыкнул, а Кэрроу даже покраснел от ярости. - Нет, - решительно ответила Лорен. – Я не буду этого делать. - Сейчас же! - Нет! Удар по голове свалил её с ног, и, стукнувшись плечом об пол, она зажмурилась от боли, такой невыносимой, что стало ясно - её источником был вовсе не удар, а направленный в неё Круциатус. Сколько это продолжалось, она не могла определить, потеряв счет секундам и не чувствуя ничего, кроме расплавляющей внутренности и разрывающей на части боли. Дальше все было как в тумане. Едва она смогла прийти в себя, снова почувствовала острую боль. Ник поднял её с пола, и, придерживая за плечи, вынес в коридор, направляясь к лестницам на верхние этажи. - Куда ты... - Молчи. Тебе надо к Помфри. - Нет! - Лорен вырвалась из рук друга, еле сохранив равновесие, и уперлась здоровым плечом в стену. - У тебя выбито плечо и ребро сломано, что значит "нет"?! Девушка в ответ упрямо покачала головой. Внимательно всматриваясь в её лицо, Ник произнес что-то едва слышно. Дальше говорила подошедшая к ним Розалин. Ещё тише. Внутри что-то хрустнуло, короткая вспышка боли, чьи-то голоса, говорившие что-то, что она не смогла разобрать, так как снова потеряла сознание. Пришла в себя она уже в своей спальне, заботливо укрытая пледом. Открыв глаза и вдохнув, она тут же нашарила на тумбочке волшебную палочку и вскочила, но голова резко закружилась. - Лучше не надо, - сказала Розалин, подойдя и сев на край её кровати. Блэр стояла неподалёку, скрестив руки на груди. – Я дала тебе зелье, дай ему подействовать. Некоторое время лучше не двигаться. - Что произошло? – прохрипела Лорен. Мур и Логан переглянулись. - Ты, вроде как, отключилась, - тихо сказала Роуз. – А после того, как отказалась колдовать, Амикус применил к тебе Круциатус. Ты упала. Ник сразу же попытался помешать Кэрроу, но он применяет такие заклинания, против которых простые защитные чары бесполезны. - Он в порядке? – от испуга за друга Лорен тут же оживилась. - Да, - успокоила её Роуз и снова переглянулась с Блэр. – Потом он ударил тебя. Ник попытался отвести тебя в больничное крыло, но ты обещала проклясть его, если он это сделает. Поэтому, пришлось мне… Лорен сначала не совсем поняла, о чем речь, но вспомнила прошлый учебный год, собеседования с деканами о выбранных пятикурсниками профессиях, и то, как Розалин упомянула о том, что хочет стать целителем, вместе с Джаспером. - Спасибо, - сказала Бирс, потрогав правый бок. Боли не было. - Чем ты думала вообще? – грубо спросила Логан. – Могла бы и дальше корчить из себя дурочку, он бы повёлся! Кэрроу надоело бы, и он отпустил бы и тебя и Райта. Розалин, решив, что от неё больше ничего не требуется, отошла к своей кровати. - В чём дело? – спросила Лорен, желая услышать продолжение рассказа Роуз. - Что произошло потом? - Амикус назначил вам наказание. Тебе, Альто и Райту. На следующем уроке тренироваться мы будем на вас. Это почти не удивило Лорен, разве что она почувствовала вину перед парнями, им-то досталось практически ни за что. Надо бы им сказать, чтобы больше не думали заступаться за неё. Не хватало из-за неё наживать себе неприятности. - Блэр, - произнесла Бирс, спустя какое-то время. – Тогда, на уроке, надолго я отключилась? - Минуты на три, - пожала плечами Логан. Лорен нахмурилась. Всё пережитое в последние пару часов как-то меркло на фоне этого. Наказание, боль, непростительные чары, неспособность защитить себя, всё это отошло на второй план. Единственное, о чем она могла думать, что с ней было перед тем, как Амикус применил к ней Круцио.