Founder's Keeper

      Хельга преподавала Зельеварение, и класс для этого урока находился не в Подземельях. Вместо этого для уроков Зельеварения выделили что-то вроде зелёного домика, вокруг которого было немного различных разновидностей растительности. Опасаясь запутаться в лианах или быть схваченным не слишком дружелюбными из их числа, возможно, даже плотоядными, я стоял от всего этого на приличном расстоянии. Рядом с рабочим столом Хельги был массивный деревянный люк. Перед началом урока Хельга отвела меня в кладовую для зелий, которая оказалась намного больше, чем я ожидал. Даже Снейп позавидовал бы её коллекции ингредиентов. Дальше в комнате было несколько тёмных пятен, которые не освещались палочкой Хельги. Я предположил, что там находились Дьявольские силки, остальные же тёмные области оставались тайной.       В данный момент студенты слушали лекцию Хельги о свойствах Бородавок. Я смутно вспомнил, что они использовались в приготовлении Бодроперцового зелья и, возможно, в зелье Очистки крови.       Несмотря на скучную тему, Хельга смогла удержать моё внимание на предмете занятия. В отличие от Снейпа, Хельга пользовалась наглядными пособиями. Между её большим и указательным пальцами была зажата небольшая Шевелящаяся Бородавка, прогибающаяся под странным углом, извивающаяся и так и сяк, двигаясь в каком-то одной ей неизвестном ритме, который ускользнул от волшебников и ведьм столетия спустя. — Мы собираемся сделать очень простое зелье, в котором задействована Шевелящаяся Бородавка, прежде чем мы перейдём к самому уроку. Пожалуйста, отмерьте семь сантиметров от своего ингредиента. После этого я хочу, чтобы вы поставили свои маленькие котелки на средний огонь. Сначала добавьте примерно литр воды и три щепотки соли. Как только вода закипит, добавьте Бородавку. Когда она перестанет двигаться, снимите котёл с огня и отставьте для охлаждения. Не стесняйтесь употреблять его, однако, я рекомендую только один глоток в день. Выпьете больше, и вы окажетесь не в состоянии спать в течение всей ночи. Это может быть полезно во время экзамена, хотя… — она сделала паузу, и я увидел ухмылку на её лице, — нужно заплатить за сон, который они забирают. Если принимать это зелье в течение длительного периода времени, человек может однажды заснуть смертельным сном, поэтому будьте осторожны, когда будете использовать это простое средство. Оно может только лишь держать вас в сознании, но не разбудит спящего человека. Теперь, давайте, приступим к делу, — я наблюдал за тем, как класс устанавливал свои маленькие котлы с небольшой завистью к простому, но полезному зелью, не говоря уже о пятизвездочном «инструкторе». Нельзя было отрицать, как бы мне хотелось, чтобы было бы не плохо узнать об этом зелье на уроке Снейпа, но он, полагаю, считал его слишком лёгким. Я был немного удивлён, когда Хельга обратилась ко мне, испугав меня. — Гарри, я хотела спросить тебя, — она подошла ко мне с застенчивой улыбкой, но быстро стала серьёзной. — Салазар сказал, что тебе понадобится Обезболивающее зелье через два дня. — Да, — я пожал плечами. — Леди Рейвенкло сказала, что готова исправить моё зрение с помощью рун... — Понятно. Теперь я знаю, зачем оно тебе нужно, — она пожевала губы, и я уловил намёк на раздражение. — Иногда я ненавижу то, как Салазар утаивает важную информацию. Клянусь, этот человек невозможен. Может, мне стоит подлить ему алкоголь? — Думаете, вам это сойдёт с рук? — Нет, — нахмурилась она, и я был немного ошеломлён выражением разочарования на её лице. Казалось, она тоже это поняла, потому что быстро вернулась к своему прежнему приятному поведению. — Почему-то он всегда знает наперёд, когда я так делаю.       Я подумал о маленьких ползучих шпионах, которые, как он намекнул, находятся по всей школе. — Тогда… возможно, вам нужен другой план нападения, — я усмехнулся. — Что скажете на то, чтобы подшутить на неуловимым Салазаром Слизерином? Думаю, я смогу найти способ это провернуть. Но придётся немного подождать. Когда я получу нормальное зрение, мы сможем начать планировать. Вы в игре? — Я что? — Вы за? Хотите работать вместе, чтобы разыграть Слизерина? — Конечно, он это заслужил, — она кивнула, лукаво улыбаясь.

***

      Уже было почти время обеда, и моё зрение начало слабеть. Я даже не могу полностью описать всю степень моего разочарования, что мне так и не выпал шанс увидеть Салазара при ясном зрении. Этот чёртов человек был затворником, и я нигде не мог его найти.       Я начал нечётко видеть очертания, когда они начали размываться, смешивая цвета и формы. И, чёрт возьми, я хотел видеть его таким, каким он был, а не каким-то неясным очертанием человеческого облика. Если я хотел увидеть какие-либо черты, мне пришлось бы быть менее чем в трёх дюймах от него, а ему это, вероятно, был бы более чем немного неудобно.       Я всё ещё мог читать, если страница была достаточно близко, но многие слова я просто угадывал, распознавая буквы. Писать было легче.       Упущенная возможность сводила меня с ума.       Куда подевалась эта змеюка, когда он так нужен? Почему ему обязательно надо ускользать ото всех и каждого, кто, возможно, желает поговорить с ним, увидеть его и посмотреть на него, растреклятого отшельника.       Теперь это уже не важно.       Но когда мне исправят зрение, клянусь, его лицо будет первым, что я увижу. Я откажусь открывать глаза, пока не буду уверен, что он единственный человек, стоящий прямо передо мной.       Я надеюсь, он будет там…       …когда Ровена будет вырезать руны на моих веках.

***

      Вскоре после обеда я обнаружил, что спускаюсь в Подземелья, а Слизерин идёт сзади, отставая на полшага.       Мы с ним почти что не разговаривали, хотя я весь день искал его. Но теперь это было бессмысленно. Я не мог заставить себя спросить его, где он был, как и не мог объяснить, почему я его искал… Он, вероятно, просто посмеётся надо мной. Я весь обед разочаровано смотрел на свою еду, и теперь я не мог понять, как начать разговор, который, в общем-то, не был таким уж и неудобным.       Кстати говоря, сейчас у меня есть шанс. — С-Слизерин? — я сделал паузу, прежде чем войти в комнату. Несмотря на то, что он объяснил мне, почему запер меня, я не хотел возвращаться к этому. Было холодно, темно и тоскливо, совсем не уютно и гостеприимно. — Что такое? — Эм… — я должен был придумать какой-то способ остановить неизбежное, ведь этот мужчина, вероятно, итак видит меня насквозь. — Э-эм, я попросил Леди Рейвенкло исправить моё зрение с помощью рун на этих выходных… И мне стало интересно, не найдётся ли у вас времени, чтобы остаться со мной, пока она… будет вырезать руны? — просил я, жалея, что пробормотал всю фразу целиком. Наверное, он считает меня жалким. Глядя ему в ноги, я попытался немного отойти от двери. — Если тебя это так беспокоит, я не стану ставить заклинание, — губы Слизерина изогнулись в лёгкой улыбке. — Однако не вини меня, когда любопытные студенты выломают твою дверь в два часа ночи. Моя собственная дверь часто подвергается нападениям маленьких вундеркиндов Гриффиндора. Я считаю, что среди его учеников идёт соревнование, кто сможет обойти мои заклинания, что для них, конечно же, невозможно, но это всё равно раздражает. — Но ведь они не пытаются сделать это каждую ночь, правда? — спросил я, потрясённый открывшимся фактом.       Слизерин усмехнулся. — Нет… Не думаю, что они сочтут это полезным для своего здоровья. Обычно это достигает своего пика сразу после первых экзаменов. Уверен, это их собственный дополнительный проект. Маленькие идиоты могут делать свои бесполезные попытки справиться с моими заклинаниями, но они часто находят маленькие ловушки, поджидающие их, если они откажутся от вежливого стука, — его глаза зло блестели, и я вздрогнул, невзирая на то, что он был вызван не мною. — Вы ловите их всех? — интересно, он проводил ночи в ожидании студентов, надеющихся обойти его заклинания? Я подумал, что он в достаточной степени является параноиком, чтобы это было правдой, но он только фыркнул на мой комментарий. — Я полагаю, что если бы я хотел каждую ночь терять сон во время промежуточных и выпускных экзаменов, я, конечно, мог бы поймать их, но, увы, я предпочитаю спать больше, чем наказывать учеников Годрика. — Но они ведь не попытаются проникнуть в мою комнату? — спросил я. — Ну, скорее всего, нет. Но если они подумают сделать попытку через соседнюю стену, то знай, твоя комната прямо по соседству. — Но ваша дверь находится в глубине коридора, а между нашими комнатами ещё очень много дверей… — От Кладовых комнат*. Также там есть дверь, которая ведёт в никуда. У меня есть намного больше, чем просто спальня и ванная комната, мальчик. — О, — как-то глупо произнёс я. — Тогда почему бы им не пройти через кладовку?       Слизерин рассмеялся, и я был рад, что он смеётся не надо мной. — Под «кладовой комнатой» я имел в виду не комнату для чистящих средств, я имел в виду то, что эта комната проклята, и любой, кто в неё войдёт, очистится… досконально. — Что? — спросил я в недоумении. — Хочешь попробовать? — он хитро ухмыльнулся. — Гм… Не особо… — я немного нервничал. Что, если он заставит меня? Я не хотел, чтобы меня «очистили» таким ужасающим образом, как и не хотел приближаться к этим «Кладовым комнатам», если есть шанс, что я застряну в нём. — Не беспокойся об этом, — он снова стал серьёзным, и я мысленно замолчал, задаваясь вопросом, сказал ли он это, потому что… прочёл это в моих мыслях? Медленная улыбка скользнула по его лицу, и я покраснел от смущения, решительно отводя взгляд. — Пожалуйста, прекратите это, — я схватился за рукава своей мантии. — Я не углубляюсь в подробности. Там нет ничего такого, чего бы я ещё не видел на твоём лице. — Это… это всё ещё вторжение в мою личную жизнь, — холодно произнёс я. А действительно, какая конфиденциальность? Он не уважает мои права ни на грамм, практически попирая их на каждом шагу. — Я уже итак всю её прочёл, — сказал он раздражённо. От его попытки защитить себя, оправдав своё поведение, мне лучше не стало. — Тогда вы нарушаете и их личную жизнь. Ну неужели вы такой параноик, что вот просто обязаны знать мысли окружающих вас людей? — Большинство людей не такие искренние, как ты, — его голос и поза резко напряглись. — Многие люди говорят одно, а думают совсем другое. Мне не нравится быть неосведомлённым. — Ну, если вы думаете, что я весь такой из себя искренний, то у вас нет причин копаться в моей голове, — зарычал я. — Я напомню Годрику, что ты хотел, чтобы кто-нибудь находился рядом с тобой, когда Ровена будет писать руны, — холодно сказал он, придерживая для меня дверь. Когда я не сдвинулся с места, он вздохнул и сам пошёл дальше по коридору, будучи явно мною недовольным. — Вы могли бы хотя бы извиниться! — закричал я на него. — Я не буду извиняться перед тем, кто не заботится о том, чтобы защитить свои мысли. — Козёл! — воскликнул я сердито, захлопнув дверь. Но мой гнев угас, и я снова оказался совсем один в этой дурацкой холодной комнате...

***

      Я спал хорошо, хоть и проснулся холодным и дрожащим. Я хотел попросить Салазара наложить Согревающие чары на одеяло, но потом вспомнил, что всё ещё злюсь на него. Кем он себя возомнил? Шнырял в моей голове, как змея, которой он, кстати, и был, придурок.       Но, к счастью, мне не нужно его ждать. Я могу самостоятельно пойти на завтрак!       Покидая полутёплую постель, я почувствовал, как у меня побежали мурашки по ногам. Я быстро спохватился, переоделся и натянул мантию. Прохладная ткань отозвалась дрожью в моём теле, и я подумал, что было бы неплохо пробежаться до Большого зала.       Хотя, если Салазар увидит, что я бегаю по коридорам, он, вероятно, закатит истерику.       Идя в зал, я увидел, как несколько студентов тихо беседуют по дороге на завтрак, и тепло улыбнулся им. Младшие ученики неуверенно посмотрели на меня, затем кивнули в знак признательности и продолжили беседу. Я был озадачен такой холодностью.       Я чуть не помер, когда почувствовал, как мне перекинули руку через плечо. — Доброе утро! — бурно произнёс кто-то. Я удивлённо поднял глаза и узнал блондина, которого встретил в Комнате Слизерина. — Т-ты… — я уставился на высокого мальчика, не зная, что сказать. — Вижу, в этот прекрасный день ты не с уважаемым и всемогущим мастером Слизерином. Ты наконец-то сбежал от него? — рука вокруг моего плеча немного напряглась, прежде чем её сняли. — Сбежал? — переспросил я. — Хм. Ну, думаю, это не особо важный вопрос. А ты не жаворонок, да? — что несёт этот парень? Понять невозможно. Он улыбался и казался взволнованным, но ничего кроме этого я разобрать не мог. — Я… нет, не совсем. Ты что-то хотел? — Ну-у, чего ты сразу к делу, — ухмыльнулся он. — В нашем маленьком знакомстве явно недостаточно информации. Я знаю твоё имя, но больше ничего. Почему ты был… там, где мы тебя нашли, и что это у тебя на запястье? И когда ты научился правильно говорить?       Воспоминания о Годрике и ритуале промелькнули у меня перед глазами, и я неловко отвёл взгляд. — Я был… там, потому что сбежал из дома, — соврал я. — Как я туда попал, для меня загадка. И вот, — я указал на браслет, — почему я убежал.       Мы оба вошли в Большой зал. — Ну и что же это такое? Что он делает? — спросил он. То, как он приставал ко мне, напомнило мне близнецов Уизли. Я улыбнулся этой мысли, но она исчезла, когда я подумал о его вопросе. Я действительно не хотел говорить об этом. — Зачем тебе это знать? — Потому что ты интересный, — заявил он, как будто одной этой причины было достаточно. Хотя, наверное, да, я интересный мальчик из будущего, который болтается с Основателями… — Кто-то, кому я очень доверял, предал меня и обманул, запечатав мою магию. Я больше не могу держать палочку, — грустно произнёс я. Другой мальчик нахмурился. — Так что, ты сквиб? — он отошёл немного, как будто я мог быть чем-то неприятным. — У меня всё ещё есть моя магия. Я просто не могу произносить заклинания. Я могу приносить клятвы и использовать Окклюменцию, хотя у меня это не очень хорошо получается. И нет ничего плохого в том, чтобы быть сквибом, — я будто бы бросил вызов. — Не стоит недооценивать силу человеческого тела. То, что у кого-то нет магии, не делает его менее умным или опасным. — Не надо злиться, — дружелюбно усмехнулся он. — Думаю, неудивительно, что ты бросил в меня чернильницей. Слизерин ничего не сказал бы нам о тебе, даже если бы мы нашли тебя первыми. Я никогда не видел его таким злым, но теперь ты ему нравишься. — Не, он меня ненавидит. Думаю, я его раздражаю. — Думаешь, он тебя ненавидит? — удивлённо спросил он. Я почувствовал, как он подтащил меня к слизеринскому столу, и сел рядом с ним. На меня несколько раз странно посмотрели, но студенты ничего не сказали, продолжая завтракать. Тарелка передо мной наполнилась едой, поэтому я взял вилку и «закопался» ею в еде. — Ну, может быть, не ненавидит, — честно признался я, думая о его беспокойстве по поводу запирания моей двери и его мягких руках на моём запястье… Я покачал головой. — Он… просто… раздражается на меня, потому что я постоянно с ним спорю. — Так ты собираешься здесь учиться? Тебе пятнадцать, шестнадцать? — Семнадцать, — я нахмурился. — И нет. Я не собираюсь быть студентом. — Тогда..? — Я мог бы… Я смогу преподавать у вас, если всё получится… — Преподавать? — переспросила девушка, сидящая через стол. Я оглянулся и увидел, как она покраснела, прежде чем отвернуться. Ей было стыдно подслушивать? — Возможно, — я пожал плечами. — Честно говоря, я удивлён, что ты вообще со мной разговариваешь, — он неуверенно улыбнулся. — В конце концов, я пытался прочитать твои мысли. — Правда? — интеллигентно поинтересовался я. — Когда ты швырнул в меня чернильницей, — объяснил он. — Я не такой тонкий в этом деле, как Слизерин. Он может уловить всё одним взглядом. Мне же для этого нужно успокоить человека… Так что… Приношу свои извинения. Я не хотел ничего плохого. — Вы с Салазаром оба такие… Ух! Неужели вы не понимаете, что мысли — это что-то личное? — Ну, для этого и существует Окклюменция, — он пожал плечами, как будто это было неважно. — Если бы вы не пытались выудить секреты из чужих умов, Окклюменция бы вообще не понадобилась. Вы просто попёрли все нормы морали. — И у тебя очень слабые щиты Окклюменции, — он усмехнулся. Я нахмурился и уставился на него.       «Короче, как тебя зовут?» — ворчливо подумал я. — Не обязательно так громко, — он легко улыбнулся. — Грир Лайдон. — А как зовут того парня? — спросил я уже вслух. — Того? О, его зовут Дарси. Дарси Варрон. Он из очень древнего Рода. Поначалу покажется высокомерным и очень сдержанным, но он хороший парень. — В любом случае, он показался мне более уравновешенным, чем некоторые, — и тут я заметил: — А где он вообще? — Он скоро встанет… наверное. Если ты ещё думаешь, жаворонок ты или нет, то Варрон точно сова. Этот парень — вампир без кровожадности. Он ненавидит просыпаться по утрам и спит как убитый. Сейчас не выходные или праздники, так что нам повезло его увидеть. — Подвинься, или можешь вычеркнуть жажду крови из своего списка, Лайдон.       Мы с Гриром подпрыгнули от неожиданности. Осторожно обернувшись, я посмотрел в лицо очень усталого Дарси Варрона. Этот добродушный темноволосый мальчик, которого я встретил в Комнате, куда-то исчез и был заменён этим демоном, который выглядел почти готовым разорвать меня на части. —У-утро? — произнёс я, подвинувшись, чтобы освободить место для темноволосого паренька.       Дарси хмыкнул и сел на своё место. Перед ним появилась тарелка и большая кружка кофе. — Видишь — сова, — Грир усмехнулась. — Сейчас я покажу тебе сову, — прорычал Дарси. Я немного отодвинулся, не зная, станет ли он агрессивным. Волны ненависти и злобы заставляли меня нервничать. Я встречал очень мало людей, которые могли бы излучать столько ненависти, хотя, честно говоря, ненависть обычно была направлена именно на меня. — Передай мне вон ту тарелку, — прошипел Дарси. — Да, о, Единство, — Грир закатил глаза, взял блюдо и передал его. — Ты когда-нибудь пробовал на нём Увеселительные чары? — нервно спросил я. — Ну… — начал Грир, — был один случай, когда… — Я тебя прокляну, если ты продолжишь. — Скажем так, это был инцидент, который никогда уже не повторится. — Ни в жизнь. — Ни в жизнь, — согласился Грир. Я смотрел, как мальчик тихо пьёт кофе, пока Грир ест свою собственную еду. Я не смел комментировать или двигаться, чтобы не привлечь нежелательное внимание. — У нас же тест по Трансфигурации, — вдруг сказал Грир. — Я совершенно не помню о семи стадиях трансфигурации крупных живых объектов. Дерьмо, — он вытащил из сумки свиток и поспешно начал его разворачивать. — М-м-м… Размер, форма, цвет, текстура, вторичные цвета, вторичная текстура и… мелкие детали, — с каждым словом я разгибал пальцы. Я всегда был хорош в Трансфигурации. — Нет, неправильно. Цвет, затем вторичный цвет, затем текстура… Чёрт возьми, ты прав, — Грир прикусил губу. — Ты собираешься преподавать Трансфигурацию? — А… нет. Я просто был довольно хорош в Трансфигурации, когда учился в школе. — А как насчёт того, чтобы преобразовать неодушевленное в одушевлённое? — Насколько сложный комплекс? — Что? — Ну, в зависимости от объекта, с которого ты начинаешь, этапы немного разнятся. Ну, технически они не должны отличаться, за исключением шестой и восьмой стадий, потому что девятая стадия всегда одна и та же, но если неодушевлённый объект прост, а конечный живой организм сложен, то шестая и восьмая стадии меняются местами, и если… — Мы это ещё не проходили, — Дарси посмотрел на меня. — И я не могу сосредоточиться на еде, когда ты болтаешь о стадиях и трансфигурации, которой мы даже ещё не научились, — я моргнул, когда он прервал меня, нервно сглотнул и снова повернулся к тарелке. Я перемешивал пожаренные яйца вилкой для салата. — И, ради Мерлина, используй правильную вилку! — зарычал Дарси. — Я люблю вилки для салата, — я пристально смотрел в свою тарелку, уже полностью потеряв аппетит. — К сожалению, ему ещё предстоит научиться правильному этикету за столом, — низкий голос позади заставил меня напрячься. Я медленно повернул голову к обладателю голоса, но на самом деле я уже знал, кто это был. Глядя на меня с поднятыми бровями, Салазар Слизерин слегка раздражённо смотрел на меня. Мне пришлось сдерживать смех, прежде чем я вспомнил, что всё ещё злюсь на него. — Спасибо, я очень хорошо это выучил. Я делаю неправильно нарочно, потому что знаю, что вас это бесит, — и мне действительно нужно было остановиться, прежде чем я прямо признаюсь, что мне нравится нервировать его. — В любом случае, я уже закончил, — я осторожно положил свою любимую вилку для салата на нетронутую тарелку и встал, чтобы пойти в другое место. Любое другое место. Может, мне начать есть с гриффиндорцами?       Мой прекрасный обед вкупе с невыспавшимся слизеринцем не был в списке вещей, которые мне нужно сегодня сделать.       И что я действительно собирался сделать сегодня?       Не успел я сделать и пары шагов, как Салазар схватил меня за руку, и я остановился. Словно холод пронёсся по залу, а за ним последовало тепло, и я почувствовал, как моё сердце остановилось при этом простом действии.       «Что? — я удивлённо оглянулся на него. — Что? Что? Что? Что?» — хотел спросить я, но не смог подобрать слов.       Салазар ухмыльнулся и отпустил мою руку. — Подожди минутку, — сказал он. — Ты почти ничего не поел, — раздражённое выражение вернулось на его лицо. — Я не голоден. — Глупости, идём со мной. — Но... — Гарри, — Мерлин, ну зачем он настаивает? И действительно, у меня нет никакого оправдания, чтобы сдаться; только то, что он использовал моё имя. И всё же я падок на это. — Ну, ладно, но я всё равно буду сутулиться и есть вилкой для салата, а вы не будете меня поправлять. — Просто отлично, — он раздражённо взглянул на заколдованный потолок, прежде чем встретиться со мной взглядом.       «Не вздумай», — подумал я так громко, как только мог. Я видел, как его глаз слегка дёрнулся, прежде чем он повернулся и посмотрел на стол для персонала.