Странные дети

      Друзья услышали звук удаляющихся шагов ведьмы и огляделись. Они были в холодной каменной темнице, на стенах которой горели магические светильники, а высоко над полом зияло небольшое отверстие, перегороженное толстыми ветками, которые кто-то словно окунул в расплавленный металл. Из зарешеченного окна уже пробивался рассеянный утренний свет. — Мама будет волноваться… — прошептала Эмили со слезами на глазах, сползая по стене на пол. — Эми, не плачь! Всё будет хорошо! — Виктор обнял свою маленькую подругу, едва сдерживая слёзы.       Он знал, что всё совсем не хорошо. Но ему нужно быть сильным, ради Эмили. Внезапно в его голове искоркой вспыхнула идея. — Луна! Она же должна помочь нам!       Мальчик вскочил на ноги, зажмурился и с отчаянием прокричал: — Я хочу домой!       Открыв глаза, Виктор едва заметил в полуосвещенной темнице лунную дорожку, которая упиралась в зарешеченное оконце. Он разочаровано выдохнул. Никакого чуда не произошло. Да и с чего Луне помогать им, если они привели ведьм прямиком на лунную поляну? — Это бесполезно, — тихо прошептала девочка, глядя на еле заметный серебристый ручей. — Я так хочу домой.       Виктор молча сел рядом с Эмили, обнимая её. Он тоже очень хотел домой. Тут он почувствовал, как подруга напряглась и сосредоточенно застыла. — Эй, ты чего? — Виктор обеспокоенно посмотрел на девочку. — Ты слышишь? — прошептала она, указывая на окно.       Мальчик замер, пытаясь понять, о чём говорит его подруга, и вдруг, краем сознания уловил знакомые потявкивания и шорох. — Волчата!       Дети вскочили на ноги и бросились к оконцу, из-за которого доносились такие знакомые для них звуки. Но они вновь замерли, когда совсем рядом с ними раздался мелодичный и глубокий голос. — Ну и, мои юные друзья, зачем вы привели меня в это ужасное место?       Волчата наперебой залаяли, изредка порыкивая, словно отвечая на только что заданный вопрос. Мелодичный голос, принадлежавший неизвестному, засмеялся. — Тише, тише. Можете не кричать наперебой? Я не понимаю вас, когда вы говорите так быстро.       Виктор с надеждой посмотрел на зарешеченное оконце, которое располагалось почти под самым потолком темницы. Единственное, что проникало через него в холодную каменную комнату — несколько былинок на длинных тонких стеблях. — Он говорит с ними! Кто-то говорит с нашими волчатами! — мальчик с непонятной надеждой посмотрел на свою маленькую подругу.       Сама Эмили замерла, на её лице застыло выражение сосредоточенности и серьёзности. В этот самый момент девочка вспоминала, как мама рассказывала ей на ночь сказки про доброго Лешего, который умел разговаривать с животными и растениями. Это их шанс! — Миленький Леший, добренький Леший, нам, бедным детям, ты помоги! Ведьмы узнали о нашем секрете и держат нас, бедных детей, взаперти!       На крик Эмили, полный надежды на спасение, волчата отозвались радостным лаем, а таинственный мелодичный голос захохотал: — Так вот где вы, дети. А то два этих сорванца так перепугались, что не могут ничего объяснить. Только привели меня сюда, и помощи просят. — Дяденька Леший, — Виктор, который секунду назад лишился дара речи, закричал, — дяденька Леший, спасите нас, пока ведьмы не вернулись.       К прутьям решетки прижалась пара мокрых чёрных носов. Дети видели четыре блестящих чёрных глаза, радостно смотревших на них волчат. — А ну, кыш, малышня, — друзьям послышались тяжёлые шаги их таинственного спасителя, а волчата поспешили отскочить от зарешеченного оконца.       Тут, что-то большое и толстое, напоминающее корни деревьев, обвилось вокруг металлических прутьев, преграждающих детям путь к свободе. Со страшной силой длинные древесные пальцы выдернули прутья из холодного камня и начали спускаться вниз по стене, втекая в темницу, словно жидкость. Достигнув пола, ожившие корни деревьев начали причудливо переплетаться между собой, своими телами создавая подобие лестницы, по которой радостные дети смогли подняться к окну. Оказалось, что оно располагалось почти у самой земли, и потому, как только на солнечный свет показалась Эмили, а следом за ней и Виктор, то они немедленно были повалены не землю радостными волчатами и облизаны их жёсткими языками. — Так вот они какие, те самые дети, о которых говорит весь лес.       Друзья подняли головы, и перед их глазами предстало самое прекрасное существо, которое только можно найти в лесу. У этого создания с торсом человека и телом грациозной лошади, казалось, было человеческое лицо. Но лишь на первый взгляд. Ясные синие глаза поражали мудростью, глядя на которые, даже самый умный человек почувствует себя неразумным ребёнком. Его улыбка была милостью для всего живого и упокоением для всего мёртвого. Его прекрасное лицо вселяло свет в заблудшие сердца, даровало тонкое понимание того, что всё в этом мире едино. Его длинные волосы цвета палой листвы волной ниспадали на широкую лошадиную спину, запутывая в них солнечные лучи. Его голову венчала корона из причудливо переплетённых между собой веток.       Любое существо, увидев это прекрасное создание, немедленно бы пало ниц перед такими мудростью и величием, но только не эти дети. За последнее время они пережили слишком многое, чтобы удивляться чему-либо, и потому маленькая Эмили, поднявшись на ноги и попытавшись отряхнуть испачканные колени, лишь уважительно поклонилась и вежливо произнесла: — Мы с Виктором благодарим вас за наше спасение, дяденька Леший. Мы очень признательны вам, ведь никакой надежды на вызволение, до вашего появления, у нас не было.       Вслед за девочкой, поклон отвесил и Виктор, который был не так многословен, как Эмили. — Большое вам спасибо! — Благодарите не меня, а своих друзей. Это они разыскали меня и привели сюда, — тонкие губы тронула улыбка. — И прекрати называть меня Лешим, малышка Эмили, а то он обидится. Этот старик невероятно склочный. Я только недавно мирил его с Дриадой, на дерево которой покусилась его белка. Вот уж скандал был. — Но кто же вы тогда? — удивилась девочка. — Я — Хозяин Леса!       В ярко-синих бездонных глазах воспылал огонь неописуемой силы, свободной и неудержимой. Лес, почувствовав это, заколыхался, взвыл десятками глоток и затрепетал сотнями крыльев, задвигал земляными валами, задышал. Так подданные приветствовали своего господина.       Волчата смиренно склонили головы, выказывая свое почтение, Виктор отвёл глаза, опасаясь дикой смеси ярости и любви, которая исходила от их спасителя. Но на маленькую Эмили эта новость оказала совершенно другой эффект. — Тогда как вы это допустили? — с негодованием воскликнула девочка. — Если вы Хозяин Леса, то должны защищать всех, а у вас, прямо на опушке, живут злые ведьмы! Ваш долг — это заботиться обо всех, а что делаете вы?       Услышав это, могучее существо, способное повелевать деревьями и животными, обращаться к силам природы и четырех стихий, виновато склонило голову. — Ты права, юная Эмили. Можете винить меня во всех злодеяниях, которые с вами приключились, ведь я должен защищать каждого своего подопечного. Я — Хранитель. Но сколько бы я не пытался бороться с ведьмами — ничего не выходит, — на ярко-синие глаза налетела тень беспомощности. — Сила и жизни всех ведьм клана связаны со старшей ведьмой, а она бессмертна, пока её сердце находится в безопасности. И сколько бы я не пытался найти его, у меня ничего не выходит.       Удивлённые, дети переглянулись: — Сердце? То самое сердце, которое сейчас похищено? — воскликнул Виктор. — На поиски которого отправились все ведьмы? — перебила друга Эмили. — Это… Это невероятно! — Хозяин Леса возбуждённо взбрыкнул своими длинными лошадиными ногами. — Кто-то нашёл сердце! Но как? Оно всегда защищено сильнейшей древней магии, да и в случае снятия защиты, единственная сила, способная обнаружить тёмное ведьмовское сердце это…       Хранитель замолчал, пораженно глядя на двух юных избранников Луны и Звёзд — её маленьких ночных помощников. Хрупкая и бесконечно добрая малышка Эмили, воплощение детской наивности и непосредственности, и упрямый Виктор, который до последнего храбро будет защищать свою маленькую подругу, не обращая внимания на собственную боль и усталость. — Госпожа Луна выбрала вас с самого начала, — тихо прошептал Хранитель Леса, — вы не случайно заблудились в лесу, не случайно нашли поляну с лунным цветком, не случайно приняли свой дар. Вы были избраны!       Лес, услышав эти слова, почтительно умолк. Отовсюду не было слышно ни звука, даже ветер, недавно игравшийся с льняной прядью волос, выбившейся из-под голубой ленты Эмили, стыдливо замер и спрятался в густой серой шерсти двух волчат. Дети подняли взгляд на небо, на котором вместо уже привычной им луны, сияло рассветное солнце, лучи которого запутывались в огненных волосах Виктора — Почему? Почему она выбрала нас? — удивлённо спросил мальчик. — Мы ведь… Я ведь предала её, — Эмили сморщила нос, собираясь заплакать, — я ведь привела ведьм на ту поляну. Если бы лунный цветок не исчез, то ведьмы бы получили всю его силу!       Девочка торопливо вытирала мокрые щёки, когда почувствовала лёгкое холодное прикосновение. Опустив глаза, она увидела волчат, которые сочувственно тыкались ей в ногу своими влажными носиками. Окончательно разрыдавшись, Эмили опустилась на траву, обняла своих пушистых друзей и спрятала лицо в их шубках, приятно пахнущих теплом и лесным зверем. Один из волчат лизнул её в раскрасневшийся от слёз нос и взволнованно тявкнул. — Он говорит, что маленькая Эмили никогда никого не предавала. И он совершенно прав, — Хранитель наклонился и погладил расстроенную девочку по голове. — Дети стали хозяевами лунного дара, и только они могут распоряжаться им. Это дети так сильно пожелали, чтобы лунный цветок не пострадал, что защитили его не только от ведьм, но и от своих собственных глаз. — П-правда? — робко улыбнулась девочка, поднимая своё раскрасневшееся личико к прекрасному созданию. — Вы помните, что вы Хозяин Леса и должны говорить только правду?       Хранитель мягко улыбнулся и подал руку Эмили, помогая ей подняться с влажной росистой травы. — Я никогда не забываю этого, юное дитя.       Внезапно безмятежное утреннее небо прорезала резкая вспышка алой молнии, на секунду накрыв весь лес кроваво-красной вуалью. Деревья превратились в чёрно-бордовое марево, жутко трепещущее в алом воздухе, красные блики в глазах детей сделали их лица похожими на злобные маски, а травы, мягко качающиеся под ласковыми прикосновениями ветра, превратились в бескрайний кровавый океан. В следующее мгновение небо было так же невинно и светло, как и несколько минут назад, но на всех, кто видел это жуткое явление, было произведено неизгладимое впечатление. Дети вздрогнули и крепко взяли друг друга за руки, пытаясь совладать с только что пережитым ужасом, волчата испуганно заскулили и прижались к лошадиным ногам Хозяина Леса. И только Хранитель остался так же невозмутим и спокоен, как прежде. — Старшая ведьма злится, потому что не может отыскать своё сердце. Её часы сочтены, и она понимает это, — печально покачал он головой. — Но где оно? И почему так ценно для ведьм? — спросил Виктор, пытаясь изгнать из головы жуткую картину ярости Адалинды. — Сами по себе ведьмы не так опасны, — начал Хозяин Леса, — но когда они создают клан, то их сила увеличивается в разы, а сами они становятся бессмертны, ибо отдают свои души самой старшей ведьме из клана. Та запирает их в своём сердце и извлекает его, чтобы хранить в безопасном месте. Клан ведьм можно уничтожить лишь одним способом — разбить это сердце.       Дети завороженно слушали объяснение Хранителя, вспоминая ужас, появившийся на лице Адалинды, когда она узнала о пропаже своего сердца. — Но… кто же его похитил?       Хозяин Леса мягко улыбнулся и посмотрел на краешек солнца, который начал показываться из-за верхушек деревьев. — Дети, а вы просили Госпожу Луну показать вам что-нибудь ценное? — Ну, да. Она показала нам клад, — ответил Виктор, нащупывая в кармане тяжелый сверток с кроваво-красным рубином. — Так я и думал, — кивнул Хранитель и протянул руку к мальчику, — можешь показать мне то, что вы нашли?       Переглянувшись с Эмили, Вик вытащил на свет камень, завернутый в отрез старой ветхой ткани. Только заметив свёрток, волчата глухо зарычали и попятились назад, пытаясь спрятаться в высокой густой траве. Получив камень, Хозяин Леса освободил его от тканевого одеяния и повернул к солнцу, своим ясным испытующим взором пытаясь как можно глубже проникнуть в его кровавые глубины. Изнутри что-то тёмное и злое билось о точеные грани кристалла в надежде покинуть алую темницу. — Понимаете ли, дети, — начал Хранитель, всматриваясь в завораживающую борьбу внутри кроваво-чёрного рубина, — вы хотели найти то, что представляет ценность. И Госпожа Луна показала вам это — камень, который я тщетно искал долгие годы. — Так это мы… — мальчик пораженно смотрел на уродливый и вместе с тем бесконечно прекрасный камень в руках Хранителя, — это мы забрали сердце! — Хозяин Леса!       Дети вздрогнули от резкого крика, донёсшегося с края небольшой поляны, окружавшей ветхую хижину. Там стояла Адалинда вместе со своими помощницами. Лицо старшей ведьмы исказилось гримасой ужаса и ненависти, когда она увидела кроваво-чёрный камень в руках Хранителя.