Яма стала домом

Этьен Ламбер дал о себе знать в среду, без спроса заявившись Геллани в палату, когда та дремала после сытного ужина. Кажется, она впервые высыпалась за последние несколько лет, и организм благодарно отзывался на вынужденный отдых: полученные несколько дней назад синяки постепенно сходили, а ранки заживали, оставляя за собой лишь небольшие рубцы. Похуже дело обстояло с левой почкой, потому что, несмотря на лечение, кровь в моче и гематома сохранялись, и доктор Рашад, лично контролировавший лечение, был несколько озадачен. — Ой, черт, — вырвалось у Киры, когда главный редактор без стука зашел в палату. Девушка неподвижно лежала, как того требовал режим, расслабив все свои мышцы и прислушиваясь к тому, что говорило ее тело. Пожалуй, кто-то другой счел бы нахождение в больнице скучным и удручающим занятием, но Кира, к ее собственному удивлению, вовсе не чувствовала себя одинокой. Правда, она предпочла не заводить ни с кем знакомств и как можно реже появляться в больничных коридорах, потому что ее преследовала идиотская мысль, будто все вокруг знали, по какой причине она оказалась здесь, а потому провожали неодобрительными взглядами. — Лежи, лежи, — подал Этьен Ламбер знак раскрытой ладонью и стремительно зашагал вглубь палаты. Главный редактор «Либерасьон» выглядел крайне раздраженным и недовольным, и это особенно читалось в его резких движениях, и Кира приготовилась выслушивать очередную нотацию. Правда, на этот раз она была бы полностью заслуженной. Мужчина заглянул в пустую посуду, оставленную после ужина на металлическом столике, а затем, подойдя к окну и раздвинув жалюзи, словно проверяя, не было ли за ним слежки, опустился на стул напротив Геллани. Некоторое время они смотрели друг на друга под нарастающее пыхтение Ламбера, и Кира не выдержала первой. — Вы ведь получили мое первое сообщение? — спросила она, подтягивая ноги под себя. Лежать перед своим работодателем в больничной одежде было неловко, и девушка попыталась занять психологически более уверенную позицию. — Получил, — проскрипел Этьен Ламбер, в задумчивости почесывая пальцами подбородок. Главред не стал вдаваться в подробности, потому что, очевидно, пришел совершенно не за тем, чтобы обсудить состояние здоровья своей сотрудницы. — Мои адвокаты вышли на связь с да Сальва Сантосом старшим. Этого старого хрена будет трудно обработать чем-то помимо денег, — сказал Ламбер, и Геллани почти прыснула со смеху: едва ли мужчина был младше отца Неймара. — Что мне делать нужно? — спросила Кира, чтобы замять желание рассмеяться. Хотя ничего смешного, конечно же, не было. Этьен Ламбер кинул на девушку резкий взгляд. — Явиться на первое заседание, оно будет в среду в девять утра. Завтра мой адвокат свяжется с тобой и вкратце обозначит позицию, которой тебе нужно будет придерживаться. Геллани нахмурилась. — А это можно будет сделать раньше? Потому что мне нужно знать, к чему готовиться. — Готовься к тому, что это затянется на месяцы, а то и больше, — сурово ответил мужчина. — Ладно, — мрачно ответила Кира. Главред общался в своей излюбленной манере, лишь намекая и вынуждая собеседника самостоятельно выстраивать теории, что же в действительности он хотел сказать. Девушка рассчитывала, что он первым поделиться своими соображениями насчет ситуации, а затем даст ей возможность высказать свою точку зрения. Однако, похоже было на то, что Ламбера напрягала необходимость разделить ответственность за предъявленный Геллани иск, и он всячески старался оградить себя от общения с подчиненной, чтобы та не внесла очередную сумятицу в его четко выстроенные планы. «Либерасьон» без особых потерь удалось откупиться от своего иска, потому что все расходы по судебному разбирательству понес заказчик интервью с Неймаром. Но, как ну крути, проблема газеты и рядом не стояла с проблемой Киры, и головную боль нужно было срочно как-то решать. — Господин Ламбер, почему в редакции Вы озвучили другую версию моего отсутствия? — помолчав, наконец, спросила Кира. Мужчина, казалось, вовсе не удивился заданному вопросу. — Потому что нужно было перестраховаться. Я не допущу, чтобы у нас в офисе ходили слухи о том, что лучшие сотрудники газеты спиваются и прогуливают работу. Я не знаю, что за случай такой, но в твое прошлое отсутствие тебя разгадали на раз-два-три. Кира хмыкнула, но никак не прокомментировала слова Ламбера. В этом не было особой необходимости, потому что следы похмелья — головная боль, красные глаза и помятое лицо, — проходили у девушки в течение трех дней, и на работе она выглядела не самым лучшим образом. — И мне очень хотелось бы знать, что случилось на этот раз, — строго подчеркнул главред. — На моей памяти здоровье тебя никогда не подводило, а сейчас ты рассыпаешься на глазах. Я уже говорил тебе — мне не нужна команда, которая будет испытывать отвращение к тому, что делает. Если тебе нужен отдых — говори прямо. Девушка опустила взгляд на свои пальцы: за непродолжительное время, что руководитель находился здесь, от волнения она успела сделать себе несколько заусениц, хоть внешне и оставалась довольно спокойно. Кира скривилась и сложила руки на груди, чтобы вновь не начать цепляться к своей коже. — Да, мне нужен отдых, — честно призналась Геллани. — На Рождество я хочу уехать в Гавр… — Я надеюсь, ты собираешься потом вернуться? — Ламбер с подозрением покосился на Киру. — Если вдруг не решу, что быть портовым охранником мне больше по душе, — почти серьезно ответила девушка. Мужчина крякнул что-то в ответ, посчитав шутку сотрудницы совершенно неуместной, а затем вернулся к тому, что интересовало его больше всего: — Скажи мне честно, ты ведь прекратила общение с Неймаром? Кира сглотнула, чувствуя, как к щекам приливает краска. Она не знала, стоило ли признаваться Ламберу в том, что она не просто общалась с футболистом: он пришел ей на помощь, не смотря на то, что они оставались врагами. Геллани также не знала, располагал ли главред какой-либо информацией, полученной из своих источников, а потому колебалась с ответом. Мужчина внимательно следил за Кирой, а затем, обозначив у себя что-то в уме, произнес: — Ладно, можешь не говорить. Не став больше ничего добавлять, главный редактор «Либерасьон» поднялся и, окинув любопытным взглядом палату, направился к двери. Что-то тихо прокомментировав себе под нос, и даже не попрощавшись, Этьен Ламбер оставил Киру сидеть на больничной койке в полнейшей растерянности и с чувством тревожного огорчения. Очевидно, он был оскорблен тем, что девушка не захотела быть с ним откровенной, но Геллани боялась сейчас посвящать кого-либо в то, что произошло между ней и Неймаром. Об этих нагих, натянутых как тетива и честных часах должны были знать лишь они одни. *** К понедельнику Кира была уже практически готова к выписке, но доктор Рашад настоял на том, чтобы девушка пробыла в клинике Парка Монсо еще несколько дней, а затем уезжала долечиваться дома. Вынужденный недельный отдых пошел ей на пользу: у Геллани вновь появился аппетит, сон стал менее тревожным, даже несмотря на то, что ей предстояло участвовать в судебном заседании. Кира решила не рассказывать об этом семье до тех пор, пока не станет более или менее определенной ее дальнейшая судьба. Телефонный разговор с адвокатом Себастьяном Бонье продлился чуть более десяти минут, и Геллани с трудом могла сказать, что была полностью удовлетворена им. Бонье рассчитывал отбить свою клиентку, сославшись на то, что материальное наказание уже понесла газета, сотрудницей которого Кира являлась на момент выпуска номера в печать и является ею до сих пор. А претензии, предъявленные к Геллани как к физическому лицу — не обоснованы, поскольку в интервью она не выражала своей собственной точки зрения, а всю ответственность за печатный материал в любом случае несет «Либерасьон». Киру немного смущала такая откровенная позиция против редакции, в которой она работала, но Этьен Ламбер, наверняка, полностью осознавал намерения своего адвоката. По крайней мере, за заказным интервью стоял кто-то, готовый понести материальные издержки, поскольку выдавать себя означало гораздо худший вариант. Кира до сих пор не знала наверняка, кто же стал заказчиком испепеляющего репутацию бразильца интервью. С уходом Криштиану Роналду из «Реала» дела футбольного клуба оставляли желать лучшего, и в международной прессе все чаще стали возникать заметки о скором увольнении текущего тренера, а также необходимости укрепить команду новыми игроками. Неймар был одним из тех, кому принадлежало лидерство по количеству упоминаний трансферов в «Реал». Активизировалась и El Mundo Deportivo, все чаще намекая на возможное возвращение футболиста в каталонскую команду. А в конце ушедшей недели появились слухи, что матч Лиги чемпионов между парижанами и «Црвеной звездой» был договорным, и эта новость натолкнула Киру на мысль, что у нее все-таки оставался шанс оспорить предъявленный ей иск, потому что отстранение «ПСЖ» и Неймара в частности от игры в чемпионской Лиге станет для его отца более существенной головной болью, чем журналистка «Либерасьон». Утро семнадцатого октября в Париже выдалось пасмурным и мрачным, впрочем, оно идеально повторяло настроение Киры, которая отвратительно нервничала, сидя на заднем сидении черного автомобиля своего адвоката. Вот уже несколько дней юг Франции страдал от обрушившегося на него сильнейшего ливня, который вызвал наводнение. Глядя на низкие свинцовые тучи, Кире казалось, что еще немного — и небо рухнет на город, превратив его в руины. Они приехали на заседание вместе, Этьен Ламбер же выразил желание явиться к Дворцу правосудия самостоятельно. Геллани поглядывала на Дворец Сите, возвышавшийся на одноименном парижском острове и думала о том, что все происходящее больше похоже на какой-то дурной сон, в котором она по какой-то причине играла главную роль. Перед заседанием она заехала в свою пустующую квартиру на Валь-де-Грас и ощутила, как сильно она соскучилась по своему уединенному местечку. Выудив из платяного шкафа темно-синий брючный костюм с мужским пиджаком и черную водолазку, Кира быстро переоделась и сбежала по лестнице вниз, невзирая на запрет врача мучить себя физическими нагрузками. Заседание было запланировано в небольшом зале с высокими потолками и старыми хрустальными люстрами и коваными бра, развешенными на стене по периметру помещения. Когда Кира появилась в нем в сопровождении Ламбера и Бонье, представителей Неймара еще не было на месте, и девушка смогла осмотреться и еще раз обговорить с адвокатом стратегию поведения. К счастью, процесс был предусмотрительно сделан закрытым, потому что очередная шумиха в прессе вряд ли пошла бы бразильцу на пользу. Сидя на деревянной скамье из натурального дерева, Кира отметила про себя, что почему-то рассчитывает на благоприятный исход дела. Да Сильва Сантос старший в сопровождении нескольких мужчин и женщин появился в зале заседания за минуту до начала судебного процесса. Он коротко поздоровался с присутствующими на французском, а затем занял свое место по правую сторону от Киры. На нее он даже не взглянул, а глаза прятал за солнцезащитными очками, и девушка фыркнула, воспринимая этот жест, как показательную пафосную уверенность в своей победе. Первые минут пять заседания судья — худощавая женщина лет пятидесяти с впалыми бледно-голубыми глазами — зачитала претензию от представителей Неймара и озвучила сумму, которую Кире и ее адвокату предстояло оспорить. После этого первым позволили выступить стороне обвинения, и Геллани вжалась в спинку деревянной скамейки, всматриваясь в грузного темноволосого адвоката да Сильвы Сантоса старшего. — Мы готовы пойти на мировую, — сходу сказал он, и Кира издала какой-то булькающий звук, вынуждая всех присутствовавших на слушании дела повернуться в ее сторону. Девушка постаралась нацепить на лицо маску совершенной невозмутимости и спокойствия, но ее сердце запрыгало в груди, а ладони вмиг взмокли. Забавно, но весь процесс шел по сценарию, о котором намекнул отец футболиста, посетив журналистку в больнице, и Кира с любопытством ожидала озвучивания условий, при которых отец Неймара сможет отказаться от предъявленного иска. — Мы отзовем иск в том случае, если до пятнадцатого декабря Кира Геллани обеспечит Неймару да Сильва Сантосу младшему подписание нового контракта на эквивалентную сумму. Контракт может быть заключен только с теми брендами и компаниями, которые будут интересны моему клиенту. Мы также примем вариант возобновления переговоров по сорванному контракту и доведения сделки до конца на тех же условиях, что были озвучены ранее. Кира кинула взгляд на Себастьяна Бонье: тот сидел, широко улыбаясь. Очевидно, ему даже не пришлось прилагать особых усилий отбиваться от нападения, потому что все складывалось именно так, как он планировал. — Каковы последствия, если к этому времени моя подзащитная не успеет выполнить условия мировой? — задал вопрос адвокат. — Учитывая, что она не имеет соответствующего специального образования, я хочу, чтобы у нее была возможность привлечения третьей стороны для заключения коммерческой сделки в случае, если до установленного срока она не сумеет выполнить требования собственными силами. — Мы не против, — отозвался адвокат отца бразильца. — Но если будут привлекаться третьи лица, мы будем настаивать на подписании NDA и разделении ответственности, если какая-то информация по готовящейся сделке просочится в прессу раньше, чем это будет запланировано пиар-командой Неймара да Сильва Сантоса младшего. Казалось, все собрались, чтобы послушать вполне светскую беседу между адвокатами, и слушание больше походило на переговоры, что, впрочем, было Кире только на руку. Возможно, ей даже не придется произносить что-то в свою защиту, потому что она понимала, что во время своей речи явно может сболтать чего-то лишнего и только испортить вполне неплохое для нее развитие событий. Правда, девушка до сих пор не представляла, каким образом она могла заставить какую-то компанию подписать контракт с Неймаром. Конечно, у нее был опыт ведения переговоров с CEO, но эти переговоры никогда не преследовали коммерческих целей. — Со своей стороны мы также хотим, чтобы была прописана ответственность пиар-команды футболиста, если действия ее представителей приведут к тому, что новый контракт по каким-либо причинам будет сорван, — озвучил свои требования господин Бонье. — Все обвинения в сторону моей подзащитной должны быть сняты сразу же, как только новый контракт будет подписан. — Без проблем, — согласился собеседник. И тогда Себастьян Бонье озвучил то, из-за чего сердце Киры кувыркнулось в воздухе и плашмя плюхнулось куда-то в самые дебри ее души: — И еще одно требование. Для выполнения условий мировой Кира Геллани не должна быть ограничена в доступе к Неймару да Сильва Сантосу младшему, поскольку фактически будет работать на него. На некоторое время в зале заседания воцарилось молчание, и все головы были повернуты в сторону отца нападающего «ПСЖ». Пожалуй, даже судья, которая выступала больше в качестве зрителя разворачивающегося диалога, была озадачена озвученным требованием и, заметно оживившись, с любопытством ожидала реакции со стороны обвинения. Отец футболиста сделал знак рукой о том, что просит слова и, получив его, медленно поднялся со своего места. — С одним условием, — по-английски произнес тот. — Ваша подзащитная не будет претендовать на место в постели рядом с моим сыном. Кира сделалась пунцовой, как спелый перец чили и с трудом заставила себя сохранить молчание и ни одной мышцей своего лица не выдавать охватившее ее чувство неловкости. *** Просыпаться в своей теплой мягкой постели под шелестящий шум дождя было лучшим за последние несколько дней. Как и ожидал доктор Рашад, Кира провела в госпитале ровно две недели и была выписана утром в пятницу после детального обследования. Следы побоев остались разве что на пояснице, где гематома постепенно сходила на нет, и на бедре, которое время от времени продолжало ныть. Анализы девушки были в порядке, и это не могло не радовать ее, потому что она, наконец, могла вернуться к привычному режиму своей жизни. В понедельник ей предстояло обсудить с Этьеном Ламбером график ее работы, потому что ближайшие несколько недель она вынуждена была заниматься рекламными контрактами Неймара. Что и говорить, она еще неплохо отделалась, а мысль о том, что ей придется заниматься чем-то, связанным с футболистом, почему-то отзывалась какой-то тягучей сладкой болью в груди. Что это было, Кира догадывалась, но не хотела верить, потому что это было… неправильно? Девушка протерла глаза и протянула руку за телефоном, который лежал на деревянной полочке-нише над изголовьем ее кровати. Она не заходила в социальные сети с тех пор, как была избита по пути домой, и сейчас с опаской покосилась на количество уведомлений. В основном это были какие-то комментарии и лайки. Объявилась даже Сильвия, которая с начала октября улетела отдыхать на Доминикану со своим возлюбленным, и своей подруге Кира решила ответить в первую очередь. Немного полистав ленту в инстаграме, Геллани, нахмурившись, перешла на больше всего интересовавший ее профиль. С начала недели Неймар находился в Саудовской Аравии, где провел товарищеский матч с Аргентиной и вместе со сборной Бразилии выиграл формальный кубок наследного принца по футболу. Правда, сейчас футболист проводил время в Испании со своими друзьями, о чем свидетельствовали фотографии с бразильским серфером Габриэлем Мединой, который принимал участие в соревнованиях. Кира рассматривала фотографию за фотографией, на которых Неймар счастливо улыбался и выглядел совсем по-домашнему. Она коснулась пальцем экрана, будто могла дотронуться до футболиста наяву, и тут же одернула руку. Охватившая ее меланхолия будоражила подсознание и отзывалась глухой пульсацией в висках. Пожалуй, можно было списать все на начавшуюся менструацию, но почему-то Геллани была уверена, что дело было вовсе не в физиологии. От этого знакомого ей чувства хотелось бежать без оглядки, потому что ничего хорошего оно не предвещало. Интересно, будет ли глупо выглядеть, если она еще раз поблагодарит парня за помощь, которую он оказал ей в тот злополучный вечер? Ей искренне хотелось сказать ему спасибо, потому что, возможно, для него это было пустячным делом, но для Киры — практически вопросом жизни и смерти. Девушка в задумчивости открыла личные сообщения в инстаграме и, скривившись, перечитала все, что отправляла Неймару. Даже смотреть на печатные буквы было стыдно, и Кира колебалась: ничего ведь плохого не будет в том, что она напишет ему сдержанные слова благодарности? Где-то над мансардным окном громко каркнула ворона, и девушка бросила взгляд в окно: по Парижу стелился октябрьский туман, окутывая город плотным белесым покрывалом. «Неймар, спасибо тебе большое за помощь в тот день. Я не смогла бы справиться одна. Спасибо». Бегло перечитав свое сообщение, Кира, закрыв глаза, быстро нажала на кнопку отправить и, испугавшись возможного ответа, быстро отключила телефон.