Боги Асгарда

В огромном саду Идунн сегодня было тихо и безлюдно. Лиф шла по его дорожкам, вилявшим между тысячелетних древ, склонивших исполинские ветви к зеркальной глади озера. Сегодня состоится коронация Тора, и он станет полноправным царём девяти миров. Богиня задумчиво смотрела в водную гладь, любуясь своим отражением. Лёгкое тёмно-зелёное платье было почти в тон шуршащей зелени сада. Каждый вырез, складка и узор золотого шитья подчёркивали её необычайную стройность и стать. Впрочем наряды Богини и причёска всегда были идеальны. Как и сегодня; волосы замысловато собраны и переплетены так, что только несколько прядей будто бы случайно, но невероятно изящно спадало на плечи. Однако радость от самолюбования была мимолётной; её место в голове вновь заняли тревожные мысли. С самого утра она не могла найти Локи, который как сквозь землю провалился. Трикстер не попадался на глаза даже дворцовым слугам, которые обычно чуть ли не лучше Хеймдалля знали местонахождение и дела каждого придворного аса. А уж о венценосном семействе и подавно… Но сегодняшний день был, видимо, исключением. Внимание асиньи привлёк некогда пышный бутон цветка, ныне засыхающий, и она подошла к нему. Присев напротив растения, девушка коснулась ладонями земли у его стебля. Сконцентрировавшись, Лиф собрала в мельчайшую искру энергию жизни, и та мгновенно вспыхнула внутри неё, словно сверхновая звезда. Богиня почувствовала, как целительная энергия течёт в её жилах, распространяясь по всему телу, и сочится сквозь горячие ладони в землю к увядающим кореньями. Цветок моментально начал наливаться, обретать краски, выпрямляться и источать пленительный аромат, раскрывая роскошные лепестки. Тихо, но быстро шагая по саду, Локи вслушивался в каждый звук, доносившийся до него, и осматривался по сторонам в поисках Лиф. Царица Фригга отправила его с просьбой разыскать девушку, хотя он и сам в тот же момент собирался найти её. После того злосчастного пиршества, он старался быть рядом с ней как можно чаще, если не всегда… Бог коварства заметил Лиф рядом с благоуха́ющим цветком и, покачивая головой, направился к ней. Асинья не заметила, как Локи подошёл и остановился позади неё, наблюдая за возвращением растения к жизни. Дева заботливо улыбнулась своим трудам, и встала, поправляя платье. Локи осторожно наклонился к её уху и почти шёпотом произнёс: — Чудесно выглядишь… Лиф слегка подскочила от неожиданности, что не могло не позабавить Бога, и он невольно усмехнулся такой реакцие. Дева повернулась, и несколько укоризненно произнесла: — Я тебя с самого утра ищу! Ты куда исчез?! — Были некоторые дела… но я уладил их, — ответил принц, подставляя ей руку. Лиф положила сверху свою ладонь, и они направились к дворцу. — Почему ты ещё здесь, а не в троном зале? — спросил Локи, заметив тень беспокойства на лице Богини. — Слишком много асов для моей скромной персоны. И до церемонии полно времени, — пожала плечами она. — Что слышно о Бьёрте? — Ну, после того, как его нашли полумёртвым и доставили к Эйр, он ни слова не сказал, словно язык проглотил. — Разумеется, — улыбнулся Локи, — Он не так смел, чтобы обвинять принца. Хотя стоило тогда его добить… Они прошли во дворец. Все придворные и приглашённые гости спешили в тронный зал. Вот-вот начнётся венчание Тора на царствие Асгарда и девяти миров. — А что будет с тобой? — внезапно спросила Лиф. — О чём ты? — немного не понял младший принц, хмурясь. — Я о том, что будет с тобой, когда Тор взойдёт на трон. Тебя же не назначали даже главным советником… — Ничего. Буду продолжать спасать тебя, наивную такую, — ухмыльнулся Локи. Они подошли к Фригге, облачённой в роскошное платье из золотой парчи. В этом чертоге её облачение переливалось и сверкало точно третье светило Асгарда. Она восхищала уже одним своим видом. Богиня-мать приветствовала прибывающих согласно своему статусу. Остановившись рядом так, чтобы не мешать ей исполнять свои обязанности, они коротко поклонились, после чего Локи шутливо произнёс: — Я нашёл нашу пропажу. — Я пропажа? — утрированно недоумевающе вмешалась Лиф. — Милая, ты так тихо ускользнула из зала, — тепло улыбнулась царица, внимательно глядя на младшего принца и асинью, — Вас можно принять за супружескую пару… — Простите? — нахмурилась девушка, не совсем понимая, что имеет в виду Фригга. Если бы… Юная Богиня даже не представляла на сколько была права царица, и, уж тем более, даже не подозревала, какой огонь пылает в груди того, кто держал её за руку, от одного соприкосновения с ней. Но Локи продолжал сдержанно улыбаться гостям, совершенно не подавая вида, на сколько эти слова затронули его. — Ты всё чудесно слышала. Идите, скоро начнём. Принц и асинья вновь поклонились царице и затерялись в толпе. Фригга подошла к супругу,  величественно восседавшему на троне, и, заняв своё место рядом, слегка повернувшись к нему произнесла вполголоса: — Как быстро наступил этот день… — Они уже мужчины, — согласно кивнул Всеотец, окидывая взором сотни присутствовавших в тронном чертоге, — Что это? Локи и Лиф? — Да, я давно тебе говорила, — она многозначительно посмотрела на Одина. Послышались громогласные фанфары труб, предвещающие начало церемонии. Все самые высокородные асы, вельможи, и прославленные воины девяти миров собрались здесь. Подле трона по правую руку от Одина стояли Фригга, Локи, Лиф и Сиф. По левую руку от него стояли советники, главнокомандующие армии Асгарда и троица воинов — Фандрал, Огун и Вольштагг. Главные двери открылись, и в чертог вошёл Тор, облачённый в доспехи и алый плащ. Широко размахивая одному ему лишь подвластным Мьёльниром, демонстрируя тем самым свою ловкость и мощь, он шествовал к трону. Лиф и Локи взглянули друг на друга, словно ведя немой диалог. Народ ликовал и аплодировал старшему принцу, а Один с гордостью взирал на сына. Громовержец преклонил колено перед Всеотцом, в готовности произнести клятву. Мельком посмотрев на Богиню-мать и Лиф, он с ноткой озорства подмигнул им. Царица улыбнулась и еле заметно покачала головой. Сегодня, наконец, мальчик, ставший мужчиной станет полноправным повелителем. Любая мать преисполнена гордости за своих детей, однако в этом случае не найдётся подходящего слова, чтобы выразить те чувства, что испытывала Фригга по отношению к своему первенцу. Молодая Богиня так же разделяла чувства трепета от этого своеобразного триумфа, поэтому подобный знак внимания к своей персоне она не могла не удостоить скромной улыбкой. О́дин властным жестом ударил Гунгрином по золотому полу, призывая собравшихся к тишине. — Тор, сын Одина, — громким басом молвил Всеотец, — Мой наследник, мой первенец. Тебе я вверил могучий молот Мьёльнир, выкованный из ядра тлеющей звезды. По силе ему нет равных, в разрушении или в созидании. Я защищал Асгард и жизни невинных обитателей девяти миров. Теперь пришло время передать эту ношу тебе, Тор. Клянёшься ли ты, охранять все девять миров? — Клянусь, — уверенно и непоколебимо ответил Тор. — Клянёшься ли ты оберегать в них мир? — Клянусь, — более твёрдо ответил ас. — Клянёшься откинуть в сторону корыстные амбиции и действовать лишь во благо всех миров? — Клянусь! — выкрикнул Тор, и голос его громогласно раскатился под сводами чертога, отчего Лиф, Локи и несколько стоявших поблизости асов невольно поморщились. — Тогда сегодня я, Один Всеотец, венчаю тебя… Царь резко умолк, замерев, точно вслушиваясь. В зале послышались перешёптывания и возникло непонятное напряжение. В замешательстве Тор смотрел на Верховного Бога, не понимая, что происходит, и что остановило его. Все взгляды были прикованы к трону, в ожидании. — Ледяные великаны, — прошептал Один так, что лишь приближённые к трону услышали его, — Разойтись всем по своим покоям! — воскликнул он. Царь поднялся со своего места, и асы без промедления начали покидать зал. — Тор, Локи, за мной! Трикстер тревожно взглянул на Богиню природы, и, коснувшись её руки, скомандовал: — Лиф, бери мать, и быстро уходите. — Хорошо, — послушно кивнула дева, сжимая его пальцы, словно не желая отпускать. Мгновение — и Локи уже быстро шагал вместе с братом за отцом. Лиф подошла к Фригге и, взяв царицу под руку, торопливо вывела её из зала через вход для прислуги.

* * *

Оказавшись в покоях царицы, дева быстро заперла двери. Она помнила истории из древних книг, рассказывающие о том, кто такие Ледяные великаны. Когда она была маленькой, ей даже снились кошмары о них, но всегда на помощь приходил Локи. Царица наполнила бокал холодной ключевой водой. Осушив его почти залпом, она опустилась в большое мягкое кресло. Лиф присела подле неё на мягкую серебристую шкуру медведя-великана, и взяла Фриггу за руку, стараясь разделить с ней её тревогу. Богиня-мать ласково погладила волосы асиньи, и улыбнулась, словно давая понять, что не стоит беспокоиться за неё. Но одна мысль не давала ей покоя, тревожа сердце. — Как они смогли пробраться, незамеченные Хеймдаллем и нашей стражей? — недоумевала царица. — Возможно, они нашли какие-то лазейки, — как можно сдержаннее предположила Лиф. — Ты так спокойна, — заметила царица, — Меня это радует и утешает. — Я просто не подаю вида, что волнуюсь. Паника — не лучший друг и спутник… — Видимо, общение с Локи сказывается на тебе. А ещё эта странная любовь к зелёному… — Ничего подобного, — Лиф беспечно закатила глаза, усмехнувшись. Фригга по-матерински нежно обняла руками лицо молодой Богини, и мягким голосом спросила: — Лиф, скажи мне правду… Тогда, после пира, что случилось с тобой? — О чем Вы? — дева сделала вид, что не понимает, к чему клонит царица. — Одна из моих фрейлин видела, что как только ты ушла, за тобой последовал и Бьёрт… — Ваше Величество… — поспешила оправдаться девушка, но женщина не дала ей договорить. — Лиф, просто расскажи правду, что случилось тем вечером??? Во взгляде Богини-матери не было осуждения или угроз. Напротив — она смотрела на асинью с сочувствием и пониманием. Возвращаясь к событиям того вечера, Лиф судорожно вздохнула. Каждая клеточка кожи, каждый изгиб тела, к которому успел прикоснуться Бьёрт, неприятно ныли, ещё не до конца избавившись от этой «памяти». — Он пытался взять меня с силой, но я смогла вырваться и убежать к Локи. — Это он его так избил? — едва веря своим худшим догадкам, уточнила Фригга, на что Лиф утвердительно кивнула, — Будет лучше для всех, если это останется тайной. — Я полностью с Вами согласна, — ответила Лиф. В двери постучали, и Богини притихли. — Открой, — шепнула царица. Девушка встала, и, подойдя к двери, открыла её, впустив стражника в покои. Войдя, он учтиво откланялся перед ними, и только после произнёс: — Ваше Величество, леди Лиф… — Говори, — велела царица. — Трое ётунов проникли в хранилище, но Разрушитель уничтожил их. Фригга удовлетворительно качнула головой, а Лиф внимательно посмотрела на стражника. — С какой целью они приходили? — пользуясь случаем, спросила она. — Хотели украсть ларец, — ответил ас. Собственно, что ещё могло им понадобиться, кроме источника их мощи? — Ты свободен, — мягким голосом сказала царица. Стражник откланялся и покинул помещение. — Лиф, ты чем-то обеспокоенна? — Они могли заполучить своё оружие, и тогда бы снова началась война… — Но всё обошлось, — тепло улыбнулась царица. — Да, — согласилась Богиня, в глубине души понимая, что эта вылазка — только начало, поэтому поспешила распрощаться, и вернуться к себе, — Я оставлю Вас, Ваше Величество. Вам нужно отдохнуть, — и сделав реверанс, покинула покои царицы.

* * *

Узнав от слуг, что принцы освободились, и теперь находятся в обеденном зале, Лиф направилась прямиком туда. Войдя, первым делом она увидела Сиф, Вольштагга, Огуна и Фандрала. Локи и Тор сидели на ступенях. Богиня хмуро вглянула на перевёрнутый стол, и мигом сообразила, что громовержец бывал и в лучшем настроении. Одним словом, напряжение и нервозность прямо-таки витали вокруг собравшихся. Заметив уцелевший кувшин, Лиф налила себе пряного вина, а Вольштагг, не церемонясь, нагрёб себе еды, что, по сути, никого не удивило, и начал стремительно её поглощать — вот кого было не пронять никакими форс-мажорами… Тор и Локи о чём-то переговаривались вполголоса, но разобрать суть диалога девушка не могла. В этот момент Фандралл приблизился к Богине природы и обворожительно улыбнулся. — Не было возможности сказать тебе это до церемонии; ты чудесно выглядишь. Лиф снисходительно посмотрела на воина и покачала головой. — Франдрал, я чётко дала понять тебе, что между нами ничего не будет. — Почему? — Вот что ты такой… — начала было она, но её прервал громкий голос Локи. — Нет, нет, нет! Только не это! — воскликнул трикстер. Так, словно обрадованный такой реакцией брата бодро вскочил на ноги. Всё внимание присутствующих переключилось на принцев. — Верно, иначе мы не защитим наши границы! — ответил он Богу коварства. — Тор, это опасно, — глубоко вздохнув, произнёс Локи, в глубине души понимая, что больше шансов убедить в чём-то стенку, но никак не громовержца. — Опасно?! Что именно опасно?! — спросил Вольштагг с набитым ртом. Тор с пылающими глазами посмотрел на воина, наверняка зная, что уж он-то, как и все его друзья-воители, непременно пойдёт за ним. — Мы отправимся в Ётунхейм! — бодро заявил старший принц, отчего Лиф мгновенно поперхнулась вином. — Мне не послышалось?! — удивлённо изогнула она бровь. — Нет, — улыбнулся Тор. Девушка устало потёрла пересоницу тонкими пальцами, и обратила на аса холодный и серьезный взгляд. — Тебе Мьёльнир в голову ударил? — спросила она, намеренно переходя на крайности. Локи едва заметно ухмыльнулся, услышав такие слова, да ещё и в столь грозном тоне. — Или ты забыл, что такое Ётунхейм и ётуны? Я, конечно, ничего не имею против них — у каждого народа свои правила, менталитет, генезис, заморочки… Но ледяные великаны не самый дружелюбный народ в девяти мирах, и идти к ним — самоубийство!!! — сорвалась на крик Лиф. — Хэй, всё будет хорошо! — самоуверенно заявил громовержец, немного опешив от такого напора. Богиня уже скептически вглянула на него, понимая, что её хрупкие аргументы разбиваются вдребезги о могучие скалы упёртости и максимализма Тора. — Тор, это могут воспринять как предательство, — предприняла она последнюю попытку. — Не говори глупости! — лишь отмахнулся громовержец. Богиня развела руками и посмотрела на Локи. Тот едва заметно кивнул ей. Лиф поняла, что у того есть какой-то определенный план. — Так что? — обратился старший принц ко всем присутствующим. — Если нас убьют, то я тебя прибью, Тор, — процедила сквозь зубы асинья, и, заметив непонимающие взгляды воинов, поправилась: — Понимаю, звучит глуповато, но суть вы поняли… — Тогда выезжаем немедленно! — объявил предводитель компании, и вышел из зала.  Остальные без промедления последовали за ним. Лишь Локи немного задержался, но вскоре нагнал процессию. Лиф немного сбавила шаг, так что трикстер быстро поравнялся с ней. Убедившись, что «свита» Тора их не услышит, дева задала вопрос: — Почему мы идём с ними? — в голосе её было нескрываемое недовольство. — Не волнуйся, я отдал приказ стражнику, сообщить всё отцу. — А мы должны проследить, чтобы всё не зашло слишком далеко, — вздохнула Лиф, на что Локи утвердительно кивнул. — Кстати, твой наряд не подходит, — указал он на её лёгкое платье. Богиня улыбнулась, и через мгновение её озарило ослепительное золотое сияние. Вместо платья тело облегал тонкий, но тёплый дублет, корсет из стальных чешуек плотно обвил талию, кожаные штаны, сапоги с защитными пластинами и накидка, подбитая мехом, завершили её новое облачение. — Так-то лучше, — одобрительно кивнул младший принц. — Надеюсь, всё будет хорошо, и никто из нас не погибнет. — Кто знает, кто знает… — Вот совсем не приободряешь! Словно чуя, что за его спиной назревает прямо пропорциональный его ожиданиям план, Тор повернулся и несколько сурово посмотрел на них. — Вы чего отстали??? Лиф и Локи, словно нашкодившая детвора быстро закивал из стороны в сторону, и бодро прибавили ша́гу. — Да так… Думали, кто присмотрит за Льётом, если нас убьют или изгонят, — задумчиво ответила Богиня, вальяжно спарировав рукой. — Ты слишком пессимистично настроенна, — улыбнулся Фандрал.

* * *

На радужном мосту показалась компания из семи всадников, стремительно мчавших к порталу. Тор решил, что если оставить Льёта в саду, то никто сразу не бросится на их поиски. Добравшись до цели, они спешились и подошли к хранителю. — Позволь я сам, — Локи бросил полный надежды взгляд на Тора, и подошёл к хранителю, — Славный Хеймдалль… — Вам следовало одеться потеплее, — перебил тот Бога коварства. — Прости? — озадачено спросил Локи. — Вы надеялись обмануть меня? — Думаю, ты искренне ошибаешься… — Довольно! — вмешался Тор, и Лиф обречённо закатила глаза, — Хеймдалль, дай нам пройти! — Никогда. Ни одному врагу не удавалось проскользнуть мимо меня. — Иногда это его всевидение меня смущает, — прошептала Лиф, наклонясь к Локи, — Вот представь; собираешься окунуться в тёплые воды термы, но тут вспоминаешь, что Хеймдалль всевидящий… — Спасибо тебе. Теперь, когда буду совершать омовение, всегда буду вспоминать твои слова. — …Договорились? — послышался голос Тора, и громовержец направился к порталу. Остальные покорно последовали за ним. Хеймдалль вставил меч в механизм, активизируя портал. — Учтите, я не отступлю от своей клятвы защищать мир. Если ваше возвращение будет угрожать Асгарду, Радужный мост останется для вас закрытым, и вы будете брошены умирать во льдах Ётунхейма. Лиф умоляюще посмотрела на хранителя через плечо. — Хеймдалль, вот умеешь приободрить! Тебе бы речи для Одина писать… Златоглавый Бог бросил пронизывающий взгляд на асинью, и воителей перенесло…