То, чего они хотят

Come paint my face, come take my hand.

I do not wish you to understand.

Someday, you too will go to war.

And by that time, may you not fear death anymore.

The Devil Makes Three — Paint My Face

      Несколько часов дороги, полной размышлений и предчувствий, позади. За это время Холли успела написать в своём воображении много разных сценариев и возможных исходов предстоящей ночи в отеле. Пеппер всегда ясно осознавала, что Джон Сид никогда не питал к ней любви, но, тем не менее, надежда горела в её груди. Надежда на то, что Джон не поступил бы так жестоко с ней, не раздавил бы чувства Холли каблуками своих чёрных кожаных ботинок. Она верила, что где-то на глубине души Вестника мог быть хотя бы маленький огонёк тёплых чувств к ней.       Опустевший «Кингс Хот Спрингс», постепенно погружавшийся в объятия тёплых осенних сумерек, ждал визита Холли Пеппер. Она припарковала на дороге свой белый пикап с эмблемой Проекта на передней двери и направилась к главному входу.       В самом сердце помещения возвышался массивный каменный камин, наполняя пространство каким-то уютом. Рядом с камином расстилались диваны, облачённые в белые накидки, словно привидения. Легенды, родившиеся вокруг этого места, утверждали, что здесь обитали призраки, и ночью можно было даже услышать, как они завывали — то ли от нестерпимой тоски, то ли от гнева. Слева от камина располагался ресепшен, его стойка, выполненная из тёмного лакированного дерева, придавала интерьеру изысканный шарм. Облокотившись на неё, стояли двое незнакомцев и громко что-то обсуждали. — Добрый вечер, — Холли прервала их беседу.       Двое мужчин обернулись на девушку. Бросив взгляд на позднюю гостью, второй из них быстро направился к лестнице, стремясь удалиться на второй этаж. Холли не придала этому значения. — Добрый. Что вас занесло к нам? Вы же знаете, что отель уже давно не работает. — Сопротивленец у стойки ресепшена притворился, что не знал гостью, не знал, зачем она прибыла. Накануне Аделаида приезжала поведать о своём очередном «гениальном» плане и попросила подыграть. — Да, знаю, я прибыла издалека и мне больше негде остановиться. — В таком случае, можете занять один из свободных номеров, но хочу заранее предупредить — чистота, мягко говоря, оставляет желать лучшего. — Ополченец расхохотался и добавил: — Мы не возьмём с вас плату, не беспокойтесь. — Благодарю. Тогда, я могу осмотреться? — Конечно. — Работник мило улыбнулся и, вытянув левую руку в сторону, очертил окружающее пространство в приглашающем жесте.       Холли окинула взглядом атриум, окутанный духом заброшенного отеля, чей интерьер, словно остаток прошлой эпохи, напоминал ранчо Джона. На колоннах величественно висели трофеи: головы оленей и лосей. О, как же Холли мечтала увидеть среди них голову Лилит.       Взгляд скользнул по главному залу, где раньше звучали смех и музыка. Справа от камина вырисовывалась арка, давая возможность заглянуть в столовую, где раньше постояльцы разделяли великолепие этого места. Сейчас же пустота окутывала это пространство, и лишь тени прошлого напоминали о когда-то популярном отеле «Кингс Хот Спрингс».       Пеппер поднялась на второй этаж, где её встретила барная стойка, уютно расположенная в углу пустого пространства. Там, где прежде царила роскошь, теперь простиралось царство пыли.       Девушка медленно приблизилась к барной стойке, единственному углу, который не был погружён в толщу пыли. На полированной поверхности стояли два пустых бокала и открытая бутылка красного артизанального вина. Сердце Холли замерло от мысли, что Джон пил здесь тет-а-тет с Лилит. За этой мыслью, как эхо, отдавался в её сознании логичный вопрос: «Где сейчас Джон и Лилит?»       Девушка направилась к ближайшей двери, стараясь не выдавать своё присутствие. Прислушиваясь, она ощущала громогласную тишину, которая лишь усиливала её беспокойство. Решив рискнуть, Холли медленно открыла дверь, и перед ней раскрылась пустая комната, освещённая лишь лунным светом. Старые матрасы, покрытые слоем пыли, и хлам были повсюду. Эдемщица закрыла дверь и отправилась дальше бродить по коридору, пока не услышала чей-то голос. — Я очищу от всех грехов, и жизнь наполнится верой… — реплика прервалась. Затем раздались громкие стоны, стоны наслаждения, которые Холли не могла спутать ни с чем другим.       Ноги сами повели девушку к той самой двери. Дрожащей рукой она медленно опустила ручку двери, готовясь увидеть что-то предательски страшное, что-то, что уничтожило бы её в ту же секунду. Однако дверь не отворилась, она была заперта изнутри. От бессилия по щекам Холли ручьём покатились крупные жемчужины слёз, а нос приобрёл багровый оттенок. Её глаза горели злостью, а обида ломала изнутри.       Красное вино, стоящее раннее на барной стойке, растворилось в Холли в мгновение ока, а пустая бутылка улетела в открытое окно.       Пеппер поспешила убраться из этой дыры, ей было больно находиться здесь. Роняя слёзы, она выскочила из отеля, но внезапно остолбенела, обнаружив прямо перед собой Аделаиду и Лилит, которую она не сразу узнала из-за светлого цвета волос. Выражение лица Холли резко изменилось, теперь оно отражало пылающую ярость. За эти короткие мгновения она испытала полный спектр негативных эмоций — от отвращения до отчаяния. — Ну, здравствуй, — ухмыляясь, протянула Лилит. — Ты! — Холли ткнула в Помощницу пальцем. — Как ты только посмела… — затем резко замолкла, осознав, что Лилит всё это время не было в отеле. — Как тебе представление, болонка? — похлопав по плечу сектантку, Драбмен залилась злорадным смехом.       Холли достала перочинный нож, её руки дрожали от смешения эмоций — от гнева и отчаяния. В глазах её замерцали искры безумия, и дыхание стало сорванным и нестабильным. Нож блеснул в лунном свете. Адепт направилась в сторону Аделаиды с необычайной решимостью. — Повтори! Представление? Так это всё было просто издевкой, глупой шуткой, а я повелась, как последняя дура! Довольна собой?! Может, тебе стоит преподать урок о том, что гордыня — худший из семи грехов?       Звук взведения курка вернул Пеппер в реальность. Лилит медленно обошла Холли так, чтобы та видела её и направленный на неё USP-S. — Отойди от Аделаиды, — хладнокровно произнесла Лилит. — Убирайся отсюда, Холли, и возвращайся к ногам своего хозяина.       Было слышно, как Холли быстро выдохнула. Она заглянула в глаза Лилит, словно ища там ответы, а затем резко развернулась и удалилась, бросив по пути: — Да пошли вы на хер обе!

***

— Знакомься, это Рой и Клайд. — Аделаида подтолкнула Помощницу в сторону незнакомцев, стоявших у кухонной тумбы. — А это Лилит. — На лице женщины красовалась искренняя улыбка. — Аделаида, может, ты лучше объяснишь мне, что, чёрт возьми, только что произошло? — по очевидным причинам раздражение расплылось на лице Фостер. — Холли недавно заявлялась ко мне, чтобы разузнать о тебе. Она думала, что между тобой и Джоном пробежала искра. — Подмигивая, Драбмен растянула игривую улыбку на лице. — Вот я и решила подшутить над этой святошей, подговорив своих друзей включить на втором этаже отрывок из выступления Джона и какую-то завалявшуюся порнуху на компакт-диске. — Какого чёрта, Аделаида? — Слова Лилит заставили женщину залиться громким смехом. — Ты бы следила за словами, — вдруг оборвав своё молчание, произнёс Рой. Однако Помощница лишь задрала свои надбровные дуги и равнодушно посмотрела на мужчину. — Так! — Аделаида стукнула кулаком по обеденному столу и раздражённо посмотрела на Роя. — На самом деле Джон горяч, в его глазах читается страсть. Правда, иногда он слетает с катушек: устраивает публичные наказания, срезает с людей кожу и убивает «неверных», но всё это, по-моему, делает его ещё сексуальней. Не думала присмотреться к нему? — Драбмен вновь подмигнула Фостер, а затем расхохоталась.       Хмыкнув, Лилит неодобрительно покачала головой, пряча улыбку в уголке рта. — Я, наверно, пойду спать. Шериф завтра ждёт меня у себя, нужно быть в форме. Здесь есть чистые кровати? — Конечно, Ли, для тебя найдём самую лучшую кровать. Будешь у нас, как принцесса, спать. — Драбмен подмигнула подруге. — Ага, только в башне не запирайте, — комично бросила Лилит и удалилась в главный холл.

***

      Утро встретило Помощницу пасмурной погодой: за окном лил дождь, и тучи хмуро наблюдали за местными жителями. Тюрьма округа Хоуп находилась недалеко от отеля «Кингс Хот Спрингс». По приезде Шериф уже ждал её у главных ворот. — Здравствуй, Салага, — хмуро произнёс Шериф Уайтхорс. — Здравствуйте. — Слышал, ты отлично справилась с заданием по освобождению ранчо Келлетов. — Уайтхорс похлопал по плечу свою помощницу. — Сегодня тебе нужно помочь моим парням освободить депо «Копперхэд». Они уже отправились на место, так что тебе стоит поторопиться. — Сэр, я не думаю, что это хорошая идея. Я полагаю, что на меня открыли охоту. Вчера я сняла слежку, и, скорее всего, она была не единственной. — Хватит выдумывать. На нас на всех охотятся сектанты, по-твоему, мы теперь должны сидеть, сложа руки? Людям из сопротивления нужна твоя поддержка. — Как скажете, сэр.       Лилит села в свой Jeep Cherokee Country 1997 и отправилась в депо «Копперхэд», которое находилось на границе Реки Хенбейн и Долины Холланд.

***

      В депо «Копперхэд» группа сопротивленцев прибыла в полном составе, возглавляемая Лилит Фостер. Звуки грома и завывание ветра перекликались с далёкими криками сектантов. По мере приближения крики сектантов становились все громче, как предвестие бури. Наконец, Лилит молча подала знак своей группе, и они ворвались в депо, где воцарился хаос.       Запах чужой крови переплетался с запахом порошка, пока стволы оружия сверкали в руках ополченцев. Сектанты, ошеломлённые внезапным нападением, пытались дать отпор, но в конечном итоге справедливость восторжествовала, и депо перешло в руки сопротивленцев. По крайней мере, так они считали по окончании бойни.       В то время, как отчаянные жители округа сражались с сектантами в депо, колонна белых пикапов прибыла кортежем и уже ожидала их у выхода. Стоило группе ополченцев покинуть депо, как пулемётчики, расположившиеся на крышах машин, взяли их на мушку. По громкоговорителю послышался голос Джона: — Только попробуйте шевельнуться, и вы сразу попробуете свинец на вкус, — голос Сида звучал очень убедительно. — Помощница Шерифа, садись в машину, тогда никто из твоей группы не пострадает. — Ещё чего?!.. — один из сопротивленцев решил заступиться за своего лидера, за что поплатился жизнью. Джон отдал команду устранить помеху, и один меткий выстрел в голову из снайперской винтовки прервал его речь. Вот уже бездыханное тело ополченца разлеглось на сырой земле. — Вам лучше не вынуждать меня применять силу. Помощница, сядь в машину по-хорошему, и я не трону остальных твоих друзей.       Фостер ничего не оставалось кроме как подчиниться Крестителю. Она окинула безнадёжным взглядом свою группу и двинулась в сторону колонны машин. В воздухе просвистели выстрелы, ещё двое сопротивленцев рухнули замертво. — Скиньте всё своё оружие, мы же не хотим неприятностей, правда? — Самодовольный смех разнёсся по депо из громкоговорителя.       Лилит сгорала от ненависти изнутри, но не подала виду. И с хладнокровием, присущим ей, сняла с себя портупею и сбросила всё оружие. Когда люди Джона вышли из машины, они внимательно осмотрели её, убедившись, что она больше не представляла опасности, и нацепили на неё наручники. Лилит тихо, почти про себя произнесла: «Чёрт, я же говорила, Шериф». Девушку посадили в один из пикапов, составляющих колонну, и надели мешок на голову, после чего увезли в неизвестном направлении.