Сто дней в Детройте

R, Насилие, hurt/comfort Гэвин, засопев от натуги, протиснулся мимо двух крупных мужчин и оказался ближе к железной сетке, отделяющей ринг от зрительской зоны. Сейчас поле боя пустовало: до начала сражения оставалось ещё двадцать минут, но протолкнуться уже было практически невозможно. Гэвин сам еле-еле успел проскользнуть на входе, вышибала уже прекращал пускать посетителей. Работать под прикрытием Гэвин ненавидел, особенно когда доводилось взаимодействовать в группе. Он был одиночным игроком, полагался только на себя, но сейчас пришлось засунуть свои протесты куда подальше и подчиниться приказу. Людские голоса сливались в один монотонный гул, среди которого вычленить хоть что-то вообще не представлялось возможным. Гэвин стиснул зубы, пытаясь не выдать своего недовольства. Он терпеть не мог подобные столпотворения, оттого и не ходил в ночные клубы, но сейчас надо было собраться. Потерпеть всё это безобразие полчаса стоило того, чтобы прижать одного из самых крупных организаторов нелегальных боёв в Детройте. У этого гада Лоусона всё было настолько гладко, что подкопаться было невозможно, но всё же он прокололся. Подпольные бои андроидов, замаскированные под собачьи. Это работало до тех пор, пока его люди не обнаглели от вседозволенности. Они потеряли бдительность, один из андроидов после боя сумел доползти до одного из своих братьев по разуму. Правда, долго не продержался, однако же полиция была оповещена. И вот, теперь Гэвин здесь, дожидается, когда можно будет разоблачить этого ублюдка.  — Ты слышал, Лоусон сегодня придёт посмотреть на бой! — сказал сосед Гэвина, обращаясь к своему приятелю.  — Точно, посмотрит на новенького, а заодно и мы поглядим!  — Не радуйся так сильно. Бьюсь об заклад, Таура на нём живого места не оставит, разорвёт в клочья! Гэвин напрягся, ощущая прилив адреналина. Кто ещё кого размажет. Минуты тянулись мучительно медленно, пистолет так и просился в руки, но Гэвин терпеливо ждал. Слежка длилась пару месяцев, так что несколько минут не сыграют особой роли. Предвкушая победу, Гэвин широко ухмыльнулся. Приближался час расплаты. Несмотря на то, что его стаж в полиции был немалым, Гэвин по-прежнему остро реагировал на все операции. О, это чувство напряжения, какое испытывает хищник перед тем, как броситься на жертву. А от мысли, что этим он ещё и приносит пользу, Гэвин так вообще улетал на небеса. Прошло двадцать минут, свет сконцентрировался на ринге, куда вышел представительный молодой человек в строгом костюме.  — Господа! — громко начал он, стараясь, чтобы его голос был слышен всем. — Сегодня вас ждёт очередной потрясающий бой. Большинство из вас решили не рисковать, и поставили на проверенного временем Тауру. Однако же, некоторые отчаянные смельчаки сделали ставки на нашего новичка. Он пока что не доказал своё право на имя, у него есть только номер, но, будем надеяться, что девятьсот — удачное число. Толпа зашлась хохотом, очевидно, совершенно не веря в то, что какой-то выскочка сможет побить чемпиона, прочно утвердившегося на первом месте. Тем временем, молодой мужчина перелез через ограждение ринга и сложил руки за спиной, приготовившись наблюдать за боем. Он встал по левую руку он высокого мужчины, в котором Гэвин сразу же узнал Лоусона. «Наслаждайся своим последним шоу, кусок дерьма», — ядовито подумал Гэвин. На освещённый участок света вышел широкоплечий смуглый андроид. Гэвин внутренне содрогнулся. Это же была модель TR400! Любой другой робот, поставленный сражаться с ним, имел не больше шансов, чем котёнок против какого-нибудь американского стаффа.  — Таура! — завопили люди на разные голоса. Гэвин стоял близко, он видел, как андроид дёрнулся, затравленно озираясь. Он совсем не был похож на существо, которое уверено в себе. Не выдержав напора толпы, он попятился назад, но тут раздался выстрел. Гэвин с ужасом увидел, как стоящий за рингом человек передёргивает затвор. Таура, гонимый страхом, выскочил на середину ринга, и к нему под ноги тут же выпихнули его противника. На фоне Тауры его бледная кожа казалась какой-то совсем светлой. На Девятисотого было жалко смотреть. Хоть он был и выше своего противника, зато раза в полтора тоньше. Даже отсюда было видно, что он трясся от ужаса. Послышались недовольные крики.  — Да начнётся бой! — поспешно завопил тот самый парень, объявляющий бойцов, и толпа взорвалась гулом одобрения. Таура, издав вопль не то для того, чтобы подбодрить себя, не то от страха, бросился на своего противника. Одним точным движением он зарядил ему в коленную чашечку. Послышался громкий хруст, а затем двое андроидов кубарем прокатились по бетонному полу. Девятисотый попытался спихнуть с себя противника, но его попытки не увенчались успехом. Он только бестолково ударял коленом в живот Тауры, но с таким же успехом мог молотить по стене. Правда, ему удалось извернуться и вцепиться в горло своего соперника. Таура в отчаянии замотал головой, пытаясь освободиться. Люди, поставившие на новичка, радостно закричали, но их триумф продлился недолго. Таура, сделав рывок вверх, схватил Девятисотого за шкирку и ткнул носом в пол. Послышался жуткий хруст и те, кто отдали свои деньги за TR400, одобрительно загудели. Гэвин начал всерьёз беспокоиться. Андроида вот-вот убьют, почему его напарники медлят?! Внезапно раздался тонкий визг, переходящий в пронзительный вопль. Таура схватил руку своего противника и тянул её на себя, вывернув под немыслимым углом. Девятисотый отчаянно молотил левой рукой по боку андроида, но всё было бесполезно. Треск разнёсся по помещению, оттолкнувшись разом от всех стен. Создавалось впечатление, что какой-то великан переломил о колено столетний дуб. Девятисотый верещал, как пойманный в капкан лис. Его правая рука была отброшена в сторону, из разорванных трубок лились потоки тириума. Толпа бесновалась, пол сотрясался от топота десятков ног. — Убей! Убей! — слышалось с разных сторон. В первую секунду никто не услышал выстрелов, даже сам Гэвин. Зато, когда он опомнился, то с наслаждением всадил несколько пуль в ноги Лоусона. Пришлось ухватиться за сетку, чтобы обезумевшая людская масса не утащила его за собой. Наверняка на выходе была жуткая давка, и Гэвин с садистким удовольствием подумал, что кого-нибудь из мразей обязательно расплющит. Таура же, вконец обезумев от выстрелов, оскальзываясь на тириуме, помчался прочь. Пока остальные полицейские вызывали подкрепление и стаскивали всех преступников в кучу, Гэвин подошёл к Девятисотому и опустился перед ним на колени.  — Тише, тише, — успокаивающе зашептал он, протягивая к покалеченному ладонь. Андроид дёрнулся, попытался уползти, но ничего не вышло.  — Знаю, я человек, но я не сделаю тебе больно, окей? — Гэвин аккуратно забрался на ринг. Девятисотый косил на него красивые светло-серые глаза и совсем зажмурился, когда мужчина взял его на руки. Андроид оказался легче, чем был на первый взгляд.  — Я отвезу тебя в мастерскую, тебе пришьют руку, будешь как новенький, — бормотал Гэвин, выходя из душного помещения. Подкрепление уже выбралось из машин и несколько полицейских пробежали мимо Гэвина. Офицер Браун со своей роботизированной напарницей Максин быстро двигались за угол. Макс, будто бельгийская овчарка, внимательно смотрела под ноги, будто шла по следу. «Наверняка ищет Тауру», — с завистью подумал Гэвин. Ему жутко хотелось в напарники андроида, но пока что это оставалось несбыточной мечтой. Девятисотый стал сползать с его рук, начиная вырубаться от потери тириума.  — Не спи, Девятка! — на автомате выкрикнул Гэвин, возвращая андроида в прежнее положение. Тот недовольно заклокотал, с трудом размыкая веки. — Эй, — он поднял на Гэвина мутные глаза, — я ведь хорошо сражался? Я заслужил своё имя? Мужчина закусил губу. Нет, он не должен называть этого андроида, и без того в сердце Гэвина этот робот занял непозволительно много места, несмотря на столь короткий срок. Было понятно, что если сейчас Гэвин даст ему имя, то назад пути уже не будет. — Конечно, ты заслужил, — тело улыбнулся мужчина. — Тебя будут звать Ричард. Теперь Гэвин точно оставит его себе.