Полицейская история

Надо ли говорить, что утром Ханбин не проспал только чудом. Чудо это звали Бобби. Именно он толкнул Ханбина локтем в бок и сонно пробормотал: - Выключи, что там у тебя орёт… Орал будильник. И орал, судя по всему, уже довольно долго. Ханбин едва заставил себя встать, а потом долго искал телефон, не ориентируясь даже на звук. Наконец будильник был выключен, а Ханбин осознал, что выходные ещё не начались, и ему нужно было привести себя в порядок и ехать на работу. Форменная рубашка комом валялась в корзине для грязного белья, две другие нужно было гладить, поэтому Ханбин махнул рукой и впервые за долгое время оделся в гражданское. Их регламент позволял им появляться на службе в нормальной одежде, но в форме Ханбин чувствовал себя увереннее и внушительнее. Обычные же футболки и свитера подчёркивали его худощавость и субтильность. Впрочем, ни то, ни другое не помешало ему вчера ночью, когда они с Бобби всё же попали в постель. Хотя, нужно сказать, что и до постели – на всё той же барной стойке – Ханбин проявил себя на отлично. У Бобби, несмотря на долгую жизнь на улице, было хорошее тело, сильное и красивое. Ханбин отчётливо различал отдельные мышцы, любовался смуглым оттенком кожи и просто с ума сходил от восторга. Наверное, если бы Бобби занялся каким-нибудь спортом или начал просто ходить в качалку, Ханбин бы просто сдох, захлебнувшись слюной и другими биологическими жидкостями. Бобби только удивлялся, откуда у Ханбина силы брались, потому что после двух раундов на кухне и на постели, Ханбин пошёл на рекорд и раскрутил Бобби на третий раз прямо в тесном маленьком душе. Впрочем, в тот момент Бобби ни о чём не жалел, потому что Ханбин был чертовски хорош. И нет, он не просто старался показать себя с лучшей стороны, он любил. Каждым поцелуем, каждым прикосновением, каждой лаской, каждым толчком своих бёдер Ханбин любил и давал Бобби возможность это почувствовать. Теперь ему нужно было проявить ещё одну грань своей любви и тихо свалить на службу, пока Бобби не проснулся. Ханбин основательно измотал его за ночь. Конечно, сам Ханбин измотался не меньше, если не больше. Но в его крови всё ещё гулял убойный коктейль из гормонов, а воспоминания о прошлой ночи бодрили похлеще кофе. Теперь нужно было что-то сделать с этой бодростью, чтобы застегнуть джинсы. Ханбин старательно подумал сначала об убийце, потом в самых подробных деталях о первом трупе, а после ещё и об Элис. Это сработало, возбуждение спало настолько, что Ханбин смог подойти, поправить на Бобби одеяло и поцеловать его в щёку. На цветном стикере Ханбин написал просьбу не гулять без него дальше террасы, а потом вышел из дома и тщательно запер дверь. Он чувствовал себя, по меньшей мере, драконом, который сторожил в своей башне принцессу. Не совсем принцессу, конечно. Даже не принца. Но величайшее своё сокровище. Ханбин уже за квартал до участка вспомнил, что обещал Джефри хороший кофе, и тихо выругался себе под нос: пришлось разворачиваться на перекрёстке и ехать обратно до ближайшей кофейни. Пока сонный бариста делал три порции кофе, – американо для Джонни, капучино для Джефри и латте с сиропом для него самого, - Ханбин по привычке прислушивался к голосам самых ранних посетителей. Один голос казался ему знакомым. Ханбин догадывался, что его не узнали только из-за одежды: он редко приходил в участок в джинсах, а куртка и вовсе была новая, больше похожая на ту, что носили пилоты легкомоторных самолётов где-нибудь в провинции Альберта, что в Канаде. Элис явно не ожидала быть услышанной, поэтому говорила громко и выражений не выбирала: - Нет, ты представляешь, какая же сука! Тварь, просто тварь… - Да что он сделал? – осторожно интересовалась её собеседница, но Ханбин не мог разобрать, кому принадлежал этот голос. - Да он меня так кинул! Я же думала вчера… Что мы поедем ко мне после госпиталя… - Подожди, давай сначала, я что-то упустила, - Ханбин по манере говорить догадался, что второй собеседницей была Хлоя. – Ты говоришь, вы собирались к тебе после госпиталя? - Да нет, это я так думала. Я же специально у них в кабинете руку порезала, чтобы он отвёз меня к врачу… - Как в кино, - в голосе Хлои послышался сарказм, и Ханбин выдохнул. - Типа того. Так этот козёл… Ты представляешь, он потащил с собой этого мелкого, что с ним ошивается всё время… - Какого мелкого? - Ну не мелкого, офицера этого… да я даже фамилию не помню, ходит всё время и улыбается как дурачок, отмороженный такой. - Ты про Джефри? А по-моему, он очень дружелюбный и милый, - Хлоя не скрывала своего удивления. – И сообразительный весьма, раз уже в вашем отделе работает. Мы, кстати, приказы на днях проводили через систему, у него в начале следующего месяца экзамены на звание сержанта. А Ханбин уже на лейтенанта сдаёт. Так что не такие уж и отмороженные. - Да плевала я! – Элис явно сейчас думала другими категориями. – Нахрена он этого малого потащил с нами? Мне пришлось до приёмного покоя самой идти, а знаешь, как у меня при этом голова кружилась? - Ну вообще разрезать руку стеклом – не самая лучшая идея, - заметила Хлоя. – Ты могла занести инфекцию, повредить крупный сосуд или даже сухожилие. А если бы ты без руки осталась, кто был бы виноват? - Так этот козёл и виноват, - снова завелась Элис. – Мне и так теперь на больничный идти, я же правую руку порезала, теперь делать не могу ничего. Босс будет в ярости. А всё из-за него! - Ну почему из-за него? Он же тебя не толкал, не бил, не заставлял за это стекло хвататься, - Хлоя явно была голосом разума, но Элис не желала её слушать. - Потому что нехуй было кота за яйца тянуть! Весь участок уверен, что мы спали… - А вы нет? - Конечно, мы нет. Он же ни одну бабу к себе не подпускает! - Может, он вообще не по девушкам? – осторожно предположила Хлоя, а Ханбин напрягся. - Да ладно! – Элис захохотала. – Не по девушкам он, скажешь тоже. – А на сиськи мои пялится как миленький. И на чулки… Так смотрит, как будто тут бы и разложил, если бы начальство рядом не ходило. - А ты уверена, что ты правильно трактуешь его взгляды? Или, может, он против служебных романов? - Да он себе цену набивает, мудак! Он меня вчера даже не проводил! Высадил у подъезда – и проваливай! - Послушай, мне кажется, - начала Хлоя, но Элис её перебила: - Я уверена, что он этой же ночью с какой-нибудь тёлкой кувыркался. - Он этой ночью на выезде был, - холодно заметила Хлоя. – У меня в лаборатории брат работает, он сегодня под утро явился, переоделся и назад поехал. Сказал, что из особо тяжких как раз Ханбин и Джефри были. - Ну подумаешь, долго ли из койки выскочить, - непрошибаемая Элис пожала плечами. – Я уже не знаю, что мне сегодня делать… - Возьми больничный и передохни, - мудро посоветовала Хлоя. – Потом придёшь с новыми силами… Дальше Ханбин не услышал, потому что бариста наконец приготовил весь заказанный кофе и собрал в бумажный пакет свежие круассаны и сэндвичи с курицей. Он расплатился и вышел, сел в машину и только потом вспомнил, что хотел ещё купить сигарет. Но возвращаться ему было уже лень, поэтому Ханбин отложил эту мысль на потом, – даже в заметки записал, - и направил свой форд в участок бюро «Центра». Своё парковочное место Ханбин нашёл пустым. Впрочем, в это время практически вся служебная парковка ещё пустовала, поэтому совершенно спокойно поставил свою машину, когда его телефон напомнил о себе пронзительной трелью: - Да? Я уже практически в участке, с парковки иду… - Ханбин прижал трубку плечом, чтобы достать бумажный пакет и картонную подставку с кофе, а потом запереть машину. - Тогда в лабораторию сразу дуй, много интересного покажу. - Правда, интересного? – Ханбин кивнул знакомому с поста охраны и сменил курс. – А то я с завтраком, меня надо поблагодарить хорошенько. - Поблагодарю, не сомневайся, - пообещал Джонни. – И раз уж ты с завтраком, я пойду разбужу Джефри. - А ты ещё не? - А зачем мне, чтобы он под ногами крутился. Он же в морге, как в зоопарке, - Джонни засмеялся. – А это что? А вот это откуда? А как это помещалось вот там? А почему теперь не помещается… - Весело у вас, - Ханбин в последний момент заметил шедшего навстречу человека и едва увернулся от столкновения. – Ладно, иди буди своё сокровище, я буду у вас с минуты на минуту. - А что это у вас? У меня. Тебе я его потом с собой заверну, - Джонни снова засмеялся. - Какой-то ты слишком бодрый для раннего утра после бессонной ночи. - Стимуляторы хорошие, - Джонни отсоединился, а Ханбин подумал, что и он сам чувствовал себя на удивление отдохнувшим, даром что спал всего ничего. В лаборатории Джонни встретил его с отчётом, а Джефри с одеялом прижатым к груди. - Утречко, - Ханбин сунул Джефри его кофе. – Ну что у нас там? - У нас там много чего, - Джонни открыл папку и принялся зачитывать с первой страницы. – Жертва, Анна-Мария Долорес Фернандес, двадцать два года, американка. Неоднократно привлекалась за хранение и употребление. Начинала с марихуаны, но в последний раз попалась на метамфетамине. - Бурная жизнь. Я в двадцать два в патрули ходил и из архива не вылезал, чтобы подготовиться к экзаменам, - Ханбин помолчал. – Она была под кайфом? - На момент смерти? Нет, - Джонни покачал головой. – Но здесь другое интересно. Крови, конечно, практически не осталось, но в том, что мне удалось извлечь, обнаружены явные следы скополамина. - Поправь, если я ошибусь, - Ханбин напрягся, - но разве это не легендарная «сыворотка правды»? - Она самая, - Джонни кивнул. - Он её пытал? – Ханбин уже слышал грохот, с которым рушилась их стройная теория о серийном маньяке. - Не думаю, - Джонни открыл другую страницу и показал Ханбину. – Скополамин – это мощный миорелаксант. К тому же, он затрудняет проведение сигнала по нервным волокнам. - И что это значит? - Это значит, что жертва теряет способность к сопротивлению. Скополамин в итоге подавляет волю и замедляет все процессы. - То есть, ты хочешь сказать, что жертва просто лежит и не дёргается, пока её режут. Так? – побледнел Джефри. - Если грубо, то да, - Джонни вздохнул. - А почему она не сопротивлялась, когда он пытался его вколоть? – Джефри инстинктивно закутался в одеяло. - Его не обязательно вкалывать, можно смешать с едой, он и из кишечника усваивается. А накормить бездомного – богоугодное дело, вон Ханбин тебе скажет. Но даже если и вколол… Она наркоманка, судя по всему, давно не кололась, должна была искать новую дозу… - Да в таком состоянии она бы вколола себе всё, что угодно, - резюмировал Ханбин. – Но я другого не понимаю. - Чего? - Почему он меняет почерк? - Потому что, возможно, не все детали убийства есть почерк. И если прежде он не убивал, то сейчас он учится не только зашивать, но и убивать в принципе. Совершенствует свой метод, - Джонни передал папку с подробным отчётом Ханбину в руки. - Возможно, эти детали ему не важны, - Ханбин присел на ближайший стул. – Ему важно что? - Убить, - Джефри с тоской взглянул на круассан, а потом отодвинул его от себя. - Убить, да, - согласился Ханбин. – Ему важно выпустить из живой жертвы всю кровь, это не меняется. Дёргается жертва при этом или нет, ему не важно. Я сомневаюсь, что он решил вдруг облегчить мучения этой женщины. - Я вообще думал, что он делает это всё ради мучений жертвы, - признался Джефри. - Если бы он убивал просто ради мучений, он мог бы выбрать и других жертв… - Ну каких других, Ханбин? Они же и так бездомные, в розыске… Сложно найти более подходящих жертв, - заметил Джонни. - В чём-то ты прав, конечно, но тебе не кажется, что среди бездомных есть и более лёгкие жертвы. В том же Скид Роу полно, к примеру, совершенно опустившихся наркоманов и полных психов, которых умелый психолог мог бы уговорить на что угодно, - Ханбин побарабанил пальцами по столу. – Мне всё же кажется, что у него есть какие-то критерии выбора, просто мы их ещё не вычленили. - А как ты предлагаешь их вычленить, если жертвы разные? И объединяет их только их легкодоступность, - Джефри грустно заглянул в стакан и вздохнул: кофе явно закончился раньше, чем Джефри того бы хотелось. - Либо мы просто не туда смотрим. Нам нужно собрать вообще всё, что мы знаем о жертвах. Они нигде не встречались? – Ханбин чувствовал, что ответ был на поверхности, но никак не мог его ухватить. - В прошлом, которое мы смогли проверить, нет, - Джефри покачал головой. – Они родом из разных мест, из разных семей, правда, из довольно приличных, - Джефри всё же решил, что поесть было бы неплохо. - А если это и есть общее? – предположил Ханбин, интуиция которого в этот момент сделала стойку, как охотничья собака, обнаружившая утку. - Что? - Эти люди не родились в этой среде. Я имею в виду, - Ханбин ухватил мысль и начал её раскручивать. – Я имею в виду, что они могли бы не пасть на дно жизни, если бы их жизнь сложилась иначе. Наша первая жертва… Если бы не погиб его сын, он мог бы быть счастливым семьянином, семья не распалась бы, он бы не начал пить… - Вообще довольно логично, - признал Джефри. - Вторая жертва – нормальный парень, без вредных привычек, из нормальной семьи… Почему он оказался на улице? - Конфликт с семьёй. - Вот и ответ. Если бы конфликта не произошло, возможно, он не ушёл бы из дома, женился бы в своё время, завёл детей… А не лежал бы здесь с шариком в животе… Кстати, я ж не спросил про главное. - Шарик был, - Джонни кивнул. Номер третий. - Похоже, всё-таки по порядку, - Джефри незаметно для себя расправился с одним сэндвичем и взялся за второй. - Или это такой шифр, - Ханбин пожал плечами. –Вот будут в следующем трупе шарик с цифрой, скажем, восемь… - Ну и всё, вас уволят, потому что вы не сможете объяснить, так задумано, или другие тела мы просто не нашли, - Джонни проводил взглядом свой завтрак, но ничего не сказал. – Кстати, что я тебе точно могу сказать, он ускоряется. - Он знает, что мы его ищем, - кивнул Ханбин. – И будет пытаться убить как можно больше до того момента, как мы его поймаем. - А люди, если ты заметил, довольно равнодушны, - Джонни залпом допил американо. – Мне кажется, если бы он убивал собак, публика бы и то больше волновалась. Люди с обочины жизни никому не нужны. - Может, в этом и дело? - Что ты имеешь в виду? – Джефри от волнения проглотил остаток сэндвича, не жуя. - Может, он хочет привлечь к этому внимание. А может, кстати, и наоборот. Вдруг он считает, что эти люди – лишние? И их можно убрать. - Тогда возникает вопрос, почему не всех бездомных подряд. Да их же в Лос-Анжелесе сотни тысяч, - Джонни поморщился. – Мне кажется, ты где-то рядом с истиной, но чего-то не хватает. - Не хватает искры безумия, - Ханбин вздохнул. – Я думаю, мы всё же нормальные, мы не можем понять, что такого в этих людях, что они стали жертвами убийцы. - Кстати, - Джефри пролистал отчёт и нашёл нужную запись. – Эта Анна-Мария Долорес тоже не простая наркоманка. - А что с ней? - Она – дочь богатых родителей, у них не только вполне легальный бизнес в стране, но и определённое влияние. - И такие влиятельные родители не смогли ей помочь? - А как ты поможешь тому, кто не хочет помощи? Ей и наркоманкой было хорошо. Они помещали её в клинику, она сбегала оттуда, находила дозу снова – и всё начиналось заново, - Джефри закрыл папку. - То есть, если бы она не впала в зависимость, у неё могла бы быть нормальная жизнь, - заключил Ханбин. – Это, конечно, ужасно шатко, но это однозначно общее между ними. Они не родились в трущобах, не выросли там, они спустились туда из нормальной жизни. - Ты думаешь, убийцу это бесит? - Я пока не знаю, что у него за причина, - Ханбин покачал головой. – Но мне кажется, что ответ в том, как он убивает. Он бы мог просто душить их, перерезать горло, стрелять. В конце концов, купить оружие в Штатах проще простого. Здесь у каждого школьника есть ствол. - Ты прав, - кивнул Джонни. – В способах убийства точно есть общее: жертва была жива и всё чувствовала, жертва умерла от потери крови… - Угу, - Ханбин вздохнул. – Зачем ему нужна их кровь? Какой в этом смысл? - Ну вот поймай его и спроси, мы вряд ли тебе скажем, - Джонни вздохнул и поднялся. – Ладно, забирай это прожорливое создание, а то у меня ещё работы море. Я же не только для вас трупы вскрываю… - А мы-то думали, - Ханбин поднялся. – Ладно, поднимайся, Джеф, нас ждёт скучная рутина в участке. И очередной поиск свидетелей. - Что-то мне подсказывает, что их там не будет, - Джефри приуныл. - Ты же видел тот район. Сплошь благоустроенность и покой. - Кстати, мы не проверили, наша жертва жила там или ему пришлось везти её через весь город, - Ханбин стукнул себя по лбу. - Надо спать больше, - Джефри ткнул пальцем куда-то под глаз Ханбину. – У тебя мешки скоро на плечах будут лежать. - Ну как-то мне не до сна было, - Ханбин развёл руками. – Вы же с Джонни тоже дома не ромашки собираете. - Мы там не бываем даже, - Джефри засмеялся. – Но в любое свободное время… - Мы отошли от темы. Когда вы уже уехали, я осмотрелся ещё раз, в одном окне свет горел, я записал адрес, нужно будет туда наведаться. - А я узнаю, как далеко она жила от этого района. - Нужно ещё узнать, не было ли там у неё каких-нибудь приятелей, - Ханбин задумчиво пожевал губу. – Что-то Хлоя тянет, как будто я ей видео на три часа притащил. - Она просто старается тебе угодить и хоть что-нибудь найти. - А она-то чего? Нормальная же была девчонка, - Ханбин тяжело вздохнул. - Да она и есть нормальная, просто ты у нас секс-символ. И все наши девушки готовы падать тебе под ноги, - поделился Джефри. – А ты сам не знал? - Да как-то… Я же не по девушкам. - Но ты тот редкий случай, когда с виду и не скажешь. Красивый, умный, амбициозный, перфекционист, форма сидит как влитая… Ещё и вежливый, не пристаёшь, - Джефри загибал пальцы уже на другой руке. – Как видишь, у тебя масса достоинств. Ты – достойный избранник для любой нашей королевы участка. - Не надо мне такого счастья, - Ханбин покачал головой. - У меня уже есть избранник. - А он в курсе? - Надеюсь, - Ханбин вошёл в участок вслед за Джефри. – О, привет, Хлоя. - Привет! Я как раз тебя искала! – она сунула ему в руки конверт. – Нехорошо опаздывать. - Я не опаздывал, мы только что из лаборатории, - Ханбин заглянул в конверт и увидел там пухлую стопку снимков. – Есть что? - Не очень много. Мы подключили все программы, что есть в нашем распоряжении и даже пару разработок, но смогли добыть только сущие мелочи. - Иногда и мелочи важны. – Ханбин улыбнулся. – Спасибо, Хлоя. И за то, что была голосом разума в том числе, - он подмигнул ей. - О чём ты… А, - она наконец осознала, что Ханбин стоял перед ней не в форме, а в обычной куртке. – Ты был там, в кофейне? - Был, услышал много нового. - Извини… - Да всё в порядке, я благодарен тебе, - Ханбин улыбнулся ей. – Надеюсь, Элис тебя услышала и взяла больничный. – У меня сейчас совсем нет времени возиться с ней. - Взяла, всё равно она бесполезна сейчас на работе, - Хлоя похлопала его по плечу. – Если захочешь ещё поболтать, ты знаешь, где меня найти. - Конечно… - Вот об этом я и говорил, они все на тебя вешаются, - усмехнулся Джефри, когда Ханбин снова с ним поравнялся. - Пусть вешаются, - Ханбин махнул рукой. – Сейчас мне интересно, что с нашим кабинетом. - Ремонт, - Джефри первым свернул за угол и увидел рабочих возле двери. - Ясно… Тогда можем разворачиваться прямо сейчас. - И куда мы? - Допрашивать свидетелей. Кстати, я сейчас подумал, район-то приличный, дома не из дешёвых, там есть чем поживиться. - Я, кажется, понял, к чему ты клонишь, - Джефри кивнул. – Нужно будет поговорить с хозяевами домов, есть ли у них камеры. Но к Хлое ты сам пойдёшь, хорошо? Со мной она так любезничать не будет. - Боюсь, если я снова принесу ей низкокачественное видео, она и со мной не будет, - Ханбин засмеялся. – Ты подожди, я к боссу загляну, отчитаюсь кратенько – и поедем работать. - Я бы поехал спать, пока Джонни дома нет, - Джефри фыркнул. – Но увы… - Жди в машине, - Ханбин бросил Джефри ключи, а сам прошёл через непривычно пустую приёмную. – Босс! Можно? - Сержант… Чем порадуете? - Да пока ничем, - Ханбин присел на стул для посетителей и начал подробно и по пунктам излагать и то, что они узнали, и то, что успели надумать. - Что-то в этом есть, - согласился босс, после чего ненадолго задумался. – Конечно, хотелось бы получить все лавры и почести себе… Но совесть не позволяет. - Я понял, как вернёмся – я отправлю подробный отчёт в бюро «Долины». - Уж сделай милость, а то они там начинают что-то подозревать. - Я могу пригласить их парней с нами на допрос, - подумав, предложил Ханбин. – Всё равно там домов несколько десятков. Всем хватит. - Тогда действуй.