Полицейская история

- Я всё ещё не понимаю, что это нам даст, - признался Джонни, когда Томас – или Томми, как называл его Дилан, - лично отзвонился ему и сообщил, что профессора Фринка он помнит прекрасно, как и некоторые особенности его характера. Правда, по словам Томаса, о профессоре уже давно ничего не было слышно, похоже, он отошёл от чтения лекций и консультирования полиции. - Тебя смущает, что это твой профессор? – Ханбин с трудом выбрался из машины Джонни и поморщился, когда раненая рука снова заныла. - Да нет, это ерунда. Тем более, я ему никогда не нравился, - Джонни достал из багажника чемоданчик, закрыл машину и осмотрелся. – Ага… нам туда, - он указал на выделенное жёлтыми лентами место. – Надеюсь, нам ещё есть, что делать. А то мои орлы там уже всё потоптали, похоже… - Нам надо ловить этого козла, - заметил Джефри. – А твои орлы делают твою работу, потому что мы слишком далеко отсюда живём, а некоторые бравые полицейские и того дальше. - Могли бы за мной не ехать, такси бы вызвал, - Ханбин зевнул. – А что касается твоего профессора… Я пока не знаю, что именно нам это даст, но чувствую, что мы не можем оставить это в стороне. Сам посуди, если Сардо сблизился с профессором, тот мог бы больше нам о нём рассказать. И не только психологических нюансов всяких, но и вещей более практичных. Где Сардо обитает, какие у него привычки, где можно искать его убежище. - Тем более, профессору же ничего не будет, - Джефри пожал плечами. – Он обучал своего знакомого, может, даже коллегу… Ну, в какой-то мере. Он же не знал, как Сардо распорядится своими навыками. - Или знал, - Ханбин был настроен не так дружелюбно. – Я не исключаю варианта, что у Сардо может быть сообщник. Ассистент, так сказать. - Либо сам Сардо ассистирует кому-то более опытному, - предположил Джефри, а Джонни побледнел: - Профессор Фринк был тот ещё придурок временами, но мне бы не хотелось думать, что меня обучал маньяк. И он же с полицией работал даже… - Полиция – не гарант порядочности. На Джонса посмотри, - Ханбин пожал плечами. – К тому же, всегда есть возрастные изменения. Я так понимаю, он и в молодости при виде смерти в обморок не падал, а людей воспринимал как учебные пособия. Так что мог с возрастом и открыть в себе новые грани… Научного интереса, так сказать. - Ханбин, ты это… - Прости, Джонни, я просто обдумываю все варианты. - И от недосыпа у тебя все мысли сплошь чёрные. - А какими им быть, у нас четвёртое тело, - Ханбин присел рядом с трупом. – Женщина, афро-американка, на вид… - Лет двадцать, не больше, - Джонни надел перчатки. – Но она уже рожала. И, возможно, не один раз. - Я думаю, если мы поднимем базы трудных подростков, мы её там найдём, - Ханбин аккуратно повернул её руку, провёл пальцами по внутренней стороне предплечья. – Она пыталась покончить с собой. Кстати, хорошая попытка, не демонстративная. - Почему? – Джефри присел рядом и внимательно посмотрел на шрам, едва заметный под большой, не очень аккуратной и выцветшей татуировкой. - Разрез глубокий и продольный, те, кто любит покрасоваться, режут обычно поперёк и неглубоко. Покровит и перестанет. А здесь вполне можно было успеть истечь кровью, - Ханбин дотянулся до другой руки. – И здесь тоже… Она действительно хотела умереть. Но давно, наверное, ещё подростком. Джонни, ты можешь сказать, сколько лет этим шрамам? - Не менее пяти, точно скажу в лаборатории, - Джонни тщательно осматривал тело. – Других следов я пока не вижу, причина смерти та же. Скорее всего, не обошлось без скополамина, но без тестов не могу утверждать. - Или он её уговорил, - Ханбин пристально осмотрел шов. – Я думаю, ему это было интересно. - Что интересно? - Интересно посмотреть, как умирает человек, который согласен. Просто согласен, по доброй воле, - Ханбин помолчал. – Если, конечно, она всё ещё хотела умереть. - А ты думаешь, хотела? - Пока мне сложно сказать. Нужно узнать, кто она, что произошло в её прошлом, где её ребёнок или даже дети, - задумался Ханбин. – Может, что-то случилось, и мы поймём… - Что мы поймём? - Почему он её выбрал. - Ханбин, я понимаю, конечно, что это важно, но… Мы же уже знаем, кого мы ищем, мы знаем, кого он убивает… Какая нам уже разница, почему он выбрал именно её? Нам нужно узнать, где он прячется, поймать его, желательно до того, как он убьёт снова. - Если мы будем знать, как он их выбирает, мы сможем его опередить… Я уверен, что это не последняя жертва, - Ханбин встал, отряхнул колени и осмотрелся. Шумное место, наверное, в разгар дня, полно людей, свидетелей. Он мог приходить сюда не раз и не два, мог присматриваться, выбирать… И никто бы ничего не заметил, не заподозрил. - Я сомневаюсь, что мы его опередим, - Джефри покачал головой. – Мы же нормальные, - он вздохнул. – Я вообще не понимаю, как можно понять, что в голове у человека, который болен. - Можно… Нужно только быть таким же больным, - Ханбин отошёл к машине. – Джонни, ты же подбросишь нас до участка? Начнём сегодня рабочий день пораньше. - К профессору Фринку сами поедем? Или Дилана отправим? – Джефри поднялся тоже. - Пусть его найдут сначала, а там посмотрим. Может, втроём поедем, - Ханбин прикрыл глаза, помолчал немного, а потом попросил: - Джонни, а обезболивающего у тебя нет? Что-то мне прямо совсем… - Совсем тебе, потому что нельзя руку нагружать. А ты что делал? - А что я делал? - Трахался, я угадал? Как будто в последний раз. Или в первый, - Джонни поставил свой чемоданчик в багажник, а потом позвал Ханбина к себе, заставил присесть и снять куртку. – Что ты такое творил, что швы разошлись? - Да? А я думал, раз повязка белая… - Повязка белая, потому что я тебе наложил кучу слоёв, внутренние все бурые. Сейчас будет очень больно, держись за что-нибудь и терпи, - Джонни плеснул на присохшие бинты какую-то жидкость из личной аптечки, – по шипению Ханбин догадался, что перекись водорода, – а потом резко дёрнул. - Блять! - Я сказал, терпи! – Джонни очистил рану. – Ну как так можно? У тебя осколочное ранение, ну и что, что только мягких тканей. Это всё равно рана, это потери крови, это риск инфекций. У тебя руки лишние? - Джонни… Не начинай. - Вроде же не убегает твой, - Джонни явно завёлся. – Куда ты так торопишься? - Я испугался, - сквозь зубы проговорил Ханбин, когда почувствовал, как под кожу вошла игла. Он побледнел и задышал тяжелее, даже глаза закрыл. - Чего? - Что в следующий раз могу не вернуться уже я. Что я и в этот раз мог не вернуться… Как те восемь, что шли вместе со мной. И что больше ничего уже не будет, - Ханбин продолжал дышать глубоко и ритмично, хотя от боли темнело в глазах. - Херовый настрой у тебя, - признался Джонни. – Так ты и правда можешь не вернуться, потому что ты сам себя к этому готовишь. - Я не готовлю, - Ханбин покачал головой. – Я никогда прежде не боялся. И ранят меня не в первый раз. И семья у меня всегда была, у меня есть те, кто оплакивал бы мою смерть… Но я не боялся. А сейчас… - Сейчас ты сам любишь как дурак. И тебя любят… - Джефри слышал весь разговор. – И ты ещё к этому не привык. - Привыкай быстрее, иначе мне придётся настоять на твоей принудительной госпитализации. Я не допущу, чтобы ты потерял руку по собственной дурости из-за такой пустяковой, в сущности, раны, - Джонни закончил со швами, наложил новую повязку и вложил Ханбину в другую руку маленькую баночку. – Выпей одну сейчас, но вообще старайся не злоупотреблять. Потом соскочить трудно. - Я понял, - Ханбин повертел баночку без всяких опознавательных знаков в руках. - Вода в бутылке на заднем сидении. Тогда можно ехать в участок и работать дальше, - Джонни закрыл багажник. – Сейчас я вас заброшу и займусь телом. Но думается мне, что ничего нового не будет. Те же швы, тот же шарик. - Номер сразу посмотри. Вдруг там что? - Конечно, - Джонни сел за руль, а Ханбин проглотил таблетку и откинулся на спинку сидения, прикрыл глаза. Рука пульсировала горячей болью, как будто он получил ранение только что. Но ведь ночью, когда он обнимал Бобби, он этого даже не чувствовал, не замечал ни боли, ни неудобств. Ханбин вдруг подумал о том, что в таком состоянии он мог бы не заметить и других ран, более серьёзных. Может, и эта девушка умирала так же? Её кровь по капле покидала её тело, а она просто была не здесь, а там, в другом месте, где ей было хорошо. Настолько хорошо, что извне не пробивались ни сигналы боли, ни страх, ни всё то другое, что выдумала природа, чтобы хоть немного продлить жизнь своим безумным детям. Рядом с Бобби, выходит, Ханбин не боялся ничего, даже смерти. Он забыл об этом своём страхе, забыл о боли, забыл обо всём на свете, потому что Бобби был с ним, был его. И Ханбин должен был его удержать. Любой ценой. Он открыл глаза и сел, выпрямился, по привычке потянулся за своим телефоном, но не нашёл его в кармане: - Чёрт… Совсем забыл. Джеф, можно попросить у тебя телефон. - А твой где? - Бобби оставил. Надо будет сегодня выскочить где-нибудь по пути и купить самый простой себе, - Ханбин почесал переносицу. – Так можно? - Да, конечно, - Джефри протянул ему аппарат. – Будешь своему любимому звонить? - Звонить не буду, он спит ещё, наверное, - Ханбин первым делом открыл окошко сообщений и принялся набирать: «Привет. Можешь не отвечать, просто я хочу, чтобы ты знал. Я люблю тебя». - Если ты и его так не жалел, как себя, то я его понимаю, - Джонни ухмыльнулся. – Бедный мальчик, ты хоть кормишь его? - Это он меня кормит. Он хорошо готовит. - Боже, какие бриллианты нынче можно найти на улице. Может, мне тоже пройтись… А, Джеф? - Я тебе отрежу яйца. Как ты меня учил, - тихо и очень спокойно пообещал Джефри. – А потом ты можешь идти и искать, кого хочешь и куда хочешь. - Ты учил его отрезать яйца? - Я его много чему учил, мало ли, что в жизни пригодиться может оперативнику на задании, - Джонни пожал плечами. – Сейчас вот думаю, надо было учить готовить. Но этого я и сам не умею. А Джеф такая лапочка, когда ревнует… - Я не шучу. - Не пугайте меня. Я начинаю думать, что наш Джонни и сам тот ещё псих, - Ханбин покрутил в руках чужой телефон. - Псих и есть, кто в здравом уме станет резать трупы за те копейки, что нам платят. Так кому ты звонить собрался, а то так смотришь сейчас мне в затылок, что мне даже неприятно как-то, - признался Джонни. - Звонить я собрался в департамент по миграции. А вот сейчас думаю, а туда ли мне? - А что ты хочешь? - Хочу сделать Бобби нормальные документы, - Ханбин вздохнул. – Чтобы не страшно было его из дома выпускать, чтобы в отпуск к морю поехать. - Вам мало океана? - Ты про эту холодную грязную лужу? – Ханбин хмыкнул. – Ты же понимаешь, о чём я. - Да понимаю, просто любопытно за тобой наблюдать. Тебя как подменил кто. Был правильный, скучный такой сержант полиции, с календариком ходил, ждал переводных экзаменов в лейтенанты… А тут? Страсть, энергия бешеная, глаза горят, маньяка ловишь с таким энтузиазмом, словно ты сам тот ещё маньяк. И секс… Много секса. От тебя прямо аура расходится. - Чего, секса? - Желания, - пояснил Джонни. – Удовлетворённого желания. В том смысле, что чувствуется, что тебе не секс ради секса нужен и важен, а у тебя что-то такое происходит. - Ты в психологи не пробовал? - Нет, это не моё. Если бы я тебя раньше не знал, я бы ничего такого не увидел. И знаешь, раз уж мы так откровенно об этом говорим, то я хочу сказать, что таким ты мне нравишься гораздо больше. - Я себе таким тоже нравлюсь, - согласился Ханбин. – Но вопрос документов для Бобби всё ещё актуален. - Позвони Сэму Моррису, - посоветовал Джефри. – Помнишь, он с нами раньше в участке работал, а потом по линии ФБР на повышение пошёл. Может, он тебе по программе защиты свидетелей поможет. - Спасибо, - Ханбин открыл контакты, но заметил мигающий конвертик входящего сообщения. Ханбин открыл сообщение и улыбнулся: «Я не буду тебе здесь отвечать. Вот как вернёшься, поговорим. Мяу» - Наглая рыжая морда... - Ты про кого это? - Про Бобби, - Ханбин снова принялся перебирать номера в телефонной книге. - Наглая морда? – переспросил Джефри. - Рыжая, - уточнил Ханбин. – Наглая рыжая морда. - Ты мужика себе завёл или кота? - Два в одном, - Ханбин наконец нашёл контакты Морриса. – Я могу тут поговорить? - Говори, конечно. Ты знаешь, что отсюда ничего не выйдет, - пообещал Джонни. - Спасибо, парни, - Ханбин нажал на вызов, а потом, когда ему ответили, начал торопливо говорить. С Сэмом они общались довольно близко, пока тот не перебрался сначала в Сакраменто, а потом и вовсе в Остин, штат Техас. Впрочем, Ханбина Сэм сразу узнал, обрадовался и пообещал самое горячее содействие. Кратко обрисовав свои проблемы, Ханбин выслушал ответ, даже повторил вслух, какие бумаги ему нужно было предоставить, обменялся с Сэмом парой фраз о посторонних делах, – у Морриса уже двое детей подрастало в Остине, а жена ожидала третьего, - а потом попрощался. - Видишь, всё просто оказалось. - Пока да, но ещё ж не сделано ничего, - Ханбин протянул Джефри его телефон. – Что-то у меня голова кругом от всего. - Соберись, - Джонни остановился у крыльца участка. – Вам нужно закончить это дело, а потом проситься в отпуск. И чтобы закончить, сейчас нужно… - Да я понимаю, - Ханбин выбрался из машины. – И давай, раз уж ты нас подгоняешь, быстрее отчёт мне по четвёртой жертве. - Слушаюсь, сержант. Ты только не мори голодом Джефа, у него уже гастрит, надоело мне его ночами выхаживать… - Мог бы и сам сказать, - Ханбин покосился на Джефри. – Я же не специально. - Я знаю. Ты себя не бережёшь, а он за компанию мучается. Так что подай ему хороший пример, - Джонни потрепал Джефри по плечу, махнул рукой Ханбину и уехал к себе. - Лучше бы вы прятались, как раньше, - признался Ханбин, когда они с Джефри добрались до кабинета. – Мне так спокойнее было. - Тебе противно что ли? - Джеф, ты дурак, - Ханбин шутливо отвесил ему подзатыльник. – Я просто смотрю на вас и домой хочу. - К своей наглой морде? - Ага, именно. К своей наглой рыжей морде… Представляешь, он мяукает даже. - В смысле? Как мяукает? - Ну вот делает морду такую шкодливую-шкодливую… И говорит: «Мяу!» - И тебя от этого развозит, - резюмировал Джефри. – Тебя реально как подменили. Мне уже любопытно с ним познакомиться, с этим твоим Бобби. Ты только потом, когда паспорт ему новый будешь делать, имя придумай другое, чтобы так не запоминалось. И вообще никак не ассоциировалось. - Да знаю я, - Ханбин кивнул. – Ладно, это всё терпит. Давай тогда по кофе… э, я кофе, ты чай – и работать. Я уже задолбался по ночам подрываться, чтобы тела перевозить. Их же даже хоронить никто не будет, никому не нужно. - На это, наверное, и расчёт, - Джефри посмотрел на Ханбина. – А чай я не люблю, так что ты не говори Джонни, что я… Не очень хороший пациент. - Сами разбирайтесь. Просто притащи уже что-нибудь, а то я здесь упаду, таблетки у твоего любовника в конской дозировке, похоже, - Ханбин нащупал коробочку в кармане, а потом, немного подумав, переложил её в ящик стола. Едва Ханбин уселся за свой стол, как дверь кабинета распахнулась, пропустив внутрь Хлою. - Привет. - И тебе привет, - Ханбин немного напрягся. – Что-то случилось? - Да нет, из лаборатории факс прислали, я же теперь вместо Элис, - Хлоя положила на стол бумаги. – Личность установили, здесь всё, что удалось найти по этой девушке. - А… Спасибо, - Ханбин кивнул. – У тебя всё? - Всё, пожалуй, - Хлоя заложила прядь волос за ухо. – Классный ты парень, Ханбин. Даже жалко, что тебе не интересно. Ты извини, я просто должна была это сказать. Но если ты вдруг передумаешь… - Спасибо, Хлоя. Ты тоже очень хорошая девушка, но… - Но? - Ничего. Ты просто хорошая девушка. А сейчас извини, пожалуйста, работы очень много. Мы и так уже позволили этому уроду далеко зайти. Его нужно остановить, - Ханбин едва сдержался, чтобы не сказать, что главная проблема Хлои в том и заключалась, что она была девушкой. Как Элис, как многие другие. А с девушками Ханбину нечего было делать. - Мне можешь не рассказывать. Если будет ещё что, я принесу. - Конечно. Если нас с Джефом не будет на месте, звони. Правда, сразу Джефу, я телефон дома забыл. - Без проблем, - Хлоя вышла, а Ханбин углубился в бумаги, что пришли из лаборатории. Жертву звали Кристи Симс, ей было всего девятнадцать, и лет до четырнадцати она была совершенно нормальным ребёнком. Кристи хорошо училась в школе, мечтала о колледже и занималась плаванием. А потом, похоже, влюбилась в плохого парня – и вся её жизнь пошла под откос. В пятнадцать лет она забеременела первым ребёнком, бросила школу, родила – и осталась дома, на шее у родителей, потому что парень сбежал, едва узнав о своём отцовстве. Кристи с предательством не справилась, попыталась убить себя, когда малышу исполнилось три месяца. Но ей повезло, мать вернулась домой раньше, чем собиралась, она вызвала скорую, Кристи спасли, а потом долго лечили в хорошей клинике. Кристи вышла из больницы новым человеком, пошла на курсы, чтобы потом продолжить обучение, снова начала плавать… И всё повторилось. Не тот парень, беременность, предательство. Второй раз убивать себя она не стала, просто ушла из дома в пригороде Сан-Франциско, поймала попутную машину и уехала, чтобы раствориться среди сотен тысяч бродяг и бездомных Лос-Анжелеса. - Бедная девочка, - пробормотал Ханбин, закончив чтение. – Двое деток остались без мамы…. - Что ты говоришь? – оказалось, что Джефри уже вернулся и даже поесть принёс. - Говорю, что жалко её. У неё, оказывается, осталось двое малышей. - Она же их бросила, - неожиданно жёстко заметил Джефри. – Значит, они ей не были нужны с самого начала. - И ты считаешь, что за это нужно убивать? - Нет, конечно, просто… Она сама выбрала такую жизнь. - Не она одна. Все жертвы сами приняли решение, променяв свои проблемы на бродяжничество, бездомность и выживание за чертой, - Ханбин придвинул к себе карту и отметил четвёртую точку. – Я всё не могу понять, какая система в местах, где он их оставляет. А она явно должна быть. - Ты же сам говорил, что ему надо, чтобы тела нашли. - Безусловно, - Ханбин кивнул. – Но если бы цель была только в этом, он мог бы выбирать и другие места, не обязательно эти. Да хоть на одном и том же месте можно было их складывать. Всё равно там невозможно поставить охрану круглосуточную, люди ходят и ездят, пропустить его легче лёгкого. Но он тщательно готовился, выбирал места… Заранее приезжал в них… Я уверен, мы нашли бы его машину на камерах и возле четвёртого места. Просто это бешеное количество дурной работы. Вопрос в том, почему именно эти места? Один, два, три, четыре… Что получается? - Получается крест, - глухо заметил Джефри, когда Ханбин в воздухе начертил прямые линии между точками, где они обнаружили жертв. - Крест… Крест – это многое объясняет, - Ханбин даже не удивился, он словно давно предполагал нечто подобное, а Джефри просто озвучил его мысли. – Крест… который жертвы нести отказались, сбежав от реальности. Дай-ка мне карандаш и линейку, - он положил карту на стол, приложил линейку, соединил первую точку со второй, а третью с четвёртой: двое мужчин и две женщины. Линии пересеклись в одной точке, Ханбин присмотрелся к ней и побледнел, отшатнулся, опрокинув стакан с кофе на клавиатуру и бумаги. - Что случилось? – тут же рядом возник Джефри, непонимающе взглянув на карту. - Это мой дом… - Где? - Вот, - Ханбин ткнул пальцем в точку на карте, где сходились жирные карандашные линии. - Этого не может быть! Может, это просто рядом? Карта же не самая подробная… - Джефри, дай мне свой телефон, - Ханбин чудом удержался от грубости. Он не знал, но чувствовал, и этого ему было достаточно. - Конечно, - Джефри дрожащими руками вынул свой аппарат и протянул его Ханбину. Тот по памяти набрал свой номер, но услышал только длинные гудки. Спустя десять гудков, которые длились для Ханбина целую вечность, вызов отключился, оставив Ханбина дрожать от ужаса и плохого предчувствия. - Не отвечает. - Может, он в душ пошёл? Или спать лёг… - Он не отвечает, - повторил Ханбин, моментально отупев от страха. Да он в жизни своей никогда так не боялся, как сейчас. - Перезвони ещё раз. - Джеф… Мы должны ехать. Где твоя машина? - Здесь, на парковке стоит… Неделю уже, наверное, если не больше. - Дай мне ключи! - Ещё чего не хватало! – Джефри покачал головой, ты не можешь вести, у тебя рука не работает. И ты под таблетками. - Да плевать. Дай мне ключи! - Я с тобой поеду… Телефон неожиданно зазвонил, и сердце Ханбина обожгло сначала надеждой, а потом разочарованием. Звонил Джонни. - Да? – Джефри выхватил трубку и ответил. – Что такое? - Я проверил, всё то же самое. То же орудие, те же швы, та же причина смерти. Номер на шарике – четыре. Я кого-нибудь удивил? - Джонни, тут проблема. Мы соединили точки на карте… И они пересеклись на доме Ханбина. Вернее, он так думает. А его парень не берёт трубку… Мы сейчас поедем туда… - Твою мать… - Джонни явно догадался, какие мысли пришли Ханбину в голову. – Присматривай за ним. Я буду искать… Джефри не успел ответить, потому что Ханбин выхватил у него из рук телефон: - Джонни, будь на связи. Джеф, ключи я взял… - Блять, Ханбин! - У нас мало времени.