sweet bakery

Мои дорогие – с наступающим Новым годом! Будьте счастливы, никогда не сдавайтесь и идите к своим мечтам! В этот последний день уходящего года хочу подарить вам одну из самых больших и тяжелых глав, но одну из самых чудесных для меня:) Почти полтора года, как я живу этой историей – я буду невероятно счастлива услышать мнение каждого, кто прочтет эту главу. Благодаря вашим теплым словам – работа расцветает. Как вам sweet bakery? Спасибо!

История писалась под вдохновением от песен, одна из которых представлена в этой главе.

Перед тем, как начать читать главу, включите: the goo goo dolls – iris

***

За долгое время понедельник не казался чем-то ужасающим. Луи без особых усилий проснулся, пребывая в приподнятом настроении. Он приготовил себе скромный завтрак, напевая под нос песню, и довольно поглядывал в окно. На улице уже был приличный мороз, но приятные и такие яркие лучи солнца блуждали по переулкам, согревая своим редким появлением. Время первого снега близилось. Томлинсон решил сегодня утеплиться, разрываясь между свитером и кардиганом, остановив свой выбор на первом. Под низ он надел рубашку с самым высоким воротом, чтобы скрыть от глаз сотрудников засосы. Он смущенно улыбнулся, проводя пальцами по коже, вспоминая Гарри. Луи точно больше не будет пить. Все воскресенье Томлинсон провел дома, занимаясь делами компании, изредка отвлекаясь на такие вещи, как душ и еда. Луи старался направить все свои мысли на благое дело, но никак не мог сосредоточиться. То фильм по телевизору навевал воспоминания о Гарри, то его дурацкие тапочки, которые тоже были розового цвета, то еще какие-то мелкие детали. Томлинсону впервые было тоскливо, он несколько раз тянулся к телефону, чтобы написать что-то Стайлсу, но в итоге стирал все набранные сообщения, считая это не лучшей идеей. Так и прошел этот скучный день, и Луи был рад, что наступила новая неделя.

***

Луи опять проезжал мимо той самой витрины. Ментоловый свитер с черным кексом на груди все еще был надет на манекене. Томлинсону сразу представился образ Гарри в нем. Как он улыбается, показывая всем свою милую улыбку. Как на щеках появляются те самые ямочки. Как он ныряет пальцами в волосы, скидывая кудряшки со лба. Как его зеленые глаза прекрасно сочетаются с этим приятным и нежным оттенком, а широкие плечи еще больше подчеркнуты. Луи встряхнул головой, вцепившись в руль, старательно всматриваясь вперед, на дорогу. — Нет! Нет-нет-нет. Ну не-е-т! — Томлинсон взвыл на весь салон, нажимая сильнее на педаль газа. «Какого черта меня заполняют такие странные мысли». Спустя пятнадцать минут Луи вел машину по направлению в офис, размышляя о том, какой он идиот. На соседнем сидении лежал свернутый пакет из того самого магазина.

***

— Вернулся наш невероятный Луи Томлинсон! Именно так Найл встретил Луи, когда тот открыл дверь в свой кабинет. Хоран сидел за своим столом, откинувшись на кресло и слегка прокручиваясь на нем. Он просканировал взглядом своего друга с головы до пят, замечая, как Томлинсон отводит руку за спину, явно что-то пряча в ней, и поправляет ворот рубашки, потягивая его в горлу. — Не переживай, твоих следов бурной ночи не видно, угомонись теребить бедную ткань! А вот что у тебя там за спиной — это уже интересно! — Хоран быстро подлетел к Луи, пытаясь потянуть рукав его свитера на себя. Томлинсон быстро отскочил от Найла, отмахиваясь от него свободной рукой. — Какая бурная ночь, ты совсем чокнулся?! Да отпусти ты! Нет там ничего! — Луи метнулся в сторону дивана, параллельно сминая пакет и засовывая его под свитер. — Сколько лет тебя знаю, столько так и ни разу не поверил в твою ложь, — Хоран усмехнулся, хватаясь за низ свитера друга, и потянул его вверх. Пакет вывалился к ногам Найла. Пока Луи в ступоре замер, он тут же успел перехватить вещь, отбегая в сторону, доставая содержимое. Расправив ткань, Хоран удивленно посмотрел на своего друга, который раздосадовано упал на диван. — Эм, Луи, с каких пор ты носишь такое? Большой размер, нежные цвета, кексы... — Найл осекся. Он аккуратно сложил свитер и положил его обратно в пакет, возвращаясь к Луи и протягивая его обратно. — Хороший выбор, Гарри точно понравится, — Хоран мягко улыбнулся, замечая, как Томлинсон отводит взгляд. Луи сидел с таким чувством, словно его поймали на чем-то незаконном. — С чего ты взял, что это для Гарри? — ему было действительно непонятно, как друг так быстро сложил весь пазл. Найл раздраженно закатил глаза. — Если учесть то, что ты только о нем и говоришь, а думаешь, скорее всего, еще больше, то... — Хоран раздвинул ладони в сторону, давая понять очевидность ситуации. — Плюс ты весь в засосах, ночуешь у него, да и твой Гарри выпекает эти кексы. И, о нет, не смотри так на меня, ты же сейчас скажешь, что он «не твой». Луи и в правду уже открыл рот, чтобы возразить. «Неужели со стороны все так выглядит?» — Я просто подумал, что это хороший подарок, — скромно бросил Томлинсон, стараясь избегать взгляда Найла. — Я абсурден? Занимаюсь какой-то ерундой. Хоран протянул руку, поглаживая плечо друга. Луи стал неузнаваем. Словно после долго ледникового периода наступило глобальное потепление. — Расскажи, что происходит между вами. Томлинсон дернулся от такой формулировки. Вами. Словно они с Гарри были одним целым. Он задумался о том, что бы рассказать Найлу, прокручивая в голове все последние ситуации. Щеки вспыхнули от смущения, а Луи опять потупил взгляд. — А я и не знаю, что происходит, Найл. Не знаю, понимаешь? Я лишь выставляю себя полным дураком, — Томлинсон зло отшвырнул от себя пакет. — Вот зачем я его купил? Меня же никто даже не просил! Что я делаю? Хоран смотрел на Луи с сожалением. К этому времени у него уже были свои предположения насчет их взаимоотношений. Ключевым элементом оказалось происходящее на той вечеринке, когда Томлинсон, сам не понимая, ревновал Гарри. Нет, друзья ревнуют друг друга. Но это была совсем иная ревность. Собственническая. Такая ревность появляется только у любящего человека. Найл прекрасно видел, как Гарри ухаживал все время за Луи, как беспокоился о нем. Как-то он заметил, как они смотрят друг на друга: один, стараясь словить встречный взгляд, а другой, наоборот, стараясь не попасться. Хоран не был удивлен тем, что Стайлс явно влюблен в Луи, но то, что сам Томлинсон что-то чувствует в ответ – оказалось открытием для Найла. Но, зная своего друга, который яро доказывает свою точку зрения, существуя в своих, порой, мешающих жить принципах, он понимал – Томлинсон обречен. Он не хотел давить на своего друга, ломать всю его выстроенную стену, но и оставить без помощи не мог. — Томмо. Возможно тебе стоит подумать о том, почему Гарри такой... — Найл замолчал, пытаясь подобрать нужное слово. — Такой необычный. Подумай не о своих действиях, а о его. Тебе не кажутся его поступки такими же абсурдными? «Его действия? Он тоже странный». Луи погрузился в размышления. — И знаешь, мы все люди. И мы должны чувствовать. В этом нет ничего плохого. Если ты чувствуешь – ты все еще живой.

***

Томлинсон просидел последние часы, как на иголках. Хоран его оставил, уехав по своим делам, поэтому Луи оказался наедине со своими мыслями. Он не находил ответов на все заданные вопросы. Также его заботило то, что ему сказать Гарри, отдавая свитер. Гарри, мне тут подарили одну вещь, но мне она не нужна, если хочешь – забирай. «Нет. Это же ложь». Хм, мне тут Найл передал это. Хочешь забрать? «Ложь». Оу, Гарри, кстати, мои сотрудники сделали мне сюрприз и подарили это. Тебе не нужно? «Самый худший вариант». Луи стукнулся лбом об стол, тяжело вздыхая. Полная безысходность. «Может быть у него вообще сегодня выходной?» Томлинсон потянулся к мобильнику. Постучав подушечками пальцев по экрану, он почувствовал огорчение. Стайлс за все это время ни разу не позвонил и не написал. Почему? «Стоп. А почему это мне он должен звонить?» Луи еще раз взглянул на мобильник. — Да пошло оно все! Он быстро открыл последнее сообщение от Гарри, набирая там что-то. <Кому: Гарри> Привет. Извини, если отвлекаю. Мне нужно кое-что тебе передать. Могу я сейчас зайти к тебе в пекарню? 18:20 Необоснованное волнение опять вернулось. Стайлс не отвечал. И нет, Томлинсон не проверял оповещения на телефоне каждую минуту. Раздосадованный, он решил просто забежать к Гарри, и решать уже все по ситуации. Но когда он ехал в лифте, его телефон неожиданно завибрировал, оповещая о новом сообщении. Луи взглянул на экран, улыбаясь только от понимания того, что сообщение пришло от Стайлса. <От кого: Гарри> Конечно, принцесса. Мне уже бронировать для нас столик на двоих? ;) 18:51 Улыбка Луи стала еще шире.

***

Когда Томлинсон зашел в пекарню, он сразу же стал искать взглядом Гарри. Но его нигде не было. Он уже было развернулся к выходу, подумав, что долго добирался, а Гарри успел уйти, но его остановила чья-то ладонь, схватившая за пальто. Он повернулся. Гарри. Стайлс возвышался над ним, широко улыбаясь. Почему-то только сейчас Луи заметил, что его волосы слегка отросли и уже могли щекотать кудрями шею. В приглушенном свете от торшеров Гарри был невероятно красив. — Привет, Гарри. — Томлинсон не мог отвести взгляда от больших зеленых глаз, которые продолжали смотреть на него. Непроизвольно он сжал в руке пакет. — Привет. Краткий ответ, но такой приятный голос. Луи хочется перемотать эту секунду, чтобы услышать Гарри еще раз. — Я быстро. Я... Я не хочу отвлекать тебя. У меня есть одна вещь... — Луи замялся, не зная, что сказать. Он поднял пакет на уровень своих глаз, чтобы Стайлс мог увидеть его. — Ты не подумай... На самом деле, я просто шел, увидел это, и мне показалось, что тебе понравится. Вот, держи. Томлинсон попытался отдышаться, делая шаг назад. Когда Стайлс перехватил пакет, случайно касаясь своими длинными пальцами его ладони, Луи резко отдернул руку, чувствуя легкий разряд тока. — Ты можешь приходить в любое время, да и я уже закончил работать, — Гарри легким движением погладил плечо Томлинсона. — Если это подарок от самого Томмо, то я могу его сейчас открыть? Луи молча кивнул. Стайлс опустил руку в пакет, доставая оттуда аккуратно сложенный свитер. Он развернул его и замер. Томлинсон попытался прочитать во взгляде какую-то реакцию, но ничего не смог там разглядеть. Он нервно теребил карман своего пальто, ожидая сам не зная чего. — Подойди, — тихо прошептал Гарри, перекинув свитер через локоть. — Чего? — лицо Луи сменилось на удивленное. — Иди сюда. Томлинсон подошел чуть ближе к Стайлсу. Гарри посмотрел в голубые глаза. Они были такими яркими. Очень яркими. Он потянул за подол пальто, натягивая ткань и принуждая Луи сделать еще один шаг. Быстро смыкая руки, Стайлс сжал в своих объятиях Томлинсона, заставляя того от неожиданности ойкнуть. Уткнувшись носом в уже полюбившееся место на макушке, Гарри легко провел ладонью по спине. — Знаешь, Луи, он такой классный, что я прям сейчас в него переоденусь. Спасибо! — голос звучал взаправду благодарно и счастливо. — А после этого мы вместе пойдем по домам. Томлинсон блаженно прижался к вырезке между ключицами, прикрывая глаза. Он был согласен на все, только бы Гарри не уходил. Луи похоронил себя в том дне, когда перестал здраво мыслить.

***

And I'd give up forever to touch you И я отдал бы вечность, чтобы прикоснуться к тебе Cause I know that you feel me somehow Потому что я знаю, что ты можешь как-то меня чувствовать You're the closest to heaven that I'll ever be Ты ближе к небесам, чем я когда-либо буду And I don't want to go home right now И я не хочу идти домой прямо сейчас

Они смеялись всю дорогу. Безостановочно. Проходящие мимо люди, оглядывались на этих двоих, которые беспардонно рушили тишину переулков. Но им было все равно. Луи не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Ему было так легко и хорошо. Так беззаботно. Он наслаждался всем этим, не замечая, как постоянно смотрит на Гарри. И, черт возьми, как же все хорошее заканчивается быстро. В самый ненужный, в самый неподходящий момент оно разворачивается, а на смену приходит конец этому прекрасному мгновению. Они уже подходили к подъезду Стайлса, когда Томлинсон понял, что пора прощаться. Гарри остановился напротив. Его распахнутая серая куртка и шарф, в тон свитеру на Луи, подходили к его изумрудным глазам. Луи оказался прав. Его подарок на Стайлсе сидел так, словно был по нему сшит. Он тяжело вздохнул, кутаясь в свое пальто, продолжая разглядывать Гарри. Стайлс же молча пинал носком какой-то камень на асфальте. А Луи смотрел на его длинные ресницы. Красивые. — Спасибо еще раз, Луи. Поскорее возвращайся домой; на улице холодно. Да и надень уже что-то потеплее, ведь скоро снег выпадет. Первый снег. Томлинсон сразу вспомнил, что Гарри должен ему рассказать что-то. Видимо Стайлс так же перенесся в тот день, когда пообещал раскрыть свой секрет. Он тут же изменился в лице. Скулы от напряжения стали еще более острыми. — Я пойду, принцесса, до встречи. А Луи стоял, не зная, что ему делать. Он совсем не хотел уходить. Точнее, он не хотел уходить один. Как только Гарри повернулся к нему спиной, направляясь к своему подъезду – Томлинсон почувствовал сильный удар одиночества. «Что мне сказать? Как поступить? Я совсем одурел». Стайлс уже доставал ключи, когда Луи подбежал к нему, цепляясь за край рукава куртки. Зеленые глаза слегка расширились, но Томлинсон сейчас был не меньше испуган. «Боже, что мне сказать ему?!» — Постой... Я... — горло резко пересохло, и Луи сразу же закашлялся. — Я... Знаешь, если ты сейчас не занят, тут на углу есть парк... Погода вроде сегодня хорошая, может... Может мы прогуляемся ненадолго? Луи пытался унять дрожь в коленях, сильнее хватаясь за Гарри. Он смотрел на то, как Стайлс медленно опустил руку с ключами в карман, освобождая ладонь. Его кудри упали на глаза, потому Томлинсон совсем не мог понять, понравилась ли ему предложенная идея. — Сжимать мою куртку так сильно не стоит. Луи тут же отдернул руку. «Я навязался». Он повернулся обратно к ступеням у подъезда, опустив голову. Ему хотелось поскорее убежать, стереть все произошедшее. Но большая ладонь перехватила его пальцы, слабо сжимая. — Если уж держишь, то держи за руку, хорошо? Пойдем погуляем. — Гарри одарил шокированного Томлинсона теплым взглядом и потянул за собой.

***

And all I can taste is this moment И все, чем я могу наслаждаться, - это этот момент And all I can breathe is your life И все, чем я могу дышать, – это твоя жизнь Cause sooner or later it's over Все равно рано или поздно это закончится I just don't want to miss you tonight Я просто не хочу потерять тебя этим вечером

Они прогуливались по аллеям сквера, медленно шагая в ногу. Луи слушал звук удара каблука по асфальту от ботинок Стайлса, погруженный в себя. С того момента, как Гарри схватил его за руку – он не проронил ни слова. Томлинсон чувствовал себя так неловко и смущенно, что даже шел в двух метрах от плеча Стайлса, стараясь держать приличную дистанцию. Он ежился от холода, пряча руки в карманах, но ему все еще казалось, что Гарри держит его ладонь. — Может быть ты подойдешь уже ко мне, я вроде как не кусаюсь, — Гарри все пытался унять непослушные кудри, смотря на Луи. — Но если хочешь – немного покусать могу. Они завернули за угол, оказавшись на маленькой набережной, которая открывала вид на потрясающий вечерний город. Спуск с холма был огорожен перилами, рядом с которыми люди обычно делали фотографии и снимали видео. Томлинсон сделал шаг ближе к Гарри, все продолжая избегать его взгляда. Он отвернулся в сторону, пытаясь скрыть покрасневшие щеки от переполняющих эмоций. — Да ты точно был овчаркой в прошлой жизни. Они все много лают и постоянно дразнятся, — буркнул Луи, подходя к перилам и облокачиваясь локтями на них. Он огляделся вокруг, довольно вздернув нос. Умиротворение опять вернулось. Гарри стоял за его спиной, кутаясь носом в шарф. Наблюдение за горящими улицами воодушевляло, но смотреть на Луи было куда приятнее. — А ты меня никогда не останавливал, — Стайлс все же решил подойти, хватаясь за холодное железо. Томлинсон приподнял бровь, поворачиваясь спиной к склону и прислоняясь к перилам спиной. — Я останавливал, но ты никогда не слышишь. Гарри недовольно нахмурил брови, поворачиваясь корпусом к Луи. Томлинсон все так же продолжал бегать глазами по небу. Он не мог смотреть на Гарри. Казалось, что если он сделает это – тут же захлебнется. — Я не помню, чтобы ты и вправду хотел меня остановить. Может быть, ты себя не слышишь? Луи поежился, ощущая дискомфорт. Что-то в голосе Гарри было отталкивающее. Томлинсону стало холодно. — Я себя слышу, хватит лгать и отрицать очевидное. И если бы Луи посмотрел в глаза Стайлса, то заметил бы там языки пылающего огня. Он сжал губы так, что линия скул стала подрагивать. Преодолев маленькое расстояние между ними, Гарри встал напротив Томлинсона, ладони сцепляя на поручнях по обе стороны поясницы Луи. — Лгать? Я вроде говорил тебе, что никогда не врал и не игрался с тобой. Но что насчет тебя, Луи? Разве ты не врешь себе? Томлинсон хотел снова убежать. Но вариантов не было. Он смотрел в бок, наклоняясь назад через перила, чтобы увеличить расстояние между ними. Рука, которая вцепилась в холодное железо, соскользнула на ладонь Гарри. Луи вздрогнул, сжимая пальцы в кулак. «Лгать себе? Когда я лгал себе?» Томлинсон не мог взять себя в руки, видно было невооруженным глазом, как его колотило. Гарри, понимая, что перегнул палку, сразу же успокоился. Он смотрел на то, как Луи пытался расслабиться, как он сжимал руки в своих карманах, каким напряженным было его лицо. Стайлс протянул ладонь, дружелюбно поглаживая плечо мужчины. — Прости, вероятно, я сказал лишнего, — он оттянул свой шарф так, чтобы один конец дотянулся до шеи Луи, и перекинул его. Они оказались под одним шарфом. — Холодает. Томлинсон хотел что-то ответить, но так и не успел. Что-то холодное коснулось его щеки. Он поднял голову наверх, к небу, наблюдая за тем, как белые хлопья медленно кружатся и падают на землю. То же самое сделал Гарри. Первый снег. — Луи. Посмотри на меня. Томлинсон плавно перевел взгляд, опуская голову и смотря на Стайлса. — Ты помнишь... — Секрет, ты обещал, — он перебил Гарри, слыша, как собственный голос стал от волнения дрожать. Стайлс без эмоций смотрел на Луи, быстро обегая взглядом лицо, возвращаясь к глазам. Он задумался о чем-то на секунду, тут же становясь серьезным. — Останови меня, Луи. Он сделал последний шаг к Томлинсону, стукаясь коленями об его ноги. Гарри был так красив. Хлопья снега оседали на его волосы, ныряя в кудри и переплетаясь с ними. Раскрасневшиеся щеки от холода делали его невероятно милым, а брови такой мягкой и аккуратной формы подчеркивали большие глаза. Его взгляд задержался на губах. Все такие же, словно зацелованные. Луи охватило сильнейшее волнение. Он не понимал, к чему это сказал Стайлс. И, казалось, что думать он сейчас был не в силах. Нервно хватая воздух ртом, он достал руки из карманов и, сам не понимая зачем, вцепился в края шарфа, сжимая ткань. Гарри поддался вперед, перемещая одну руку на талию Луи, слегка сжимая ее в своей ладони. — Останови меня, слышишь? — Стайлс приподнял его подбородок, заглядывая в глаза. Он продолжал наклоняться ближе. Луи шумно дышал, не смея пошевелиться, лишь наблюдая за тем, как темнеет цвет глаз Гарри. Казалось, что вокруг все замерло, заледенело и перестало существовать. Проблеск страха в голубых глазах уже был нескрываемым. Томлинсон понял, что сейчас сломается. И тогда Гарри поцеловал его. Осторожно. Мягко. Почти невесомо касаясь губ. Луи широко распахнул глаза, цепляясь за шарф, тем самым непроизвольно притягивая Стайлса ближе к себе. Перед тем, как прикрыть веки, он услышал только сильные удары сердца и почувствовал, как мурашки пробежали по всему телу. Но после. Он растворился в поцелуе. Гарри целовал его так аккуратно и так нежно, словно Луи мог исчезнуть в любую минуту. Плавно перемещаясь к верхней губе, он с напором прикусил ее, от чего Томлинсон издал испуганный стон, слегка приоткрыв рот. Стайлс тут же углубил поцелуй, языком проникая внутрь. Робко отвечая Гарри, Луи чувствовал, как внутри него что-то ломается, но он хотел уловить от этого момента столько, сколько бы смог. Томлинсон продолжал таять в руках Стайлса, но тот сильнее прижал его к своей груди, не давая рассоединить их губы. Постепенно, поцелуй становился более влажным и глубоким. Каждый раз, когда их языки сталкивались и переплетались, Луи подрагивал, сильнее вжимаясь в Гарри. Чем дольше они целовались, тем больше Томлинсон понимал, что Гарри совершенен. Тем больше терял себя. Казалось, именно в это мгновение все беспокойство куда-то ушло, заполняя тело теплым чувством. Гарри было мало и много одновременно. В тот момент, когда Томлинсон начал задыхаться от нехватки воздуха, Гарри слегка отстранился, рвано дыша. — Ты и есть мой секрет, — хрипло, надломлено выдохнул он в губы Луи.

And you can't fight the tears that ain't coming И ты не можешь бороться со слезами Or the moment of truth in your lies Или с единичными словами правды в твоей лжи When everything seems like the movies Когда все происходит, как в кино Yeah you bleed just to know your alive Ты истекаешь кровью только для того, чтобы почувствовать себя живым