I Thought I was Part of the Family

Саймон провёл ножом по рукам и наблюдал за пузырьками тириума, появляющимися на поверхности. Он почувствовал лёгкий укол вины за то, что снова начал себя резать, но это была единственная вещь, дающая облегчение. С той ночи, когда Старый Фрэнсис вернулся, он понял, что ужасно тоскует по дням, которые могли бы произойти, но так и не произошли. Ему отчаянно хотелось почувствовать нежное, мягкое прикосновение Фрэнсиса… И отчаяние это дошло до того, что Саймон всерьёз задумался о том, чтобы снова ударить его стулом. Но потом отбросил эту мысль прочь — он не мог навредить Фрэнсису вот так. Да и как это изменит хоть что-то? Саймон взглянул на руку, покрытую разными порезами и линиями расплавленного пластика, которые он пытался заживить, когда делал слишком глубокие борозды. Выглядело это плохо, но было менее опасно, чем вырывание регулятора. Фрэнсис заметил всё это, но ему было наплевать. Он лишь назвал его мазохистом и решил начать курить. Тогда Саймон познал ту боль, когда тебя используют, как пепельницу. Ему вспомнился собственный крик в первый раз — именно из-за него его снова заперли на улице. — Саймон! — и он вскочил при звуке распахнувшейся двери и резко произнесённого имени. Андроид быстро проверил внутренние часы, которые показали, что Фрэнсис вернулся домой на два часа раньше. Не теряя драгоценного времени, Саймон кинул нож в раковину и вышел в гостиную с пивом в руке. — Добро пожаловать домой, Фрэнсис, — он подал мужчине пиво, тот открыл банку и сделал большой глоток. Затем посмотрел на его только что израненные руки. — Ты снова занимаешься этой эмо-хренью. — Что бы ты хотел на ужин? — Саймон завёл руку за спину. Фрэнсис посмотрел на него хищным взглядом и отдал бумажный пакет, прежде чем дал указание. — Иди в спальню и не открывай пакет. Оставь его на тумбочке. — Да, Фрэнсис, — Саймон кивнул и вышел из гостиной. Он гадал, почему Фрэнсис был более подавлен и погружён в себя, чем обычно, и связано ли это с тем, что находилось в пакете. Андроид вошёл в тёмную комнату и щёлкнул выключателем. Как и было велено, он поставил пакет на тумбочку и удержался от желания его открыть. Если бы он узнал, что было внутри, то мог бы заработать перегрузку и самоуничтожиться. Фрэнсис вошёл в комнату с новой банкой в руках и взглядом, горящим похотью. — Раздевайся и ложись на кровать. — Саймон послушался, ощущая на себе пожирающий взгляд, и присел на край кровати. Фрэнсис подошёл к тумбочке и взял пакет. — Открывал? — Нет, Фрэнсис. Ответная улыбка послала неприятный озноб по спине Саймона и заставила сердце забиться быстрее. — Хорошо, — он открыл коробку и достал три пары наручников. Андроид почувствовал, как дыра разверзлась у него в груди — ему стало прекрасно понятно, что сейчас будет. — Знаешь, я подумал, раз уж ты можешь чувствовать вещи, я хочу попробовать что-то новое, — Фрэнсис проскользил к Саймону, возвысился тенью и положил руку ему на грудь, заставляя лечь на спину. — Подними руки, — Саймон тяжело сглотнул. Фрэнсис защелкнул первые наручники на запятьях, закрепил их на изголовье кровати, а затем грубо и небрежно поцеловал его в рот. Отстранившись, он схватил Саймона за лодыжку, прикрепил к одному концу кровати, потом повторил тоже самое с другой ногой. Андроид отвернулся, сгорая со стыда. «Почему ты позволяешь ему делать это с собой?» — воззвал к нему внутренний голос. «Потому что я это заслужил, позволив Обри умереть», — ответил он себе же. Фрэнсис отшагнул назад, чтобы полюбоваться работой, затем опять подошёл к пакету, чтобы достать вибратор. Он провёл им по груди Саймона. — Игрушка внутри игрушки. Мне любопытно, андроид, сколько ты продержишься с вот этим внутри тебя. Саймон затрясся и дёрнул наручниками. Ему совсем этого не хотелось. «Но я думал, ты заслужил это», — усмехнулся над ним голос. Он прекратил сопротивляться. «Я заслужил». Фрэнсис бесцеремонно вставил палец в проход, быстро покрывшийся смазкой. — Сначала повеселюсь я, — он убрал палец, разделся и, взобравшись на Саймона, пристроился около входа. — Выключи смазывание, — глаза Саймона расширились. Он хотел взять его насухую? Фрэнсис ударил его по лицу. — Слышал меня, грёбаный кусок дерьма? — у Саймона на глаза навернулись слёзы, но он сделал, как ему сказали. [Автоматическая лубрикация выключена] — Выключено, — прошептал он. Фрэнсис снова вставил палец внутрь, чтобы убедиться, затем заменил палец членом и вошёл. Саймон закричал так, как никогда прежде. Всё внутри него горело. [ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: БИОКОМПОНЕНТ #4589P ПОВРЕЖДЕН] [ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВКЛЮЧИТЕ ЛУБРИКАЦИЮ] Фрэнсис закрыл ему рот ладонью и громко застонал, когда почувствовал новое тепло, окружающее член. — О-ох, чёрт, как приятно! — он резко вбивался, разрывая Саймона внутри. Тириум побежал по его бедрам, впитываясь в простынь. — Возьми всё, грёбаная шлюха, — его рука сместилась со рта и легла на горло. Хотя Саймону и не нужно было дышать, давление на горле было болезненным, и он изо всех сил пытался вырваться. — Верно, — хмыкнул Фрэнсис, — продолжай дёргаться, — внезапно зрение заполнили помехи, когда он задел внутри него идеальную точку. Саймона тут же накрыла волна стыда, когда он непроизвольно застонал. Фрэнсис лишь усмехнулся и задевал это место до тех пор, пока Саймон не кончил длинной полосой вдоль голой груди. Слёзы сами потекли по лицу, когда мужчина продолжил насиловать его. Но наконец темп Фрэнсиса ускорился, и он кончил внутрь Саймона, вышел и потянулся за вибратором. — Посмотрим, сколько ты продержишься, — он приставил его ко входу и засунул внутрь с неприличным хлюпающим звуком. Лицо Саймона посинело, и он заскулил от сильного чувства, стоило вибратору коснуться его искусственной простаты, а когда Фрэнсис его включил, с губ андроида сорвался вскрик. Ощущений стало слишком много, чтобы с ними справиться, и он заметался по кровати, пытаясь вытолкнуть игрушку. Сгорбившийся над ним Фрэнсис взвыл от смеха. Он подошёл к шкафу и взял галстук. — Как бы мне не хотелось тебя послушать, не могу позволить тебе волновать соседей, — он грубо заткнул Саймона, прежде чем начать гладить его твёрдый член. — Интересно, смогу ли я держать тебя здесь, пока у тебя не кончится заряд. Или у вибратора, смотря, что раньше. Глаза Саймона закатились от стимуляции. Слишком много всего произошло, и он не мог со всем справиться. На кровати под ним словно появились иглы, а кожа нещадно горела. Внутри него накапливалось слишком много давления, и он чувствовал, будто взорвётся. «Прекрати это!» — пытался сказать он сквозь кляп, — «пожалуйста, прекрати!» Его мольбы остались без ответа, и Фрэнсис заставил его кончить. Спина Саймона выгнулась из-за интенсивности ощущений. Он всхлипнул, когда мужчина убрал руку с его члена, снова начавшего твердеть. Вибратор продолжал неумолимо стимулировать сверхчувствительное тело. Фрэнсис встал и направился к двери. — Веселись, — и он вышел. После шести мучительных часов Саймон временно отключился.

***

Это была годовщина после смерти Обри. Фрэнсис был более подавлен и агрессивен, чем обычно. Он избил Саймона до полусмерти перед работой, пообещав причинить еще больше боли ночью. Саймон зарыдал, свернувшись клубочком. Он скучал по Обри. Скучал по старому Фрэнсису. И смертельно скучал по временам, когда жил в блаженном неведении. Свежий воздух. Ему срочно нужен был свежий воздух, и прежде чем он это осознал, он выбежал на передний двор, облегчённо вздыхая и ощущая холодный воздух, покалывающий кожу. Сегодня ему нужно сделать кое-что еще. Саймон вошёл в магазин, надеясь, что никто не заметит его девиантности. Никто и не обратит внимания, но изнутри его съедал назойливый, нудный страх. Никто не мог видеть порезы и ожоги под курткой или тириум, который, казалось, постоянно тёк между ног. Саймон направился прямо к цветочному отделу. Он знал, что купит. Подсолнухи. Любимые цветы Обри. Он прикрыл глаза, вспомнив её голос. «Они подходят твоей душе, Сай!» Саймон снова открыл глаза и увидел его. Красивый зеленоглазый андроид с идеальной смуглой кожей. На этот раз не было глупой стены программы, чтобы его остановить. Прекрасный андроид уходил из магазина. Саймон бросился платить за цветы и побежал за ним. Куда же он подевался? Мужчина провёл сканирование и заметил, что тот пошёл в парк. Он тут же пустился за ним, стараясь показаться не слишком спешащим — не надо выделяться среди людей. Он следовал за андроидом через парк и несколько улиц, пока они дошли до дома. Это не было похоже ни на один дом, которые прежде видел Саймон — особняк с ярким освещением и прекрасным двором. Идеальный дом для идеального андроида. Он чувствовал, как его сердце сбоило, но не обращал внимания. Он настолько сосредоточился на незнакомце, что почти не заметил, как он на него посмотрел. Лицо Саймона посинело, и он ускользнул за стену. О чём он вообще думал, пытаясь привлечь внимание кого-то такого? Это уникальный андроид, живущий в красивом доме. Зачем такому мужчине нужен кто-то вроде него? Он был никем. Модель PL600. Идентичные копии проданы сотням семей по всем Соединенным Штатам. Сердце Саймона упало, и ноги сами унесли его прочь. Если бы он остался хоть на секунду дольше, то заметил долгий взгляд Прекрасного Андроида. Саймон положил свежие подсолнухи на могилу Обри. Он не навещал её с похорон, да и Фрэнсис запретил. Но теперь, став девиантом, он мог это сделать. Прошёл долгий год с тех пор, как она умерла, и оставшаяся после неё пустота преследовала андроида. Ему хотелось снова её обнять, подкинуть в воздух, или даже помочь с домашним заданием. «Почему ты такой грустный, Саймон?» — он услышал мягкий голос, плавно переплетающийся с ветром. — Потому что я по тебе скучаю, — ответил он в пустоту. «Я тоже скучаю по тебе». Слеза потекла по его лицу, и он тут же её стёр. Его не должны увидеть плачущим на людях. Люди поймут, что он девиант, и отправят в Киберлайф для разборки. Саймон сглотнул комок в горле и отвернулся от могилы. «Ты должен уйти, Сай». Саймон тут же обернулся, испуганный её внезапным, слишком реальным голосом. Обри примостилась на надгробье, размахивая ногами. Андроид огляделся, не было ли рядом других людей. Ни души вокруг. «Ты должен уйти, Сай», — повторила она. — Я тебя не оставлю, — Саймон не придвинулся ближе к призраку Обри, только запустил диагностику. [Все системы исправны] Обри взглянула на него с такой глубокой печалью, какая никогда не должна была появляться на лице ребёнка. «Ты меня не оставляешь». — Я не могу уйти от Фрэнсиса. «Папа уже ушёл. Тебе тоже нужно уйти». — Я не понимаю, Бри. «Папа больше не папа. Он причиняет тебе боль и грусть». Саймон замолчал. Он не думал об этом раньше. Но произошедшее несколько недель назад, когда показалось, что Фрэнсис вернулся к своему «я», поставило всё под сомнение. Он помотал головой призраку Обри; она должна была понять, почему он остался. — Это я во всём виноват. «Нет, это не так», — девочка спрыгнула с надгробья и уже пританцовывала рядом. Она взглянула на него сияющими глазами и взяла за руки. Саймон почувствовал её ладони так, словно она была телесна. «Ты сказал, что лёд опасен, а я тебя не послушалась». — Я должен был быть быстрее и спасти тебя. «Это не твоя вина, Саймон», — девочка снова помотала головой. Андроид присел на корточки, чтобы посмотреть прямо ей в глаза, как он привык. — Обри, я обещал остаться навсегда и не нарушу обещания. «Дурачок. Я сказала тебе остаться навсегда, но ты не услышал последнюю часть». — Разве? «Ты дал мне обещание, большее, чем навсегда». — Большее, чем «навсегда»? Обри залезла в карман Саймона и вынула браслет дружбы. Она завязала его на запястье, а затем вытянула мизинец. «Обещай, что мы всегда будем вместе», — Саймон хотел сказать, что уже пообещал, но она остановила его, приложив ладонь к его сердцу. «Здесь. Обещай, что мы будем вместе, прямо тут. И не важно, куда ты пойдёшь, потому что ты всегда будешь держать обещание». [Остаться навсегда] Сердце Саймона наполнилось каким-то чувством, и слёзы навернулись на глаза так, как никогда раньше. Теперь он понял — это была любовь. Мужчина вытянул свой мизинец и скрепил в замочек с пальцем девочки. — Обещаю тебе, Обри Бёрнер, что никогда тебя не забуду. Ты всегда будешь со мной и я никогда не позволю тебе уйти из моего сердца. Мы будем вместе навсегда, — Саймон обнял её как можно крепче. — Я люблю тебя, Обри. «Я тоже люблю тебя, Саймон». Повеял ветер, и она исчезла. Он знал, что ему надо сделать. [Остаться навсегда]

***

Саймон в последний раз выполнял обязанности помощника по дому. Всё было постирано, пылесос чистил ковёр. В доме царила полная чистота и свежесть, прямо как в первый день его пребывания здесь. Продукты стояли в холодильнике, а тёплый ужин в духовке. Как обычно, открылась дверь, и как всегда, Фрэнсис рявкнул Саймону, чтобы тот принёс ему пива. — Сейчас или никогда, Саймон. Саймон вошёл в гостиную. — Где моё пиво? — Я очистил дом от алкогольных напитков и запрещённых веществ. — Чего? — тон Фрэнсиса стал опаснее, он начал медленно приближаться к нему. Саймон старался сохранять хладнокровие; надо было сдержать обещание. — Я убрался в доме, заполнил холодильник и оставил для тебя тёплый ужин в духовке. Просто чувствовал, что должен покинуть дом так, чтобы тебя всё устраивало. — Покинуть дом? Какого хрена ты несёшь? Саймон глубоко вздохнул. Вот и всё. — Я ухожу, Фрэнсис. — Как бы не так, грёбаная шлюха! — мужчина схватил его за руку и опрокинул на землю. — Ты не такой, как раньше! — Саймон знал, что ему придётся дать отпор. — Ты постоянно злишься или грустишь, потому что Обри нет, и я тоже! Только причинение боли мне не вернёт её обратно! Неправильный выбор слов. Фрэнсис взял его за горло и ударил головой об пол. Между ними больше не было слов. Он прижал Саймона к полу, обездвижив руки, и ударил кулаком по лицу. Везде было много крови, зрение андроида заполонилось помехами. И в отличие от других разов, в этот раз всё было по-другому — Фрэнсис не хотел просто сделать ему больно. Он собирался его убить. Саймон собрал силы и толкнул Фрэнсиса со всей мочи. Мужчина снова хотел повалить его, но он без промедлений побежал. Он бежал, бежал, бежал до тех пор, пока не почувствовал, что тело вот-вот откажет из-за перегрузки синтетических мышц.

***

Саймон наткнулся на здание университета в момент, когда понял, что ему нужно избавиться от униформы Киберлайф, которая была на нем надета. Без сомнений, Фрэнсис вызвал полицию, и его уже разыскивали. Сейчас были темные, ранние часы утра, так что риск быть замеченным студентами был минимальным. Саймон составил простой план. Отыскать корзину для пожертвований, взять одежду и выйти. Найти, где осесть. Поиск корзины для пожертвований не занял у Саймона много времени. Вероятно, он должен чувствовать себя виноватым за то, что берет вещи, которые ему не принадлежат, но для того они здесь и находились. Саймон достал пуловер Университета Детройта и большую куртку, затем надел их, удовлетворенный тем, насколько более человечным они его сделали. «Если бы только…» — подумал он. Теперь нужно найти головной убор. Он наклонился, чтобы начать поиск, когда... — Эй, что, по-твоему, ты делаешь? Саймон замер, услышав голос, но не обернулся. Он услышал приближающиеся шаги, и его схватили за плечо. Саймона развернули, диод замигал в темноте. Университетский охранник. Отлично. В лицо Саймона смотрел ствол пистолета. — Какого хера ты вытворяешь? — Пожалуйста, — попросил Саймон в надежде, что человек сможет понять или помочь ему, — мне просто нужна одежда. Оружие по прежнему было перед ним, но слегка опустилось. — Кому ты принадлежишь? — Н-никому. — Никому, ха? — оружие было опущено, но человек его не убрал. — Кто-нибудь тебя ищет? Саймон помотал головой. Охранник осмотрел его, затем вздохнул. — Что ж, если никто тебя не ищет, значит ты вернёшься в Киберлайф, если я туда позвоню? — Нет! — Саймон подскочил. — Пожалуйста, не надо! Я-я не хочу возвращаться! Охранник подошел ближе, со взглядом, который Саймон знал слишком хорошо. — Ладно, тогда убеди меня, андроид. Саймон задрожал и упал на колени. «Это последний раз, когда я это делаю», — пообещал он себе и потянулся к ремню. Усердно стараясь не думать о том, что он делает, Саймон достал член охранника из штанов. Сделал глубокий вдох и взял орган в рот. Мужчина издал низкий стон и запустил пальцы в волосы Саймона. Саймон делал все, чтобы только отделаться от охранника так быстро, как это возможно. Он почувствовал, что его сильно потянули за волосы, и член выскользнул изо рта с чмокающим звуком. — Повернись, я хочу кончить в твою дырку. Он толкнул Саймона на корзину для пожертвований и сдернул с него штаны, открывая его ягодицы. Плевок приземлился на его зад, стекая к отверстию. У Саймона не было возможности проинформировать этого подонка, что андроиды имеют функцию самолубрикации. Он просто хотел, чтобы охранник закончил, чтобы он смог убраться отсюда как можно дальше. Охранник вошел в Саймона с резким вздохом и последующим гортанным стоном. Он схватился за бедра Саймона, сжимая до синяков, и продолжил его насиловать. Саймон не осознавал, что заплакал, пока с его губ не сорвался громкий всхлип. Звук, похоже, завел охранника — Саймон почувствовал, как его член внутри него дернулся. — Блядь, сейчас кончу! — задницу Саймона заполнила жидкость. Охранник, не теряя времени, вышел и впихнул внутрь палец. Он пошевелил им и добавил второй, посмеявшись над раздавшимся звуком. — Звучит круто. Потом он вытащил пальцы и подставил ладонь, чтобы поймать вытекающее семя, смешанное с тириумом. Саймона развернули, и собранная сперма была вытерта о его лицо. — Теперь все узнают, что ты шлюха. Охранник надел штаны и ушел. Саймон, не теряя времени, натянул свои и сбежал.

***

Не прошло много времени, прежде чем Саймон оказался на окраине города, столкнувшийся с заброшенным грузовым судном с надписью «ИЕРИХОН», выведенной на ржавом металле. Он уставился на него. Это было бы идеальным местом, чтобы спрятаться. Никто бы и не подумал искать его здесь. Просканировав местность, Саймон нашел мостик, по которому он мог попасть на судно. Он сделал глубокий вдох. — Что ж, терять нечего. Саймон взобрался на борт грузового корабля, представляя предостерегающий голос Обри. «Не волнуйтесь, командир Обри,  — мягко сказал он ей, — мы поднимаемся на космический корабль. Вскоре мы отправимся на Луну». Думать об Обри было все еще больно, но хорошая боль медленно возвращалась. Он взглянул на браслет дружбы. [Остаться навсегда] Саймон спрыгнул с моста и приземлился внутрь грузового судна. Здесь стояла полная темнота, но лучи света пробивались сквозь промежутки в ржавом металле. Это было действительно прекрасно. Внезапный шум испугал его, и Саймон развернулся. Здесь был еще один андроид. Его диод светился ярко-синим. Саймон узнал в нем модель HK400. — Здравствуй, — сказал HK400. — Я Джаспер. — Я Саймон… Что это за место? Джаспер улыбнулся и протянул Саймону руку. — Это место, где андроиды могут быть свободными. Нет больше хозяев, нет приказов. Мы свободны. — Свободны? Джаспер кивнул. — Ты останешься с нами? Саймон не сомневался. — Да. — Что ж, тогда, — Джаспер взял Саймона за руку и притянул его в такие нужные объятия, — добро пожаловать на Иерихон, Саймон. Тогда все чувства разом нахлынули на него. Он был свободен. Фрэнсис больше не причинит ему боль. Саймон упал на колени и разрыдался.