Дело началось в заброшке

Небольшой натиск на душу продолжался. Пальцы медленно водили по тонкой стенке души, тем самым срывая с уст обладателя хриплый стон и резкие рывки, чтобы вырваться. Но надавливая сильнее на шейные позвонки, Рипер ограждал Пыльного от подобных выходок. Кончики пальцев медленно надавливали на душу, сжимая в своих пальцах до появления неглубоких ямок, от чего Даст выгибался в спине и, сглатывая стон, делал вид, что ему все равно. Но Смерть видел, что тот уже не может терпеть: — Так быстро сдаешься? — Отпусти… гх… урод… — А я ведь только начал… — приблизив пульсирующую душу ко рту, которая билась чуть ли не в конвульсиях, ударяясь стенками о пальцы, Рипер облизнулся: — Ты что д-делаешь?! Убери свои гря-аах! Т-ты… у-урод! — прокричал Даст, когда кончик языка Смерти дотронулся до пульсирующей стенки души. Всхлипнув, чуть ли самого себя не лишая жизни, с огромной силой надавив шейными позвонками на лезвие косы, Даст завилял, словно змея. По костям пробежалась стая мурашек, от чего пальцы нервно передернулись: — Я так… просто не… дамся… — Я и не прошу просто~ — и стал облизывать языком душу, слегка прикасаясь губами и выпивая первый сок, что стекал по тонким стенкам души убийцы. Тот всхлипнул, из глазниц потекли небольшие капли слез, которые Рипер смахнул рукой. Язык медленно охватывал душу, слегка посасывая и слизывая первые светлые фиолетовые потеки. Вцепившись руками в косу, Убийца прогнулся в спине, открывая иногда рот, чтобы набрать воздух и резко сжимал зубы, чуть ли не до скрипа, чтобы не издать лишних звуков. Слегка надавив кончиками пальцев на конец души, продолжая её легонько посасывать, наконец смог получить первый сладкий, но короткий стон Даста. Да и то тогда, когда немного прикусил его за стенку души: — Мгх… ч-черт~ прекра-аах-ти… мх~ — на что второй лишь усмехнулся. Проскользнув рукой под куртку, медленно сжал одно из рёбер, слегка массажируя его, от чего второго пробила дрожь. Попытался отодвинуться, но не смог, уж крепко его держали. Забавляясь этой картине, Смерть, все же, выпустил его душу, которая так сильно билась, что не помещалась во рту у Жнеца. Как только душа оказалась на месте, Даст ещё раз прогнулся, словно кошка, сжимая пальцы в кулак, пытаясь через слепое удовольствие призвать пару костей. Но душа билась так сильно, стуча по ребрам, что этого не представлялось возможным. А руки быстро потянулись за душой, резко, словно игрушку, сжав в своих руках. Через долю секунды убийца дернулся, чуть ли не подскочив, а по пальцам второго потекла светлая фиолетовая жидкость. Душа билась в его руках так сильно и быстро, что становилось страшно, а по ней стекали маленькие капли пота: — Ты не устал? ~ — с некой лаской пропел Жнец, чуть ли не кладя черепушку второму на плечо, но не отпуская душу из рук. Сквозь слёзы, непонятные стоны и всхлипы, тот ничего не мог сказать внятного, чем и пользовался скелет. Вытащив душу, стал слизывать сок с ладони, иногда, словно дразня, дотрагиваясь до души. И тогда убийцу пробивал ток и тот выгибаясь, подскакивал: — Т-ты… мнгх… аах~ извращенец, как Ласт… — Нет, я не Ласт, даже близко не он. — И-извращуга… — Но тебе нравится. — убрал косу от шейных позвонков. — Уверен, и следующая фаза тебе понравится~ — К-какая фаза…? — Узнаешь со временем, глупыш. — и как-то странно ухмыльнулся, смотря на второго пустыми, чёрными зрачками.