Маков Цвет

Моё тело восстанавливалось быстро, несмотря на столь активную течку. Удивляло и то, что такой грубый в постели альфа, в обычной жизни был заботлив и даже чуток. Любой мой невольный стон от неудобного положения в постели воспринимался с волнением и необычайным трепетом. Это было немного необычно и чуточку дискомфортно, но я привыкал к этому запаху мака, долгим разговорам перед сном. К самому альфе. Так что, когда он ушёл с спустя три дня и его место занял Тэхён, стало скучно. Показывать эту странность я никому не собирался, даже другу. Просто надеялся, что снова смогу выходить. Так и случилось: на завтрак меня утащили в импровизированную кухню. Тэ в это время, пока я жевал свежие блинчики и надоедал поварам, унёсся по делам. Конечно, это толкнуло меня к изучению всего здания. Хотя в этот раз желания сбежать не было — обычное любопытство. В таких вот путешествиях сам не понял, как оказался у кабинета хозяина. Что-то влекло меня туда неведомыми силами, тащило за шкирку. Принюхавшись, я ощутил незнакомый запах, от которого рот наполнился слюной, а в животе разлилось тепло. В этот же миг дверь открылась и из помещения вышел альфа. Очень красивый парень со светлыми молочными волосами и ангелоподобным лицом. Сердце в груди от зрительного контакта участило свой ход, я невольно попятился от странного незнакомого чувства, шею начало покалывать. Это как электрошок — разряд прошёлся по всему телу. Румянец разлился по щекам до самых мочек. Незнакомец же, принюхавшись, улыбнулся, обнажив идеально ровные зубы. С каждым его шагом ко мне моё дыхание учащалось, ноги дрожали. Ну, а когда теплое дыхание обожгло область губ, желание быть именно с этим самцом главенствовало в голове. Спиной я ощущал шершавость стены, руками упирался в грудь высокому альфе и дышал белым шоколадом, теряя связь с реальностью. Животная моя часть визжала от восторга, виляя хвостом с высунутым набок языком. Как последняя жалкая сука. В этот момент дверь снова распахнулась, и эту картину застали двое братьев, я ощутил жгучий холод, идущий от Нам Джуна. Постарался вывернуться из теплых рук, но шоколадный альфа не дал, притянул к себе. Не знаю причудилось ли в этот момент мне грозное рычание, что клокотало в груди хозяина. Чанёль, понимая, что ситуация идёт к чему-то очень плохому, взял меня за руку и сказал незнакомцу: — Отпусти, это омега моего брата. — Он не меченый, — Вот что ответил блондин, сжимая мою талию ещё сильней. Я сам попытался дёрнуться, сработал инстинкт самосохранения. Зная Джуна, в этот раз переломом пальцев всё не кончится. Лучше не стоять на пути двух мужчин, готовых к драке. Почти получилось, но чужая ладонь обожгла запястье, сердце вновь пустилось в пляс. Запах шоколада одурманивал, дарил ощущение безопасности. Вот в этом нарколептическом бреду я услышал такие важные слова: — Он — моя истинная омега, и я его отсюда заберу. От этой информации я замер, даже не дыша, стараясь не смотреть на маньяка. Как сам не догадался? Ведь и правда, это наша первая встреча, но даже я ощущаю связь и всю тягу. Да тут даже земное притяжение нервно курит в сторонке. Оглядываюсь на светлые золотистые глаза блондина, и пол уходит из-под ног на миг. Неужели и правда? Связь истинности? Такая редкость в наших реалиях. Нам Джун от этих слов впадает в ступор, долго рассматривает краснеющего меня, а потом подходит и вырывает из лап истинного. Не сопротивляюсь: кукла должна быть смирной, иначе с ней будет неинтересно играть. Но удивляет больше другое: его горячие руки на моём лице, заботливый взгляд и всего один вопрос: — Ты хочешь уйти с ним? Не знаю точно, что ответить, но это отличный шанс для побега. Больше не будет боли, грубости и унижения. Несмело киваю, закусив язык и опустив взгляд в область груди альфы напротив. Тот же перестаёт дышать на миг, чувствую боль от того, как его пальцы впиваются в плечи, хорошо, что с лица он их переложил. Целую минуту стоит зловещая тишина, угнетающая. Потом Джун, отмирает, смотрит на блондина и говорит очень серьёзно: — Сможешь забрать его вечером, пусть ещё подумает. На это тот быстро задаёт вопрос: — Сколько придется заплатить? Меня корежит от этого вопроса, но я подозревал, что он всплывёт, всё же это бордель. Хозяин заведения на это реагирует агрессивно, убирает меня за спину и говорит грубо: — Он не продается, это его решение, он не шлюха. После он утаскивает меня обратно в комнату, не оборачиваясь, не обращая внимания на разговор его брата и блондина позади. Меня же пробирает страх, ведь всё так легко не закончится. Чувствую это хваткой на кисти, мне больно… Когда дверь послушно закрывается за нашими спинами, меня как тряпку бросают на постель, вжимая лицом в подушку. Чувствую гнев, что повисает в воздухе, подобно пыли или микробам. Не сопротивляюсь, принимая и наказание и презрение. Нам Джун яростно срывает одежду с моего тела, попросту разрывая её. Не успеваю и пискнуть, как по спине разливается острая боль от розги. Зажёвываю наволочку и сжимаю кулаки, расцарапывая ладони, принимая и сразу три следующих удара. В этот раз альфа не сдерживается, вымещает злость. Не любуется своими действиями, просто лютует, наказывая и себя и меня. Не успеваю прийти в себя от боли, как его руки сдавливают в объятиях, чувствую, как он вгрызается в ошейник, царапая сталь зубами. Это выглядит так отчаянно, этот странный жест с его стороны. Жалость пронзает сердце, поднимаю руку и оглаживаю его подбородок кончиками пальцев. Хозяин замирает, сжимает следом до хруста костей и впивается зубами в плечо; слёзы бегут по моим щекам, кровь — по исполосованной коже. Следующий укус уже менее болезненный, хоть и оставляет следы зубов. Всхлипываю, когда вся спина покрывается такими ложными метками. Добивает и тот факт, что простынь подо мной покрыта каплями спермы. Что могло меня так возбудить в этой кровавой реке боли? Сам не знаю, но стыдно, больно, это всё будет долго заживать. Нам Джун, насытившись своим возмездием, садится рядом и снова задаёт насущный вопрос: — Ты уверен, что хочешь уйти от меня к нему? Охрипшим от криков голосом шепчу своё еле слышное: — Хочу. После решающего слова, альфа встаёт отходит на пару шагов и замирает как истукан. Через секунду поворачивается и говорит грозно без тени шутки в голосе: — Ты хоть понимаешь, как мне больно сейчас? Все твои телесные ощущения ничто по сравнением с тем, что творится вот тут. На этих словах он стучит себе по груди, его голос ломается, дрожит от ярости, но тирада продолжает глушить мои барабанные перепонки: — Чимин, если однажды он причинит тебе боль, я задушу его собственными руками. Тебя же посажу на цепь около кровати и никогда больше не выпущу за пределы этой комнаты! Я не могу шелохнуться под его немигающим взглядом, он тяжелый и давит на плечи, пригвождая к месту. Хочу спрятаться, скрыть своё обнажённое изувеченное тело. Закрываюсь клочками своей одежды, подтягиваю колени к животу, обхватываю их — защитная поза, что в детстве ни раз спасала. Нам Джун же сокращает расстояние, притягивает за волосы властно, заставая встать на колени. Следом целует — сильно, до крови закусывая губу, оставляя будущий шрам на ней. Как и на моей душе, останутся борозды от него, которые никогда не сойдут. Альфа, слизав капли крови, отвернулся и направился к двери, уже у самого выхода, прошептав: — Прощай, Чимин, будь счастлив. После хлопка двери, стало внезапно как-то слишком тихо. Я не мог двинуться с места, лишь смотрел в зеркало, что рисовало ужасную картину. Как же всё-таки отвратителен мой внутренний мир. Хочу отрастить снова чёлку, спрятать лицо, скрыться от мира и, возможно, найти утешение в своей истинной паре. Если все байки, что ходят о подобной связи, — это правда, то все воспоминания затмит новая любовь. Мечта, человек, который сможет защитить от всего. Мне так и не удалось встать и сходить обмыться, за меня это сделал пришедший Юнги. Сегодня он молчал, не смотрел в глаза. Осуждал — и это чувствовалось. Однако что-то говорить, оправдываться я не стал: это был полностью мой выбор. Лишь после одевания, на самом выходе из здания и под молчаливыми взглядами персонала, он дал мне телефон и тихо сказал: — Здесь контакты мои и Тэхёна, так же есть номер Джуна. Береги себя и приходи, мы примем тебя любого. Киваю, сдерживая слёзы. Сам не понимаю, когда привязался к бете. Он обнимает и выводит на яркий солнечный свет. Не могу сразу что-либо рассмотреть, глаза так привыкли к тьме, что их начинает щипать. Когда же привыкаю, вижу белобрысого альфу на машине. Он манит к себе рукой, и я иду, вновь ощущая непреодолимую тягу. Незнакомец целует меня в ладонь и говорит ласково: — Меня зовут Джин, я твой альфа. Вот же совпадение, всего одна буква меняет настолько похожие имена. Принимаю заботу, когда открывают двери в автомобиль и усаживают. Боль в спине отдается по всему телу, но выдавливаю счастливую улыбку. Мотор машины начинает гудеть, я же оборачиваюсь на здание. Нам Джун не пришёл проводить, хотя и не был обязан. Бархатная коробка теперь позади, стоит стереть все воспоминания. Ведь теперь я больше не тряпичная кукла, а человек со своей волей. Всё позади и можно начать новую жизнь с тем, кто дарован самой судьбой. А тебя я никогда не забуду, сам не знаю почему, но это так. Ты привёл меня к этому финалу своими жестокими руками.