Воля случая

      — Здравствуй, милая.       Завернувшись, я увидела торчавшею из-за двери голову.       — У меня к тебе очень серьезный разговор, — он присел на край кровати.       Его лицо было искажена необычайным беспокойством и сосредоточенностью, что заставляло отвечать ответной напряженностью и концентрацией.       — Что за разговор?       Он выдержал минутную паузу, после глубоко вздохнул и выдал:       — Сегодня ты будешь свободна от моего присмотра весь день.       — Дурак! Я так разнервничалась, — я нахмурилась и надула губы. Мне не было обидно, ведь я только этого и ждала последнюю пару суток, но поддержать его актерскую игру было необходимостью, иначе он мог бы изменить свои планы, заподозрил восстание и сговор.       — Чтобы ты не разгромила дом, я оставлю тебя с одним из моих любимых братишек. Кого на этот раз сделаешь своей жертвой? — рассмеялся он.       Хорошо смеется тот,кто смеется последним       — Наверное с Юмой.       — Вот и хорошо. Я вернусь вечером. Не скучай там, без меня, — он удалился, посылая на пороге воздушный поцелуй, отчего я почти заметно скривилась, хотя в мыслях хотелось подставить таз и исвезргнуть вчерашнее жаркое.       Недавнее отчаяние сменилось ликованием. Возможно это и ощущают карикатурные злодеи в мультипликациях, когда их награждают минутой славы и чувством недолгой победы. У себя в голове я рассмеялась, как злобный гений, который вот-вот захватит мир. Если бы это происходило в живую, то выглядело бы все так, будто я сошла с ума и меня пора изолировать от общества, приковав ремнями к постели.       Через пару минут спустя, после ухода Коу, раздался звук в дверь. Не дожидаясь разрешения кто-то зашел.       — Мне долго тебя ждать?! — чуть ли не проорал Юма.       — Зачем так громко? Я не глухая, — я ответила слегка раздражённо и брезгливо, поскольку такая бестактность уже верх всякой дерзости.       Если кому-то кажется, что я нагнетаю, то пусть и дальше остаются в заблуждении, упиваясь своим драгоценным мнением и считая, что всякий может вторгаться в жизнь другого и мешать его события с желанием побыть наедине со своими мыслями в гадкую пургу.       Ответьте, зачем вообще люди создали правила поведения и возвели его на вершину? Это пережила прошлого, веяния консерватизма? Существуют индивиды, которые прикрывают свое невежество разглагольствованиями о равных правах, современном обществе и тем, что их бестактность — это разговор по делу, что является вопиющей ложью. Такт люди создали для постижения порядка и минимального устранения хаоса в действиях и мыслях, для контролируемого контакта межличностных отношений. Вилку создали для удобства, а не для иллюзии возвышенности.       Если же вы все ещё оправдывается, то, как говорит Рейджи, "Занимайтесь такими вещами у себя, пожалуйста".       В ответ на моё замечание он жутко раскраснелся и хотел на меня накричать, но я его опередила.       — Не стоит превращаться в помидора. Не думала, что ты такой скромный. Что же тебя так смутило в моих словах? — я захлопала ресницами, изображая наивную девочку, которая действительно не понимает, от чего же он так покраснел.       Цвет его лица стал темнее на тон. И вот это уже не красный, а эталон алого. Он готовился излить на меня глотную помойку, но я не стала ждать момента, когда подготовленные заранее выражения спустятся на мою нежную особу.       — Еще чуть-чуть, и ты взорвешься, — констатировала я, а затем энергично добавила, — Чего ждем? Я уже готова. Куда пойдем? На огород? — для собственной безопасности я решила сменить тему и, засыпая его вопросами, вышла из комнаты.       Может мне показалось, но у него из ушей будто шел пар. Он так и остался в комнате с открытым ртом, все еще жутко хмурив брови, из-за чего его физиономия напоминала скорченное и сморщенное лицо старца.       — Мне долго тебя ждать? — процитировала я его из коридора, благодаря чему он прямо-таки появился рядом, из-за его скорости, которую я не уследила, создавалось впечатление, будто он телепортировался из комнаты.       Он молча двинулся и стремительно по коридору в неизвестном мне направлении, выражая свой протест, а я в таком же немом молчании последовала за ним, не собираясь более провоцировать его. Вскоре мы добрались до огорода. Он пошел рыться в грядках.       — Может тебе помочь? — поинтересовалась я.       — Не мешай, — резко ответил он.       — Можно я тогда пойду в библиотеку, чтобы не путаться у тебя под ногами? — лучезарно улыбнулась я.       — Нет, — выплюнул он.       — Почему?       — Потому что я так решил.       На этот железнобетонный я не нашлась, что ответить, ведь какие бы факты не предоставил своенравному упрямцу, чья примитивность не в силах воспринимать доказательства.       — И что же мне тогда делать?       — Заткнуться.       Я разинула рот. Он бессмертный? Он вампир, конечно он бессмертный, я понимаю, но бессмертных скорченное в мире не существует, а значит я прямо сейчас начну истреблять их расу, по крайней мере одну особь я точно сейчас отправлю в мир иной.       — Давай я помогу тебе, — с милейшей улыбкой, за которой скрывался оскал и внутренние приступы гнева, я обхватила его руку и вытащила тяпку из его железной хватки, построив в воображении сцены жестокости с участием этого ублюдка и предмета, который я просуну во все его отверстия, проделав несколько новых.       Пока он менял цвет своего лица, я начала обрабатывать землю, представляя, как в этой земле спрячу его труп.       В итоге он все же справился со своим негодование и наконец-то промолчал, кинув на меня испепеляющий взгляд, и приступил к другой работе.       — Какие культуры ты выращиваешь? — я решила воспользоваться методикой психологического насилия путем истощения никчемными, ничего не несущими за собой, вопросами.       — Разные.       — Это единственное твое хобби?       — Да.       — Как давно ты этим занимаешься?       — Не считал.       — А почему начал?       — Стало интересно.       — А почему именно этим?       — Прекрати задавать столько вопросов!       Сорвался. Быстро же он сдался. Про себя я праздновала свою маленькую победу и начала вести счёт изящных оскорблений. Пока что 1:0. Но это еще не конец.       — Почему же? Мне просто интересно узнать о тебе побольше, — последнее предложение я сказала, специально смутившись.       Мой замысел сработал. Он шокировано уставился на меня, при этом опять дико краснея. Похоже такая реакция организма у него на любые эмоции, будь то гневом, радостью, смущение или возбуждением. Несомненно, это минус, ведь теперь он кажется мне ещё более однобоким даже в проявлении физиологических процессов.       — Можешь идти в свою библиотеку, но до прихода Коу чтобы вернулась.       В детстве со мной была няня, которая, в силу своей лени, отправляла меня гулять одну, но каждый раз он вертел пальцем в воздухе и грозно произносил, чтобы я была ровно в 7 дома. После этого я представила Юму в цветастом халате своей сиделки, ее любимых тапочках с пампонами, с бигудями на волосах. Воображаемая картина позабавила меня так, что мне чудом удалось сдержать смех, но этот образ я точно запомню надолго.       Я отправилась в библиотеку следить за Руки. Сегодня я должна узнать его расписание. Я села на корточки около двери, приоткрыла ее и увидела, что он сидит на кресле и читает. Он не должен меня заметить, иначе все закончится крахом! Я начала свою слежку.

***

Прошло два часа

***

      Книжный червь! Сколько можно читать?! Он листает эту несчастную книжку уже пару часов, скоро даже несчастный переплёт не выдержит такого напора. Да я за это время успею Фрейда "Введение в психоанализ" прочесть и смириться с многими почти догматическими утверждениями, которые держаться на соплях. У него что других дел нет? Я понимаю его любовь к знаниям, но в его руках подростковая мелодрама! Это вопиющей безобразие по отношению ко всему книжному миру!       Я сидела около приоткрытой двери, терзаясь безустанным ожиданием хоть каких-то действий от него. И вот, мои молитвы были услышаны — он встал.       Потрясающе, этот инвалид умеет ходить, а я-то думала он корни пустил, или же потерял ноги на войне с буквенным войском.       Я зяглянула в щель и увидела, что он идет по направлении к двери, то есть прямо на меня! Я рванула со своего насиженного места к углу коридора, в котором было довольно темно и где можно остаться незамеченной, по крайней мере по моим расчетам. Я присела и постаралась слиться со стеной, услышала приближающееся ко мне шаги. Я немного занервничала, но Руки не заметил меня и прошел мимо, сворачивая в другой коридор. Я отправилась за ним. Повернув за угол я врезалась прямо в его грудь.       — Зачем ты следишь за ной?       Паническая атака сейчас ни к месту, но она, увы, об этом не знает.       — Эээ~       — Я задал вопрос, — он уже начал закипать.       Повезло, что я не вижу его лица, так как все еще припечатана к его туловищу.       — Хотела узнать твое расписание..— я отстранилась и теперь стояла перед ним и сверлила взглядом пол, будто школьница, которая врезалась в учителя в коридоре, а теперь получает за это нагоняй, словно мелкий воришка, которого поймали на краже жвачки из ларька.       — Зачем?       — Да потому что ты вечно торчишь в библиотеке! Я даже почитать ничего не могу! Когда я туда захожу, то ты начинаешь испепелять меня взглядом! Думаешь можно сосредоточиться, когда на тебя постоянно смотрят?! — лучшая защита это нападение.       Все, что я привела в свою защиту было правдой. Я лишь умолчала о том, что в его присутствии не могу найти карту для побега. Совпадение стало то, что я подобрала правильные суждения, ведь они подействовали. Он взглянул на меня менее свирепо.       — Где Коу?       Этот вопрос поставил меня в тупик. Или он знает, где Коу и проверяет меня или не знает, но узнает как только я отвечу, не зависимо от того, совру я или нет. Я так сильно нервничаю, потому что если скажу, что осталась с Юмой, то потом буду избита дачником и стану удобрение в его теплицах, ведь его отчитает и Руки и Коу, если совру и скажу, что, например, сбежала от Коу, который сейчас в особняке, то он либо пойдет со мной искать его при условии, что он не в курсе местонахождения Коу, либо сделает со мной что-то невероятно жуткое за мою ложь. И в том, и в другом случае меня ждет немедленная расправа с запятнанной позором репутацией.       — Он ушел, — я опять повесила голову и решила давать локаничные, неясные ответы.       — Куда?       Я пожала плечами.       Руки глубоко вздохнул.       — С кем он тебя оставил?       — Юма, — от вопроса в лоб я увернуться не в силах, ведь в голове уже прикинула варианты развития событий и в том случае, где вру, последствия будут намного хуже..       Он посмотрел на меня как-то.. снисходительно?       — Пошли.       Он последовал вдоль коридора, а я удивленно поспешила за ним. Предвешаю беду, это ни к чему хорошему не приведет, но если бы я отказалась или просто убежала стало бы еще хуже.       Через некоторое время мы вошли в комнату, отличающуюся от других строгостью и гармонией. Ассоциация и её можно было описать, как изящество и роскошь, солидность и величие.       Спокойный стиль в обрамлении богатых декораций. Отделка исключительно в благородных тонах синего, серого и белого, композиция уравновешена и не перегружена декором. В интерьере прослеживается четкое зонирование на функциональные зоны. В глаза бросается строгая симметрия, созданная на фоне окружающего простора. Чувство свободы, создаваемое благодаря потолку выше двух метров. Основные атрибуты, присутствующие в помещении, – колонны с бронзовыми капителями и камин, гобелен с изображением кровавой сцены и настенная роспись, драпировка из качественных материалов, массивная люстра, раритетные картины, фестоны и прочее. Перегородки в доль стен украшены фризами. Мебель из натуральной древесины имеет четкие прямые линии, она кажется простой и строгой. Перила и стенки диванов инкрустируются вставками из ценных пород дерева.       Для отделки стен используется декоративная штукатурка со вставками дорогих виниловых обоев. На полу дорогой паркет из яра. Оконные блоки и двери сделаны из цельного массива. Это престижно и соответствует стилю.       Классицизм в интерьере говорит о респектабельности и высоком социальном статусе его владельца, а также о наличии утонченного вкуса. В таком интерьере гармонично сочетаются простые формы вместе с дорогой начинкой, поэтому его оценят, как любители роскоши и величия, так и те, которые больше всего предпочитают уют и порядок.       — Это твоя спальня? — без удивления, просто для ясности уточнила я, ведь догадывалась, что у него есть вкус, разве что сама комната слишком спокойная для его наклонностей.       — Да, — сухо ответил он.       Я подошла к окну, чтобы посмотреть на вид, который из него открывается. Не успев вникнуть в пейзаж, в отражении я увидела, как Руки подошел ко мне. Развернулась, но слишком поздно, он уже навис надо мной, из-за чего вспыхло чувство уязвимости, стало не по себе.       — Руки? — я хотела отойти, но путей отступления не было — за моей спиной лишь стекло.       Он оголил клыки, показывая свои намерения. Смиренно и разочарована я смыкаю глаза и слегка сжимаюсь. А что еще я могла сделать? Отбиваться? От сильного и высокого вампира-парня, который одним движением может отправить меня в накаут? Бесстрашие не синоним глупости.       Я готовилась к худшему, но ни укуса, ни острой боли не последовало, и я открыла глаза.       — Как же хочется тебя убить. Ты не первая игрушка Коу. Он надоел приводить сюда всё новых и новых. Если сломать игрушку, то ребенок прекратит показывать тебе их, — он все еще нависал надо мной.       От этих слов сердце пропустило удар, а кровь застыла в жилах.       — Надо отдать ему должное. Он всегда приводит только лучших. Ты такая шумная и грубая, но в тоже время не такая глупая и не дурна собой. Может мне не ломать куклу, а отнять ее? — он крепко сжал мою руку и прокусил запястье. В этот раз не так болезненно, как в прошлый .       — Как долго у вас задерживаются куклы?       Через минуту он отпустил мою кисть и ответил.       — Однажды он привел странную девицу. Она жила у нас месяц, а потом повесилась, — закончив фразу он пододвинул меня к себе и впился в мою шею.       История в лучших традициях ужастиков, не хватает только дополнения, что её призрак все ещё ходит по поместью, предостерегает и мучает новых жертв, и является жутким видением во снах своих ненавистников.       Весьма странно, что они похищали стольких людей, но я не слышала ни о каких пропажа без вести. Что случилось с их родными? Почему никто из их знакомых не задавался вопросом, куда они пропали? Быть может, Муками заметили следы, избавляясь от лишних свидетелей и подделывая документы, оправдывающие отсутствие людей.       Месяц? Слишком мелкий период, а ведь это самый длительный срок, который смогли вынести, пр чем их даже не убивали, они сами выбрали свою судьбу. В любом случае я не собираюсь уподобиться им. Самоубийство? Что за глупость? На что они рассчитывали? Закончить свои муки и слиться со вселенной? Или же они рассчитывали на перерождение? Как наивно и самонадеянно. Верой в бессмертие души люди лишь тешат свое эго и пытаются оправдать свою несостоятельность. В мире не существует ничего вечного. Даже наша вселенная где-то нашла точку отсчёта, хотя с этой теорией связаны анаооа*, взгляды различны, например, утверждению, что пространство находит начало во времени, противопостовляется то, что это несоизмеримые величины, не имеющие не начала, ни конца.       Я веду к тому, что слишком ценю жизнь и не обесцениваю переживания других, поскольку и сама переживала подобное время. Взять даже смерть моего друга, изнасилование. Это не проходило незаметно, я ощущала угнетение и даже глубокую депрессию. Никто не знает дату своей смерти и какой срок ему отведен, но когда я задумалась о совершении суицида, пришла к выводу, что трудности всегда будут преследовать нас в жизни и избавляться от них таким путем нецелесообразно. Я понимаю, что проблемы бывают разного характера, но все это лишь явления, феномены. Они безусловно оставляют отпечок на нашем сознании, но разум и душа суть разные вещи в моем понимании. Рассудок — симбиоз души и разума. Разум — мышление, воспоминания, переживания человека, грубо говоря, его переработка эмпирическиэ наблюдений и механизм их интерпретации. Но наша суть заключена в душе, которую нельзя затронуть физически, нельзя порвать или убить, её вы воспринимаем априорно, поскольку не можем проверить существование опытным путем.       Со всем можно справиться, главное — найти в себе силы двигаться дальше и бороться с жестокостью мира, доказать самому себе свою значимость и ценность, наполнять свою душу переживаниями, чтобы, отправляясь с ними на тот свет, ни о чем не жалеть. Душа слишком ценна, чтобы при событиях материального мира избавлять её от оболочки.       Стоит отметить, что я считаю людей, способных поставить точку в своей биографии своего рода смелыми, ведь они не знают, что их ждёт после, они могут лишь предполагать, но это все равно лишь плоды воображения. Поэтому их шаг в бездну неясности я утверждаю как проявление храбрости, но в то же время трусости, ведь они сбежали от проблем мира, окружающего их. Разумеется, я не стану говорить им это на смертном одре, да и вряд ли вообще смогу сказать им объективные, но негативные факты, поскольку слишком сильно понимаю их боль.