На что мы готовы

Сочинение на тему «Ким Намджун как пример для подражания» Намджун бы начал с того, что перечеркнул все, что идет после его имени. Хороший лидер? Может быть. Начитанный человек? Возможно. Уверенный в себе сексуальный парень? На сцене, наверное, да. А в жизни — неловкий Джун, неспособный даже принять ухаживания омеги, на секундочку, проявившего инициативы. Сложно сказать, когда это все началось, просто однажды: «Привет, я Сокджин. Я старше тебя, но не стоит формальностей, все равно ты лидер. Отлично пахнешь, что за одеколон?» И все. Ну, это был самый первый раз, когда Намджун совсем вовремя и совсем случайно удалился в туалет. Была б его воля — все время удалялся бы, вообще бы в этот туалет переехал, потому что это менее неловко, чем попытки проявить внимание к Джину. Он, конечно, проявляет. Но делает это предельно незаметно. Хотелось бы верить, что Ким старший хоть иногда замечает эти вот подкаты, потому что продолжает же разговаривать, намекать и все такое. Ой, Намджун в намеках очень плох, потому что или вообще не видит их, или видит всегда однозначно пошлые. А Джин бы пошло не намекал, он же такая лапочка, боже, Джун, какой стыд! — Джун, — младший подскакивает на диване, сразу же поправляя подушки возле себя. Зачем же так резко. — Так и знал, что ты в общаге. Если не хотел помогать мне с готовкой — можно было так и сказать, а не отмазываться! — Я не отмазывался! — натыкается глазами на грустно лежащий на столе блокнот. — Мы с Хоби были в студии и работали над текстом, я вот только пришел. — Только пришел? — Пять минут назад, хён. — Но Хосок-а помогает мне на кухне вместо тебя уже полтора часа. — Прости, хён, мне нужно в туалет, — лидер давит дружелюбную улыбку и, похлопав по плечу Сокджина, выскальзывает из гостиной. И чего этому Хосоку не сиделось в своей комнате пару часов? Киму неловко помогать на кухне, потому что… Да ясно же почему, руки не для готовки явно вылезали оттуда, откуда вылезли! Да, Джин все время порывается помочь, научить, но от этого только более неловко. Ким еще помнит то шоу, когда Ким старший пытался помочь ему с нарезкой: Джун до конца съемок не знал, куда своего восставшего ниже пояса дружка девать. — Господи, какой я извращенец, — ероша волосы на голове, тихо скулит своему отражению лидер, перед тем как покинуть ванную комнату. — Он возненавидит меня, если узнает… — Так ты знаешь что-то об этом, хён? — Намджун шарахается от внезапной встречи с Паком, хватаясь за свой свитер с левой стороны. — Чимин! Ты караулил меня возле туалета? — Нет, просто я видел, как ты бежал сюда, поэтому решил подождать. — Разве это не то же самое? — младший только пожимает плечами, жуя нижнюю губу. — Что-то не так? Чимин несколько раз вздыхает, но все же более-менее уверенно начинает: — Хён, меня беспокоят отношения Тэ и Чонгука. Понимаешь… Меня и раньше настораживало их отношение друг к другу, но… В последнее время Чонгук не приходит ко мне во время течки, уже два месяца как. А с Тэхёном они теперь почти все время, и Гукки ведет себя как-то более открыто… Я беспокоюсь, — честно выдает младший, поднимая глаза к лидеру. — Я не совсем понимаю, Чиминни, — мотает головой Намджун, усмехаясь. — Ты ревнуешь что ли? — Нет, хён, ты что! — возмущенно пищит донсэн. — Просто… — Разве это не хорошо, что у них всё наладилось? — Да, конечно, но… — Но? — Я переживаю, потому что… Ты ведь сам знаешь, что Чонгук не подпускал его к себе, когда у него течка, а сейчас… В общем, возможно, у Чонгука прекратилась течка — встретившись с непонимающим взглядом, Пак снова прикусил губу. — У него ведь сбой, такое вполне могло произойти. А у нас еще камбэк скоро, это большая нагрузка, и если у него… Я… читал на форумах, и… — Чимин, — рука лидера легла на плечо донсэна, поглаживая его большим пальцем. — Возможно… есть другая причина. — Например? — внимательно взглянул на хёна. Ким посмотрел по сторонам, неуверенно наклоняясь к сосредоточенному Чимину ближе. — Я думаю, что они просто начали жить половой жизнью, Чиминни, — лидер улыбнулся своим словам и покрасневшим щекам младшего. — Поэтому я не думаю, что у Гукки проблемы. — С чего ты взял, хён? — смущенный услышанным, а главное представленным, Пак пытается провести параллель, как старший смог сделать такие выводы. — Скажем… Я сам лично посоветовал ему заняться решением этой проблемы… Он, скорее всего, обдумал ситуацию. — Погоди, — машет рукой, — посоветовал Чонгуку… Ну… — Ситуация была подходящая, так что… — Ким потрепал Чимина по волосам. — Не переживай, найдешь альфу — будешь теперь с ним лежать, только в этот раз будешь в роли Чонгукки, — смеется. — Угу, как же, — надулся тот. — Контракт не позволяет. Чонгуку повезло, Тэхён же с нами живет, скрывать легче. — Чиминни! Вот ты где, а я тебя ищу. Намджун, читаешь лекции? Он плохо вел себя? Может, мне стоит наказать его в воспитательных целях? — с громким смехом появляется из-за угла Хосок, махая телефоном. — Я хотел украсть Чимина потанцевать в зал, или вы сильно заняты? — Да нет, мы как раз поговорили, — дружелюбно отвечает лидер. — Но как же ужин? — Я пропущу, Чим если захочет, то уйдет раньше, — подмигивает Хоби. — О, Намджун, тебе на ужине лучше не появляться, кстати. Я столько интересного о тебе узнал от злого Джин-хёна! Ким морщится под хохот бэндмэйтов, мысленно давая себя леща в очередной раз.

***

Нет, Сокджин вообще не злится. Во-об-ще. А что, есть повод? Игнорирующий его альфа — повод? Избегающий его альфа — повод? Нет, конечно. Повод то, что этого альфу зовут Ким Намджун. И Джину именно этот альфа, к сожалению, нравится. Ни один омега, наверное, так не проявлял свою симпатию, не хватало просто только прямым текстом признаться и все. Но какое-то уважение к своим чувствам быть должно же. Ким и так многое делает, хватит. — Вот и пусть сам себе готовит, раз даже помочь не хочет, сволочь! — выдает в сердцах Джин, и кусок морковки отлетает прямо в стену. — Ого, — проследив за полётом еды, реагирует Хосок. — Да ладно тебе, хён, может он устал просто. — От меня разве что, — тихо вздыхает старший, выкладывая на шипящую сковородку нарезку. — Чего-чего? — переспрашивает Чон, выключая воду и отряхивая руки. — Да вечно он уставший, говорю. — Ну, он же айдол, — смеется тот. — Только фанаты его и спасают от смерти от моей руки.

***

— На тебя я ужин не делал, что ты здесь делаешь? Лидер опускает голову ниже, пряча глаза от грозного и злого взгляда хёна, закончившего мыть посуду. — Джин, слушай… Прости, что не помог, я… — «Джин-хён» для тебя, где твоё уважение? Джун со вздохом поднимает глаза и морщит лоб. Сокджин всегда вспоминает о том, что он старший, когда сильно злится, и Киму неловко, что это из-за него. Но лучше же так, чем потом получить пощечину за внезапно вставший член, правда? — Сокджин, у меня были причины, поэтому я не помог тебе. Не нужно меня кормить, я просто пришел извиниться. В следующий раз я обязательно… — заученную фразу Намджуну договорить не дали. Ким старший подходит к лидеру вплотную, прижимая к кухонной тумбе, гневно заглядывая в глаза. — Ты каждый раз говоришь это, как же меня достало! Намджун сглатывает слюну, сжимая пальцами край столешницы. Лицо Джина так близко, что злой огонёк в его глазах отходит на второй план. — Джин, слушай… — Дело даже не в готовке! Неужели ты не понимаешь? Хотя, если говорить об этом, то ты редко помогаешь на кухне, но когда помогаешь, то меня там обычно нет. Слишком неприкрытый игнор, не находишь? Ничего он не находит, только теряет, свое терпение прямо сейчас. Ему уже медленно, но верно начинают передавать привет из ширинки, так что мысль о побеге в любимый туалет начинает казаться хорошей идеей. Но Ким же его даже слушать не захочет, черт, отойди и просто выслушай, будь человеком! — Джин, Джин, слушай, остынь, — младший кладет руки на грудь и плечи Кима, стараясь отодвинуть его подальше, а не думать о прекрасном теле под ладонями. — Остыть?! — Сокджин возмущенно сбрасывает его руки и кричит громче: — Да мне просто не понятно по какой причине меня игнорируют уже долгое время при первой же возможности, я имею право узнать, чем я такое заслуживаю, Ким Намджун?! Лидер все пытается перебить еще больше разошедшегося хёна, снова пытается отодвинуть, пока тот резко не замолкает. Как-то… Больше не хочется злиться на Намджуна. Почему-то хочется простить его и даже… поцеловать? — Джин? — у Кима округляются глаза, когда он видит растерянный взгляд прямо на себя и в голову гвоздём вбивается запах клубники. « — Нет, нет, нет, блять, — кричит мозг лидера. — Надо просто уйти сейчас, просто бежать. Беги, давай, Ким, беги сейчас! Или… Может, ему нужна помощь? Принести ему блокаторы? Или воды? Или бежать?!» — Намджунни… Мне кажется, — Ким кладет свои кисти поверх Намджуновых на своих плечах и быстро облизывает губы, — что у тебя есть возможность извиниться… Большой процент, что я прощу тебя. Особенно если большим окажется не только процент, а и… — Мне нужно уйти, хён, это срочно! — Ким ошалело отталкивает старшего, больно ударяясь возбужденным большим «не процентом» о бедро Джина, и спешит скрыться в проеме, напоследок крикнув «Я видел блокаторы на холодильнике, если что!» Сокджин, тяжело дыша из-за течки и гнева, хватает с холодильника таблетки, быстро запивая одну.

***

— Еще немного и Джин бы перестал со мной разговаривать в принципе, если бы я воспользовался волной его слабости, — возвращается Намджун к диалогу с зеркалом, пытаясь отдышаться. — Лучше пусть злится из-за того, что я его «игнорирую», чем из-за того, что я его изнасиловал. Джун умывается холодной водой пару раз перед тем как осмелиться покинуть привычное убежище. И чего он не может проявить свои чувства нормально, а не возбуждаться постоянно, как школьник? Омегу нужно окружать романтикой, а не спермотоксикозом.