Ты нужен мне

***

Рид с наслаждением вгрызся в мягкий пончик, довольно откидываясь на стул и отхлебывая горячее какао. Не слишком приторная глазурь и напиток, приемлемая цена, отдых, приятная обстановка — и все было бы просто прекрасно, если бы в этот момент на него чуть ли не взахлеб смотрел андроид. Гэвин готов был поклясться, что тот сканирует его каждую миллисекунду и совершенно не желает прекращать это делать. Рид, конечно, ебал все это во все щели, потому что этот пластиковый мудак заебал такими выходками настолько, что он готов был самолично вызвать специалиста из Киберлайф за свои деньги, только пусть эту жестянку починят. Но в такие моменты Гэвин заглядывал в глаза Ричарда и видел на их глубине что-то опасное, темное и убирал свои мысли глубоко под замок. Казалось, что стоит ему показать спину, как на него накинутся, вонзят клыки (мой-мой-мой) и больше никогда не отпустят. Будут ластиться, как преданный пес, будут постоянно вдыхать естественный запах, требовать большее. И Гэвина это пиздец как пугало. И он очень надеялся, что ему все кажется. Потому что, блять, что? Рид, успокойся, у тебя паранойя и обычный недотрах. А это лишь тупая машина, несуществующее, неживое, вызывающее от зависимого взгляда только тупую злость. Но признайся, Гэвин, тебе же понравились его прикосновения? Детектив одним глотком осушил стакан, с шумом поставив его на стол. На кончиках пальцев осталась глазурь, но использовать обычную салфетку он почему-то не хотел, так что, оглянувшись и удостоверившись, что на него никто не смотрит, Рид начал слизывать остатки. Да похуй ему, что сейчас он показывал поведение ребенка, между прочим, на четвертом десятке жизни — со всем этим стрессом и постоянной навязчивой мыслью, что за ним следят буквально везде, было не можно, а нужно. Но Гэвин забыл об одной такой малюсенькой детали. Когда детектив услышал какой-то непонятный звук со стороны сидящего как прилежный сынок, то поспешил оторваться и взглянуть на происходящее. Зря он, блять, не использовал старые добрые салфетки. Будь Ричард человеком, то Гэвин бы сказал, что на него сейчас смотрят, как на самый вкусный кусок мяса из вообще существующих. Андроид вдруг резко вытянулся, словно струна, и с силой сжал скатерть, едва не двигая ее на себя. Затем нагнулся вперед, будто желал разглядеть все получше, а губы того приоткрылись, как бы он хотел что-то сказать — или вонзить клыки? На дне же вытянувшихся зрачков был такой бешеный огонек, что коснись Рид вот чисто случайно RK900, то тот сиюсекундно накинется, как изголодавшийся пес на кость. И это было пиздецки страшно. — Слышь, ты там не сломался случайно? — хрипловато выдохнул он, инстинктивно отодвигая стул, однако в этот же момент Ричард повторил то же самое, только приблизился и чуть привстал, словно хищник готовился накинуться на свою добычу, но его что-то сдерживало. Так. Ему одному это кажется ненормальным? — Ричард, твою мать, приди в себя! Совершенно никто не обращал на это внимания — все люди были заняты своими делами. Гэвин было поднял руку, чтобы пощелкать перед остекленелыми серыми глазами, но тут же опустил конечность обратно, потому что андроид впился в нее, словно хотел просверлить дыру. — Ну нахуй, я пошел, — на душе стало как-то стремно, а пальцы впились в ладонь полумесяцами, как бы сдерживая какой-то порыв. Однако стоило Риду подняться, как RK900 резко пришел в себя — глаза вновь вернули свое равнодушное отношение ко всем окружающим, тело расслабилось, а сжимающие едва не до скрипа скатерть ладони приняли свое привычное положение на коленях. Вот только взгляд все так же не отрывался от него. — Прошу прощения, детектив. Это одно из влияний девиации, — холодно ответил тот. Рид и сам в этот момент как-то с облегчением выдохнул и вновь уселся. — И что, долго так будет? — незаинтересованно спросил Гэвин, откидываясь на стул и складывая руки на груди. На это Ричард почему-то впервые за все время отвел взгляд, но твердо проговорил: — Да. Серые глаза вдруг потемнели, а губы сложились в какую-то опасную усмешку, которую Рид не заметил, ибо, ругаясь под нос, стряхивал с одежды пудру от пончика, что не заметил ранее. А Ричард все проигрывал в памяти, как Гэвин облизывает кончиком языка собственные пальцы, как прикрывает глаза, отдавая все свое внимание очистке. Как ему невыносимо хотелось в этот момент, наплевав на свидетелей, притянуть детектива к себе, сжать рукой волосы, чуть откидывая голову назад, и поцеловать, больно потянув за нижнюю губу зубами. Кажется, тириумный насос выходит из строя, потому что не должен так сильно и отчаянно перекачивать тириум, врезаясь в искусственную грудь и почти пробивая ее. 13:12. Мне нужно, чтобы вы были всегда рядом. 13:12. Сообщение удалено.

***

Гэвин устало вздохнул и потер болящую от долгого и неправильного сидения шею. Он писал этот ебаный отчет несколько часов подряд, ибо деталей, как оказалось, было слишком много, а расписывать он их особо не умел, потому и так долго сидел в одном положении. Просить жестянку ему помочь он ни в коем случае не хотел — та была занята чем-то, о чем говорил постоянно переливающийся желтым диод. Рид очень надеялся, что его андроид не ломается еще больше, потому что, мало ли, вдруг превратится в кого-то похуже. Участок, кстати, практически опустел, так как рабочий день уже закончился. Только Коннор туда-сюда ходил да зачем-то поглядывал на Рида, нарываясь на очень уничтожающий взгляд со стороны детектива и предупреждающий от самого Ричарда. А Андерсон, как назло, где-то шатался. Забрал бы свою псину и сделал бы ему одолжение, так нет же. Вновь вздохнув, Рид потер болящие веки и закинул ноги на стол — все равно Фаулер уже ушел, а на замечания других ему было похуй. — Детектив, вам сделать массаж? От неожиданности едва не навернувшись со стула, поначалу ошалев, Гэвин повернулся на звук и увидел стоявшего RK900, что смотрел сверху вниз. Уже готовясь послать того в известное всем направление, Рид призадумался и скинул ноги со стола. А когда ему вообще кто-либо делал массаж? Ничего же не случится, если он позволит роботу его сделать? Они же во всем идеальные, блять, хотя как-то детектив сомневается, что андроид-детектив мастер во всем этом. Да и, тем более, плохо от этого вряд ли будет, а если и тот налажает, то у Гэвина будет повод для новых шуток. — Валяй, — вяло махнул рукой он, не зная, что время его копания в мыслях Ричард сканировал его эмоции и почти что, не сдержав себя, потянулся, чтобы провести пальцем по загривку и ущипнуть. RK900 хотел увидеть, как от самого эпицентра у детектива пробегут мурашки по всему телу, а сам он выгнется навстречу прикосновению. И глаза. Он хотел, чтобы Гэвин смотрел непоколебимо, бесстрашно. Так, как он ведет себя в обычной жизни. На удивление, первое касание Рид почти не ощутил — настолько оно было легкое и осторожное. Однако стоило Гэвину расслабиться, как андроид продолжил свои движения куда увереннее и даже лучше. Он едва не кайфовал, удерживая порыв тихо простонать сквозь зубы. Ну нет, пусть и жестянка делает массаж настолько охуенно, что член начинает медленно твердеть, Рид все равно не позволит себе такое. — Блять, признаю, от тебя есть толк, — из уст самого детектива это было едва не самым лучшим комплиментом. Когда Ричард будто бы нехотя прекратил свои действия, Рид повертел уже не болящую шею и довольно хмыкнул. Надо же, какое приятное завершение рабочего дня. И никто этого не видел, что просто прекрасно. А Ричард смотрел на собственные ладони и не понимал, почему те немного дрожат у того, кто в принципе не может вызвать такую реакцию. Потому что машина, пластик, неживое, но и не мертвое — так бы сказал Гэвин, а слова Гэвина для него теперь имеют большое значение. Ричард же считает себя… Себя… Он… Рид, поющий себе какую-то незатейливую мелодию под нос и собирающий вещи, не заметил, как RK900 непонимающе нахмурился, тусклые глаза впились в некотролируемо дрожащие руки, а диод из цвета солнца на миг полыхнул алым. 19:03. Я — живой? 19:04. Гэвин, ответьте, прошу. 19:05. Гэвин? 19:08. Почему вы так сильно нужны мне? 19:08. Сообщения удалены.

***