Ты нужен мне

***

Со временем Гэвин стал замечать за собой нечто странное. Раньше, если бы Ричард не отрывал от него взгляда слишком долго, то он бы стал огрызаться, как псина и требовать прекратить, что в итоге, конечно же, тот делать не прекращал. Но совсем недавно Рид, оторвавшись от дела, лишь нахмурился и посмотрел в ответ на явно задумчивый взгляд, у, минуточку, машины. И не только смотрел, но и стал рассматривать. Оказывается, у RK900 есть родинки. Не слишком заметные, но их не мало. Глаза вот слишком светлые, зрачки на фоне радужки кажутся самой черной кляксой, видимо, недоработка Киберлайф. А когда он чем-то сосредоточен, то почти незаметно хмурит брови — появляется едва видимая человеческому глазу морщинка. Но Гэвин видит. И не понимает, почему не только не перестает находить что-то новое, не только не выкидывает из памяти сразу же, а и вправду думает об этом не то что бы часто, но… Да. Блять, он действительно думает об андроиде часто. У Рида что, поехала башка или он сломался? Потому что Ричард точно сломался. Нет, его скорость и работоспособность не уменьшилась ни на сколько, просто… Вот в один момент тот может все так же сканировать его, а в другой уже как-то болезненно и непонимающе отшатывается, а на дне расширенных зрачков явно читается вопрос. Но Гэвин тоже не понимает, что, блять, происходит. Точнее понимает слишком хорошо, но не хочет признавать. Новые и купленные RK900 ручки пишут просто идеально, но Гэвин почему-то хочет сломать их всех и кинуть в лицо до ужаса тупого, несмотря на многочисленные знания, Ричарда. Потому что надоел, потому что бесит, потому что вызывает то, что вызывать не должен. В выходной день Гэвин запирается на все замки и вырубает к херам телефон. Покупает себе бутылку пива и пачку недорогих сигарет. На кассе Рид рассматривал последние слишком долго, от чего какая-то бабка стала на него орать. Не курил, наверное, уже лет шесть. Да и сейчас, честно говоря, не было желания, просто… Если было бы сейчас все так «просто», то Гэвин не занимался бы самокопанием и стоял на балконе в легкой футболке в минусовую температуру. Не смотрел бы на огоньки Детройта в темноте еле работающего фонаря — не слишком благополучный район — не сжимал бы в замерзающих пальцах сигарету, так и не решаясь зажечь. Не хотел бы, чтобы Ричард пришел, присутствовал, был рядом. Рид тянется за бутылкой пива, стоящей на полу балкона, вытаскивая из кармана домашних штанов телефон. С минуту тупо глядит на черный и потрескавшийся экран, по которому то и дело пробегает свет от огней города, а затем включает его. На заставке на него смотрит случайно сфотографированный Ричард, который в этот момент задумчиво оперся локтями на стол и смотрел в экран терминала. Совсем как человек. Дожился, блять, Гэвин, ничего не скажешь. Но Гэвин хочет. Хочет говорить много, с матами, путаясь в словах и от самого сердца. Ибо по-другому не умеет. Не научили. Было некому. 03:01. Эй ведро хочеш я тебя тебя Рид пиздецки пьян от одной бутылки — никогда не умел пить. 03:02. Детектив, вы пьяны? Гэвин ругается, когда зажигалка не поддается с первого раза. Ругается, когда огонь задевает его кожу и он от неожиданности роняет зажигалку с третьего этажа, благо, что выключенную. Ругается, потому что Ричард не приходит. 03:03. Детектив? 03:03. Я определил ваше местоположение. Я приеду. О как умеет. Будущая технология, конечно, что надо — и умная, и охуенно красивая. Гэвин давится дымом и слеповато пялится в экран — буквы пляшут, как под наркотой. 03:06. Себ я возьми, бля ты тупойкак и я Рид почти не соображает, что, собственно, пишет. Глаза, сука, слезятся от дыма, а грудь ходит ходуном от кашля. И он очень, очень пьян. 03:06. Я уже еду, детектив. 03:09 Бип бип машинаа, не упад и с балкона, а то 03:10. Детектив? 03:11. Гэвин? 03:11. Я уже рядом, только не 03:11. Сообщение удалено.

***