Береги честь с Новой

Стоило закончится дню с его согревающими солнечными прикосновениями, как морозной хваткой вцепилась ночь. Середина весны не делала сюрпризов, и эта обыденность особенно радовала. Луна натерпелась непредсказуемости в Кровоточащих горах. В роще Селемине серебристый ночной свет светил ярче, чем где-либо ещё. Даже Сияние Айсрека многие именитые путешественники в своих заметках ставили ниже, признавая безоговорочное превосходство за лесами Храма. Взойдя на каменистую вершину, Луна спешилась с Новы и встала на выступе, надменно сложив руки за спиной. Белое сияние горизонта сходилось с озёрной гладью, отразившую в себе серебристую тропу ночного светила. Хотя лунный свет изумительно ярко озарял подолы гор и широту полей, безграничные лесные чащи продолжали прятать в непроницаемых тенях неисчислимые опасности. Поэтому дозор был так важен и сложен – брехливый страж легко позволит проскользнуть угрозе, затаившейся под покровом древних кронов. Верхом на Нове Луна пробиралась в дебрях: собственная чуткость и подаренный Богиней ночной взор не давали себя обмануть. Если поодаль надеялся спрятаться незваный гость, он был тут же обречён. Едва этому мешала раздражительная пульсация в висках, давшая о себе знать спустя часы дозора. Луна узнавала многие тенистые тропы, пролегавшие в глубине леса, и ясно помнила, какая приведёт к храму, а какая – к обрыву в каньон, служивший границей с одним из анклавом эльфов, постоянным источником остроухих проблем. Но весь огромный лес знать наизусть не мог даже тот, кто родился здесь и прожил сполвека – для таких тоже в самых тёмных дебрях и беспросветных ноголомных пещерах кроются различные загадки. Сейчас, когда звуки проносились в ушах с мерзким отзвоном, Луна избрала дорогу, ведущую на заросшее полынью поле. Она, как и Нова, заслужила отдых, после того как пять беспрерывных часов, до боли в голове, заботилась о неприкосновенности рощи. За эти пять часов Луна успела подышать и хвойным воздухом бора, и лёгким воздухом гор, и солёным воздухом на озёрном берегу. Столько мест, и едва ли это была половина территории Святилища. Но когда в одну ночь за Храмом надзирает полтысячи солдат Ордена Тёмной Луны, его охранение не кажется столь непосильной задачей.  Об этом небольшом поле мало кто знал. К нему вела неочевидная тропа, а каменные залежи казались логичным тупиком, но однажды Нова показала, по каким надёжно стоящим камням надо забираться, чтобы вскарабкаться наверх и увидеть небольшое поле, с других сторон окружённое лесами, глуби которых никто в здравом уме не осмелился бы пересекать: то была территория василисков - тварей с каменной шкурой, убийственным колдовским взглядом и плевком, разъедающим человеческую плоть в считанные секунды. Только добравшись сюда, Луна посчитала себя вправе снять шлем и, усевшись под широким высоким стволом старого дуба, поставить его рядом. Она сразу нашла те корни, на которые привыкла опираться спиной и ногами, чтобы расслабиться и подремать. По крайней мере, Луна привыкла ненадолго погружаться здесь в неглубокий сон на треть часа, но теперь её секретное место для отдыха не несло покой. Пожалуй, это можно было сказать о большинстве героев - сейчас они редко видели сны, которые бы не переносили их обратно в Кровоточащие горы. Было тяжело жить по-прежнему, нося в памяти собственные смерти, зверства и уничижения на службе у мастеров разума. Луна тщетно надеялась всё это забыть, верно погружаясь в службу душой и сталью. Может, дело даже в том, что ей не хватало веры. И в светлое будущее, и в Селемине. Луне было спокойно в Серебряном лесу, но, пусть она запретила самой себе жаловаться, ей всегда чего-то не хватало. Но она продолжала настаивать, что почёт главы ордена и жизнь в священной роще - это даже сверх того, что она на самом деле заслужила. У неё появился дом, который она может назвать родным. Хотя в глубине души он и продолжал казаться чужим. Продолжая лежать с запрокинутыми за голову руками, Луна нахмурилась. По её подсчётам, прошла уже половина перерыва, а она всё мусолила в голове вещи, на которые не могла повлиять. Если бы она постоянно предавалась сожалениям, а не браковала их как слабость, то не достигла бы и половины славы прошедших лет. Оставшееся время она потратила на то, чтобы смести из разума бесполезные размышления, после чего безэмоционально смотрела на ночное небо, которое в тандеме с серебряным светом выливалось в насыщенную палитру голубых оттенков, усыпанных белыми звёздами и оглаженных зелёно-пурпурным сиянием. Головная боль отчасти улеглась, но хотелось поскорее закончить с сегодняшним ночным дозором и поспать полноценным сном. Встав и потянувшись, Луна кивнула Нове; кошка поднялась с травы. Они вернулись обратно, на маршрут патруля. Луна объездила ещё с полдюжины полей и холмов, вопреки сверлению в висках продолжая сохранять сосредоточенность и бдительно подмечая даже каждого пролетевшего мотылька. Уходя с последнего для обзора поля, Луна сочла свой долг выполненным. Теперь она на Нове примчалась к храму. На пруду, сияя луной как ореолом, возвышалась святыня Богини. Лёгким свечением отдавали лотосы, беззаботно плавающие в воде. За закрытыми дверями Мирана сейчас вела служение. Но Луна этой ночью уже отпела восславление Селемине, с элитой ордена за спиной. Сейчас же её дорога лежала к храмовой библиотеке. Луна широко открыла дверь и ступила на порог. Клеон, чья физиономия возмущенно высунулась из-за свитка, уже собирался отсчитывать захожего за манеру входить без стука, но при виде главы ордена Тёмной Луны хроникёр тут же стушевался и встал из-за стола, отдав кроткий поклон. Луна, притворившись заинтересованной в заставленных манускриптами полками по всему залу, медленно поворачивала голову от одного к другому, пока ступала к столу хроникёра. Она заняла место по ту же сторону узорчатого мраморного стола, оставив расстояние в каменный стул. Луна не любила сидеть впритык. - Да пребудет с Вами благословение Селемине, командир Луна. - Да пребудет с Вами благословение Селемине, Клеон Летописец. Хроникёр открыл страницу и прописал сегодняшнее число. Луна мысленно приготовилась отвечать на дурацкие вопросы. Одни и те же и всегда поочерёдно. Она бы предпочла дать их все сразу, но тогда Клеон ворчал, что не успевает вырисовывать своим аккуратным отточенным почерком свои изящные буковки. Раньше Луна, как и Мирана, делала заметки сама, но ввиду отсутствия должного образования, из-под её руки выходили каракули, чья расшифровка усугублялась постоянными орфографическими и грамматическими ошибками. Когда аколиты почти вырвали все свои волосы в попытке переписать ежедневный отчёт, Мирана поняла, что Луне нужен помощник. Ну конечно!.. У самой принцессы никаких проблем с её мелким изящным почерком не было. - Итак, опасных встреч не случилось. «Ты бы о них точно узнал по крови на моих доспехах» с раздражением подумала Луна. Этот открывающий вопрос щелчком побуждал необоснованную агрессию. - Нет, - пропустила она сквозь зубы. - Откуда дул ветер? - С Запада. Умеренный. - Птицы низко летали? - Обычно. - Было что-то примечательное? - У входа в ареал саламандр валялся потерянный ботинок. Перо энергично ходило по пергаменту. Луна знала, что Клеон мог просто переписать сведения из прошлых дней, но ему, видать, было скучно сидеть одному. Да и чего бояться тратить её время - он ведь не её подчинённый, чтобы за это потом поплатиться. Луна бы отнеслась к этой процедуре терпимей, но вся эта бесполезность даже не будет переписана в конечный вариант Хроники. - Уровень воды в заливе? - Не вышла за линию, - бормотала Луна, оглядываясь по залу, по которому отдавалось её эхо. После ещё ряда нудных вопросов о состоянии леса Луна и Клеон выразили друг другу неискреннюю благодарность, после чего она смогла ступить за порог библиотеки. Небо уже начинало светать, самые тёмные синие оттенки исчезли. Луна особо не заглядывалась, больше смотрела под ноги. Монотонный опрос в библиотеке нагнал тяжкую дремоту. Луной овладело неутомимое желание нормально прилечь, сомкнуть глаза под тёплым одеялом в безмолвной тишине. Но энергичный зов издалека вызвал подозрения. На горизонте из леса выбежал дозорный. Предвещалось худшее разочарование. Когда ты почти добрался до долгожданного отдыха, но кто-то резко дёргает тебя за цепь, вдруг оказавшуюся вокруг твоей шеи, и тащит прочь. - Капитан! - воскликнул дозорный, остановившись в сажени и борясь с нехваткой дыхания, - на наших владениях охотится группа эльфов среднего размера. Ну конечно. Эльфы. - Во-первых, не капитан, а командир. А во-вторых, вы без меня не можете их поймать и прикончить? - сварливо отозвалась Луна, буравя взглядом опешившего дозорного. - Н-ну, сегодня на смене новобранцы. Луна повела плечами, делая глубокий вздох. Прочие вопросы излишни. Она свистнула в два пальца, призывая Нову. Вот она тоже обрадуется продолжению дозора. Невольный гонец остался поспевать позади, пока Луна искала отряд в глуби восточной рощи. Не лучшее место для встречи, за неимением каких-либо крупных урочищ. Оказавшись в заросшей от и до деревьями местности, Луна сняла перчатку и издала двойной свист. Со стороны, заместо ответного, энергично раздались голоса: салаги и правильно отозваться не могут. Подобные открытые перекрикивания делают их легкой мишенью для остроухих. Луна на Нове перепрыгнула через кусты, и её уже ждали замявшиеся салаги. На секунду выдалось неловкое молчание. С испугом посмотрев на главу Ордена, опешившие дозорные перешли к докладу. Вернее, один самый смелый. - Мы ходили по лесу у ущелья, осматривали там. Как заметили шелест листвы, а меж ней что-то прыгнуло. Я и Кер хотели побежать следом... - Сколько. Куда. - Штук пять, шесть, семь, не больше. Где-то вон там. Дозорный показал на "вон там" - весь простор леса. Луна обвела салаг взглядом. - Не стоите, рыщите, - властно бросила она, направляя в то же время Нову на поиски, - займите позиции у анклава! Как только они оказались отделены, Луна дала Нове принюхаться и уловить запах эльфов, если они здесь были. Наверху ветки не выглядели надломанными, бережность остроухих к зелени сильно мешала взять след, в принципе делала это невозможным без храмового питомца. Нова издала низкий рык в ожидании одобрения на выдвижение. Хотя кошка и понимала намерения Луны, она из уважения всегда ждала команду. Которую Луна тут же дала. Она не пыталась ехать тихо. Ведь это эльфы должны бояться, а не Орден. Нова стремительно мчалась на запах, минуя кусты и деревья, что проносились вплотную. Ночное зрение разоблачало ветки, норовившие врезаться в лицо. Луна не раз пригибалась под ними, при этом исподлобья продолжая хищно смотреть вперёд. Вскоре она увидела, как вдали пошатнулся крон высокой липы. Оттого она дала добро Нове бежать ещё быстрее. Эльфы уже наверняка их заметили. Тем лучше - они обычные охотники, а не бойцы. Легко поддаются панике. Луна целеустремлённо выжидала первую осечку. Эльфы попытались перескакать в сторону, где лес начал идти вниз по склону и наземная дорога сулила быть обрывистой и ненадёжной. Но Нову это не остановило, она увиливала от каждого встречного дерева и цепко держалась на лапах, едва ли отставая от эльфов. Жизнь в лесах одарила их недюжей выносливостью, но они уже справлялись с прыжками хуже и хуже. Видимо, давно так скакали, только за чем? Едва Луна об этом подумала, как Нова зарычала, давая знать, что учуяла что-то ещё, что-то ей по природе враждебное. Эльфам переставало везти на близкостоящие деревья. Впереди предстоял длинный прыжок с ветви на ветвь. Луна изготовила глейв, и когда она настигла ту пропасть для броска, первые трое уже перескочили. Пока она замахивалась и целилась, перелетел ещё один. И брошенный глейв скосил последнего. К тому моменту как мёртвый эльф свалился на землю, глейв уже давно вернулся в руку, по велению навыка и крупицы лунных чар. Отлов эльфов редко сопровождался судом - они не чтили волю Селемине, а потому заслуживали смерть на месте. Впереди был эльфийский анклав, где они, ожидаемо, пытались скрыться. И какую бы Луна устроила взбучку отряду, если бы не застала его впереди с натянутыми луками и пиками наизготове. Они держались прямо по курсу остроухих. Пара эльфов пыталась пересигануть прямо через них, за что под предостерегающие крики собратьев были пойманы на пики и грубо сброшены на землю. Оставшиеся наверху, под прицелами луков наизготове, о побеге бросили думать. Переглянувшись, они беззащитно подняли руки и спрыгнули на землю. Дозорные сузили круг, и двое из них резко стукнули эльфов по затылкам, заставив упасть на колени. Луна воззрилась на них в ожидании объяснений. Эльфы смолчали, из своей эльфьей упрямости и чувства несправедливости. Никак не могут смириться, что это не их территория. - Убейте уже нас, - наконец под гнётом безмолвия заговорил эльф. - Что вы здесь забыли? - твёрдо спросила Луна. Обычно эльфы приходили сюда за дичью и травами, но в этот раз они преследовали иные цели. Эльфов было в два раза больше, чем обычно, и эти не оставили ни одного подстреленного животного. - Да какая уж теперь разница, делай своё дело, вы же у Селемине привыкли исполнять, а не задумываться, - до смешного привычные слова из уст юного пылкого эльфа. Сородич постарше вёл себя сдержанней. Луна была слишком усталой, чтобы долго вести переговоры. В невозмутимое лицо эльфа невозмутимо устремился невозмутимый кулак, отчего хрустнула носовая перегородка. Вокруг рта потекла кровь. - Мы-то своё дело сделаем, - задрав подбородок, сделала шаг вперёд Луна, - но от вашей прилежности зависит, насколько быстро и безболезненно. Даю вторую попытку ответить внятно. - Вам нас не запугать, - продолжил театральничать эльф. Луна с разочарованием подошла к нему за спину и пинком заставила поцеловать землю. Эльф успел выставить руки, но всё равно был прижат. Луна присела, продолжая стоять одной ногой на позвоночнике. В то время как дозорные схватили пытавшегося вмешаться старшего эльфа, Луна достала из-за пояса серебряный кинжал и стянула перчатку. При всём умении орудовать глейвом, Луна нуждалась в более манёвренном оружии. В этом была своя забава - пытать эльфов трофеем, который некогда принадлежал им. Луна схватила его запястье и кончиком рассекла кожу мизинца. Пока что эльф стерпел. Луна пробралась пальцами в разрез, ногтями под кожу и потянула, медленно и бесцеремонно. Вот здесь у мальца выступили слёзы, и проскулил непротяжный стон. Луна, соблюдая в меру медлительную болезненность, продолжала сдирать кожу. Было мало времени, и все эти пытки не доставляли удовольствия, только служили средством. Уши заложил вопль эльфа, отчаянно пытавшегося выползти. Но подошва только тяжелее легла на его спину. - Ты что-то хотел сказать? - Луна чуть вынула кинжал. Эльф ещё пару секунд приходил в себя. - Хорошо-хорошо, - сдался он, - мы заметили зверя у нашей деревни. Захотели поймать. Выслеживаем уже два часа. Луна изогнула бровь. - Зверя? - только отлова ей не хватало, - вы сейчас подохли из-за зверя? - Ну конечно, вы... - эльф опять попытался выразить презрение, но углубившийся в ладонь кинжал его заткнул. - Что за зверь? - Я сам не видел, это Айрнил охотился и увидел, как он разрывал кабана. Говорит, огромный волк. Луна встала с эльфа, вытерла окровавленные пальцы и лезвие кинжала о его тунику и вернула кинжал в ножны, теперь поняв, что заподозрила Нова. Вспомнив об обмене актами милосердия, Луна оказалась в смятении, побуждённом сопутствующими кошмарами о Кровоточащих горах. Она ненавидела всё, что связано с теми днями слепого блуждания в крови. Почти всё. Кроме минуты, когда между врагами промелькнула человечность. - Командир, их прикончить? - раздался из-за спины вопрос. Луна уже залезала на Нову. Ей тем более была безразлична судьба остроухих. - Аид с ними. Она без понятия, как дозорные поняли приказ. Вскоре они оказались далеко позади вместе с эльфами. Луна с куда большим вниманием смотрела вперёд, доверившись нюху Новы. Прошло ещё полчаса. Солнце давно встало из-за горизонта и уже вовсю освещало землю. Лес стал хорошо видим. Кустарники с маленькими пропитанными яркостью солнца листками, размашистые дарящие длинную утреннюю тень кроны, светло-коричневая земля. Это всё так приелось глазам, и среди проснувшегося леса себя выдало тёмное шевеление впереди. Зверь выделялся цветом шерсти. Она снизу чернее, чем у любого другого волка, а по спине и морде шла красная, в этом сочетании демонически огненная. Луна не могла бы это увидеть сейчас издали на Нове, в голове сам во всех подробностях явился облик. Подсознательно он нёс смерть, речь о ней заходила при каждом столкновении на поле Древних. Волк давно знал об их присутствии, но только заметив воочию, остановился. Луна, не расставшись с глейвом, слезла с Новы и пошла навстречу. Хотя оборотень и не показывал враждебности, до сих пор от одного его вида был будоражащий осадок. Он уселся посреди тропы, вокруг завитал тёмный густой туман. Луна настороженно выставила ногу в боевую стойку, но успокоилась, поняв, что то была только трансформация. Перед ней уже стоял человек - тот, который сохранил ей жизнь. Оттого Луна меньше думала о дурном и собиралась спокойно поговорить. Она приблизилась, сохраняя во взгляде холод. - Здравствуй, - с зеркальным холодом поздоровался оборотень. Он не ждал гостеприимства, - я только искал дорогу. - Через анклав? - Луна усомнилась в его разумности. Даже говорить не хотелось, сколько желавших "срезать дорогу" пали жертвами василисков, саламандр и пещерных троллей. Весь Серебряный лес не знали даже его обитатели. - Я не ожидал, что это вылилось в неприятности. Впредь буду осмотрительней, - прагматично ответил оборотень. Да, он просто заблудился. Однако оттого Луна не могла на то закрыть глаза. Своим людям она ещё могла бы сказать, что упустила зверя, однако даже столь безобидная ложь была недопустима для Ордена. Как только пойдёт молва, якобы Луна не справилась с чьей-либо поимкой, жрицы начнут допытываться до объяснений, а если найдут их неубедительными, вмешаться может сама Селемине. А от неё так просто не укрыть правду - земными или неземными путями она её увидит. Луна досаждённо посмотрела на оборотня. - Так просто уйти ты уже не сможешь. Ты привёл эльфов, а провокация тяжко осуждается в храме. Это беспорядок в рядах, возможное отвлечение от защиты. Оборотень о чём-то угрюмо подумал и, сложив руки, сделал шаг назад. Он догадывался о суровых законах Серебряного леса. - И что мне за это грозит? - он продолжал держаться на расстоянии и отступать, не давая встать ближе. Луна тяжело вздохнула. Пусть этот зверолюд и не желал сотворить зла, суд храма един для всех. - На моей памяти, в лучшем случае за "раздор" отрубали руки, - ей не доставляло удовольствия сообщать о приговоре. Изнутри грызла досада, ведь оборотень того явно не заслуживал. Пусть и проявил крайнюю тупость, пересеча анклав. Оборотень напрягся. - Значит, вот так? - он всё ещё колебался, не веря, что так легко испортил себе жизнь. Луна была согласна, здесь и не пахло справедливостью. Они сохранили друг другу жизнь по одному разу. Луну настигло смятение. Она не желала снова брать судьбу оборотня в свои руки. Однако храм, куда она должна привести его в кандалах, стоял превыше собственных желаний. Луна придумала подобие выхода, позволяющее взять на себя меньше ответственности. И в таком случае всё должно произойти хоть на каплю честно. Если судьба существовала, то она, видимо, предначертала им сразиться насмерть, но в первые два раза её планам помешали Древние. - Вот что я скажу, - со сталью в голосе заявила Луна, - Я даю тебе право на поединок. С меня не будет спроса за твой уход, только если ты сделаешь это через мой труп. Однако, если ты проиграешь, то нападение на главу карается безоговорочной казнью. Оборотень на время застыл в озадаченности. По всей видимости, искал подвох. Сделав в уме какое-то заключение, многозначительно поднял взгляд. - Оно того не стоит. Луна показала Нове свою ладонь, давая команду не вмешиваться. - Это уже не тебе решать, - сурово посмотрела она оборотня. - И почему храмы ещё не узнали про существование смягчающих обстоятельств... - пробормотал оборотень. - Не согласен - защищайся, - бросила Луна, занося глейв. Лезвие со стальным отзвуком встретило сопротивление. Этот звон послужил объявлением о начале боя. Луна била, вкладывая в атаки привычную ярость, но в голове и следа от этой ярости не оставалось. Она отсекала мысль о том, что должна ненавидеть оппонента. Это ведь была холодная необходимость. С тех пор как Луна вернулась с Мираной в лес, она доселе не встречала равных себе. Оборотень был менее подвижен, но заместо того падок на мгновенные парирования и ответные атаки. В попытках держать выгодную из-за превосходства в длине глейва дистанцию Луна неожиданно для себя провалилась и теперь, пытаясь отделаться от наступавшего оборотня, пятилась снова и снова. Каждый раз она надеялась поймать оборотня на открытой позиции, и каждый раз он успевал на корню пресекать её намерения, сопровождая это стремительным лязгом от резко ударивших по лезвию когтей. И вот, на долю секунды оглянувшись, Луна обнаружила за спиной дерево. И догадалась, что оборотень явно собирался не давать ей ступить в сторону. Он якобы пытался ударить справа или слева, но Луна понимала, что тогда с другой стороны тоже появятся когти. Так действовали многие бойцы с двойным оружием - отрезали путь к отступлению и настигали с двух сторон. Поэтому ей пришлось засесть в глухую оборону. Она пыталась пару раз пнуть в ноги, но оборотень выдержал удары даже лица не покривив. Был момент, когда Луна с ничтожным подобием сожаления подумала о своей участи - взять и умереть прямо сейчас. То ли оборотень, всем своим усталым видом не придавая тому значения, заканчивал начатое, то ли она тогда, в тёмном лесу, спасла жизнь своему убийце. Ирония, достойная стать концом её безобразной жизни. Но Луна не поддалась поэтичности. Желание не подохнуть взяло верх. Не найдя иных путей, она просто сделала короткий быстрый удар глейвом. Уже не ведала, что из того выйдет. В этот раз сопротивление не звенело. Оборотень не успевал выставить защиту когтями. Лезвие он перехватил ладонью, без опасения, что она будет рассечена напополам - для того замах был слишком короткий. Но сжал руку крепко, и Луна сообразила это достаточно быстро. Не предприняв и единой попытки выдернуть глейв, она сама отпустила рукоять и нырнула прямо между оружием и оборотнем. Иначе, оказавшись полностью скованной в движении, ей бы пришлось противостоять в максимальной близости, где видная физическая сила оборотня гарантировала бы ему безоговорочную победу. Если бы Луна взяла щит, она бы не оказалась в проигрышном положении, но не привыкла полностью вооружаться на обычный дозор - эльфы редко оказывали сопротивление. Оборотень развернулся следом и бросил глейв поодаль, грубо и резко, так чтобы оружие не завращалось и не вернулось в руки. Такое применение он наверняка видел прежде. Оборотень сохранял беспристрастие, с которым вёл весь поединок. Он был крайне не заинтересован в дуэли, которую, по всей видимости, почти выиграл. - Оно ведь того не стоит, - тщетно пытался зверолюд вразумить Луну. Луна потянулась за серебряным кинжалом, однако за это время оборотень сменил облик, и утреннее солнце отразилось на красно-чёрном мехе бегущего прочь волка. Луна взяла глейв и прыгнула в седло подозванной Новы. За эти считанные секунды волк успел улизнуть в покровы зарослей. Нова вовсю постаралась, чтобы удалось сесть оборотню на хвост. Немаловажную роль сыграло, что встречающиеся брёвна и огромные корни стали неожиданностью для незнакомого с лесом оборотня. Так удалось его нагнать. И всё же, он был чертовски быстр. Едва ли можно было нагнать его ещё ближе. Луна подозревала, Нова на этой скорости долго не протянет. На тугую голову Луна трясла из себя соображения, где они пробегали и куда лежала дорога. По сторонам стреляя взглядом, она отчаянно силилась припомнить, к какой местности принадлежали эти конкретные композиции из деревьев, что с шипением ветров проносились одна за другой. И, наконец, в голове начали вырисовываться знакомые очертания. Луна припомнила, как обходила эти окрестности и в тени сумерек, и в свете солнца. Близилась территория анклава. Дождавшись когда они подбегут к нужной точке, Луна склонилась над ухом Новы. - Подускорься и обойди его слева, - старалась она голосом пересилить бьющий ветер, после чего подбадривающе похлопала Нову по боку, как бы обещая, что эта изморительная погоня скоро подойдёт к концу. С истошным рычанием Нова послушалась и погналась ещё быстрее. Впереди две дороги шли развилкой. Нова, оказавшись рядом с оборотнем, не дала ему и подумать о том, чтобы свернуть на левую. Волк наверняка догадался о подвохе, только взглянув вперёд. Впереди открылся анклав эльфов, а перед ним - огромный каньон. Тут же начался неровный спуск, по краям которого торчали камни. К облегчению Новы, скорость тут снизить было необходимо. Требовалось относительно неспешно маневрировать по выглядывающим уступам, как бы не поскользнуться на толстом слое пыли и бесконтрольно не полететь вниз. Хотя расстояние позволяло прыгнуть на волка, Луна не спешила. Велик риск вместе с ним покатиться прямиком в ущелье. Уж оно-то простилалось впереди во всей красе - добрая сотня футов свободного падения. Оборотень наверняка понял, у него нет никакого выхода. Он миновал прыжком остатки спуска и приземлился на выступе, в нескольких шагах от края. Из-за длительной погони оборотень был весь помятый и дышал с приоткрытой пастью. Спешившись с Новы на вышестоящем камне, Луна взяла кинжал и глейв. - Всё кончено. Я стою выше, чем ты, - заявила она, демонстративно разведя руки. Оборотень огрызнулся рычанием. Вариантов на краю обрыва у него было мало - или понадеяться, что он удержит оборону и не свалится, или другой путь. Оборотень напружинился к земле. Луна к тому была уже давно готова. Она резко выпустила глейв, так как не планировала убивать оборотня. И тут же увернулась в сторону, а на её прежнее место приземлился волк. И в тот момент, когда его спина открылась, она вонзила кинжал, возле левой лопатки. Сдавленный волчий рёв. Чёрно-красную шерсть с шипением поглотил тёмный сгусток. Над ущельем наливалось золотом утреннее солнце, заставлявшее камни и деревья отбрасывать длинные тени, которые походили на торчащие пики. Начало дня выдалось мрачным - теперь у оборотня был один путь, и он подойдёт к концу очень скоро. Оглянувшись, Луна поняла, что тот уже осознал грядущую участь. Прижатый к земле, вернувший человеческий облик оборотень прекрасно понимал, что потерпел сокрушительное поражение. Нова сложила лапы на спине, не давая человеку встать. Кинжал по-прежнему торчал в спине, ткань плаща вокруг него темнела от крови. Его тело болезненно восприняло серебро, и ещё какое-то время рана шипела как ошпаренный металл. Луна расселась поодаль, последние моральные силы, которые компенсировали заодно и физические, её покинули. Весь наплыв утихомирился с осознанием того, что она справилась. И теперь, поглядывая то на задыхавшегося от бессилия оборотня, то на глубину ущелья, ждала дозорных.