Haunting me

Мою руку сводит судорогой. Я закусываю губы, стараясь подавить рвущийся наружу крик. Боль пришла слишком неожиданно, чтобы я смогла к этому подготовиться. Стараюсь отодвинуться, чтобы прийти в себя не разбудив Клауса, но это уже лишнее. Наверное, я часто ворочалась ночью и оказалась лежащей лицом к нему, слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. Открыв глаза, я вижу, что он смотрит на меня. Только сейчас понимаю, что мои пальцы сжимаются на воротнике его куртки. Пытаюсь припомнить, что же мне снилось помимо убийства матери, но в голове лишь туман. - Может быть, отпустишь меня? – лениво интересуется Клаус. - Я не могу, - пытаюсь казаться спокойной, но получается с трудом. – Пальцы не разжимаются. Клаус закатывает глаза, будто я добровольно навязалась ему в спутницы, а он согласился из-за своей безграничной доброты. Мы садимся и он осторожно разжимает мои пальцы, пока я продолжаю морщиться от боли. - С тобой часто такое происходит? Не хочу, чтобы в следующий раз это стало неожиданностью. - Я заглушаю в себе желание отдернуть руку, когда Клаус зажимает мою кисть между своих ладоней и растирает ее. Язвительное замечание о его трогательной заботе тоже приходится держать при себе. - Только когда получаю дозу галлюциногена. Не волнуйся, я больше не буду тебя беспокоить, - мой тон совсем не кажется доброжелательным, но Клаусу нет до этого никакого дела. Выпустив мою руку, которая все еще немного побаливает, он убирает волосы с моей шеи и быстро касается места укола. Я вздрагиваю от резкой боли. - Выглядит ужасно. Нужно обработать рану. - Клаус отдает приказы, даже не задумываясь о том, что я могу им не последовать. - Какой в этом смысл? Эти игры закончатся раньше, чем я умру от заражения крови. - Я пытаюсь встать, но Клаус нажимает на мои плечи, не давая этого сделать. Меня охватывает желание сделать что-то очень глупое и неуместное. Может, укусить его за руку? Это поможет Клаусу запомнить, что он не может вот так просто прикасаться ко мне. - Раз уж теперь мы союзники, ты должна прислушиваться к моему мнению, - он говорит это совершенно серьезно, будто наш договор - не самая глупая вещь, случившаяся в истории Игр. Помимо несчастного случая с профи, который упал на собственный меч. - Обычно, союзники не мечтают о смерти друг друга, - замечаю я, пока Клаус роется в моем рюкзаке, доставая аптечку. - Видимо, ты не очень хорошо знакома с политикой. Такое случается постоянно, - как ребенку, разъясняет он мне. - Это другое. Мы хотим убить друг друга не ради власти. - За эти дня я должна была бы привыкнуть к тому, что время от времени Клаус находится близко ко мне, но отчего-то мне становится очень некомфортно, когда он наклоняется ко мне, рассматривая распухший за ночь след укола. - Да, мы делаем это ради победы, - равнодушно отзывается он. - То, что ты делал во время подготовки, тоже было ради победы? – Клаус отвлекается от раны и поднимает на меня взгляд. – Не похоже. Тебе слишком нравилось пытаться сломать меня. Так в чем дело? Чем я так тебя задела? - Ты, в самом деле, хочешь поговорить об этом? Сейчас, когда здесь лишь мы двое и у меня есть нож? – я никогда не славилась умением выбирать нужный момент, но в этот раз я зашла слишком далеко. Что стоит Клаусу перерезать мне горло и прекратить неприятный ему разговор? Судя по взгляду, он определенно думает об этой возможности. – Ты слишком бросалась в глаза, хотя единственное, что у тебя есть – безграничная глупость и милое личико. Ты не достойна победы. - Думаешь, ты ее достоин? – каждое слово лишь усугубляет мое положение, но я никогда не умела молчать, даже зная, чем это может обернуться. – Лишь потому, что тебя учили убивать в Академии? Или потому, что выиграл твой брат? - А так же мой отец и моя мать. Семейная традиция, - кажется, злость Клауса пошла на убыль и он вновь наслаждается ситуацией. - Это многое объясняет, - на этот раз, улыбаюсь я. Кажется, он совсем не в восторге от того, что я пытаюсь быть с ним на равных. - Что именно? – Клаус произносит это угрожающе-тихо, пытаясь напомнить мне о том, с кем я имею дело. Но за эти дни я услышала от него столько пустых обещаний меня убить, что это уже не пугает. И я решаю не щадить его чувства. - Твой эгоизм. И жестокость. И зацикленность на победе. Мне всегда казалось, что даже у таких как ты есть что-то, что позволяет им оставаться людьми. Какие-то чувства, надежды, мечты. Но не у тебя. Ты ведь ни разу не задумывался, что случится после того, как ты победишь? Я готова подсказать. Ничего. Не важно, выиграешь ты или умрешь, твоя жизнь все равно закончится на этой Арене. Я резко выдыхаю, когда Клаус хватает меня за воротник куртки и притягивает к себе. Но главная проблема – нож, который он держит у моего горла. Не уверена насколько он острый. Возможно, я еще успею насладиться всеми оттенками боли, пока буду истекать кровью на полу пещеры. Но я знаю, что сейчас Клаусу нужна не моя смерть. Ему будет достаточно лишь увидеть прежний страх в моих глазах и все вернется на свои места. Но я не собираюсь позволять ему манипулировать мной. - Слушать тебя почти забавно. Ты так отчаянно пытаешься быть храброй. - Острие ножа скользит вверх по моему горлу, царапая кожу. Мне становится тяжело дышать. – Мы ведь оба понимаем, кто владеет ситуацией. И это не ты. Мне страшно. Глупо было бы не бояться его. Инстинкты подсказывают мне, что нужно извиниться, взмолиться о пощаде, сделать все, что угодно, чтобы Клаус оставил меня в покое. Но у меня все еще есть моя гордость. И желание доказать всем, включая себя, что я не просто марионетка в чьих-то руках, что даже угрозы не способны сломать меня. - Если хочешь сделать это, то делай, а не болтай, - мой голос слегка дрожит, но это не имеет никакого значения. Я кладу свою ладонь поверх руки Клауса, в которой он сжимает нож. Улыбка исчезает с его лица. На какое-то безумное мгновение мне кажется, что это конец. Что он вот-вот полоснет лезвием по моему горлу и закончит наше противостояние. Сейчас мне кажется, что прошли годы с тех пор, как мы впервые столкнулись лицом к лицу, как во мне впервые зародились страх и отвращение к Клаусу. Но я ведь всегда знала, что именно он убьет меня. Осталось лишь смириться со своей участью и выждать несколько минут. Сначала я не понимаю, почему Клаус остановился и даже ощущаю легкое разочарование, но оно не длится долго. Возможно, сейчас мы оба погибнем. Наверняка Клаус услышал звуки приближения существ, обитающих в пещерах, раньше и потому поспешил убрать нож, но мне требуется еще немного времени, чтобы осознать, что за несколько секунд из врагов мы вновь превратились в союзников. - Поднимайся. - Клаус протягивает мне руку, но я мешкаю, и он хватает меня за запястье, помогая встать. – Прижмись к стене и веди себя тихо. Я думала, что после первой встречи с ними, созданные Капитолием монстры перестанут так сильно меня пугать, но я ошибалась. Вспомнив об их ужасающем виде, я начинаю дрожать. Вновь тот же звук их шагов, пробирающий до костей. Он эхом отражается от каменных стен и я не могу определить, сколько их. В любом случае, у нас нет ничего, чтобы справиться с ними. Бежать просто глупо – я уверена, что твари настигнут нас раньше, чем мы найдем выход из пещер. Когда они появляются из-за поворота, мне хочется зажать уши руками и закрыть глаза, представить, что мне не грозит смертельная опасность. Их не так уж много – около дюжины, но этого вполне достаточно для того чтобы разорвать нас на части. Если быть до конца честной, то хватило бы и одного. И Клаус без зазрения совести отдал бы меня на растерзание, если бы это позволило ему спасти собственную жизнь. Не уверена, что не поступила бы так же. Они уже совсем близко, при желании я могу коснуться ближайшего ко мне существа рукой, но не горю желанием это сделать. Я не думала, что они могут показаться мне более отвратительными, чем в нашу прошлую встречу, но сейчас, разглядывая их вблизи, я едва подавляю приступы тошноты. В первые секунды я не понимаю, почему они не нападают на нас, но ответ находится, когда твари подходят ближе. Вместо глаз на их мордах зияют провалы, сквозь которые я могу видеть кровавое мясо. Наверное, организаторы посчитали, что существам, живущим в почти кромешной тьме, глаза ни к чему. Они медленно проходят мимо, двигаясь, словно единый организм, повторяя все движения друг друга. Пол начинает вибрировать от их тяжелых шагов, а я лишь сильнее прижимаюсь к стене. Но это меня не спасает. Одна из тварей подходит слишком близко, чтобы я могла не обращать на это внимания. Я цепляюсь руками за стену, но на ней нет ни одного выступа. Мои нервы сдают и я тяжело выдыхаю, тут же жалея об этом. Они одновременно оборачивают морды в моем направлении. Страх сковывает меня, но я прекрасно понимаю, что если издам еще один звук, они нападут и разорвут меня на мелкие части. Я почти прекращаю дышать, чтобы не привлекать лишнего внимания, но мне начинает казаться, что они слышат даже быстрый стук моего сердце. Монстры застыли, будто статуи, все еще прислушиваясь. Я закрываю глаза. Больше не хочу смотреть на них и представлять, что от меня останется. Что-то с шумом падает на пол где-то в коридоре справа от меня. Прежде, чем я открываю глаза, твари снова перемещаются, на этот раз в сторону звука. Кажется, моя шкура спасена. Но надолго ли? - Пойдем. - Клаус, наверное, уже по привычке, грубо хватает меня за запястье и тянет за собой. На этот раз я даже не пытаюсь вырваться, хотя чтобы поспеть за ним мне приходится почти бежать. Я не произношу ни слова, пока мы, наконец, не переходим на спокойный шаг. - Спасибо, - не уверена, что Клаус слышит меня – я произношу это слишком тихо, а он идет впереди меня. - Они все равно не убили бы тебя, я только избавил нас от ненужного ожидания, - в его голосе я слышу раздражение, будто что-то пошло совсем не так, как он рассчитывал. Он останавливается и разворачивается ко мне. – Что в тебе такого особенного? - О чем ты? – мое тело напряжено и уже готово к очередному спору с применением оружия. - Появись эти твари на мгновение позже и ты была бы мертва. Не думаю, что это совпадение. Чем же ты так понравилась организаторам? – он сжимает мои предплечья, не давая сделать ни шагу назад. Уверена, на этом месте позже появятся синяки. - Ты шутишь? Они ненавидят меня. Думаешь, почему они присудили мне двенадцать баллов? Чтобы сделать мишенью для кого-то вроде тебя. Они не стали бы спасать меня, только если… - в первое мгновение догадка кажется мне слишком глупой, чтобы оказаться правдой, но других вариантов просто нет. – Дело не во мне, дело в нас. Нашем глупом союзе. - Думаешь, они спасли тебя лишь для того чтобы продолжать наблюдать за тем, как ты выводишь меня из себя? – к счастью, Клаус быстро понимает, что в моих словах есть смысл и отпускает меня. – В следующий раз, когда ты захочешь спровоцировать меня, это тебя не спасет. Мне хочется съязвить на тему того, как он великодушно позволяет мне жить, но мне хватило переживаний на сегодня и я лишь покорно продолжаю идти вперед. Коридор, как и в прошлые дни, кажется мне бесконечным. К счастью, монстры решили нас больше не беспокоить, но и без них напряжение все росло. По словам Клауса, мы давно уже должны были пройти к выходу из пещер, но за каждым поворотом оказывался лишь еще один коридор. Я уже давно потеряла надежду и терпение, когда коридор начал сужаться. Надеясь на то, что мы не зашли в тупик, я заглянула за очередной поворот. Насчет тупика я была почти права. Сначала я слышу шум воды, а потом уже вижу его источник. Через пару шагов от нас идет крутой спуск, у подножия которого плещется бурлящий поток. Я с сомнением оглядываюсь вокруг, в поисках другого выхода, но, похоже, это единственное, что у нас есть. - Ты ведь не собираешься спускаться туда? – дрожащим голосом спрашиваю я, когда вижу, что Клаус спокойно снимает ботинки. - Это именно то, что я собираюсь сделать, - он прерывает свое занятие, чтобы пристально посмотреть на меня. – Только не говори, что не умеешь плавать. - Мне негде было этому учиться, - пытаясь оставаться спокойной, говорю я. Меня совсем не радует, что этому придется обучаться здесь и сейчас, особенно с таким инструктором, как Клаус. - Ты хотя бы представляешь себе, как это делать? – кажется, он даже не сердится. Видимо, Клаусу, так же, как и мне, надоел унылый пейзаж вокруг и он готов пойти на что угодно, чтобы выбраться отсюда. Даже если придется тащить меня на себе. - Я пробовала один раз в бассейне, но у меня вышло не слишком хорошо. - Я с сожалением вспоминаю о тех выходных, проведенных в доме друзей родителей, а особенно о том, что так и не решилась тогда заплыть на глубину. Кто бы знал, что когда-нибудь это сможет спасти мне жизнь. - Набери побольше воздуха и постарайся держаться поблизости, - единственные советы, которые мне дает Клаус, прежде чем мы спускаемся вниз. Я скольжу на мокром гладком камне, но это волнует меня не так сильно, как испытание, ожидающее меня впереди. Бурлящий поток, который я вижу у своих ног, совсем не вдохновляет меня на подвиги. Не представляю, как решусь окунуться в него с головой. Клаус замечает мое волнение и потому постоянно подталкивает вперед, пока я не оказываюсь по пояс в воде. Она далеко не теплая и мои руки покрываются мурашками. - Не забудь вдохнуть. - Я послушно выполняю эту просьбу, не представляя, как смогу побороть собственный страх и нырнуть. Мне и не приходится этого делать – Клаус тянет меня за руку, и я не успеваю опомниться, как оказываюсь в воде. Толща воды давит на меня и все, чего я хочу прямо сейчас – вырваться и оказаться на поверхности, в безопасности. Но, в который раз за сегодняшний день, Клаус тянет меня за собой, а мне не остается ничего, кроме как грести ногами и следовать за ним. Я не сразу решаюсь открыть глаза, но, даже открыв их, ориентируюсь с трудом. Наверное, мы оказались в затопленной части коридора и вдали я уже видела свет, по которому так скучала. Нам остается проплыть совсем немного, когда я чувствую, как что-то уносит меня. Сильный поток выталкивает меня из тоннеля. Мир вокруг будто начинает вращаться, я не могла разобрать, где дно, а где поверхность воды, до которой мне необходимо дотянуться. Воздух в легких уже заканчивается и я чувствую, как в груди будто загорается огонь. Я не понимаю, что происходит, не знаю, в каком направлении плыву, а точнее, в каком направлении меня уносит поток. Я больше не могу выдержать боль, терзающую меня изнутри и делаю вдох. От заполнившей легкие воды, боль становится лишь сильнее, но я уже ничего не могу с этим сделать. Я все еще пытаюсь выплыть на поверхность, когда ощущаю странную легкость наполняющую тело и отключаюсь. Чувствую, как вода ударяет в мое горло и поворачиваюсь на бок. Я кашляю, чувствуя ужасную боль в горле, будто внутри кто-то хорошенько поорудовал лезвием. Я делаю вдох, еще один, но продолжаю чувствовать, как все мои внутренности горят огнем. Едва приоткрыв глаза, я вижу яркий солнечный свет, от которого становится еще больнее. Как же быстро я от него отвыкла. - Елена, - наконец, я обращаю внимание на Клауса. На какую-то долю секунды мне кажется, что он выглядит взволнованным, но это, конечно же, лишь мое воображение. – Как ты? - Жива, - я пытаюсь улыбнуться, но выходит не слишком хорошо. – Не уверена, надолго ли. - Пока живы остальные, - напоминает Клаус. Остается лишь выяснить, сколько трибутов отделяют меня от смерти.