Вторую жизнь не выбирают.

До окончания рождественских и новогодних праздников мы со Сьюзен исследовали лучшие катки Парижа, каждый день выбирая новый. Особенно нам понравился каток прямо на Эйфелевой башне и каток на Елисейских полях — там в Рождество очень красиво. Горные лыжи подругу не соблазнили, поэтому на склонах валяюсь после очередного падения я одна. У родителей получается намного лучше, а Сьюз просто гуляет, воздухом дышит. Хорошо иметь под рукой волшебный автобус, который по всей Франции катается. Вот ты в Дижоне, а через пять минут — уже в Шамони. После окончания каникул я максимально погрузилась в работу. Я по-прежнему проходила стажировку в больнице святого Николаса, варила зелья, занималась окклюменцией с профессором де Флуа, и на его домашние задания уходило по паре часов в день. Сейчас мы с ним работаем над построением ложных воспоминаний. Если не пробив окклюменционные щиты легилимент будет знать, что от него что-то скрывают, то ложное воспоминание дает ощущение, что секретов никаких нет, все на виду, больше искать нечего. Этот метод окклюменции более перспективен, но сложнее. Вероятно, Снейп пользуется именно им. Вряд ли Волди стал бы терпеть, что от него кто-то что-то откровенно утаивает. Легилименции профессор де Флуа меня тоже потихоньку обучает. Заодно демонстрирует, как в чужой голове могут выглядеть истинные воспоминания и поддельные. Смотреть чужую память — все равно, что пытаться управлять своим сном. Стоит чуть-чуть упустить контроль, и сознание, эмоции, ассоциативные связи хозяина памяти уносят тебя за собой, а не туда, куда тебе самому надо. Найти что-то нужное в чужой голове — та еще задача. Это совсем не то же самое, что мысленные диалоги с Луной. Вообще, легилименция открывает большие возможности в изучении чего-то нового. Ведь можно получать знания прямо из головы учителя. Главное, найти учителя, который был бы согласен обучать таким способом. Ну и самому легилименту нужно учиться действовать мягко и деликатно. Я же, по словам де Флуа, иногда скачу по чужой памяти, как веселый кенгуру. Впрочем, как все начинающие. Возобновила занятия с инструктором по стрельбе и записалась на латинские танцы, надо хотя бы так поддерживать форму. Предложила Сьюз пойти со мной, ей тоже надо после больницы восстанавливаться, но она сочла латинские танцы слишком развратными и записалась на европейские бальные. В первую рабочую неделю мне пришло письмо от Снейпа. Нет, это было не запоздалое поздравление с Новым годом. В письме был всего один вопрос: «Грейнджер, дурная Ваша голова, какого черта Вы показали Поттеру сектумсемпру?» Так и знала, что он узнал результат своего заклятия. Вопрос похож на риторический, но все же отвечу: «Профессор Снейп, Я ни разу не разговаривала с Поттером после СОВ. И я бы не стала показывать это заклинание, потому что Поттер — олень. Я нашла его в одной библиотечной книге — это было зельеварение за шестой курс. Вероятно, теперь эта книга у Поттера.

С уважением, Гермиона Грейнджер»

Вот пусть теперь обыскивает Поттера и изымает свой учебник, мало ли что там еще есть. Интересно, кого Поттер порезал в этот раз? Очевидно, Снейп неслабо разозлился, раз ему было не лень писать мне такое бесцельное письмо. Наверное, кто-то из его слизеринцев. В любом случае, надеюсь, что не насмерть. Ответ сообщил Невилл. Гарри проклял каким-то заклинанием Нотта, слизеринец чуть не умер и надолго отправился в больничное крыло. А Снейп оштрафовал Гриффиндор на двести баллов и назначил Гарри двухмесячные отработки. Гарри видел у Нотта метку, Нотт что-то замышляет… Нет, не буду ничего советовать Невиллу. Если хочет, пусть следит за Ноттом, все равно его уже втянули. *** На работе мне доверили самой проводить первичную диагностику в стандартном ритуальном круге, правда, за мной пока следят. Очень полезный навык, между прочим. Пусть маги многими вещами не болеют в принципе, диагностику можно модифицировать под свои нужды, и тогда она будет лучше любого МРТ. Правда, этим предстоит заниматься мне самой, если я решу сосредоточиться именно на этом, потому что магам по большей части до магглов и их болезней дела нет. Мне разрешили поприсутствовать на ритуалах избавления от темных проклятий. И могу честно сказать — это стремно! Я в силу возраста и неопытности не участвовала, только наблюдала. Даже страховать и в случае чего подпитывать ведущего магией доверяли только опытным людям. Но и на месте зрителя я испытала массу эмоций. Во-первых, то, как некоторые пациенты выглядят до лечения — зрелище не для слабонервных. Например, это может быть какой-то ужас с кучей лишних рук и ног — проклятье Дурги, хотя у каноничной Дурги только лишние руки были. Некоторые конечности дефективные и недоразвитые, некоторые огромные. Ходить такой человек самостоятельно вообще не может, но и помирать не собирается. Как мне сказали, выглядит это страшнее, чем есть на самом деле. Во-вторых, само давление темной магии ощущается, иногда это похоже на безнадежное горе, как от дементора, иногда становится жутко и хочется спрятаться в шкафу. Не на каждом ритуале такое бывает, только на самых тяжелых. С этим только окклюменцией бороться. Поэтому все доктора, которые занимаются проклятиями, весьма хорошие окклюменты. В-третьих, во время ритуала с людьми происходит что-то страшное. Часто люди выглядят так, будто их пытают. А иногда не только выглядит, после ритуала кто-то говорит, что ничего не помнит, а кто-то говорит, что никогда в жизни не было так плохо. Некоторые проклятия после извлечения из тела пациента имеют вполне себе видимую форму. Иногда это черный дым, в котором проступают страшные морды, иногда что-то склизкое и противное, иногда нечто похожее на группу вирусов, увеличенных до размера теннисных мячей. После извлечения из пациента проклятие заклинанием помещается в специальный сосуд. Новые и неизвестные потом передаются в местный отдел тайн, а известные уничтожаются прямо в банке. Брр… В общем, работа с серьезными проклятиями — это не для меня. Осмотреться мне разрешили во всех отделениях, но в основном я занималась первичной диагностикой — потому что не хватало рук, и помогала главному зельевару — потому что запас зелий большим не бывает. Ооо, варить зелья в масштабах большой больницы — это отдельная тема. У главного зельевара есть несколько помощников, и каждый из них одновременно может варить до шести зелий. Иногда зелья варятся единолично, а иногда первый режет ингредиент сразу на троих, а второй мешает за двоих. Как говорится, настоящий зельевар — устройство многозадачное. Как люди могут сразу за всем следить и ничего не путать, в моей голове пока что не укладывается. Меня так сильно не нагружали, но я время от времени все равно косячила с непривычки. Хорошо, что это заранее было известно, все на первых порах ошибаются, поэтому ничего дорогого и трудоемкого я не сгубила. *** На танцах я познакомилась с Андре Леду. Андре умный, веселый и симпатичный. Мы с ним отлично станцевались, а потом и сдружились. Точнее, это он со мной сдружился, а я… я раздумывала, как бы половчее затащить его в постель. Проблема в том, что ему тридцать, а мне — он думает, что семнадцать. Поэтому мы продолжаем ходить по паркам, музеям и кино. Андре, кстати, нейрохирург, он закончил тот же университет, куда собираюсь идти учиться я. На танцах он прижимает меня к себе, но мы даже не целовались ни разу, и я потихоньку начинаю сходить с ума. Это не осталось незамеченным, профессор де Флуа в последнее время постоянно меня ругает, мои окклюменционные щиты стали дырявыми, и из всех дырок торчит Андре. У профессора все просто, он посоветовал быстрее выйти за этого Андре замуж и перестать отвлекаться от уроков. Действительно, какие проблемы. *** В один прекрасный весенний денек я обнаружила в приемном покое Риту и Сириуса. «Сюрприиииз!» Они решили, что Рите лучше рожать во Франции и последний месяц она будет жить здесь. У Блэков в Ницце есть небольшой коттедж, там Рита будет жить вместе с Касси и Банни. Оттуда в любой момент можно камином переместиться в больницу. Близнецы вытягивают из мамы много магии, эта беременность дается Рите тяжелее, она даже не спорила с Сириусом по поводу своего отъезда из Англии. Сам Бродяга рвется назад, на войну с Волдемортом. Не навоевался еще, балда. Диагностика показала, что дети здоровые и магически сильные — уже сейчас видно, а матери не помешает укрепляющее зелье. Я вписала данные миссис Блэк в новую карту и перенаправила ее в соответствующее отделение больницы. Вечером, когда Рита и Касси уже спали, мы с Сириусом сидели в их гостиной и обсуждали, что творится в Англии. Чарити! Разве Чарити должна была погибнуть так рано? Как же так? В волшебном мире она считалась странной чудачкой, которая почему-то любила магглов. Хуже, чем мистер Уизли, он магглами просто интересовался, как диковинными зверями в зоопарке, а Чарити пыталась кому-то что-то доказать, проводила исследования, писала статьи. Витала где-то в своих идеях, далекая от реальной жизни. Ее я видела только на обедах в Большом зале, но ее статьи вызывали симпатию. Но это, безусловно, повод предложить Блэку свой план. Мне нужно косвенным путем спасти Снейпа до того, как он стребует с меня долг, но Бродяге такие тонкости знать не надо. Я предложила убить змею уже проверенным способом — бомбой. Волдеморда со своим питомцем все еще обитает в поместье Малфоев. А у Нарциссы по-прежнему есть туда доступ. Возвращаться туда открыто ей не надо, ей надо лишь кроликов в свой сад запустить. К шкурке кроликов в незаметном месте можно приклеить маленькие бомбы с теми же рунами взрыва и нейтрализации. Но на этот раз рунная цепочка должна быть снаружи, и руны должны быть написаны разными чернилами. Цепочка нейтрализации должна растворяться желудочным соком змеи. И когда Нагайна съест кролика, через какое-то время она подорвется. Предложила опять яд василиска использовать, чтоб наверняка. Эх, такими темпами скоро я без яда останусь. Бедные кролики. С другой стороны, я все равно не вегетарианка. Сириусу план понравился, и он подтвердил, что в этот раз и без меня бомбы сделает. Еще раз напомнила, что в процессе надо быть предельно осторожным, и мы переключились на более приятные вещи. Детям, если это будут мальчишки, уже выбрали имена: Регулус и Арктурус. Когда Арктурус осилит свое имя, занятия с логопедом можно будет отменять. Для девочек имена пока не выбрали, пол заранее маги не определяют. Хотя Бродяга уверен, что в этот раз сыновья будут, а если нет — придется Рите еще рожать. Такими темпами скоро вся Магическая Британия будет заселена Блэками и Уизли. Сириус уехал обратно воевать. Хотя воюют они больше за разговорами на кухне, пардон, в кабинете директора. Волдеморт и его слуги за это время много дел наворотили, и где ответные действия? Среди пожирателей последними жертвами были Сэлвин и Грейбэк, которых убил Снейп, спасая меня. И Орден Феникса тут ни при чем. Снейп, конечно, в Ордене, но эти убийства в любом случае не планировались. Вероятно, все дело в том, что убийства раскалывают душу. И добрый дедушка ждет, пока пожиратели дораскалываются и сами помрут. Хотя, еще Люциус пострадал от дементоров. И тут не понять, кто приложил руку, Дамблдор или Волдеморт. А Рита без возможности шпионить жуком увлеклась модными показами. Однако для магов ее вкусы очень уж смелые, и местные магические журналы ее статьи печатать не рискуют, поэтому свое мнение о том, что нынче модно и красиво, она озвучивает со страниц Придиры. Если Сириус хотел спрятать ее во Франции от пожирателей, его идея провалилась. *** Через месяц Рита родила двух сыновей. Регулус и Арктурус, здоровые, магически сильные дети. Впрочем, через неделю после родов она перепоручила основные заботы о младенцах своей эльфийке и отправилась кутить, затянув потуже в корсет свою вновь приобретенную талию. У Банни теперь трое детей на шее, хорошо, что переодеть ребенка в чистое можно мгновенно по щелчку эльфийских пальцев. Но, пожалуй, не очень хорошо, что эльфы волшебным детям становятся ближе родителей. Когда около года назад Касси начала говорить, первым словом было «Банни», а не «мама». Рита — гадкая, наглая, беспардонная журналистка! Узнала про Андре и вытащила нас обоих в ночной клуб напиться под музыку. Задает провокационные вопросы, кокетничает, громко смеется, щупает бицепс и не забывает подливать алкоголь всем троим. Засранка! Сама почему-то не пьянеет. Либо зелье, либо эванеско. А нас спаивает. Зачем? Андре тоже хорош, узнал, что Рита недавно родила двойню, и восхитился, как она чудесно выглядит и какая хорошая у нее после родов фигура. Лучше бы посоветовал ей идти домой к детям и не надираться, тоже мне доктор. Что там Рита говорит? Обещает рассказать про Гермиону что-то жутко компрометирующее, если Андре принесет нам еще выпить?! И подмигивает пьяным глазом. Уверена, это притворство. Андре пошел к барной стойке, а я решила прояснить ситуацию: — Рита! Ты что делаешь? — пытаюсь выглядеть максимально сурово. — Ай, Гермиона, расслабься, я, между прочим, тебе помогаю, — отмахивается от меня эта наглая жучиха. — Не надо мне помогать! Прокляну! — обещаю я. — Это несерьезно, дорогая! — Рита смеется, — Хочешь угрожать, придумай что-то, во что можно поверить. О, Андре! — машет рукой мне за спину. — Андре, пойдем танцевать! Люблю эту песню! — я перехватываю мужчину и тяну подальше от Риты. Она ведь правда что-нибудь убойное сейчас расскажет. Если нет убойного — приврет от души, и все будет! А я не смогу проклясть мать троих детей. У меня заплетаются ноги и язык, у Андре тоже заплетаются ноги. Он пил вместе с Ритой, наивный человек, она-то однозначно хитрила. Так и танцуем, поддерживая друг друга. Андре говорит что-то странное. Мне послышалось: «Кажется, я все-таки педофил…» Че-его? Но спросить не успеваю, он целует меня. Это поэтому он педофил? Да моему телу через полгода восемнадцать! Но потом обсудим, как же давно меня не целовали вот так…