Русалка

Казуки осторожно открыл глаза. Он уже долго лежал без движения и был не совсем уверен в том, что все еще жив. Но первым, что он перед собой увидел, был белый без единого пятнышка потолок, а вовсе не толща речной воды. Казуки невольно вздохнул с облегчением – пока что присоединиться к утопленникам ему не довелось. Приподнявшись, он обвел глазами помещение, в котором оказался. Просторная комната со стенами, выкрашенными в светло-синий цвет, рядом с кроватью, на которой он лежал, обнаружился небольшой столик. А чуть поодаль – металлическая стойка с повешенным на нее пластиковым пакетом, наполненным прозрачной жидкостью. Казуки недоуменно разглядывал тонкую трубочку, змейкой тянущейся из пакета к его руке, чтобы затем вонзиться в кожу иглой. За то время, что он пробыл в отключке, кто-то не в меру деятельный успел притащить его бездыханное тело в больницу и поставить тому систему. Хоть Казуки и не имел ни малейшего понятия о том, что за раствор по трубке попадал в его организм, ощущение металла под кожей было ему неприятно. - Да ладно вам, я всего-то в воду упал, - буркнул он, попытавшись вынуть иглу. Но в этот момент дверь в палату распахнулась, и вошедший в нее человек тут же бросился к Казуки, прошелестев полами белого халата. - Чего удумал, хмырь! – воскликнул новоявленный «врач», больно шлепнув порядком офигевшего Казу по руке. - Юуто?! Парень мотнул головой, отбросив челку со лба и вперился в друга пристальным взглядом. - Ни на секунду нельзя одного оставить! - Ты тут какого хрена?! – у Казуки от удивления вытянулось лицо. - Ну, охуеть, - оскорбился вдруг Юуто. – Сидишь тут рядом с ним, сопли ему платочком подтираешь, капельницу поправляешь, а он грубить изволит! - Да что вообще происходит?! - Тупоумие твое лечим. - Юуто, бля, я серьезно! - Я тоже, - огрызнулся Юуто. – Позову медсестру, пусть уберет капельницу, ты из-за нее нервным становишься. После этих слов он выглянул в коридор и громко окликнул кого-то. Казуки же опустил голову на подушку, теребя в руке трубочку. Через пару минут в палату вошла женщина средних лет и, дружелюбно улыбнувшись Казуки, аккуратно вынула иглу из его вены. Затем она вышла, укатив с собой стойку с системой. Юуто прикрыл за ней дверь, поблагодарив напоследок. - Ну, бравый охотник за нечистью. Понырял за русалками? – кисло поинтересовался он у Казуки, потиравшего место укола. - Ты меня сюда принес? – тот проигнорировал вопрос. - Нет, - Юуто пожал плечами, засунув руки в карманы халата, накинутого поверх обычной одежды. – Одна милая девушка вызвала скорую и спасла твою жалкую жизнь. - Девушка? – Казуки встрепенулся и сел на кровати, внимательно посмотрев на Юуто. – Она вытащила меня из реки? - Скорее всего. Не знаю. Она молчаливая такая, только кивала, а потом сразу убежала. Да и я не смог с ней толком поговорить, - Юуто одарил друга тяжелым взглядом. – Я уж думал, ты умер. Казуки пожал плечами. - Ничего страшного ведь не случилось. - Не случилось?! Да ты грохнулся в воду с моста. С разводного, блять, моста! Как ты вообще умудрился?! Да, черт возьми, чудо, что ты не задохнулся в первые полминуты! - Ты прав. - Даже не смей теперь говорить, что… – Юуто, приготовившийся спорить до потери пульса, замолчал на полуслове. - Я прав? - Ты прав, - Казуки кивнул. – Скажи-ка, эта милая девушка не чемпионка мира по плаванию, случаем? - поинтересовался он вдруг. - Вроде нет. А почему ты спрашиваешь? - Просто она, должно быть, очень быстро плавает, раз успела меня вытащить до того, как я захлебнулся. - Ну, все возможно, - начал было Юуто, но вновь замолк. – Стой. Я понял, к чему ты клонишь. - Когда я падал, рядом со мной никого не было. И на берегу тоже. Я уверен, - сказал Казуки, глядя другу в глаза. - Человек, который не заметил, как под ним поднимается мост, не может быть ни в чем уверен. Так и знай. Казуки отмахнулся. Он вполне понимал скептический настрой Юуто, но все же был склонен верить самому себе. Стоило ему закрыть глаза, как он тут же видел перед собой бледную кожу, на которой плясали пробивавшиеся сквозь воду солнечные лучики, складываясь в причудливые узоры. И темные внимательные глаза, заглянувшие, казалось, прямо в душу. - Мало ли что тебе там привиделось под водой! – распалялся тем временем Юуто, энергично размахивая руками. – Может, ты как раз эту девушку и увидел, откуда тебе знать. - Она поднималась ко мне со дна реки? – в тон ему ответил Казуки. - А ты уверен, что это было дно, а не поверхность? - Пока одно от другого отличить в состоянии, спасибо. - Я что-то не уверен. Казуки, не знаю, что у тебя сейчас на уме, но мне кажется, одного раза тебе должно было хватить, - Юуто опустился на краешек кровати и серьезно посмотрел на Казуки. – Прошу тебя, не ошивайся больше возле реки. - Ничего не могу обещать, - тот равнодушно пожал плечами, нарочито не обращая внимания на взгляд друга. Юуто еще с минуту пытался просверлить в Казуки дырку глазами, но, не добившись никакой ответной реакции, тяжело вздохнул и отвернулся. - Хрен с тобой, в таком случае, - буркнул он напоследок, поднимаясь. Казуки понимал, что Юуто беспокоится не просто так. От воспоминаний о пробирающем до костей холоде и мутной темноте вокруг его начинала пробирать мелкая дрожь. Казуки не хотел обманывать самого себя – он все равно боялся воды, по-детски, до дрожи в коленках и коликах в животе. Но желание еще раз увидеться с существом со дна реки, казалось, было способно пересилить и этот животный ужас. В конце концов, возможность прикоснуться к чему-то настолько необычному, почти волшебному, выпадает не каждому. Глупо упускать такую удачу, думал Казуки, разглядывая одноцветные стены палаты. В какой-то момент перед глазами все поплыло, усталость взяла верх и затащила его в липкие объятия сна. Казуки вновь оказался под водой, снова было холодно, но в этот раз русалка оказалась гораздо ближе. Хоть у Казуки и не получалось разглядеть ее полностью, он мог видеть ее лицо. Сердце совсем запуталось в собственном ритме, выделывая что-то совершенно невообразимое. Русалка выглядела именно так, как он запомнил – тонкие черты ее лица казались немного искаженными из-за воды, но это не делало ее хуже, ничуть. Краем сознания Казуки понимал, что это все не наяву, что любое резкое движение тут же разрушит мимолетное видение, но всей душой ему хотелось, чтобы это было реальностью. Он осторожно протянул руку, пытаясь прикоснуться к русалке. Вокруг ее лица тут же заплясали крошечные пузыри, отбрасывая на светлую кожу тени. Она едва заметно улыбнулась и покачала головой, вдруг резко подавшись назад и растворившись в темноте. - Стой! – выкрикнул Казуки, тут же захлебнув ртом воды. Он закашлялся, но из-за этого стало только хуже, вода стремительно заполняла его легкие. Казуки чувствовал, как что-то незримое начало медленно тянуть его вниз, он дергался, пытаясь вырваться из этой ледяной хватки, но уже заранее знал, что сопротивляться бесполезно. - Казуки! – послышался чей-то крик сквозь толщу воды. Щеку внезапно обожгло болью. Казуки резко открыл глаза, тотчас обратно переместившись в больничную палату. Над ним склонился Юуто, уже занесший руку для повторного удара. За его спиной маячила удивленная медсестра, прижимавшая к груди какие-то бумаги. Казуки ошалело огляделся по сторонам, не сразу поняв, куда попал и как остался в живых. - Это уже даже не смешно, чувак, - едва слышно проговорил Юуто. - Что случилось? – Казуки бросил взгляд на медсестру и попытался выдавить из себя улыбку. Получилось совсем неубедительно. - Тебя штормило, как Титаник перед крушением. - Давай без остроумных сравнений, - прошипел было Казуки, но его перебила медсестра. - Доктор зайдет к вам минут через двадцать, - она поклонилась и поспешила выйти из палаты. Юуто опять прикрыл дверь и, подвинув к кровати стул, уселся на него так, чтобы было удобно сверлить Казуки взглядом. - Ты проспал два часа, а потом начал кашлять и метаться по кровати. Пинался, руками махал и все хрипел, как умирающий. Мне в морду захерачил, - Юуто угрюмо указал пальцем на чуть опухшую щеку. - Прости. Я… - Знаю, что не хотел. Опять кошмары? Казуки кивнул. Впервые он начал захлебываться во сне, когда ему было семнадцать лет. В тот раз он жутко перепугался и целую неделю после этого спал урывками, по два часа в сутки. Потому что было страшно задохнуться во сне, не успев ни с кем попрощаться. С тех пор примерно три раза в месяц ему снилось подобное, условия всегда были разными, порой он оказывался в бассейне, иногда на каком-нибудь озере, как-то раз довелось побывать и в открытом море. Но неизменным оставалось одно - Казуки тонул и, когда он уже готов был отправиться на тот свет, просыпался, заходясь в приступе невыносимого кашля. Иногда, лежа в постели и слушая, как что-то хрипит в груди, Казуки с тоской думал о том, что было бы лучше захлебнуться во сне и прекратить все это. Но приходило утро, и он гнал эти мысли прочь, злясь на самого себя и свои страхи. Он видел такие сны на протяжении года или двух, а потом все стихло. И вот, спустя долгое время, это случилось снова. Разумеется, Юуто знал о кошмарах. И теперь всем своим видом давал тому понять, что для того, чтобы попасть к реке, придется его убить. - Русалки и прочая поебень, это, несомненно, весело. Но если ты еще раз приблизишься к этому проклятому месту хотя бы на метр, знай, я тебе глаза на жопу натяну, - заявил Юуто. Казуки потер ладонью шею – казалось, горло изнутри разодрало куском металла. Он уже давно понял, что его страх был чем-то особенным, едва ли не материальным. Иногда он видел его перед собой, темное, то и дело меняющее свою форму нечто, очень сильно напоминавшее грязную сточную воду, источавшую невыносимое зловоние. Сколько бы Казуки ни пытался, он не мог найти причины этой боязни. Раньше Юуто постоянно норовил покопаться в его воспоминаниях. - Тебя не роняли в детстве в воду? Ты уверен? Ты точно уверен? А если хорошенько поразмышлять? А ты спрашивал у родителей? Может, ты чуть не утонул когда-то? Нет? Точно? – спрашивал он. Эти и подобные им вопросы, задаваемые по сто раз на дню, всегда злили Казуки. А теперь он всерьез задумался. Разве возможно, чтобы у его страхов не было причины? Или, как говорил Джин, он все просто-напросто выдумал? Казуки решительно отгонял подобные мысли, но если это было правдой? На душе у него стало мерзко. Казуки посмотрел на Юуто. Тот все так же, надувшись, сидел на стуле, сложив руки на груди. Его терпению можно было только поражаться. Пожалуй, Юуто беспокоился о Казуки куда больше, чем даже его родители. Хоть его забота иногда и принимала странные, дико раздражающие формы, Казуки был ему благодарен. Каково же было Юуто, когда он узнал о том, что его друг чуть не утонул, оставшись на берегу реки в одиночестве. Казуки снова посмотрел на обиженно сопящего Юуто. - Ты прав, - сказал, приняв, наконец, единственное возможное решение. – Обещаю, что больше к реке ни ногой. - Врешь, - холодно ответил Юуто. - Нет. - Врешь. - Юуто! Я серьезен. - По глазам вижу, врешь. - И как мне доказать свою честность? - Никак. Я тебе, лживой заднице, ни за что не поверю, - Юуто встал и принялся ходить по палате. – Поэтому ты должен остаться в больнице на неделю другую. Авось одумаешься после курса лечения. - Невозможно. Как же моя работа? - С работы ты тоже уйдешь. Найдем тебе другую, а если повезет, восстановим на прежней. Потом как карты лягут. Глядишь, и девушку себе приглядишь. А там и дети пойдут. В общем, по моему плану через три года ты заживешь как совершенно нормальный человек. - Так мило с твоей стороны планировать мою жизнь. Но в больнице я не останусь. Юуто как раз собирался возразить, как дверь в палату вновь отворилась, и на пороге показался врач. Вежливо кивнув, он сходу начал говорить что-то о последствиях падения, о том, что жизни Казуки ничего не угрожает. А потом, виновато извинившись, сообщил о том, что в их небольшой больнице не так уж много палат, а больных всегда достаточно, и состояние многих из них ухудшается с каждым днем. - Да, конечно, я сейчас же покину палату, - не дав Юуто и слова сказать, заторопился Казуки. Врач благодарно улыбнулся и, дав напоследок несколько советов по профилактике простуды, вышел. Казуки быстро переоделся в успевшую высохнуть одежду и, заполнив какие-то бумаги в регистратуре, поспешил выйти из больницы. Юуто угрюмо шел следом, изредка бурча под нос про никуда не годную систему здравоохранения. На улице уже смеркалось. Казуки прикинул, что проспал больше десяти часов. То есть, воскресенье уже было безвозвратно потеряно. Он вздохнул, с содроганием подумав о начале новой трудовой недели. Джин наверняка снова будет плеваться огнем и швыряться швабрами. Потому что Казуки вновь не сможет найти в себе силы находиться рядом с неестественно голубой водой. Юуто, не попрощавшись, ушел куда-то в сторону станции метро. Конечно же, он прекрасно знал о том, куда захочет отправиться Казуки в первую очередь. Но он либо решил довериться сознательности друга, либо плюнул. Казуки больше склонялся ко второму варианту, потому как сомневался в существовании этой самой «сознательности». Видимо, природа его все-таки обделила этим качеством. Примерно определив нужное определение, он, ни секунды не колеблясь, направился к реке. Когда впереди показались знакомые огни фонарей, разливавших вокруг рыжеватый свет, Казуки невольно ускорил шаг. Он уже чувствовал, как по коже скользил прохладный ветерок, оставляя после себя странное ощущение сырости. Очевидно, его утреннее падение осталось незамеченным. Никаких новых предупредительных знаков, как и ограждений не было. Все тот же старый скрипучий мост, по которому даже машины проезжали с периодичностью две в сутки. Возможно, через пару лет он настолько проржавеет, что все его механизмы выйдут из строя. Тогда без своих удивительных механизмов он станет просто никому не нужной рухлядью. Казуки уверенно дошел до середины моста и остановился. Почти перегнувшись через перила, он вглядывался в темную воду, по поверхности которой плясали отблески фонарей. Но как он не напрягал зрения, ничего толком разглядеть не мог. Даже если русалка и была там, то явно не спешила выдавать своего присутствия. Почему-то Казуки был уверен, что сможет увидеть ее, поэтому не терял присутствия духа. Он следил за спокойным водяным зеркалом, пытаясь преодолеть желание убежать подальше и закрыться на все замки. Небо темнело с каждой минутой. Хоть днем было все так же невыносимо жарко, к вечеру даже раскаленный асфальт остывал. В такие моменты противные липкие дожди, казалось, несли долгожданную прохладу изнывавшему от солнца городу. Казуки, облокотившись на металлические ограждения, смотрел на проходящих людей. На правом берегу реки располагался главный офис какой-то фирмы, поэтому эта сторона была более людной. Самые разные мужчины и женщины спешили по своим делам, прикладывая к ушам мобильные телефоны, сжимая в руках тяжелые сумки с продуктами или просто обнимая рядом идущих любимых. Глядя на них Казуки чувствовал легкие уколы зависти. Часто ему тоже хотелось просто взять за руку милую девушку и пройтись с ней по улицам города, освещенного все теми же рыжими фонарями. Но вместо этого он торчал на середине никому не нужного старого моста, до рези в глазах высматривая в реке хоть какой-нибудь признак движения. Постепенно людей становилось все меньше и меньше. В какой-то момент тьма вокруг стала настолько густой, что разглядеть прохожих можно было только тогда, когда на них падал свет. Казуки, устав стоять, уселся по-турецки, прижавшись к ограждению спиной. Из-за вдруг повисшей тишины он был уверен, что точно не прослушает знакомый всплеск. Только бы русалка подплыла ближе к мосту. Где-то в траве запели цикады. - Где же ты? Река оставалась все такой же невозмутимой. Страх, все это время неотступно следовавший за Казуки, начал потихоньку подбираться ближе, царапая коготками изнутри. По его спине уже бегал табун мурашек, ладони внезапно стали холодными, а перед глазами поплыли разноцветные пятна. Не было ничего хуже, чем близость воды в темноте, когда исчезает последний защитник – свет. Казуки поежился, обхватив себя руками, чтобы немного согреться. Откуда-то с берега послышался едва различимый звон падающей монеты. Раздался мужской смех. Повернув голову, Казуки с трудом разглядел несколько смутных теней, быстро двигавшихся по улице. Видимо, какая-то припозднившаяся компания возвращалась домой. Но что-то было не так, как будто один из людей убегал от двух других. Вот в свете фонаря промелькнула хрупкая фигурка, за ней еще две, уже покрупнее. Девушка? В этот момент раздался весьма отчетливый звук удара. Словно кто-то упал на землю. Кто-то вновь засмеялся. Казуки, недолго думая, вскочил на ноги и бегом бросился к берегу. Конечно, можно было предположить что угодно, но в случае самого худшего, он не хотел оказаться молчаливым наблюдателем. Быстро перебежав мост, Казуки кинулся в ту сторону, в которую ушли все трое. Огни фонарей стремительно мелькали друг за другом, как юркие золотые рыбки. Вот впереди уже показались мужские силуэты, они стояли возле каменного бордюра, за которым начинался спуск к реке. Казуки замедлил бег, сравнявшись с двумя крепкими на вид парнями, оглядывающимися по сторонам. Один из них уже одной ногой заступил за бордюр, будто собираясь идти к воде. Но вопреки всем ожиданиям, никакой девушки не оказалось, ни рядом с ними, ни где-либо еще. Заметив его, парни чуть ли не синхронно обернулись, смерив запыхавшегося Казуки удивленными взглядами. Тот уже начал сомневаться в правдивости того, что видел. Не померещилось ли ему все это? Но, однако, нужно было срочно оправдать свое странное поведение. А то ведь заподозрил ни в чем не повинных людей невесть в чем. - Мужики, прикурить не найдется? – бодро поинтересовался он. – Не поверите, последнюю перевел! Тут смотрю, вы впереди идете. Дай, думаю, стрельну сигаретку. Ну, все свои ведь? Пока один из парней шарил в карманах куртки, видимо, в поисках сигарет, Казуки краем уха уловил тихий плеск. - А, знаете, я ведь бросил! – тут же воскликнул он, хлопнув себя по лбу. – Все время забываю. Ну, бывайте, мужики, - махнув на прощание рукой, Казуки бросился обратно к мосту. Видимо, его бегство было еще более неожиданным, чем появление – ошарашенные парни даже не стали возмущаться, просто молча развернулись и ушли. Но Казуки это заботило меньше всего. Он почти перепрыгнул через ограждение возле одной из опорных балок моста, шумно пробираясь через заросли высокого камыша к реке. Там склон был самым пологим, поэтому спускавшийся к воде не рисковал свернуть себе шею. Споткнувшись об какую-то корягу, Казуки с трудом удержал равновесие и, по инерции пробежав метра два вниз, оказался прямо у кромки воды. Падавшего с моста света вполне хватало на то, чтобы отчетливо видеть поверхность реки. Казуки осторожно опустился на корточки и, помедлив пару секунд, окунул в воду руку. Пальцы сразу же прожгло ледяным холодом, и он резко выдернул ладонь обратно. Он сам не знал, зачем это сделал, быть может, полагал, что это привлечет русалку. - Эй, ты здесь? – неуверенно спросил Казуки в темноту. Ответом ему послужил лишь далекий рев мотоцикла. - Я тебя не обижу, - увереннее продолжил он. – Просто я хотел поблагодарить тебя. Это ведь ты спасла меня? Казуки с надеждой вглядывался в реку. Но все оставалось по-прежнему. Его трясло, все внутри кричало и билось в панике, призывая скорее отойти от воды, но Казуки пытался держать себя в руках. Ему казалось, что он слышит со стороны свой голос, дрожащий, срывающийся от страха. Но он упорно продолжал звать русалку. Время, как упрямый осел, застыло на одном месте, не желая двигаться вперед. А может, это просто Казуки перестал обращаться на него внимание. Он рассказывал о том, как попал в больницу, как поругался с Юуто. А потом почему-то о том, как в средней школе хотел заниматься баскетболом, но не мог из-за роста, как учился играть на гитаре, как ссорился с отцом… Он так долго разговаривал с молчаливой рекой, что охрип, а русалка так и не появилась. В конце концов, устало вздохнув, он поднялся на ноги. - Спасибо еще раз, - улыбнулся он на прощание. Какая-то часть его была даже рада такому исходу. Казуки потянулся и уже развернулся, мысленно прикидывая, сколько ему осталось часов на сон, как вдруг сзади снова раздался всплеск воды, в этот раз совсем рядом. Не желая верить своим ушам, он медленно обернулся. На самом краю очерченного фонарем круга света из воды показалась голова. Темные мокрые волосы облепили лицо русалки, казавшееся оранжевым. Она внимательно, с недоверием смотрела на застывшего на берегу Казуки. Тот только и мог, что разинуть рот и хлопать глазами. Слишком нереальной казалась эта долгожданная встреча. До этого момента Казуки даже в мыслях не мог себе представить, что же будет делать, когда их пути, наконец, пересекутся. Где-то в глубине души он сам себе не верил. И вот, стоя совсем рядом с водой, он смотрел в удивительные черные глаза русалки и впервые за много лет не чувствовал страха. - Ты пришла, - выдохнул Казуки, снова опускаясь на землю. Русалка, уже показавшаяся из воды по шею, медленно кивнула. Впрочем, взгляд ее оставался все таким же настороженным. Она будто оценивала вероятность угрозы со стороны Казуки, который чувствовал себя полным идиотом. - Не бойся, - пробормотал он, протянув руку в ее сторону. Но русалка только отпрянула, плавным движением почти не потревожив гладь воды. Казуки на четвереньках подвинулся к воде, все так же вытягивая руку. Он встал на ноги и постепенно заходил все глубже и глубже в воду. Все тело онемело, отказываясь подчиняться безумствующему разуму, но он продолжал двигаться вперед. Его движения были неловкими и неуверенными, он просто заходил в воду, но при этом умудрялся поднимать фонтаны брызг. Сильное течение сносило его в сторону, едва ли не отрывая от дна. Оказавшись в реке по грудь, Казуки остановился, с трудом удерживаясь на одном месте. Русалка, хоть и не сдвинулась с места, все еще была далеко от него. Но вот она начала медленно приближаться, показавшись из-под воды почти до худых плеч. Казуки очень хорошо видел ее лицо в свете вовремя выглянувшей из-за туч луны. Неестественно бледная кожа была почти синеватого оттенка. Как у утопленников. Мокрые волосы почти полностью облепили тонкую шею русалки. А на длинных ресницах кристалликами осели капли воды, подрагивающие в такт каждому движению больших глаз. Казуки даже дышать боялся, глядя на показавшееся перед ним хрупкое создание, с легкостью двигавшееся под водой. Русалка остановилась на некотором расстоянии от него. Она долго смотрела ему в глаза, а потом начала медленно поднимать свою руку. Протянув ее навстречу руке оторопевшего Казуки, русалка осторожно коснулась его пальцев кончиками своих. Хоть ее рука и была ледяной, Казуки внезапно для самого себя почувствовал, как его бросает в жар. Ему поверили! - Спасибо, - хрипло выдохнул он, сам уже не понимая, за что благодарил. Русалка кивнула, аккуратно отведя руку и отплывая подальше. Она погрузилась в воду по подбородок, почти касаясь ее губами. - Ты не можешь говорить? – тихо поинтересовался Казуки. Помолчав пару секунд, она вновь кивнула. - Прямо как в сказке. Может, ты знаешь ее? Русалка отрицательно помотала головой и отодвинулась еще дальше назад. Оглядевшись по сторонам, она вдруг указала рукой на Казуки, а потом на берег. И повторила это движение несколько раз, все с большей настойчивостью. - Ты хочешь, чтобы я ушел? Вместо ответа она погрузилась под воду с головой и пропала из виду. Напрасно Казуки звал ее. Он еще несколько минут стоял в воде, вертясь из стороны в сторону. Но река погрузилась в мертвую тишину, ни всплеска, ни даже стрекота цикад. Как будто все вокруг вымерло, и остался только он, стучащий зубами от холода. Смирившись с тем, что русалка покинула его, Казуки, наконец, решил вылезти на берег. Мокрый с головы до ног, он дрожал всем телом, с трудом поднимаясь наверх. После такого он, несомненно, проваляется больным недели две. Зато Казуки шел домой, радостно улыбаясь и оставляя после себя мокрые следы на асфальте. Редкие ночные прохожие, попадавшиеся ему на пути, удивленно шарахались в сторону. Казуки чувствовал себя самым счастливым человеком на планете. Он все еще ощущал мимолетное прикосновение длинных пальцев русалки, видел перед собой каждую тонкую черточку ее лица. Конечно же, Юуто не поверил бы ему. У Казуки и в мыслях не было кому-либо рассказывать об этой встрече. Добравшись до дома, он первым делом забрался в душ и, стоя под горячими струями воды, раздумывал о том, как быть дальше. Казуки смотрел на то, как по кафелю медленно стекали капли. Он был уверен в том, что русалка снова придет, стоит ее только позвать еще раз. Иначе она вообще не стала бы подплывать близко, оставшись на дне реки. Интересно, узнала ли она его? Или все это было странным совпадением? Как бы глупо это ни было, Казуки хотел верить в то, что русалка спасла его не просто так, что на то была своя причина. Мысль о том, что на его месте мог оказаться кто угодно почему-то вызывала у него чувство тошноты. Казуки решил для себя, что непременно пойдет к реке следующей ночью. Впрочем, в воду он лезть больше не будет. Проснувшись утром совершенно здоровым, даже не кашляющим, Казуки с радостью поспешил на работу. И, к величайшему удивлению Джина, самостоятельно проделал свою часть по уборке бассейна. И вечером, скомкано попрощавшись с другом, сразу же бросился к реке. В этот раз ждать пришлось дольше, чем в прошлый. Казуки просидел на берегу до трех ночи, изредка кидая в воду мелкие камешки. Но стоило ему встать на ноги и повернуться к реке спиной, как в затылок ему прилетело что-то мелкое. Удивленно охнув, Казуки схватился за ушибленное место и выцепил из волос комок каких-то речных водорослей. Он тут же обернулся, чтобы увидеть, как из воды показалось улыбающееся лицо русалки. Казуки не мог не улыбнуться в ответ. С тех пор он каждый день приходил к реке. И каждый раз, когда встреча уже казалась невозможной, русалка неизменно появлялась. Иногда Казуки что-то рассказывал ей, иногда просто молча сидел на берегу, глядя на то, как она плавает вдали. Правда, за это время она ни разу не подплывала так близко, как в тот вечер, наоборот стараясь держаться как можно дальше. Казуки мог видеть только ее лицо, реже шею. Но все это отходило на задний план, стоило ему вновь взглянуть ей в глаза. С каждой новой встречей Казуки яснее и яснее понимал, что больше не может представить своей жизни без внимательного взгляда русалки. За какие-то несколько дней он умудрился по уши влюбиться в речную обитательницу и очень плохо представлял себе, как дальше жить с этим чувством. - Жаль, что ты не можешь выйти на сушу, - сказал он ей однажды. Август уже сменился сентябрем, воздух постепенно становился холоднее, ночи темнее, а их встречи короче. Русалка в ответ только склонила голову набок, серьезно посмотрев на Казуки. Ему даже показалось, что она собиралась что-то сказать, но почему-то передумала, снова погрузившись под воду. Больше он ее в тот вечер не увидел. Казуки никогда не слышал ее голоса, но все равно считал, что русалка просто не хотела с ним разговаривать. Поэтому он терпеливо ждал того дня, когда она этого захочет. Больше всего Казуки боялся наступления зимы. С приходом настоящих холодов река тут же покроется толстой коркой льда, запечатав русалку под водой до наступления весны. Он почти с ужасом считал дни и каждый день просматривал прогноз погоды. До заморозков было еще далеко, но Казуки уже посещали мысли о том, что неплохо было бы каким-то способом переместить русалку из реки в какой-нибудь бассейн. И пусть все его размышления сводились к удовлетворению собственных эгоистичных желаний и мало учитывали потребности русалки, Казуки ничего не мог с собой поделать. Он не просто любил ее, благодаря ей отступал его страх перед водой. Казуки мог запросто проработать целый день в главном зале, рядом с огромным бассейном. Он больше не испытывал того леденящего ужаса, когда смотрел на блестящую под мостом реку. Прекратились и кошмары. И теперь Казуки боялся не только потерять русалку, но и вновь остаться в одиночестве наедине со своим страхом. Хоть он и старался, превозмогая растущую в душе тихую панику, получать удовольствие от каждого дня, проведенного рядом с русалкой, Казуки понимал, что вскоре всему придет конец. Правда, он не знал, как скоро. Как-то раз, придя на работу, Казуки с удивлением обнаружил, что в бассейне случились какие-то неполадки с насосами, или чем-то подобным. Их с Джином с извинениями вытолкали на улицу, велев приходить на следующий день. Было солнечное сентябрьское воскресенье, они только что волею судеб были освобождены от сверхурочной работы в выходной. Естественно, Джин предложил это хорошенько отметить и… Сходить в парк развлечений. И Казуки, конечно же, не смог устоять перед возможностью в очередной раз прокатиться на любимом колесе обозрения. Но, доехав до парка, первым делом они кинулись к ларьку с мороженым. Погода для сентября стояла слишком жаркая. А уж после долгой поездки в общественном транспорте холодный пломбир казался единственным шансом выжить. - Казуки? – вдруг раздался рядом знакомый голос. Казуки, оторвавшись от разглядывания содержимого ларька, поднял глаза. Из окошка выглядывал изумленный Руи, одетый в полосатую униформу сотрудника парка развлечений. Джин тоже во все глаза уставился на мороженщика, внезапно оказавшегося другом его детства. - Вы тут какими судьбами? – радостно воскликнул Руи. - Мороженое покупаем, вот, - промямлил не отошедший от шока Джин. - Да вы же свои, вам бесплатно! – Руи засмеялся и скрылся в глубинах ларька, чтобы через минуту вынырнуть оттуда, держа в руках два рожка с мороженым. - Ты разве не юрист? – решился поинтересоваться Казуки, осторожно принимая мороженое у него из рук. - Не чураюсь любой подработкой, - тот хмыкнул. – О, вы должны познакомиться с моим сослуживцем, замечательный парень! – Руи указал рукой куда-то за спину Джину. Они обернулись. Чуть поодаль от ларька, возле дерева, стоял человек в забавном костюме белого медведя. Казуки улыбнулся и приветственно помахал ему рукой. Но вместо того, чтобы помахать в ответ, медведь вдруг весь подобрался и рванул куда-то вглубь парка, смешно переваливаясь на бегу. - Эй, ты куда? – крикнул ему вслед Руи. Но медведь, несмотря на свою внешнюю неуклюжесть, успел уже скрыться из виду. - Это ты его так напугал? – удивленно спросил у Казуки Джин. Тот только плечами пожал, надкусив тонкую шоколадную глазурь на мороженом. Руи еще долго продержал их возле своего ларька, без остановки рассказывая что-то о своей основной работе и вечно растущих ценах на жилье. Так они и стояли до самого вечера, когда Руи закрыл свой ларек на ключ и куда-то утащил Джина. Казуки, предоставленный самому себе, решил прогуляться. Парк, в котором он так и не смог опробовать аттракционы, находилась в той части города, которая была ближе всего к морю. Казуки знал, что где-то рядом была высокая набережная, с которой было видно порт. Немного поколебавшись, он решил направиться туда. В конце концов, моря он всегда боялся больше всего, и ему хотелось узнать, сможет ли он теперь преодолеть и этот страх. Вечером на набережной всегда было полным-полно парочек самых разных возрастов и внешностей. Казуки, глядя на них, невольно завидовал. Как бы он того ни хотел, ему не удалось бы вот так запросто пройтись за руку с русалкой. Он даже улыбнулся, представив себе, как смотрелся бы рядом с большим аквариумом на колесиках. Казуки подошел к высокому ограждению, за которым раскинулась темная бездна. Парк располагался на искусственном острове, поэтому расстояние до воды составляло около тридцати метров. Казуки сглотнул. У него вдруг засосало под ложечкой, из-за запаха моря начала кружиться голова. Он поспешил отойти на безопасное расстояние, пока перед глазами не поплыли цветные пятна, а там и до обморока недалеко. Все существо Казуки било тревогу, инстинкт самосохранения и вовсе заходился в истерическом плаче, умоляя убежать далеко-далеко от ненавистного моря. Но он не собирался сдаваться просто так. Подойдя как можно ближе к краю, чтобы видеть воду, Казуки нарочито медленно двинулся вдоль ограждения. Несмотря на то, что вокруг было довольно много людей, он чувствовал, что на самом деле остался один на один со своим страхом. Каждый шаг отдавался гулом в висках, как будто море забралось в его голову и теперь пыталось вымыть его волю изнутри. Однако Казуки держал себя в руках, ничем не показывая сковавшего его ужаса. Ему казалось, что море было живым и теперь внимательно изучало его, и что стоит ему хоть на секунду уступить страху, оно тут же выйдет из берегов и заберет его с собой. Куда Казуки даже думать не хотел. Вдруг впереди, среди все тех же парочек показался весьма странный парень. Навстречу Казуки медленно шел медведь из парка аттракционов. Он нес большую голову в левой руке, а в правой держал пластиковый стакан с трубочкой, из которого то и дело задумчиво потягивал сок. Парень смотрел в сторону моря, не обращая внимания на посмеивающихся прохожих. Казуки захотелось поприветствовать коллегу Руи, он немного ускорил шаг и уже собирался окликнуть его, как парень сам повернулся в его сторону. Это удивительно правильное лицо со спокойными чертами он никогда не смог бы ни с чем спутать. Как и совершенно уникальной красоты темные глаза. Парень в костюме медведя тоже узнал его. Стакан упал на асфальт, расплескав все свое содержимое. Но если Казуки раскрыл от удивления рот и застыл посреди улицы с глупым выражением лица, то парень лишь растерянно оглядывался, словно искал пути к бегству. Правда, никто из них не мог двинуться с места. Казуки даже не сомневался в том, что перед ним была его русалка. Хоть он пока и не мог понять, что удивило его больше, то, что она вдруг оказалась парнем или человеком. Но он точно знал, что еще никогда в жизни не чувствовал себя настолько глупо, но в то же время… Казуки был счастлив. Внутри него медленно поднималось ликование, заменяя собой возмущение, удивление и обиду. Хотя, потребность в серьезном разговоре никуда не пропала. В конце концов, получалось так, что все это время Казуки водил за нос парень в костюме медведя. И, более того, он настолько привязался, как оказалось, к нему, что уже плохо представлял себе свою жизнь без него. Это с большим трудом укладывалось в голове Казуки, но он собирался для начала получить ответы на некоторые вопросы, а потом уже разбираться со своими чувствами. Наконец, Казуки решился первым нарушить неловкое молчание. Он сделал шаг навстречу парню, и уже открыл было рот, как вдруг откуда-то раздался испуганный крик. На проходящей рядом проезжей части образовалась свалка из въезжавших друг в друга машин. Грохот смешался с протяжным скрипом тормозов и воплями людей. Но самое страшное произошло через какую-то пару мгновений. Грузовик, пытавшийся избежать столкновения, занесло в сторону и он, подхватив с собой еще пару автомобилей полегче, слетел с трассы. Казуки в ужасе наблюдал за тем, как скрежещущая груда металла стремительно скользила в их сторону. Все с криками разбегались в стороны, но парень-медведь оказался прямо на пути несущихся к морю машин. Он смог увернуться от грузовика, пробившего ограждение, но полетевший в море следом автомобиль, задев его своим прицепом, утащил за собой. Все случилось в считанные секунды, никто даже толком не успел понять, что происходит, как машины скрылись в морской пучине. - Нет! Казуки даже подумать не успел, тут же бросившись в сторону снесенной ограды. В этот момент он забыл о том, что плавает из рук вон плохо, что до воды тридцать метров, что шансов выжить у парня почти нет. Только одна мысль о том, что он больше никогда не увидит до боли родного лица, затыкала все потуги разума остановиться. На ходу скинув ботинки, Казуки набрал в легкие как можно больше воздуха и, не задумываясь, прыгнул вниз.