Осколки. Книга 3

Чарли как в омут провалилась в отношения с Тэсс. Так же, как и десять лет назад она провалилась в отношения с Дженни, с головой, безоглядно, забыв о том, что она сама может существовать одна, отделенная от человека, которого любит. И даже в те моменты, когда она действительно оставалась одна, Чарли не выпускала Тэсс из своих мыслей. Тэсс была повсюду – на черно-белых снимках, висящих над столом в ее спальне, в мобильном телефоне, на компьютере, в звездах на потолке, в шкатулке на столе, в кулоне на шее у Чарли, в нотных строчках. В тот период Чарли написала две песни, косвенно посвященные Тэсс, и впоследствии, после ее смерти эти песни станут самыми известными и популярными во всем ее репертуаре и принесут столько денег, сколько не приносили все альбомы Чарли вместе взятые. В тот период Чарли вновь ощутила неизбывную и неусыпную жажду жизни, когда хочется всего и сразу, когда боишься упустить любую возможность. И она никак не могла упустить Тэсс, с того момента, как они поцеловались в заброшенной машине, Чарли поняла, что упустить ее не может, просто не способна. Потому что никогда не знаешь, что будет завтра, потому что каждый день может стать последним. Этот страх перед внезапной смертью развился у Чарли после гибели ее матери. Она слишком рано поняла, что жизнь может закончиться в любой момент. Возможно, посещение психолога и помогло бы ей справиться с этой навязчивой идеей о неустанном присутствии смерти, но в то время отец Чарли был слишком занят навалившимися на него заботами о доме, детях и собственном бизнесе, чтобы обращать внимание на психическое здоровье своей дочери. Чарли и так всегда была тихим ребенком, ну и что с того, что после смерти Эмили она стала еще тише? С годами эта мания немного отпустила Чарли, и смерть перестала мерещиться ей на каждом шагу. Но она вернулась, когда Чарли познакомилась с Дженни. Дженни напомнила ей о том, что нужно не просто проживать свою жизнь, нужно гореть ею, каждый день совершать безумные поступки, любить и всегда быть как будто чуточку сумасшедшим, чуточку пьяным. И когда Чарли простила Дженни и начала вновь встречаться с ней, она ожидала натолкнуться на ту же жажду жизни, заразиться безумием, загореться этим вечным и таким прекрасным желанием «быть». Но ничего не произошло. За те годы, что они не виделись, Дженни потухла. А вместе с ней незаметно потухла и Чарли. И к тому моменту, как Чарли познакомилась с Тэсс, она уже и забыла, что это такое – жить мгновением. Тэсс вернула Чарли не только огонь бытия, не только ее собственную глубинную затаенную сущность, но и ее страхи и мании, которые спали много лет. В каком-то смысле Тэсс стала для нее и благословением, и проклятием. Страх внезапной смерти начал пробуждаться постепенно и в конце концов исполнился, доведя Чарли практически до полного безумия, но об этом позже. В то время Чарли еще ничего не боялась, а их новым отношениям с Тэсс едва исполнилось две недели. За это время Тэсс несколько раз заходила к ней домой в надежде застать Ричарда, но тот либо засиживался допоздна у Дженни, либо оставался у нее ночевать. Чарли как могла пыталась утешить Тэсс, потому что девочка по-настоящему переживала из-за того, что стала причиной их размолвки. По правде говоря, Чарли уже и сама начинала переживать. Она не думала, что холодность Ричарда затянется на столь долгий срок. И в то же время Ричард как будто пытался поддерживать видимость нормальных отношений между ними. Он продолжал готовить для Чарли и покупать еду, относить ее вещи в химчистку и забирать ее почту. Если Чарли спрашивала его о чем-нибудь, он вежливо отвечал, и Чарли не замечала ни злости, ни обиды, ни раздражения в его голосе. В эти две недели они с Ричардом жили как добрые соседи, которым иногда приходится пересекаться, но у каждого из которых своя жизнь, и делиться подробностями этой жизни никому из них не хочется. Они больше не смотрели вместе фильмы по вечерам, не болтали до поздней ночи, обсуждая музыку и новые песни Чарли, и Ричард больше не просил Чарли рассказать о том, что они с Тэсс делали и где лазили. Он полностью прекратил интересоваться ее жизнью, и Чарли даже заметила, что он бросил носиться со своим фотоаппаратом и делать бесконечные снимки к месту и не к месту. Словно даже фотоаппарат вызывал у него неприятные эмоции, связанные с Тэсс. Чарли даже начала подозревать, что Тэсс в чем-то права, и Ричард испытывает к ней своего рода неприязнь. Не к Тэсс самой по себе, а к Тэсс как к причине разрыва Чарли и Дженни. И в ту субботу Чарли решила, что пора положить этому конец. Либо Ричард выскажет им с Тэсс все, что думает, и они рассорятся окончательно, либо помирятся наконец, но этого холодного равнодушия между ними больше не будет. Пересилив собственную обиду, Чарли спросила у Ричарда, вернется ли он домой ночевать, и Ричард ответил, что да, он вернется сегодня пораньше, потому что у Дженни назначена встреча. Он специально выделил это слово «встреча», как будто хотел проверить реакцию Чарли. Впрочем, Чарли все равно было наплевать, с кем там встречается Дженни, главное, чтобы ей было с этим кем-то хорошо. Поэтому, как только за Ричардом закрылась дверь, Чарли позвонила Тэсс и сообщила: - Он ушел. Обещал вернуться пораньше. Если ты все еще хочешь поболтать с ним… - Конечно! Конечно хочу! – обрадовалась девочка. – Ты заедешь за мной? - Считай, что уже еду, - ответила Чарли. В тот вечер они с Тэсс сидели в гостиной на своем любимом диване и пили чай с пирогом, который Тэсс всучила с собой мама. Чарли не могла отделаться от мысли о том, что если бы ее мама знала всю правду, она уж точно не кормила бы Чарли пирогами, а Тэсс только посмеивалась над ней так, словно все эти разговоры про педофилию были всего лишь забавной игрой. А когда чай закончился, Тэсс полезла к Чарли целоваться, но Чарли слишком нервничала, чтобы сосредоточиться на поцелуях. - Я не могу, Тэсс, не сейчас, прости… Я все время боюсь, что он вот-вот вернется и увидит, что мы тут с тобой… Мне каждую секунду мерещится, как в двери ключ поворачивается. - Да что ж ты так его боишься-то, Чарли?! – Тэсс была искренне удивлена. – Вот увидишь, я поговорю с ним, и все наладится! Не переживай! Чарли могла только вздохнуть, потому что она совсем не была уверена в том, что после этого разговора что-то наладится. - Ну раз не хочешь целоваться, давай хоть фильм посмотрим, - предложила Тэсс. – А то мы так с ума сойдем ждать его. Чарли согласилась, и они начали смотреть кино. Это был старый английский фильм про привидений и, увлекшись сюжетом, даже Чарли вскоре перестала нервничать. Они посмотрели фильм примерно на половину, когда в двери заворочались ключи, уже на самом деле, а не в воображении Чарли. Машинально Чарли потянулась к пульту, но Тэсс мягко остановила ее руку и прошептала: - Ничего. Пусть видит, что мы просто смотрим фильм. Ричард вошел в квартиру, и вся нервозность Чарли мгновенно вернулась. Она гадала, что Тэсс собирается делать, побежит ли она обниматься с ним, как обычно? Но Тэсс осталась сидеть на диване рядом с ней и сказала спокойно: - Привет, Ричард. - Привет, - буркнул Ричард, бросил на них быстрый и, как показалось Чарли, смущенный взгляд, и тут же отвернулся. Когда он закончил возиться с шарфом и курткой, Тэсс снова обратилась к нему: - Не хочешь посмотреть с нами фильм? - Нет, спасибо. Я его уже видел, - ответил Ричард, не глядя на них. - Ну хорошо, - Тэсс сама взялась за пульт и выключила телевизор. – Ричард. Иди сюда, пожалуйста. Мне нужно поговорить с тобой. Несколько мгновений Ричард словно колебался, но отказать Тэсс он все-таки не смог. Когда парень сел в кресло рядом с ними, вид у него был уставший, понурый и даже какой-то обреченный. А Чарли вновь испугалась, что все бесполезно, что ничего у Тэсс не получится. - Чарли, ты не могла бы оставить нас одних ненадолго? – попросила девочка. - Оставить вас? – удивилась Чарли, почти что обидевшись. - Да-да, шагай отсюда. Я должна сказать Ричарду кое-что наедине, - и Тэсс несколько раз отмахнулась от девушки рукой, словно Чарли была привязавшейся к ней мошкой. – Ну иди же, Чарли! Мы позовем тебя потом. Чарли хмыкнула и с гордым видом удалилась в свою комнату. Она ломала голову, что же такого задумала эта маленькая интриганка? Впрочем, что бы там она ни задумала, Чарли надеялась, что это сработает. Усевшись на кровать, девушка приготовилась ждать. Сначала из гостиной ничего не было слышно. Чарли даже засомневалась, что эти двое вообще разговаривают. Не выдержав, она поднялась к двери и прислушалась. Нет, все-таки разговаривают. Из гостиной раздавался приглушенный шелест их голосов. Успокоившись ненадолго, Чарли вновь вернулась на постель и попробовала занять себя чем-нибудь. Проверила почту в телефоне, почитала новости своего любимого музыкального блога, а потом поняла, что читает одну и ту же новость о гитарах фирмы Yamaha уже в третий раз, и отбросила телефон в сторону. В тот вечер ей казалось, что Ричард и Тэсс разговаривают целую вечность, хотя на самом деле прошло не больше двадцати минут. Ее терпение лопнуло, когда она услышала из гостиной смех. Сначала Чарли решила, что ей показалось, и подошла ближе к двери, чтобы убедиться. Но это действительно был смех, а точнее дружный хохот. Причем Ричард хохотал даже громче, чем Тэсс. И вот тут Чарли уже не выдержала и вышла из комнаты. «Эти двое похоже вообще забыли обо мне!». На пороге гостиной Чарли замерла, не поверив собственным глазам. Ричард сидел на диване, а Тэсс обнимала его сзади за шею и плечи и что-то тихонько рассказывала, а Ричард ржал как ненормальный. Это было просто невероятно. Чарли уже сто лет не видела своего друга таким веселым и счастливым. А Тэсс удалось задобрить его за каких-то двадцать минут. - Господи, ты что, загипнотизировала его?! – воскликнула Чарли. К ее огромному удивлению Ричард рассмеялся над этой шуткой и сказал добродушно: - Иди сюда, Чарли. Попьем все вместе чаю… - О чем вы говорили?! – спросила Чарли, которую чай в тот момент интересовал меньше всего. - Это наш с Ричардом секрет, - ухмыльнулась Тэсс. – Мы тебе ничего не расскажем. Правда, Ричард? - Правда, - ответил Ричард с улыбкой и снова позвал Чарли пить чай. И Чарли пришлось смириться с тем, что она так и не узнает содержание этого таинственного разговора за закрытой дверью. Так и не узнает, почему Ричард вдруг переменился к ним. Вполне возможно, что Тэсс все-таки загипнотизировала его. Как гипнотизировала всех вокруг, в том числе и Чарли. Гипнотизировала своим обаянием, перед которым невозможно было устоять. И даже суровый Ричард капитулировал, забыв про все свои обиды. В тот вечер они допоздна засиделись в гостиной. Смотрели фильмы втроем и уничтожали запасы всего съедобного, что было в доме. В какой-то момент Ричард даже вызвался бежать в кондитерскую за любимым лимонным пирогом Тэсс, но девочка его остановила, сказав, что ей нельзя есть сладкое так поздно. Когда Чарли отвезла Тэсс домой и вернулась, Ричард все еще сидел в гостиной и перебирал их коллекцию фильмов на дисках. Не зная, что делать, но чувствуя, что Ричард расположен к разговору, Чарли села на диван рядом и закурила. Она ждала, что Ричард скажет что-нибудь первым и вскоре дождалась. - Чарли… - он вздохнул и отложил в сторону диски, повернувшись к девушке. – Я бы очень хотел, чтобы у нас все было как раньше. Правда. Я очень хочу забыть все наши разногласия. - Я тоже, - призналась Чарли. – Но что она все-таки сказала тебе? Отчего ты так переменился? Еще утром ты меня на дух не переносил. - Да это не важно, что она сказала, - Ричард нетерпеливо отмахнулся. – А я вовсе не испытывал к тебе неприязни. Ни сегодня утром, ни когда бы то ни было. Дело было во мне. Возможно, я даже в чем-то завидовал тебе. - Завидовал? – Чарли опешила. – Но чему тут завидовать, Ричард? Я вляпалась по уши! - Завидовал твоей смелости, - Ричард смущенно пожал плечами. – Я бы так не смог. - Не знаю, можно ли это назвать смелостью, - Чарли нервно усмехнулась. – Я бы скорее назвала это безумием и безответственностью. - Возможно настоящая любовь – это всегда в чем-то безумие. И все мы сходим с ума, когда влюбляемся. Возможно, так все и должно быть. Возможно, это правильно. Для меня главное одно – чтобы вы обе были счастливы. Ты и… Тэсс. Сегодня я понял, как она счастлива, и это многое изменило в моем понимании ваших отношений… И я подумал, что если вы обе так счастливы, возможно, все остальное не имеет значения. - Даже Дженни? – осторожно напомнила Чарли. - Дженни… - Ричард вздохнул. – Я очень люблю ее, ты знаешь. И я был счастлив, что моя любимая сестра и моя лучшая подруга вместе. Это словно умножало мое собственное счастье, понимаешь? Возможно, это опять говорит мой эгоизм, не знаю… В любом случае, умом я понимаю, что с Тэсс ты счастливее. А значит, ничего другого мне и не нужно. Прости меня… за то, как я себя вел. - Проехали, - Чарли улыбнулась. – В конце концов, я и не требую от тебя полного понимания… Я знаю, такое нелегко понять и принять. Я и сама себя не до конца понимаю. - Да нет же, я все понимаю. Правда. Была бы на месте Тэсс любая другая тринадцатилетняя девочка, я бы конечно не понял. Но это ведь Тэсс! – Ричард усмехнулся. – Она с самого начала была особенной. Я заметил это сразу, потому что за нашу карьеру успел повидать всяких девчонок, и Тэсс была ни на одну из них не похожа. В тот первый раз, когда ты привела ее к нам домой, на вечеринку, я все наблюдал за ней и не уставал поражаться ее храбрости и уверенности в себе. Она умудрилась за считанные минуты расположить к себе всех. Тогда я подумал, что еще никогда не видел таких девочек и вряд ли когда-нибудь увижу. В ней непостижимым образом сочетались взрослый ум и детская непосредственность. А те взгляды, которые вы все время бросали друг на друга… Они говорили сами за себя. Я еще тогда подумал, что что-то случится, что-то произойдет между вами, потому что между двумя столь яркими личностями просто не может быть заурядных отношений. Возможно, это действительно Судьба. Я уже почти готов поверить в ее существование. Как бы там ни было, я хочу, чтобы вы обе были счастливы. И до тех пор пока вы счастливы, я буду вас поддерживать, обещаю. Я в самом деле хочу, чтобы у вас все было хорошо. - Спасибо, - шепнула Чарли, выбросила в пепельницу сигарету и прильнула к Ричарду, обнимая его руку. В тот вечер они еще долго вспоминали то время, когда Тэсс только появилась в их жизни. Поговорили они и про Дженни. Ричард рассказал, что держится она неплохо, больше не плачет, во всяком случае, при нем не плачет. О Чарли и Тэсс она по-прежнему отзывается хорошо, и единственное, что ее волнует, это то, чтобы об этих отношениях не узнала ни одна живая душа. Услышав это, Чарли прониклась к Дженни такими теплыми чувствами, каких не испытывала наверное за все то время, что они были вместе. Это была благодарность, огромная признательность за ее простую человечность, за ее понимание. По мнению Чарли Дженни должна была первой кинуть в нее камень, и когда она этого не сделала, Чарли вдруг осознала, что не зря она любила эту девушку столько лет. Несмотря на ее былую неверность, в Дженни было что-то особенное, что-то, что объединяло прежнюю Дженни с нынешней. Это была ее глубинная сущность, которая никуда не делась со временем и даже проявилась еще ярче. Возможно, именно в тот вечер Чарли окончательно простила Дженни за прошлую измену. А что касалось Ричарда, то он похоже действительно простил Чарли за то, что та больше не любила его сестру. Простил он и Тэсс. Чарли окончательно убедилась в этом на следующий день, когда ее друг снова взялся за фотоаппарат. А вечером он остался дома и впервые за две недели не пошел к Дженни.