Мой зверь

      В Бангкок я вернулся другим человеком. Мне говорили это знакомые. Мне сказал об этом Крист.       Он очень нервничал при нашей встрече. Оказывается, я не общался с ним больше восьми месяцев. Он сказал это и смутился. Видимо тем, что считал все это время без меня.       Не буду лгать себе: мне было приятно это слышать, и я жутко соскучился без него. И эту нашу встречу я ждал. Увидеть его рядом, услышать его голос и запах — это лучше, чем рассматривать его сторисы и фото с ним. Мне стало понятно, что моя любовь к нему никуда не делась. Время не справилось. Но я научился жить с этим. Без страданий, без самоедства. Я стал принимать своё чувство, а не отказываться от него. Но принимал я его только в мыслях. Это на самом деле было очень важным изменением, которое и замечали мои друзья и знакомые.       Мне показалось, что Крист тоже изменился. Тогда я мог уловить самое малейшее изменение в его душе. По крайней мере, мне так казалось. Что-то появилось в нем, что-то… Что сильно пахнет. Знаете, как шлейф у духов. Та самая, «сердечная», главная нота в аромате, к которой нужно прийти спустя время. Я чувствовал этот «запах». Я упивался им. Но исключительно как предметом искусства: трогать нельзя, это слишком бесценно. Только смотреть. Только ценить моменты, когда ты рядом.       Крист обладает уникальной энергетикой. В него невозможно не влюбляться. И я просто стал пользоваться тем, что он мне предлагал: нежность, братскую заботу и участие. Да, именно тогда мы стали настоящими друзьями, «братьями». Я мог шутить над ним, мог стойко переносить его тисканья и объятия, его близость. Все это было для людей, которые нас любили, которые ждали от нас этой близости. Для себя лично я оставлял только сегодня и миг — фото. Большего я не ждал. Нельзя.       Несмотря на близкие отношения в тот период о том, что Крист расстался со своей девушкой, я узнал случайно, на интервью, что мы давали для репортеров. Я искренне удивился. Но еще больше удивился тому, что один из писак спросил у меня, не чувствую ли я вину за это расставание. Я удивился еще больше. Он серьезно? После этого я задумался о том, как нас воспринимают окружающие. И понял: многие в нас видели настоящую пару. Не экранную. Крист старался. Работа, что была проделана для этого, оказалась успешной настолько, что окружающие, которые знали нас с Кристом плохо, свято верили в наши «скрытые отношения». Это было смешно! До слез. Но я не плакал. Отвык. Просто принимал то, что мне дают. Покорно. С достоинством. Как это ни было бы больно.       Отвечать на такие вопросы или опровергать слухи было бесполезно: окружающие уже всё решили за нас. Поэтому я ничего не комментировал. Или просто смеялся. А что мне оставалось? С нами начали снимать второй сезон сериала. Оба, мы дрожали неуверенностью, что второй сезон будет успешным. Поэтому старались изо всех сил. Такой напряженный график накладывался на мое обучение, но я терпеливо, до самозабвения учился. Мне кажется, что никогда прежде я не учился с таким удовольствием. Этот осознанный, добровольный подход приносил настоящее удовольствие от новых знаний. В школе это ощущалось иначе.       С Кристом после совместных съемок мы снова не смогли разойтись разными дорогами. Не знаю уж, как можно назвать такое — невезением, судьбой или роковым стечением обстоятельств. Или моим личным проклятием.       — Ты изменился, Пи, — вздыхал Крист, поправляя мой галстук.       — Ты тоже.       Я не стал отрицать очевидного. К чему? Поэтому я использовал свой любимый прием «перевести внимание на собеседника», чтобы избежать вопросов о личном.       — А еще ты стал красивее, — игнорировал мои слова Крист. С Кристом это почти никогда не срабатывало. Манипулировать им не выходило ни у кого. Его вообще тяжело было заставить делать что-то против его желаний. Но я научился упрямству. У хорошего учителя.       — Ты тоже.       Крист раздраженно цокнул и отвернулся, закончив с моим галстуком. Но тут же обернулся ко мне:       — Такие идеальные парни как мы просто обязаны быть вместе. Как считаешь?       — Корона съехала, НонгКрист, — произнес стоявший рядом ПиДжейн. — Поправь. Крист ничуть не смутился. Он заносчиво вздернул подбородок и игриво подмигнул мне.       — Разве мы не за лучшую пару получаем сегодня награду?       — Нет, — спокойно возразил я. — За лучший сериал.       — Ау, — беспечно отмахнулся младший. — Одно и то же ведь!       Глаза мои привыкли следить за движениями Криста, за его мимикой и губами, которые произносили слова. Но среди множества чужих взглядов, обращенных на меня в толпе людей, я отчетливо почувствовал чье-то тепло и встретил внимательный взгляд других знакомых глаз.       — Пи, я хочу поздороваться с ПиНатом, — тихо произнес я, наклоняясь к менеджеру.       Тот огляделся. Понял, что тот недалеко, коротко кивнул.       — Недолго. У тебя шесть минут и нужно занимать места в зале.       — Добрый вечер, ПиНат, — уважительно поклонился я.       — Сингто.       Он улыбнулся и попросил прощения у девушки, которая стояла рядом. Она кивнула и вежливо отошла.       — Хорошо, что я увидел тебя сегодня. Я хочу предложить тебе новый проект. Это небольшой сериал, но с высоким рейтингом. Как одному из спонсоров, мне разрешили самому подобрать себе экранную пару. Я хотел бы сыграть с тобой, Сингто.       — Я рад быть полезным, Пи, — у меня не было причин отказывать ему. — Только необходимо будет согласовать время съемок с ПиДжейном.       — Спасибо, что согласился. С тобой мне будет приятно играть.       Мне показалось, что он хотел добавить что-то еще, и губы дрогнули. Но слова не прозвучали, лишь вежливая улыбка.       — Пойдем, ПиСинг, — Крист настойчиво тянул меня за локоть. — Нам пора.       Я лишь успел сложить руки и поклониться ПиНату, даже споткнулся о пятку Криста, когда он сильнее дернул меня к себе.       — Ой, Крист! Полегче.       Крист обжег меня недовольным взглядом, но промолчал. Я подумал, что он просто нервничает. Волновался он всегда в незнакомой обстановке. Его нервозность и напряженность почувствовали все, кто был в радиусе трех метров от него. Я же говорил: сумасшедшая энергетика. Когда мы сели на свои места, Мук стала его успокаивать, ободряла. Я поддержал Мук, похлопав Криста по бедру. Он скосил глаза и отодвинул от меня ногу.       Я решил, что мое участие его дополнительно раздражает, поэтому обратился к сцене.       Обычно такие мероприятия бывают забавными. Если повезет с ведущими, то получается настоящее веселье. Но если много официоза, то я просто отключаюсь. Я давно привык «спать с открытыми глазами». Это от усталости или моего некрепкого здоровья — не знаю. Но когда Крист рядом, он всегда следит, чтобы я не уснул по-настоящему. В этот раз я получил ощутимый толчок в бок и очнулся.       — Нас назвали, Пи, — сердито прошипел мне Крист. — Откладывай мечтания и пошли за наградой.       В такие моменты Крист казался мне старшим. Не знаю почему, но его энергия вдруг перемещалась с тела на лицо. Движения от этого становились чётче, стройнее, походка менялась. Пластика лица привлекала невероятно, непостижимо. Он был превосходен. За такими, как он, покорно идет толпа.       И я пошел.       Только на сцене, вслушиваясь в его речь, я понял, что Крист не просто нервничал. Он был очень зол. Его щеки просто пылали нездоровым румянцем от сильных эмоций. Пришлось его успокаивать прямо со сцены. Слова, что я сказал, были просты, но он все равно удивился.       Уходя за сцену с наградой и бредя по освещенному закулисью, Крист не выдержал и поддел:       — Ты сегодня рассеян больше обычного. Влюбился что ли?       От удивления и точного попадания в цель я даже забыл, что надо дышать. В глазах Криста я прочел упрямство, с которым он не отступит, пока не получит ответ. Я не стал ему лгать.       — Да.       Не знаю, что хотел услышать от меня Крист, но мне показалось, что любому ответу бы разозлился. Странно. Получается, что я не могу влюбиться что ли? Я не человек? Или не имею права?       — Тогда иди к нему! — неожиданно для меня вскрикнул Крист и нервно махнул рукой в сторону.       — К кому, Крист?       — К нему! Что смотришь? Иди! — он не замолчал, но голос его снизился до рваного шепота. — Какого черта ты тут стоишь рядом со мной?       — Кит.       — Что? — снова вскинулся он.       Мне стало жарко. Любое мое слово сейчас было для него как красная тряпка для быка. Выяснять причину его состояния сейчас не было смысла: он слишком взвинчен.       Я молча обошел его, оставляя позади, и вернулся в зал на свое место. Только присев, я заметил, что все это время он шел за мной. Не было больше той уверенной походки, он будто сдулся. Румянец на щеках стал ярче, пятнами. ПиЮи, понаблюдав за ним немного, порылась в сумке и протянула Кристу небольшую бутылочку с водой. Он выпил все, не остановился, пока не допил. В это время ПиЮи задумчиво водила взглядом то по Кристу, то по мне. Осторожно коснувшись моего плеча сзади, чтобы привлечь внимание, она молча кивнула «поссорились?» Я не стал упираться, только успокоительно улыбнулся ей.       Улыбка не сходила с моего лица остаток этого вечера: поведение Криста. Зверь мой проснулся и вскинулся — сильные эмоции. Крист ревновал. Иначе его поведение назвать нельзя было. Это было. Минута, две. Но было. Я прекрасно знал, что это могло быть ревностью не от любви, а по привычке «любить меня». Но я улыбался. В такие моменты нужно наслаждаться. Потому что завтра этого мига не будет.       На следующий день после учебы я не выдержал и стал просматривать его фото, его профиль и ленту в социальных сетях. Крист действительно уникальный человек. Очень энергичный, пластичный и красивый. Он вырос. Его тело почти сформировалось. То, что не видно глазам, когда я рядом, когда съемки, можно спокойно рассмотреть позже, на фото. А на них была отображена та часть жизни, которая тешила мое воображение, которой не существовало в реальности.       Конечно же, реальность напомнила о себе. В одном из интервью, что я просматривал через социальную сеть, потому что Крист давал его без меня, я услышал искренние признания моего друга в его исключительной натуральности предпочтений партнеров. Я просмотрел это видео несколько раз. Себе в назидание. ПиДжейн сочувственно похлопал меня по плечу. Тоже в назидание. И увез меня на ивент с Кристом.       Там Крист полапал мою задницу прямо перед толпой фанатов. Тоже исключительно из назидания мне. Когда потискал второй раз, что в моем понимании исключило случайность, я, отвернувшись от толпы, тихо зарычал на него:       — Еще раз тронешь, ударю.       Крист расхохотался. Очень заразительно. Камеры ослепили.       Нас разделили. Повели по лабиринту для фотосета. Я вернулся в тот самый момент, когда Крист заканчивал интервью журналистам, и наступала моя очередь. Но его тяжелый взгляд на меня и несколько фраз я отлично запомнил:       — …Все друзья говорят мне, что понимают меня и мою любовь к парню. Я удивлен. Ведь никакой любви нет. И вообще, мне нравятся девушки. Что заставляет их думать иначе? Я удивлен.       — Может быть то, что ты постоянно нежен с ПиСингто?       — Ооо! ПиСинг — другое! Поверьте. Мы с ним просто хорошие друзья и дурачимся. Это просто забота друг о друге.        — ПиСингто особенный?       — Без сомнений, — отрезал Крист, отводя свой ироничный взгляд от меня к камере.       В этот момент я почувствовал, что меня вызвали на поединок. И битва началась. Так Крист превратился в моего врага.